Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
БиблиотекаАрхив публикаций ]
Распечатать

Г. М. Керимов. Шариат. Закон жизни мусульман. Глава 1.


  ГЛАВА 1

СИСТЕМА СУДОПРОИЗВОДСТВА

СООТНОШЕНИЕ КОРАНА И СУННЫ В ШАРИАТЕ

Главными источниками шариата являются Калам-улла и суп наг наби - Слова Аллаха и изречения Пророка Мухам­меда (хадисы). Все остальные источники - иджма (согласо­ванное мнение авторитетных богословов по религиозно-юридическим вопросам), фетвы (юридические и богослов­ские заключения теологов), кияс (решение вопросов по ана­логии), имеющие важное значение для шариата, не должны противоречить Корану и хадисам.

Арабское слово "хадис" означает "передавать сообще­ние, рассказывать". В исламской традиции хадис - это рас­сказ о поступках и высказываниях Пророка Мухаммеда и его сподвижников. "Хадис" означает также "новый, но не древ­ний; тот, что появился позже".

Коран является Словом Аллаха, а хадис - словом чело­века, т.е. словом Пророка Мухаммеда. Хадис дополняет и разъясняет коранические установления. Так, например, в Коране сказано, что мусульмане должны молиться. Но как именно молиться? Как это должно осуществляться на прак­тике? Ответ дают хадисы: "Молитесь так, как я молился...", а сподвижники Пророка рассказывали и показывали, как мо­лился Пророк. Этому образцу, который зафиксирован в ша­риате, и следуют мусульмане.

Оправдывая или осуждая тот или иной поступок, му­сульманин ссылается на хадисы Пророка. Это означает, что поступок оценивается по аналогии с поступками Пророка Мухаммеда. С этой точки зрения хадис - слово Пророка, его указание, как поступать в том или ином случае. Поступки Пророка, даже молчание его означают согласие с чем-либо. Разъясняя различие между хадисом и Кораном, богословы говорят: "Сунна не категорична, тогда как в Коране все кате­горично и абсолютно".

Коран дарован людям через посланника Аллаха, и долг Пророка Мухаммеда заключался в том, чтобы довести это послание до людей в том виде, в каком оно было дано. Про­рок объясняет и комментирует Коран так, как ему внушил Бог.

С точки зрения шариата Пророк Мухаммед - первый комментатор Корана, его изречения - хадисы служат средст­вом понимания Корана.

Так, в шариате зафиксирован случай, связанный с му­сульманским постом, соблюдаемым в месяце рамадан. Еще при жизни Пророка Мухаммеда его сподвижники узнали от него, что Аллах ниспослал аяты о соблюдении поста, и стали поститься согласно Корану. Однажды кто-то из сподвижни­ков спросил Мухаммеда: "Если человек забыл, что идет ра­мадан, и принял пищу, будет нарушен его пост или нет?" В Коране не содержится ответа на этот вопрос. Пророк сказал, что "если кто-либо забыл о посте и принял пищу или воду, его пост не нарушен".

Другой пример. В Священном Коране (2:228; 11:14; 17:28 и др.) имеются аяты относительно молитв, которые должны исполняться неукоснительно. Указывают они, в ча­стности, и время молитвы, но остается неизвестным, когда именно нужно начинать молитву и когда завершать, сколько ракатов - коленопреклонений необходимо совершить и т.д. Ответы на эти вопросы содержатся в словах и поступках Пророка.

Хадис и сунна также относятся к Священному Откро­вению. Архангел Джабраил явился к Пророку Мухаммеду не только с Кораном, но и с хадисами и сунной. Хадисы долж­ны восприниматься не как Слово Аллаха, а как мысль, отражающая Его желания. Во время богослужения и молитвы Коран необходимо читать только на арабском языке, а ком­ментировать его разрешается и на других языках. Слово Пророка Мухаммеда, несущее в себе законодательный (шареи) акт, также имеет статус священности.

Поскольку слова и мысли Корана полностью принад­лежат Аллаху, Коран является первым источником шариата, а хадис и сунна - вторым. Коран в целом и все его аяты в от­дельности являются категорическими, последовательными, нерасчлененными, тогда как хадисы не имеют такого импе­ратива абсолютности.

Коран и хадисы являются "вахюн", что на арабском языке означает "откровение, вдохновение, внушение". При этом Коран абсолютен, он имеет самую высокую чистую степень откровения, исходящую непосредственно от Аллаха.

Использование хадисов в качестве важнейшего после Корана источника началось сразу после смерти Пророка Му­хаммеда. Сподвижники Пророка, праведные халифы - Абу Бакр, Омар, Осман, Али, следили за тем, чтобы не распро­странились ложные хадисы от имени Пророка. Рассказыва­ют, что однажды некий человек обратился к халифу Абу Бакру относительно наследства. При этом он ссылался на хадис Пророка Мухаммеда. Абу Бакр спросил: "Может ли еще кто-нибудь подтвердить, что данный хадис действи­тельно принадлежит Пророку?" Поиск свидетеля диктовался тем, что в тот период многие хадисы бытовали только в уст­ном изложении. Они еще не были собраны в отдельные сборники. Запись хадисов началась еще при жизни Пророка Мухаммеда. Абу Хурейра сообщает, что Абдулла ибн Омар записывал их. Двоюродный брат и зять Пророка Мухаммеда халиф Али настаивал, чтобы хадисы записывали с именами рассказчиков. Великий сподвижник Пророка Абу Хурейра рассказал 5354 хадиса.

Согласно шариату считается ошибочным суждение, будто основу ислама составляет только Коран и что нет необходимости обращаться к хадисам. Все, что в Коране не­досказано, не прояснено до конца, все, что требует разъясне­ния, находится в суждениях Пророка Мухаммеда. Сам Про­рок говорил об этом: "Знайте, мне ниспослана книга Коран и дополнительно столько же. Знайте, что мне ниспослан Коран и еще подобие Корана".

Шариат предупреждает мусульман не впадать в ошиб­ку, полагая, что все запреты Аллаха - в Коране, что вне Ко­рана нет запретов. Пророк Мухаммед говорил; "Я запретил вам столько же вещей или же больше, чем запрещено в Ко­ране, ибо эти запреты я получил через откровения".

