Портал-Credo.Ru Версия для печати
Опубликовано на сайте Портал-Credo.Ru
15-07-2002 17:07
 
Священник Димитрий Каплун. ХРИСТИАНСКИЙ ОТВЕТ НА ЖЕНСКИЙ ВОПРОС, или почему мы против женского священства

"Ох, уж эти женщины!" Наверное, многие триллионы раз вырывался этот вздох на разных языках из уст потомков падшего Адама. В Англии и Занзибаре, в Австралии и на Гаити мужчины разных национальностей, так вздохнув, поймут друг друга без лишних слов и объяснений. Что будет скрываться за этим вздохом? Какая вселенская тайна кроется за этим вздохом, вдруг объединяющим миллионы вечно несогласных друг с другом мужчин на разных континентах?

Как будто в самом понятии "женственности" есть нечто печальное, скорбное, понятное всем мужчинам, однако невыразимое словами ни на одном известном человечеству языке.

Попробуем разобраться. Итак, "женственность" –что это? Проклятие или спасение?

Почему самые разные религиозно-оккультные мрачные системы, от древних гностиков и софианцев вплоть до вульгарных сатанистов, стремились обожествить "вечную женственность", ввести культ женщины в центр религиозного обряда?

Или почему, например, известный богослов д. Андрей Кураев заявляет в одном из интервью, что "в Божьем замысле структура семьи - матриархальна", делая этот парадоксальный вывод из слов Адама "и отныне оставит отца и матерь свою, и прилепится он к жене, и будут два в плоть едину".

Или что заставляет почтенных протоиереев недоумевать: "почему всегда за богослужением говорят: Молитвами святых отец наших... - ведь были же и святые матери, и равноапостольные жены?Если святых матерей в святцах все же весьма мало в сравнении со святыми отцами, то уж среди простых членов Церкви, живых и усопших, женщин точно не менее мужчин". (Прот. Николай Балашов. Доклад на богословской конференции "Учение Церкви о человеке" (Москва, 5-8 ноября 2001 г.)

Действительно, почему в богослужении Православной Церкви так мало упоминаний о "женственности"? Разве потому только, что, как считает прот. Николай Балашов, что "наши богослужебные последования в значительной части являются продуктом творчества мужских монастырей"?

Все эти вопросы требуют своего ответа, особенно перед лицом надвигающегося "церковного феминизма" –движения в модернистских христианских церквах Европы "за права женщины в церкви", за утверждение "женского священства", за "равноправие женщины с мужчиной в делах богослужения, проповеди, церковного управления".

Западные церкви давно сотрясает "женский вопрос". Воинствующие толпы феминисток настойчиво требуют, что церковные власти передали бразды духовного управления в их, хоть и слабые, но весьма длинные изагребущие руки. Англиканская церковь уже не выдержала и сдалась в конце прошлого, ХХ столетия, разрешив женщинам принимать священный сан. Католики еще держат оборону, но стены их крепости уже дрожат под настойчивым градом ударов обладательниц модных юбок и ажурных чулок. Женщины ломятся в алтарь, в святая святых христианских церквей, стремясь овладеть правом предстоять у Божьего Престола наравне с мужчинами-священнослужителями.

Православные, испуганно кося глазом, наблюдают за этой битвой пока еще издали. Но на вопрос разгоряченных вбитве феминисток –"А вы почему стоите в стороне от этой битвы века?! Почему отказываете женщинам в равноправии у церковных кормил?" –дают ответы чаще всего путаные и невразумительные: "Дескать, мы как бы и не против рассмотреть этот вопрос. Действительно, женщинам нужно дать побольше возможностей проявить себя в Церкви, восстановить хотя б древний чин диаконис, но лучше это сделать позже, после тщательного обсуждения и согласования. А пока отойдите, пожалуйста".

Следует признать, что такая двусмысленность и неопределенность позиции некоторых православных, излишняя уступчивость в этих вопросах (которая отчетливо звучит, например, в докладепрот. Николая Балашова) –больше вредит, чем помогает Православию. Не за горами то время, когда процесс христианского отступления, апостасии, зайдет так далеко, что только четкий и недвусмысленный православный ответ на вызов феминизма поможет верным чадам Церкви устоять в христианской истине, не поддавшись на лукавые и соблазнительно-либеральные толки церковных обновленцев в коротких юбках.

В мужественности Православия нет ничего оскорбительного или унизительного для женщин. Однако, тот факт, что даже церковные богослужебные возгласы апеллируют преимущественно к мужской части лика святых ("Молитвами святых отец наших, Господи Иисусе Христе, помилуй нас" –раздается в церкви ежедневно), требует все же своего объяснения. Важно понять, что за 2000 лет в церковном чине не осталось ничего наносного, нелепого или случайного. Думать, будто можно что-то в Церкви "исправить" в угоду сегодняшнему дню –означает совсем не понимать Православия. Напротив, заблуждения и нелепости сегодняшнего дня должны быть исправляемы в свете вечных христианских истин.

