Портал-Credo.Ru Версия для печати
Опубликовано на сайте Портал-Credo.Ru
09-12-2008 19:00
 
КОММЕНТАРИЙ ДНЯ: После Алексия. Московская патриархия поставлена перед стратегическим выбором, осложняющимся еще и борьбой за патриарший престол

"В это не хочется верить, но жизнь - это всегда в конце концов смерть, и смерть всегда приходит неожиданно", - с таких слов начинается запись о кончине Патриарха Алексия в блоге одного известного православного священника. Быть может, кого-то из верующих христиан такое отношение к жизни и смерти смутит, а для кого-то покажется вполне религиозным. Но разделение единой в христианском понимании жизни на две отдельных, пусть и созависимых – "ту" и "эту", - подчеркивает право на существование разных восприятий ухода одной из знаковых фигур последних десятилетий российской истории, "его же и погребение ныне совершаем…".

Уход любого человека из жизни справедливо рассматривать в разных "системах координат": для самой личности это может быть величайшим и главным событием, для близких – горем, облегчением, серьезной переменой в жизни. Всеми же остальными любая кончина воспринимается с одной стороны как утрата возможностей, связанных с ушедшим человеком, а с другой – тем, что почивший оставил после себя и чего уже нельзя изменить, в том числе исправить.

Поэтому, конечно же, отрадно, когда в людях проявляются живые душевные черты, выраженные в традиции скорбеть по умершим. Пусть даже некоторые жалеют не столько о покойном, сколько о себе – о своем расставании с ним. Поэтому сейчас покойный и уже погребенный Алексий II выполняет свою самую светлую, может быть, миссию в отношении паствы: его кончина помогает всем, кто не отделял имидж православного Патриарха от Присутствия Божия на земле, все-таки обернуться непосредственно к Богу в молитвах о прощении грехов и упокоении души новопреставленного. Увы, очень для многих образы церковных авторитетов заменяют любовь и снисходительность к "ближним", которых рядом можно и вовсе не замечать.

Что бы там ни было, верующие осознают, что покойный Патриарх ныне гораздо ближе к Тому, к Кому неизбежно устремлены жизни всех остальных, – к Богу. Поэтому, отдавая свой долг любви к ближнему в заупокойной молитве, все прочие – пока еще живые – исполняют замысел Божий в отношении самих себя. Во всяком случае, когда подобное имеет место, то оживает вера в Бога, в милосердной воле Которого теперь непосредственно оказался Патриарх Алексий, и хотя бы мимолетное осознание собственной ответственности за то, что будет дальше с религиозной организацией, которой покойный руководил.

Один из самых важных аспектов, через который верующие могут воспринимать нынешнюю ситуацию в РПЦ МП, это определение дальнейшей судьбы всей данной "централизованной религиозной организации" (так ее называет российский закон). А именно - удастся ли ей вернуться на путь Церкви Христовой через покаяние и очищение, либо суждено продолжать следовать по соблазнительному пути обретения тленного величия и усугубления причастности к земной власти. Именно этот вопрос, в конце концов, и решается в результате множества ритуальных и реальных мероприятий, которые, начиная со срочного совещания в Переделкино, где рассматривалась форма официального сообщения о кончине Алексия II и заседания Синода, разворачиваются в РПЦ МП и в заинтересованных государственных и иных структурах.

Как ни странно, но самым популярным и назойливым вопросом, который беспокоит неравнодушные к состоянию Церкви круги, остается гадание на тему "Кто будет следующим Патриархом". Однако в данный момент из числа более или менее вероятных (да и невероятных) претендентов на это место практически невозможно выделить такую личность, которая выходила бы за рамки ряда ординарных церковных чиновников. Обстоятельства таковы, что кто бы ни оказался сегодня в патриаршем кресле, на "церковности" это отразится лишь перетасовкой фаворитов и избранием "виновных" за проблемы, накопившиеся в последнее патриаршество. То есть состояние официального российского православия в целом от личности Патриарха не изменится: верующие останутся верными, карьеристы - карьеристами, воры – ворами, страдальцы – страдальцами, в тех же соотношениях. Инерция, набранная церковной структурой в процессе ее слияния с государством, и степень обоюдной зависимости Церкви и власти таковы, что у официального православия не остается никаких вариантов, избавляющих его от превращения в государственную идеологию. А далее – Один Бог ведает…