Запреты Аллаха и запреты Пророка, зафиксированные в канонах шариата, равны. Пророк запрещает употреблять в пищу мясо хищных животных и птиц, например, волка, ша­кала, льва, тигра и т.д. Эти запреты есть только в сунне Про­рока и шариате. В Коране о них ничего не сказано.

В изречениях Пророка Мухаммеда встречается немало суждений, относящихся к практическим повседневным де­лам. Это суждения Пророка о пище, напитках, сне, о спосо­бах примирения поссорившихся, о купле-продаже, формах одежды, о земледелии, о медицине, размещении гостей и т.д. Все эти вопросы скрупулезно систематизированы в шариате.

Мусульманские правоведы всех направлений и толков ислама требуют руководствоваться следующим хадисом. Пророк Мухаммед, говорится в нем, назначил правителем Йемена своего сподвижника - известного ученого, факиха Муаза. Пророк спросил Муаза: "Когда прибудешь в место назначения, чем ты будешь руководствоваться в решении вопросов, которые возникнут?" - Муаз ответил: "Книгой Ал­лаха - Кораном". - Пророк спросил: "А если не найдешь от­вета в Книге?" - Муаз ответил: "Сунной посланника Аллаха". - Пророк спросил: "Если и там не будет ответа?" - Муаз от­ветил: "Тогда буду решать своим умом и иджтихадом" (т.е. самостоятельным, собственным суждением по религиозным и правовым вопросам). Такой ответ удовлетворил Пророка.

Коран - уникальный религиозный и исторический па­мятник мирового значения, Священное писание и открове­ние, без которого нельзя понять самую молодую мировую религию - ислам, мораль, нравственность, поведение и пси­хологию мусульман. На основе мусульманской традиции и шариата, исламской педагогики исследование и освоение Корана осуществляется в следующих направлениях:

-чтение и заучивание наизусть аятов (стихов) Корана на арабском языке для исполнения молитвенных обрядов и ритуалов;

-изучение содержания Корана на основе коммента­торских трудов;

-изучение Корана как религиозно-культурного, исто­рического, социального и юридического памятника;

-исследование Корана с точки зрения языкознания, как памятника классического арабского языка;

-изучение Корана как классического памятника араб­ской письменности и каллиграфического искусства и т.д.

В традициях шариата указывается, что по отношению к Корану хадис выполняет две задачи: дает свое толкование или разъяснение, добавляет к нему новые суждения. Во всех случаях хадис нельзя смешивать со Словом Аллаха, ибо ха­дис имеет лишь пояснительный статус. Коран есть фунда­мент, основа вероучения ислама, а комментарии - его строе­ние. Для любой мысли хадиса существует основа в Коране.

На протяжении всей истории ислама мусульманские правоведы и богословы опасались того, что люди не всегда смогут установить различие между небесным посланием Ка­лам улла (Словом Аллаха) и словом посланника Его, что лю­ди могут искажать их или сами придумывать, приписывая Пророку. Это означает, что разъяснение смысла и перевод не тождественны Корану.

Поскольку на сунне - хадисах лежит самая большая от­ветственность за правильное понимание Священного писа­ния ислама, шариат устанавливает строгие правила применения хадисов: следует прежде всего точно установить, кто передает изречения Пророка; рассказывающий хадисы дол­жен быть знатоком Корана и сунны. По мнению исламских богословов, абсолютного доверия заслуживают сподвижни­ки Пророка - сахаба (асхаб) и табиин (люди, непосредствен­но общавшиеся с асхабами - сподвижниками Пророка Му­хаммеда).

Шариат и мусульманская историография полностью доверяют сахаба и утверждают, что они относились к Про­року с любовью и преданностью, ибо слова Пророка - вели­чайшая истина. Все эти истины рассказывали и передавали сахаба.

Хадисы имеют иснад - цепь передатчиков, первые из них обязательно примыкают к самому Пророку. Передатчи­ки хадисов должны быть надежными, не случайными людь­ми.

Имам Малик (713-795), основатель маликитского толка сунны - один из крупнейших собирателей хадисов, говорил, что "наука о хадисах - это религия, и вы должны обратить внимание, от кого получаете эту веру".

Основной догмат ислама - поклонение единому Богу -Аллаху и признание Пророка Мухаммеда посланником Ал­лаха. Сущность Аллаха и Его атрибуты изложены в Коране и хадисах Пророка: "Он - Аллах - един, Аллах вечный, не ро­дил и не был рожден, и не был Ему равным ни один" (112:1-4).

На основе этих коранических слов и изречений Пророка мусульманский монотеизм, его основа изложены мусульман­скими теологами, правоведами и философами следующим образом, основательно раскрывающим суть керамического монотеизма: "Аллах один, не имеет себе равного, слышит, видит. Он есть не тело, не вещь, не величина, не форма, не плоть, не кровь, не душа, не субстанция, не акциденция, не наделен цветом, вкусом, обонянием, осязанием, теплотой, холодом, влажностью, сухостью, длиной, шириной, глубиной, тождеством, различием, движением, покоем. Он также не принимает ни часть, ни движение, ни конечность, ни на­правление, ни право или лево, ни перед или зад, ни верх или низ, ни место, ни пространство не охватывает Его. Общение, удаление и воплощение не могут быть применены к Нему. Он не может быть определен каким-либо определением, ко­торое приложимо к созданиям, поскольку они сотворенные. Нельзя также сказать, что Он конечен. Он не может быть оп­ределен ни мерой, ни движением в любом направлении. Он не определенный, не рожденный и не порождающий, чувства не постигают Его, человек также не может определить Его по аналогии. Он не похож, ни в коем случае, на создания. Он первый и прежде всего. Он тот, кто предшествовал сотво­ренным вещам и существовал до сотворения. Глаза не видят его, взоры не постигают Его, воображение не постигает Его. Он также не слышит (ушами). Он есть бытие, но не такое, как другие бытия. Он один вечен, нет иного вечного, кроме Него, иного Бога, подобно Ему".

Это самое яркое философское понимание сущности коранического Единого Бога - Аллаха, который не имеет зри­мого образа, не может быть изображен. Признавая вечность и духовность Бога, шариат,, естественно, выступает против антропоморфизма.

Исламское искусство, по учению Корана и шариата, аб­страктно отображает красоту и величие этого мира, запре­щая изображать живые существа во избежание идолопо­клонничества (поэтому в молитвенных домах - мечетях, в духовных школах и т.д. отсутствуют изображения живых существ, портреты, статуи).