Если мы внимательно прочтем богослужебные книги, то увидим, что среди воспеваемых христианских качеств не нашлось места "женственности". "Мужество", "христианское мужество" –да, воспето –не только среди святых мужчин, но и среди угодивших Богу женщин. Воспето девство. Воспето материнство. Женственность –нет.

Особенно это видно в православном почитании Пресвятой Богородицы Девы Марии. В земном подвиге Царицы Небесной Православная Церковь особенно воспевает Ее чистоту, непорочность, –главные слагаемые Девства; и смиренное перенесение скорбей, связанных с Рождеством, бегством в Египет, голгофскими страданиями и Распятием Ее Славного Сына, Господа нашего Иисуса Христа –т. е. все то, что объемлется общим понятиемМатеринства.

Стремясь христиански осмыслить проблему женственности, важно не упустить из виду тот очевидный факт, что Господь, сотворив мужской и женский пол –все-таки женщину, какой мы ее знаем, не сотворил. Как?! –удивится читатель. Очень просто, –ответим, –надо помнить, что Господь, сотворив женский пол, сотворил не женщину, а деву. И по сей день Господь наряду с мужчинами творит дев, а женщинами они становятся, фактически уже отступая от первоначального замысла Творца. То, что это так, подтверждает известный биологический факт –животный мир не знает понятия девственности. И даже у самок высших обезьян нетдевственной преграды (вот, кстати, и еще один довод против дарвиновской теории эволюции).

Таким образом, девственность –вот суть женской природы. Впрочем, если женщина отступает от первоначального замысла Творца о себе, то ей дается другой шанс спастись и освятить свою природу –подвиг материнства, как говорит и Апостол Павел: "жена... спасется через чадородие, если пребудет в вере и любви и в святости с целомудрием". (1-е Тимофею 2:15)

И тут мы подходим к самому главному.

Вне девства и материнства –отдельно от них мыслимая женственность –есть ни что иное, как собственно блуд, так как женственность вне девства и материнства не может мыслитьсяиначе, как только нечто ищущее мужчину, партнера, самца. Поиск самца –это суть понятия женственности, но без материнства и целомудрия такой поиск означает только блуд, тотальный и непрестанный.

В свете таких размышлений особенно страшно выглядят попытки русских религиозных философов-софианцев найти и обожествить "Вечную Женственность". Страшно –потому что за попыткой такого обожествления скрывается лик не Божественной Софии-Премудрости (которая есть Христос), а вавилонской апокалиптической блудницы.

Попытки учредить "женское священство" в Христианской Церкви –в таком ракурсе –выглядят не как невинное заблуждение, а как злонамеренное посягательство врага человеческого рода протащить в алтарь, на место, где невидимо присутствует Христос, идола блуда – и водрузить этот идол на священном престоле.

Ясно, что если это намерение осуществится в большинстве христианских церквей –это будет означать мерзость запустения, крайний упадок нравов, скорое приближение конца времен и воцарение Антихриста.

"Когда же увидите мерзость запустения, реченную пророком Даниилом, стоящую, где не должно, - читающий да разумеет, - тогда находящиеся в Иудее да бегут в горы; а кто на кровле, тот не сходи в дом и не входи взять что-нибудь из дома своего; и кто на поле, не обращайся назад взять одежду свою. Горе беременным и питающим сосцами в те дни. Молитесь, чтобы не случилось бегство ваше зимою. Ибо в те дни будет такая скорбь, какой не было от начала творения, которое сотворил Бог, даже доныне, и не будет". (От Марка 13:14-20)

Но что же делать нам?! –воскликнут православные женщины, прочитав этот текст, –Следует ли все вышесказанное понимать так, будто женщины – это просто сосуд греха, не имеющий надежды на спасение?

Я бы предостерег от такого ложного и совершенно превратного понимания моего текста. Женщины-христианки и во времена Христа, и в годы гонений, и до нынешнего дня часто показывают верность Слову и мужество в вере гораздо большие, чем иные обладатели усов и бород. Что уж говорить, если верные Христовы ученики-апостолы рассеялись в час страданий Спасителя, а у подножия Креста остались смиренные и мужественные жены-мироносицы.Такая в этом есть горькая ирония и упрек нам, мужчинам-христианам, что пример лучших мужских качеств –отвагу, мужество, стойкость, верность – чаще всего нам показывают женщины-христианки. Я вновьи вновь преклоняюсь перед подвигом наших христианских сестер.

Однако, все это не отменяет того факта, что иные качества символически усвоены мужчинам. Те же отвага, мужество, стойкость –мыслятся как преимущественно мужские, хотя в конкретной женщине-христианке они могут быть во сто раз крепче и больше, чем в ином мужчине. И именно об этом маскулиническом символизме я и веду речь.

Среди христианских добродетелей есть много разных – преимущественно мужских, и преимущественно женских. Однако –и это я хочу подчеркнуть –среди них не нашлось места для такого понятия как "женственность". И это отнюдь не случайно.

Свящ. Димитрий Каплун

e-mail: [email protected]

2/15 октября 2002 г. свв. мученик Киприана и Иустины.

 


© Портал-Credo.Ru, 2002-2019. При полном или частичном использовании материалов ссылка на portal-credo.ru обязательна.
Пишите нам: [email protected]