Несомненно, что внутри самой Московской патриархии давно тлеющее противостояние нескольких группировок после кончины Алексия II обостряется. Это можно отметить даже по такому первому, достаточно явному признаку, как синодальное назначение на пост Местоблюстителя митрополита Кирилла. Большинство православных обывателей обомлело от неожиданности. Можно предположить даже, что такое "оказание высокого доверия" со стороны Священного Синода, причем в пику симпатиям светской власти, обернется "медвежьей услугой" для владыки Кирилла. Разумеется, лишь в том случае, если исключить версию, что не в меру эмоциональный митрополит организовал это назначение лично, упустив из виду, что таким образом на порядок увеличивает число своих оппонентов и их решимость лечь костьми на пути к его патриаршеству.

Возьмем, например, верную вотчину Чистого переулка - Псковскую епархию. С момента официального назначения местоблюстителя послушные местному архиерею батюшки и "исполнительные органы" повели активную агитацию по приходам, поднимая православных под лозунгом "хотим Патриарха Климента!". То же самое, хотя, конечно, без глупой демонстрации коррумпированной заинтересованности в недопущении иного кандидата, происходит в Тюменской епархии, управляемой братом митрополита Климента – архиепископом Димитрием (Капалиным). Кроме того, с момента знаковой перестановки архиереев весной 2003 года, когда Синод впервые проявил паническую обеспокоенность состоянием здоровья покойного ныне Патриарха, в РПЦ МП появилось много иерархов, прямо или косвенно благодарных митрополиту Кириллу за свои карьерные разочарования. Так что, ранее накапливавшаяся потенция противостояний в борьбе за патриарший престол и близость Поместного Собору вкупе с общим невротизмом общественно-экономического кризиса не могут теперь не проявиться самым неожиданным образом.

В данном случае мы не ставим цели исследовать соотношения между всеми группировками и движениями в РПЦ МП, заинтересованными в разных вариантах разрешения ситуации с будущим патриаршеством. Достаточно упомянуть о том, что сил, вовлеченных в нынешний этап церковного кризиса, гораздо больше, чем две. Это лишь перед светской властью может стоять простой и сравнительно одинаковый по своей отдаче выбор – Климент, Кирилл или некая "умиротворяющая" церковный народ "техническая" фигура кого-то из старых митрополитов, вроде Ювеналия (Пояркова), Владимира (Котлярова) или Филарета (Вахромеева). Но бесспорная заинтересованность власти и неизбежность ее участия в назначении Патриарха – палка о двух, а то и о трех концах. Потому что лоббирование Климента Кремлем (или, если угодно, Белым домом) станет тем действием, которое непременно вызовет адекватное противодействие. А это еще более обострит противостояние и приведет к компромиссному варианту с исключением двух первых претендентов. В ситуации выбора между Кириллом и Климентом власть оказалась в положении, хорошо проиллюстрированном задачей "Буриданова осла". В то время как РПЦ МП стоит перед задачей совершенно иной.
Это - развилка. Это новая, как и следовало того ожидать, возможность выбора дальнейшего пути для самой многочисленной Церкви России. Одна из тех, которые во множестве предоставляет в истории Господь. Не уклоняясь в перечисление всех видимых вариантов того, как методологически могла бы складываться будущность православия в России, нетрудно понять, что здесь и сейчас открывается уникальная возможность сделать принципиальный выбор между Светом и тьмой. Между покаянием с возвращением ко Христу и самооправданием в служении "князю мира сего"; между христианской открытостью людям и снобизмом "особого духовного департамента", "людей избранных и освященных", "власть имеющих"; между любовью к сотворенному Богом миру и ненавистью к тому, что разрушает его первозданную гармонию.

Земная Церковь, как любой иной вид человеческой самоорганизации, эволюционирует в истории. Как бы ни проклинали время от времени саму идею эволюции участники ее процесса, делать выбор между самосовершенствованием и обрастанием духовными атавизмами, приходится всем. Такие понятия, как "богоподобие", или "свобода выбора", при условии религиозного видения мира – не изобретение человеческого рассудка и не пустой звук. Это Ответственность. Которая тоже вполне реальна, независимо от того, верить в нее или нет.

Михаил Ситников,
для "Портала-Credo.Ru"


© Портал-Credo.Ru, 2002-2021. При полном или частичном использовании материалов ссылка на portal-credo.ru обязательна.
Пишите нам: [email protected]