Коран и шариат не допускают использования образа Бога в материальном воплощении - в виде статуи, портрета, иконы - для украшения молитвенных домов, во время рели­гиозных праздников или совершения обрядов. Божествен­ный, сакральный строй мироздания получает свое отображение в геометрической пропорциональности орнамента, в му­зыкальной гармоничности звука, в ритмичности движения.

И таким образом Коран и шариат оказывают сильное воздействие на архитектуру, искусство градостроительства в мусульманском мире.

Коран, шариат, мусульманская культура неотделимы от единобожия, называемого таухид (монотеизм). Аллах - еди­ный и единственный Бог. Вся жизнь мусульманина должна быть приведена в соответствие с этим главным догматом ис­лама, что предполагает единство ее духовных и материаль­ных аспектов, единство религиозного и мирского.

Коран и сунна являются основой шариата - мусульман­ского права, положений, регулирующих торговлю и финан­сы, налоговую систему, законов о семье и браке, мусульман­ских обрядов и праздников, запретов.

МУСУЛЬМАНСКИЕ ПРАВОВЫЕ ШКОЛЫ И ИХ ОСНОВАТЕЛИ

Мусульманская юриспруденция, мусульманское право представлено четырьмя равноправными юридическими шко­лами сунны и шиизма. Шиитские правоведы в отличие от суннитских для подкрепления своих доводов юридического характера ссылаются преимущественно на Пророка и на ши­итских имамов. Что касается самого предмета права у сунни­тов и шиитов, то оно общемусульманское.

Система и организация судопроизводства суннитского толка и шиитского направления в основном сходны. Их суды равно называются шариатскими, вершители судебных дел именуются кадиями (судьями). Чтобы различать, их называ­ют кади ханифитского толка, кади шафиитского толка и т.д. Мусульманин-суннит, независимо от того, к какому мазхабу он принадлежит, имеет право обратиться к судье любого из четырех мазхабов. Шиит, как правило, обращается к шиит­скому судье.

Следует, однако, отметить, что суннитские и шиитские кадии не имеют единого судебника. Даже каждый мазхаб имеет свой судебник. Уже в X-XIвв. шариатские судьи не производили судебных разбирательств на основе непосред­ственно трудов основателей своих мазхабов. Были составле­ны удобные судебники. Ханифитские судьи, например, про­изводят судебное разбирательство в основном по сборнику комментариев ханифитского учения "Хидая" Бурханаддина аль-Маргинани. Есть и другие судебники различных мазха­бов.

Одна из отличительных черт шиитского права - непри­знание кияса (аналогии) как источника мусульманского пра­ва. Характерная и отличительная черта шиитского права за­ключается в том, что его политический аспект - право на верховную власть - основывается на авторитете по наследст­ву, тогда как в суннизме право на верховную власть основы­вается на иджме. Поскольку шииты признают непогреши­мость имама, мнение авторитетных богословов (иджма) для них приемлемо лишь в том случае, если оно выражает волю имама.

Четыре юридические школы суннизма создавались с начала VIIIдо середины IXв. В источниках ислама они име­нуются "мазхаб ас-сунна" (мазхабы сунны), а последовате­лей этих школ называют "ахль-сунна". Все юридические школы названы по именам их основателей: ханифитская (Абу Ханифа), маликитская (Малик ибн Анас), шафиитская (аш-Шафии), ханбалитская (Ахмад ибн Ханбал). Следует отметить, что особые мазхабы были созданы также правове­дами Абдурахманом аль-Авзаи (88-157 г.х) и Суфьян ас-Саври (97-161 г.х.). Однако юридические школы последних не имели широкого распространения, и еще в раннем сред­невековье их последователи присоединились к указанным четырем мазхабам.

Приведем краткие биографии основателей юридиче­ских школ суннизма.

Абу Ханифа ибн Сабит (699-767) по происхождению турок. Это мнение турецкого богослова Хамди Аксеки [1] под­крепляется тем фактом, что все тюркские народы (кроме шиитов-азербайджанцев) являются последователями Абу Ханифы. Ханифитский мазхаб самый распространенный в ортодоксальном исламе. В этом большую роль сыграло офи­циальное признание его турецкими султанами.

Абу Ханифа известен среди мусульман как имам аль-Азам (великий имам). Родился и вырос он в г. Куфе (Ирак) и в своих юридических суждениях опирался "на разум и ана­логию (прецедент)" [2].

Ханифитский толк получил широкое распространение в Иране, Сирии, Турции, Средней Азии и Казахстане, а также среди татар и башкир. Ханифитский толк является самым распространенным в мусульманском мире и отличается от других мазхабов сунны наибольшей терпимостью.

Абу Ханифа считается основателем фикха и величай­шим богословом. О нем говорили: "Если вера удалится к звезде Зухра (Венера - Г.К.), на землю ее вернет имам Абу Ханифа".

Поскольку Абу Ханифа родился спустя всего 80 лет по­сле возникновения ислама, ему удалось непосредственно встретиться с некоторыми сахаба - людьми, видевшими Пророка Мухаммеда. Он встречался и с шиитским имамом Джафаром ибн Садиком.

Известны труды Абу Ханифы: "Аль-фикх аль-Акбар", "Аль-алим ва аль-мутааллим". Основатели остальных трех юридических школ - Малик, аш-Шафии, Ибн Ханбал - счи­тают себя учениками Абу Ханифы. Имам аш-Шафии гово­рил о нем: "В области знания фикха все являются детьми Абу Ханифы. В области религиозных наук все являются детьми ученых Ирака, а иракские ученые - учениками уче­ных Куфы, куфииские же ученые - учениками Абу Хани­фы" [3].

Абу Ханифа вел дискуссии по юридическим вопросам и проповедовал в городах Куфе, Басре, Багдаде. Логика его рассуждений настолько импонировала последователям ис­лама, что основатель маликитского права, например, образно говорил о нем: "Логика Абу Ханифы настолько сильна, что, если он сказал, что дерево - золото, то и докажет это" [4].

Считается, что Абу Ханифа составил сборник, содер­жащий 500 тысяч различных примеров юридических дел, предусматривающих определенные наказания, издал 64 фетвы по вопросам богослужения и права. Источники сообща­ют, что Абу Ханифа был глубоко богобоязненным, вел аске­тический образ жизни, всю ее прожил под страхом, как бы не нарушить заветы Бога и не впасть в грех. Ему не раз предлагали должность, но он отказывался из боязни обидеть кого-либо и совершить грех. Этим во многом объясняется то, что Абу Ханифа был больше юристом умозрительным, чем практиком. В отличие от основателей других юридических школ ислама Абу Ханифа никогда не занимал официальной должности судьи.

Об Абу Ханифе рассказывают, что, узнав, что в Куфе продают мясо украденных овец, он семь лет не ел баранину из боязни съесть запретное - украденное мясо. 55 раз он со­вершал паломничество в Мекку. О нем существуют десятки изречений. Говорят, что Пророк Мухаммед произносил о нем следующие слова: "Среди моего народа появится чело­век по имени Абу Ханифа, в Судный день он станет свети­лом моего народа", "Нуман ибн Сабит Абу Ханифа оживит религию Аллаха и сунну", "Адам гордится мною, а я – Абу Ханифой, кто любит его, любит и меня, кто его враг, являет­ся и моим врагом", "В каждом столетии из среды моего на­рода возвысятся люди, среди них самый почетный - Абу Ха-нифа". Мусульманская традиция вложила слова об Абу Ха-нифе и в уста Али: "В Куфе появится большой знаток веры по имени Абу Ханифа, он погибнет из-за того, что некото­рые не оценят его знание и старание" [5]. Но, несмотря на его поведение сверхблагочестивого мусульманина, Абу Ханифа был подвергнут мучительному наказанию правителями Ку-фы и халифом Багдада и в 68-летнем возрасте умерщвлен.

О жизни и смерти Абу Ханифы существуют различные версии. Он жил в очень неспокойное время - время падения династии Омейядов и начала правления Аббасидов. В прав­ление последнего из Омейядов, халифа Марвана II(744-750), иракский наместник предложил Абу Ханифе должность су­дьи г.Куфы, и, когда тот отказался, его бросили в темницу и наказали 110 ударами кнута. По освобождении Абу Ханифа уехал в Мекку, а после прихода к власти Аббасидов, при ха­лифе Мансуре (754-775), подозревался в участии в куфском мятеже. По приказу Мансура Абу Ханифа был доставлен в Багдад, от него потребовали публичного признания Мансура законным халифом и обещали должность судьи Багдада. Уг­розы халифа не подействовали, и имам вновь оказался в тюрьме. Но к этому времени у него уже было много влия­тельных учеников: все судьи Ирака были последователями его школы. Опасаясь их противодействия, халиф приказал тайно отравить Абу Ханифу. В день его похорон в Багдаде 50 тысяч его последователей участвовали в молитве. 20 дней продолжалось шествие к его могиле.

После прихода к власти тюрок-сельджуков по приказу Мелик Шаха над могилой Абу Ханифы был сооружен мав­золей, который затем богато украсили османские правители, признавшие юридическую школу Абу Ханифы официаль­ным мазхабом.

Одна из главных отличительных черт юридический системы Абу Ханифы - учет местных условий в судопроиз­водстве. Отмечая эту сторону метода Абу Ханифы, русский востоковед П.Цветков писал, что последователи ханифит-ской школы придерживались следующих правил: а) главное - смысл, а не "буква" установлений; б) применение к мест­ным обстоятельствам является важнейшим правилом, кото­рому должны следовать мусульманские правоведы и бого­словы. Это и дало повод мусульманскому теологу Шахри-стани повод назвать ханифитов людьми рассуждения [6].

Малик ибн Анас (713-795) родился и провел всю свою жизнь в Медине. В решении юридических вопросов он, как и егопоследователи,опиралсянапреданиеи традициюи меньше обращался к разуму и аналогии (кияс). И в этом главное отличие маликитского толка от ханифитского. Ма-ликитскиймазхабполучилраспространениевХиджазе, Магрибе, в Андалузии. Основы учения Малика изложены в самом известном его труде - "Аль-Муватта" ("Общедоступ­ный"), который также считается одним из достоверных ис­точников мусульманского предания. Поскольку Малик ибн Анас был одним из известных собирателей хадисов, в основу его юридического толка легли предания и традиции. Учение, отраженное в "Аль-Муватта", является своего рода компро­миссом между сборником хадисов и трактатом по юриспру­денции в собственном смысле слова. Характерно, что в сво­их суждениях Малик кроме традиции основывается на иджме (в основном это мнение ученых Медины). Индивиду­альное толкование Малик допускает лишь в случае крайней необходимости. В юридической школе Абу Ханифы преоб­ладают три принципа: рая (личное мнение, основанное на здравом смысле), кияс (суждение по аналогии) и истихсан

(предпочтение). Они-то и отделяют ханифитов от юридиче­ской школы Малика ибн Анаса, хотя у последнего не исклю­чается и истихсан (предпочтение). Они-то и отделяют ханифитов от юридической школы Малика ибн Анаса, хотя у последнего не исключается и истихсан.

Учение Абу Ханифы давало юристу возможность отно­сительно свободного действия в решении юридических во­просов в зависимости от конкретной обстановки, но в то же время таило в себе опасность произвольного действия кадиев - шариатских судей. Именно этот метод способствовал ши­рокому распространению ханифитского толка, применяюще­гося к местным условиям.

Абу Абдаллах Мухаммед ибн Идрис аш-Шафии (767-819) родился в Газе и умер в Каире. Год его рождения совпал с годом смерти Абу Ханифы. Детство его прошло в Мекке, где он получил начальное образование. Здесь же он изучал юридический толк Малика ибн Анаса. В 20-летнем возрасте выпустил первую свою фетву. Все, казалось бы, говорило за то, что он станет последователем маликизма. Однако, пере­ехав в Багдад, аш-Шафии с большим усердием стал изучать основы юридической школы ханифитов. Затем, окончатель­но обосновавшись в Каире, он долгое время находился под влиянием обоих толков - ханифитского и маликитского, не примыкая полностью ни к одному из них. Воздавая должное Абу Ханифе и Малику ибн Анасу как своим учителям, он создал свою собственную юридическую школу, позже полу­чившую название шафиитской.

В своих юридических суждениях аш-Шафии опирался на предание и традицию, но не отвергал полностью разума и аналогии - кияса. Иными словами, он пытался объединить системы Абу Ханифы и Малика ибн Анаса. Учение аш-Шафии получило наибольшее распространение в Египте и имело последователей в Сирии, Ливане, Йемене, Хорасане, Багдаде и в Дагестане. При Фатимидах (909-1171), когда официальной религией был признан крайний шиизм исмаи-литов в Египте, шафиитский толк был запрещен. Деятель­ность шафиитов оживилась в Египте, когда Салахаддин аль-Айюб уничтожил там исмаилизм. Известные труды аш-Шафии - "Ар-рисаля" ("Послание") и "Аль-умм". Опираясь на хадисы и традиции, аш-Шафии полностью пренебрегал рая, игравшим большую роль в толке Абу Ханифы и опреде­ленную роль у Малика. Что касается кияса, то он у аш-Шафии отодвинут на задний план.

Абдаллах Ахмед ибн Ханбал аш-Шейбани (780-855) жил в Багдаде и был одним из известных комментаторов и собирателей хадисов. По словам историка-правоведа Ибн Надима (ум. в 996), он знал наизусть более миллиона хади­сов. Его книга "Аль-Муснад" ("Опора") содержит 40 тысяч хадисов [7] . Не случайно и основу его юридических суждений составили именно хадисы. Ибн Ханбал самым категориче­ским образом отклонял значение разума и кияса в юриспру­денции. Ханбалитский толк имеет последователей в Ираке, Сирии и относительно широко распространен в Неджде. Од­ной из характерных черт этого толка являлась особая жест­кость в мерах наказания. Крайней жесткостью, непризнани­ем каких-либо новшеств, буквалистским исследованием ха­дисов и Корана - единственных источников права и закона - ханбалитский толк снискал себе славу крайне консерватив­ного крыла в исламе.

Особую неприязнь ханбалиты питали к богословско-философскому течению ашаритов, которые пытались при­мирить философию мутазилитов с догмами ислама, отбросив рационализм мутазилитов. Когда имам аш-Шафии прибыл в Багдад, Ибн Ханбал вступил с ним в дискуссию, в которой не согласился принять поддержанную аш-Шафии концеп­цию официальных властей против иджтихада, за что на 28 месяцев был брошен в тюрьму. Крайняя нетерпимость и фанатичная неприязнь к монгольским завоевателям привела ханбалитов в XIIIв. к фактическому уничтожению и к зна­чительной потере ими влияния в мусульманских странах.

Окончательное признание названных четырех юриди­ческих школ в системе мусульманского права, их канониза­ция привели к тому, что последующие поколения правоведов были фактически лишь их комментаторами, применяли их к местным условиям. Наиболее заметные шаги в систематиза­ции мусульманского права были сделаны законоведами Абуль Хасаном адь-Маварди и Бурханаддином Али ибн Абу Бакром аль-Маргинани. Книги "Аль-Ахкам ас-Султания" ("Принципы управления") аль-Маварди и "Аль-Хидая фи шарх аль-бидая" ("Руководство по комментированию начал") аль-Маргинани до сих пор остаются самыми значительными трудами мусульманской юриспруденции. Аль-Маварди при­надлежал к юридической школе шафиитов, а аль-Маргинани - ханифитов.

"Аль-Хидая" аль-Маргинани считается самым автори­тетным правовым источником у последователей ханифит-ского толка. В Турции, в ханствах и эмиратах Средней Азии шариатские суды вели судопроизводство по "Аль-Хидая". По приказу царских властей эта книга была переведена на русский язык и издана в Ташкенте.

Со временем различия между четырьмя мазхабами ста­ли отодвигаться на задний план. Ведущим стал процесс уни­фикации шариата. В настоящее время лишь теологи-профессионалы могут достаточно точно изложить эти разли­чия. Процесс слияния и взаимопроникновения различных толков привел к созданию унифицированного универсально­го права, так что мусульманин-суннит может обратиться к судье, придерживающемуся любой из четырех школ сунны. И хотя формально различия между школами фикха призна­ются, фактически, на практике, они потеряли какое-либо значение.

ИНСТИТУТ АДВОКАТУРЫ В ШАРИАТЕ

Оформление права в рамках шариата включало и соз­дание юридических институтов, в частности института адво­катуры. Развитие частной собственности, расширение эко­номических и торговых связей приводило к усложнению системы их защиты, что вело к складыванию профессио­нального слоя юристов.

Дело, ведение которого поручается другому, называется "вакалат", а его исполнитель,, доверенное лицо - "вакиль" (адвокат). Человек может поручить другому продать свой дом, заключить брачный договор и т.д. Если адвокат нахо­дится в другом городе, ему посылают доверенное письмо.

Доверенным лицом, адвокатом, по законам ислама, не может стать носящий ихрам (специальное одеяние для со­вершения паломничества в Мекку). Такой человек должен думать только о Боге, молитве и исполнении обрядов палом­ничества, ибо по традиции ислама человек в ихраме, произ­нося формулу "лаббейк, Аллахума лаббейк" ("Вот я перед тобой, Аллах"), находится перед Аллахом и ничто не должно отвлекать его от мыслей о Боге.

Адвокат не имеет права передать дело другому адвока­ту без разрешения доверителя. Если дело поручено несколь­ким исполнителям, то в случае смерти или отказе одного из них начатое дело не прекращается. Если же в вакалате уча­ствуют только двое - поручитель и исполнитель, то в случае смерти одного из них дело автоматически прекращается. В случае, когда адвокат или защитник умирает или становится невменяемым, сделка утрачивает свою юридическую силу.

Оберегая частную собственность от посягательства ад­вокатов, шариат тщательно разрабатывает их права и обя­занности, причем к категории адвокатов причисляются часто доверенные лица и посредники, права которых также строго регламентированы. Например, если кому-то передана одежда для продажи, а посредник этот не продал ее, а сам стал носить и износил, то он обязан купить взамен новую, или вы­платить сумму стоимости данной одежды ее владельцу. По этой аналогии решаются другие подобные дела. Возникновение института адвокатуры в шариатском судопроизводстве явилось результатом развития и усовер­шенствования мусульманской юридической практики. Му­сульманские адвокаты, принадлежащие к сословию юристов, выступают в качестве посредников между шариатским су­дом и гражданами.

ОРГАНИЗАЦИЯ И СИСТЕМА СУДОПРОИЗВОДСТВА В ШАРИАТЕ

Первоначальный ислам не имел стройной системы су­допроизводства. Мухаммед, как глава мусульманской общи­ны, лично решал судебные вопросы и выносил приговоры, временами поручая это своим сподвижникам. В Коране го­ворится об обязанности Пророка судить на основе Корана: "Мы ниспослали тебе писание в истине, чтобы ты мог судить среди людей так, как показал тебе Аллах" (4:106).

Известный арабский правовед IXв. Иахйа ибн Адам со­общает о случае, когда некий мусульманин убил человека "из народа Священного писания" - зимми. Пророк сам раз­бирал это дело, и по его приговору убийца был предан смер­ти [8]. Мухаммед выносил приговоры в присутствии кон­фликтующих сторон. Местом судебного разбирательства часто служила мечеть. Хотя законы шариата не одобряют обсуждение в мечети земных дел, ибо она - место, где чело­век общается с Богом, тем не менее все дела светского ха­рактера наряду с религиозными освящались исламом и свя­зывались с ним. Известно, что еще в Xв. фатимидский вер­ховный судья - кади аль-кудат - разбирал судебные дела в мечети Аль-Азхар.

Характерной чертой судебного разбирательства перво­начального ислама являлось отсутствие адвокатов. Кади не­посредственно требовал личного присутствия истца и ответ­чика. Для шариатского суда они именуются одинаково: "муддаи" (потерпевшие). Лишь по окончании разбирательст­ва дела, после вынесения приговора, осужденный начинал именоваться виновным. Соблюдалась, таким образом, пре­зумпция невиновности. Другая отличительная черта раннего судебного разбирательства - принцип непрерывности судеб­ного процесса и отсутствие письменного делопроизводства. Как правило, кади в течение одного заседания завершал су­дебное разбирательство и выносил окончательное решение и это считалось признаком его опытности и умелости.

Дело разрабатывалось устно, публично, без всяких формальностей, и окончательный его исход полностью зави­сел от кади. В дальнейшем судопроизводство шариата рас­ширилось, чего потребовало социально-политическое уст­ройство мусульманского государства. Уже в период первых халифов появились судебные органы во главе с кади аль-кудат. Кади проводил судебное разбирательство с помощью мазакки, который занимался проверкой личностей свидете­лей, касима - служителя суда, который знал все правила рас­пределения имущества, нескольких аванов, которые уста­навливали порядок в суде, приводили в исполнение его ре­шения, следили за явкой свидетелей, и амина аль-хукма, ве­давшего делами опеки.

Позже появились полицейские органы - шурта. Поли­цейские действовали в зависимости от конкретных условий, в согласии с шариатским судом, а также самостоятельно. Из­вестный арабский историк Ибн Халдун сообщал, что "вопро­сы, связанные с обеспечением безопасности людей, разбира­ла исключительно шурта (полиция) без вмешательства кади" [9].

В Османской империи кади сохранялись в качестве ве­дущих судей на местах. Они подчинялись шейх-уль-исламу -главе всех шариатских судов, который назначался султаном. Весь шариатский судебный аппарат, возглавляемый шейх-уль-исламом, имел в своем непосредственном ведении ряд ведомств: по вынесению приговоров, по ведению делопроиз­водства, по оформлению судебных документов и т.д. [10]

В период упадка Османской империи, с усилением влияния западных держав и притоком иностранного капита­ла, под нажимом европейских государств в отдельных му­сульманских странах создавались коммерческие светские суды с участием как мусульманских, так и христианских купцов (подданных мусульманских и западных стран). Эти смешанные суды руководствовались преимущественно нор­мами западного (французского) гражданского права. По­скольку представители мусульманских купцов еще слабо знали основы западных правовых норм, не могло быть гарантии в исходе судебного дела в пользу мусульманина.

ПРАВИЛА И ФОРМЫ ПРИНЯТИЯ ПРИСЯГИ, ОБЯЗАТЕЛЬСТВ И КЛЯТВЕННЫХ ОБЕЩАНИЙ

Обет, клятва, присяга не имеют прямого отношения к религии. Прежде всего они имеют юридическое значение. Освящение этих проблем религией также не может сделать их религиозными. Каким образом светские правовые про­блемы связаны с религией?

Мусульманская юриспруденция отвечает на этот вопрос двояко.

1. Понятия "обет", "клятва", "присяга" толкуются как религиозные, как связанные с высшим началом, с Богом, о ответственностью перед Ним. 2. Светские проблемы рассматриваются с позиций Корана и шариата. Например, у ро­дителей тяжело болен единственный сын. Естественно их страстное желание, чтобы он как можно быстрее выздоро­вел. Религиозная традиция призывает родителей дать обет о пожертвовании мечети или милостыне беднякам в случае выздоровления сына.

Шариат требует, чтобы человек давал обет не по при­нуждению, а добровольно. Давать обет поспешно, необду­манно, в нервозном состоянии так же запрещается, как и до­пускать расточительство в деле обета. Если человек дал обет раздать часть своего имущества бедным и сам при этом ра­зорился, то такой обет считается недействительным (батил).

В семье не все обладают правом давать обет. Не имеют этого права жена и дети без разрешения мужа и отца. Если же они дали обет против воли мужа и отца, то такой обет считается недействительным. Сын, взявший на себя обяза­тельство об обете без ведома отца, если последний не выска­зал своего возражения, должен выполнить этот обет. Всякий обет обязательно должен быть под силу давшему его и свя­зан с делами дозволенными шариатом. Шариат требует так­же соблюдения сроков его исполнения.

Родители малолетней дочери могут дать обет выдать ее замуж по достижении совершеннолетия за определенного человека. Но дочь, достигнув совершеннолетия, имеет право расторгнуть обет родителей.

Условия клятвы или присяги с точки зрения шариата близки к обету. Дающий клятву или присягу должен быть совершеннолетним и в здравом уме. Клятвы детей, умали­шенных, нетрезвых, клятвы по принуждению считаются не­действительными. Запрещается давать клятву в возбужден­ном состоянии. Недействительна с точки зрения шариата клятва, связанная с выполнением запретных или порицаемых дел. Нельзя также давать клятву о совершении того, что счи­тается ваджибатом и мустахибом, т.е. обязательным с точки зрения религии (например, нельзя дать клятву о cовершении пятикратной молитвы, обязательной для мусульманина). В тексте клятвы обязательно должно упоминаться имя Божье, поэтому неприемлемым считается клясться не вслух или пи­сать клятву на бумаге. Исключение делается для немых, ко­торые могут дать клятву, выражаясь знаками. Кроме того, клятву можно давать лишь в случае, если ее выполнение под силу дающему ее. Клятву не могут давать женщины и дети, если на это нет разрешения отца или мужа. Если же такая клятва все же дана, муж или отец может ее расторгнуть.

Шариат не допускает уклонения от выполнения клятвы. В противном случае необходимо искупление, им может стать, например, кормление десяти бедняков или обеспече­ние их одеждой. Если перечисленное не под силу нарушив­шему клятву, он должен хотя бы поститься в течение трех дней.

Мусульманская юриспруденция в отдельных случаях допускает ложную клятву, если мусульманин дает ее в целях освобождения себя или своего брата по вере. Но при этом он должен совершить тайную клятву (т.е. сказать про себя правду). Например, если притеснитель требует от человека, чтобы он дал клятву в отношении разыскиваемого, он может клясться, что не видел его, хотя на самом деле это не так. На эту тему есть рассказ Сзади Ширази о некоем хане, отдав­шем приказ казнить раба. Приговоренный к смерти раб стал в присутствии двух визирей поносить шаха на языке, не по­нятном правителю. Шах приказал одному из визирей пере­вести слова раба. Этот визирь, отличавшийся благородством, обманул шаха, переведя слова приговоренного как благо­дарность шаху и хвалу его справедливости. Другой же ви­зирь - злой человек - раскрыл обман первого, правильно пе­реведя шаху слова раба. Однако шаху "обман" понравился, поскольку он преследовал благородную цель спасения жиз­ни и, следовательно, был лучше правды, основанной на зло­бе. Раб был освобожден.

Положение о ложной клятве основательно разработано в шариате шиитского направления, что связано с гонениями, которым подвергались шииты в течение долгих веков. В учении шиизма возникло понятие "такийи" - ложной клятвы для сокрытия своего истинного вероисповедания. При этом шииты дают про себя скрытую клятву о своей верности ши­изму.

ШАРИАТ О ПРАВИЛАХ ПОГАШЕНИЯ ДОЛГА

Ислам строго регламентирует торгово-экономические связи и долговые отношения между мусульманами. Давать в долг считается делом благородным, одобряемым шариатом и догмами ислама. По этому поводу в Коране и хадисах со­держатся многочисленные указания. В одном из достовер­ных хадисов говорится: "Кто даст в долг своему брату-мусульманину, увеличит свое богатство, ангелы пошлют ему свою милость. Если кто-либо обходится вежливо со своим должником, в Судный день пройдет через сират (мост, пере­кинутый через ад) мгновенно и без всяких допросов. Если же кто-то откажет дать в долг своему брату-мусульманину, тому доступ в рай запрещен" [11].

Если срок возврата денежной суммы определен, долж­ник обязан вернуть ее в срок, но дающий в долг не должен требовать этого раньше истечения срока. Задерживать без причины отдачу долга шариат считает греховным поступ­ком, однако, если должник, кроме дома, в котором живет, и необходимых домашних принадлежностей, ничего другого не имеет, кредитор не может требовать свой долг и обязан терпеливо ждать его возврата. Если должник не в состоянии вернуть свой долг, он имеет возможность трудиться, он обя­зан вернуть кредитору долг своим трудом.

Если должник потерял своего кредитора, не может най­ти его, шариат не допускает присвоения должником долга, но предписывает раздать его бедным. Если же должник за­нял определенную сумму золотом или серебром, а после это­го повысились или понизились цены, счет возврата согласу­ется между должником и кредитором.

Ислам категорически запрещает получать процентную надбавку за одолженную сумму. Если кредитор во время да­чи в долг ставит условие, что при возврате должник обязан вернуть больше, чем он брал, то это считается процентной надбавкой (риба) и подлежит запрещению (харам). По зако­ну шариата получать процентную надбавку категорически запрещено, но не исключена возможность, что должник в той или иной форме отблагодарит кредитора. Например, до­пускается, не употребляя слова "риба", пригласить кредитора в гости, сделать ему подарок и т.д. Такие действия считают­ся одобряемыми шариатом (мустахиб). Но законы шариата запрещают смешивать дозволенное (халал) с процентными надбавками. В том случае, если вознаграждение за ссуду ис­пользуется кредитором для его нужд (в том числе даже и для благочестивых религиозных дел), оно расценивается как] процентная надбавка и запрещается. В частности, шариат за­прещает покупать за вознаграждение одежду и тем более со­вершать в такой одежде молитвенные обряды.

Кредитор имеет право поручить своему доверенному лицу получить одолженную сумму от должника. Получив долг, доверенное лицо само превращается в должника по от­ношению к данному кредитору, и последний теряет право требовать долг от первого должника. Если должник часть своего имущества оставляет в качестве залога у кредитора, то в случае невозвращения долга шариат дает право креди­тору присваивать, высчитывать и удерживать из данного в залог данное в долг. В качестве залога можно оставлять ве­щи или имущество, которое можно продать, купить и ис­пользовать с точки зрения шариата. Должник обязан оставлять у кредитора в основном что-либо из своего имущества или же из имущества другого по разрешению владельца. Кредитор и должник не имеют права ни продавать, ни да­рить имущество, оставленное в качестве залога, без согласия владельца. В случае, когда кредитор по разрешению долж­ника продал залог, приобретенные деньги также считаются залогом. Если по истечении срока должник не возвращает долга, кредитор может использовать оставленный ему залог, однако шариат советует делать это лишь по разрешению су­да, что связано со стремлением шариата не допустить кон­фликта между кредитором и должником.

ШАРИАТ О ПРАВАХ ПОРУЧИТЕЛЬСТВА, ГАРАНТИИ И ХРАНЕНИЯ

Значительное место в шариате отводится правилам по­ручительства, гарантий и хранения.

Если кто-то желает стать поручителем (замином), заяв­ляет кредитору, что готов взять на себя ответственность по возвращению долга вместо должника, то при согласии кре­дитора согласия должника не требуется. Такого рода дела в мусульманской юридической практике не имеют аналогии в системе западной юриспруденции. Характерно, что человек, намеревающийся стать поручителем и избавить должника от его долга, в зависимости от ситуации может известить об этом должника, а может и не извещать. Должник, как прави­ло, догадывается, а может до конца жизни и не узнать, кто спас его от долга. Практически это дело осуществляется та­ким образом: какой-то состоятельный человек узнает, что один из известных ему людей не может избавиться от своих долгов. Чтобы должник не стеснялся, он входит в соглаше­ние с кредитором и погашает долг должника. Это одна из форм благотворительности.

В случае, когда поручитель просто сообщает кредитору, что заплатит долг, если должник не вернет его, поручительство считается недействительным (батил). Человек может взять на себя поручительство (заманат) только лишь при ус­ловии, если точно, конкретно определены кредитор (или кредиторы), должник, род и сумма долга. Если кредитор да­рит свой долг поручителю, он не имеет права требовать его с должника. Если человек заявляет, что он поручается вернуть долг такого-то должника, он не должен сам отказываться от своего поручительства. Но он может условиться с кредито­ром об отказе от поручительства. Если человек без разреше­ния должника погашает его долги, то не имеет права требо­вать чего-то от должника. Если кто-то с согласия должника берется погасить его долги, он может часть долга взять с са­мого должника. Но если поручитель договаривается с креди­тором погасить его долги другими товарами или вещами, он не имеет права требовать от должника именно такой товар. Например, если должник занял пшеницу, а поручитель пога­сил его долг рисом, то последний не имеет права требовать от должника рис, разве что тот сам согласится отдать рис[12].

Термин шариата "кафалат" означает гарантию со сто­роны поручителя вернуть кредитору долг в любое время по его требованию. Человек, который берет на себя обязатель­ство по поручительству, именуется "кафил". В пяти случаях кафалат считается отмененным: 1. Когда поручитель воз­вращает поруку требователю. 2. Если долг кредитору-требователю погашен. 3. Если требователь отказывается от своего требования. 4. В случае смерти должника. 5. Если требователь добровольно освобождает поручителя от пору­чительства.

Шариат запрещает укрывать должника от кредитора. Если же это случится, человек, который сделал это, обязан передать должника в руки кредитора.

Отдающий вещи на хранение, как и тот, кто берется хранить их, должен быть совершеннолетним и в здравом уме. Если человек не уверен, что он сможет сохранить вещи, он не должен брать их. Человек, отдавший вещи на хране­ние, в любое время может взять их обратно. Если хранитель отказывается дольше хранить у себя отданные ему вещи, он должен вручить их или владельцу, или его доверенному ли­цу, или опекуну, или должен сообщить владельцу вещей, что не желает хранить их у себя. В случае, если хранитель не со­общит о своем решении не хранить дольше вещи и они про­падут, он обязан возместить пропажу. Но если хранитель не виноват в их пропаже, он не несет ответственности. Однако если хранитель держит вещи в таком месте, откуда их легко украсть, то в случае пропажи он должен возместить убыток. По договоренности сторон хранитель может выбрать место для хранения вещей сам. Если владелец умрет, хранитель обязан вернуть вещи наследникам. Если вещи пропадут, ко­гда хранитель занят выяснением, кто является наследником, он не виновен. Если у умершего владельца окажется не­сколько наследников, хранитель должен поделить вещи или деньги между ними поровну или по решению наследников передать их одному из них. Если хранитель вещей без согла­сия наследников передаст их одному из них, он несет ответственность перед остальными наследниками. Если умрет че­ловек, которому сданы вещи на хранение, вещи обязаны вернуть его наследники или опекуны. Если хранитель вещей почувствовал, что его смертный час близок, он должен по возможности вернуть вещи владельцу или передать их своим наследникам, чтобы они вручили их владельцу. Если и это невозможно, он должен пригласить свидетелей и сообщить им адреса и имена владельцев вещей, чтобы вещи были воз­вращены по назначению.

В шариатских правилах сдачи 'вещей на хранение есть особая форма использования вещи, именуемая "аариэ", что означает давать вещи для использования и взамен ничего не требовать. Так. можно дать одежду или что-то другое для временного использования и не брать платы. В случае смерти владельца вещи, взявший ее во временное пользование возвращает ее наследникам. Вещи несовершеннолетних и умалишенных передаются для временного пользования через опекунов и покровителей. Вещи, использование которых за­прещено шариатом, давать в аариэ не разрешается (напри­мер, золотые и серебряные вещи). Человек, взявший вещи во временное пользование, не имеет права отдавать их в аренду или для пользования другими без согласия владельца. Если человек узнал, что ему переданы украденные вещи, он ж может использовать их и должен вернуть их не тому, у кого взял, а настоящему владельцу.

Система положений шариата о поручительстве приот­крывает завесу над сложностью экономических связей и от­ношений. В учении шариата о поручительстве, гарантии и хранении прослеживается цель сгладить противоречия и примирить имущих с бедными. Шариат советует богатым использовать юридическую форму поручительства в качест­ве подачи милостыни бедным. Состоятельный человек, вхо­дя в соглашение с кредитором, погашает долг какого-либо бедняка, который сам не в состоянии избавиться от него. Ос­вобождая бедного от его долгов, состоятельный поручитель выполняет свой гуманный долг.


[1] Akseki A. Hamdi. Islam dini, itikad, ibadet ve Ahlak. Ankara[б.г],27.

[2] Ханна аль-Фахури. История арабской литературы. М., 1961, т. 2,227.

[3] Hilmi Huseyn Isik. Ehli sunnet yolu. Istanbul, 1970, 43.

[4] Akseki. Op. cit., 44.

[5] Hilmi. Op. cit.,43.

[6] Цветков П. Исламизм. Ашх., 1912, 314-317.

[7] Садагдар М.И. Основы мусульманского права. М., 1968, 22.

[8] Йахйа ибн Адам. Китаб аль-Харадж. Лейден, 1896, 55-56.

[9]Цит. по: Садагдар. Указ, соч., 135.

[10] Шабанов Ф.Ш. Государственный строй и правовая систе­ма Турции в период танзимата. Баку, 1967, 178.

[11] Буруджерди Хусейн Тоби-Табаи. Рисале товзих аль-масаил. Изд. 4-е. Тегеран, [б.г.], вопр. 2281.

[12] Буруджерди. Указ, соч., вопр. 2330. 


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования