Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Лента новостейRSS | Архив новостей ]
16 января 2014, 20:50 Распечатать

МОНИТОРИНГ СМИ: Обвинения в педофилии. Реакции субъекта, Церкви, общества


Умение рассмотреть проблему с разных сторон считается хорошим тоном в работе журналиста. Для того чтобы видеть разные стороны проблемы, нужно как бы подняться над ситуацией, а значит, происходит неизбежное отдаление от своего собственного отношения, и, как следствие, мы теряем себя, уходя в исследование иного взгляда. Этот прием оправдан и очень важен в репортажах, интервью. Однако именно субъективное отношение дает душе возможность увидеть за широким контекстом и понять индивидуальную глубину проблемы, не видимую сверху.

Обычно мы представляем себе объективность как знание, для которого могут быть важны другие точки зрения, кроме наших собственных, чтобы распознать, является ли что-то истинным. Но когда мы пишем о трагедии, нельзя не быть субъективным. Ведь у боли нет объективности, она всегда моя, личная. Поэтому важно посмотреть на ситуацию с позиции пострадавшего, чтобы иметь возможность понять, что с ним происходит.

Конечно, понять, кто пострадавший в ситуации с недоказанными обвинениями в педофилии очень сложно. Однако, даже не вдаваясь в подробности (это дело следственных органов), в таких ситуациях можно увидеть, по крайней мере, две главные проблемы: 1) дети могут подвергаться сексуальному насилию; 2) взрослые могут подвергаться ложным обвинениям в педофилии и сталкиваться с невыносимыми страданиями в связи с этим. Я хочу остановиться на второй проблеме, т.к. сегодня именно она вызывает у меня много тревог и волнений.

Особенности служения

Игумен Нектарий (Морозов) в статье "Они его ищут" на сайте "Православие и мир", пишет о том, как легко обвинить священника в педофилии. "Почему? Да хотя бы потому, что священникам много приходится работать с детьми: в воскресных школах, в школах общеобразовательных, иногда в спортивных секциях, клубах. А еще потому, что священник не имеет права отказать в посещении кому бы то ни было и вполне может прийти для исповеди, соборования, причащения или освящения квартиры не только в дом постоянных прихожан, но и к тем, кого не знает или даже в глаза не видел — по телефонному звонку. И подставить его или, иначе, поставить в двусмысленное положение — задача реализуемая без особых проблем, тем более, если действовать методами печально известного Тесака". Конечно, такая проблема не может не волновать.

Сложные дети

То, что дети тоже могут испытывать агрессивные чувства и желание отомстить, а некоторые могут и реализовать свои желания, пока очень мало освещено. Это говорит о том, что здесь мы сталкиваемся с психологическим сопротивлением, защитой. Почему, чему мы сопротивляемся? Может, нам нравится миф о том, что дети – всегда чисты и невинны. Хотя родители, которые внимательны к внутренней жизни своих детей, конечно, видят, что даже в семьях, в которых пекутся о нравственном воспитании, ребенок может быть очень не простым в плане отношения к добру и злу. А те дети, о которых не очень-то и пекутся? А если ребенок вошел в конфликтный подростковый возраст? А если у ребенка у самого уже активно развита сексуальность, а представления о нравственной норме еще в зачаточном состоянии? Могу предположить, что убегая от проблемы "ребенок может оклеветать взрослого", мы хотим убежать от своей собственной ответной агрессии. Ведь с точки зрения культурной нормы гораздо легче принять свою агрессию в отношении взрослого, чем к ребенку, особенно, если непонятно, виновен он или нет. Поэтому гораздо легче согласиться с тем, что "за ребенком всегда стоит взрослый; ребенок — невинное существо". Однако если мы с этим согласимся, то закроем глаза на реальное положение вещей, а значит, откажем невинно пострадавшему человеку в правосудии, в буквальном смысле этого слова.

Трагедия простого человека

Эта история случилась с молодым мужчиной, который познакомился с обаятельной женщиной и полюбил. Она ответила ему взаимностью, и решение пожениться и создать семью было обоюдным. Но у женщины уже была дочь от первого брака, девочка-подросток 10 лет. Скромная, тихая, домашний ребенок. Мужчина ее принял и решил воспитывать как родную. Так создалась новая семья. Жили мирно, не без проблем, но все решали сообща. И вот в один не очень прекрасный день дочь рассказывает матери, что ее отчим пытался совершить над ней, так сказать, "действия сексуального насилия". Мать с дочерью уже 11 лет прожила, а с новым мужем только 1,5 года. Поэтому женщина сразу побежала в милицию. Девочка следователю все подробно рассказала, приведя мать в шок. Муж пытался оправдаться, но ему никто не поверил, и его задержали. О том, что произошло дальше, писать не хочется, но статья для взрослых… В следственном изоляторе его встретили как педофила и отнеслись соответствующе — "по понятиям". Это ужасно, но человек оказывается в такой ситуации совершенно беспомощным. Почему же это допустили, те, кто должен обеспечить правовую защиту, ведь человек только находился под подозрением?

Правда, следователь в этом деле оказался настойчивым и все-таки смог найти в показаниях девочки существенные несоответствия по важным пунктам. Девочка, созналась, что наврала. Оказывается, незадолго перед тем она посмотрела фильм с подобной сценой. Мужчину освободили, но был ли это прежний человек? Очевидно, нет. Раздавленный, сломленный. Он эмигрировал в США, т.к. не смог жить больше в Украине. Семья распалась.

Почему дети так поступают?

Это ведь не единичный случай. Когда я работала с подростками, пытавшимися выдвинуть подобные обвинения, то одной из причин была месть. Прежде всего, новый родитель часто воспринимается как конкурент, и на это жалуются многие, кто пытается соединить жизнь с человеком, у которого уже есть дети. Часто приходится работать с такими детьми, не все из них, конечно, прибегают к обвинениям в насилии. Это скорее исключение. Но дети действительно чувствуют себя преданными, обиженными. И здесь методы психологии обыкновенной, например попытки понять: "Что нужно, чтобы ты принял нового папу (или маму)? Давай договоримся" — не работают. Ребенок хочет быть единоличным обладателем родителя, он так привык и добивается своего до последнего. А понятия об ответственности — минимальные, а если родной родитель еще и многое позволял из того, что новый родитель не позволяет, то ситуация складывается сложнейшая.

Обвинения в насилии могут быть и тогда, когда ребенок мстит за отсутствие того внимания, на которое он рассчитывал. Ведь многие девочки взрослеют очень рано, и если не научились себя нормировать, совесть не включается, и они готовы, соблазнять и обвинять.

Трудные будни социального психолога

Работа психолога с детьми, предположительно пережившими насилие, невероятно сложная. С одной стороны – мало времени, ибо требуется быстрый результат. Быстрый результат в интересах следствия и ребенка. На психолога не давят, но следователь "мягко" интересуется: "Ну, когда же?" Но ребенка, например, 4-х лет нельзя прямо спрашивать: "С тобой было то-то и то-то". Не только из-за возможной травмы (ведь ребенок уже сам что-то рассказал), а из-за того, что это будет суггестия (т.е. внушение). Ребенку нужно создать условия, что бы он сам раскрылся, чтобы диагностировать его состояние. А для этого нужно время… Многие специалисты просто не выдерживают напряжения, ведь это громадная ответственность. Кто в этой игре врет? Елена Дозорцева, руководитель лаборатории психологии детского и подросткового возраста научного центра социальной и судебной психиатрии им. В.П. Сербского, доктор психологических наук, в своем интервью сайту "Православие и мир" подчеркивает: "Важно, чтобы при допросе на ребенка не оказывалось внушающее воздействие, и от него получали бы именно те сведения, которые он может независимо дать без каких-то наводящих вопросов или подсказок со стороны взрослых: дети очень внушаемы, очень легко их подтолкнуть к тому, чтобы они сообщили не надежную информацию. Сейчас, насколько я знаю, Следственный комитет тоже предпринимает шаги для того, чтобы были приняты специальные процедуры и правила при проведении допросов детей… Оговоры тоже возможны. Сейчас многое говорится о правах детей и многое делается для защиты детей, в том числе от насилия. Однако не следует считать, что благая цель оправдывает любые средства. Если речь идет о возможном преступлении, очень важно защитить ребенка. Но нужно помнить, что и у другой стороны тоже есть права и человеческое достоинство, есть презумпция невиновности. Виновному грозит большой срок лишения свободы: сейчас значительно повышены меры наказания за такого рода преступления, и это, наверное, справедливо. Но, в частности, и поэтому доказательства должны быть собраны очень тщательно, ведь дети могут и фантазировать, могут, как я уже сказала, поддаваться внушению".

Будем внимательны

Очень хочется предостеречь всех родителей. Будьте внимательны, слушая рассказы детей о насилии. Ведь первая реакция на такой рассказ понятна – гнев и желание наказать обидчика. Но аналитическая работа, в первую очередь, со взрослыми людьми показывает — мы склонны фантазировать и верить своим фантазиям. Многие ужасающие истории о насилии, пережитом в детстве, рассказываемые взрослыми, оказываются выдуманными. Но осознают это люди только после тщательной работы с этими фантазиями. Т.е. можно сказать, что мы сами верим в свои фантазии. Что уже говорить о детях. Конечно, не надо впадать в другую крайность и игнорировать жалобы ребенка. Это так же преступно. Насилие над детьми действительно приобретает ужасающие размеры. Задача статьи — напомнить о детской склонности фантазировать, верить в свои вымыслы, особенно, если они подогреты желанием мстить и добиваться своего, не задумываясь о последствиях. Поэтому очень важно задать ребенку хотя бы несколько дополнительных вопросов. На чем попалась героиня нашей истории? На том, что, по ее словам, отчима в момент преступления спугнул звонок городского телефона. Но в комнате, где, по словам ребенка, все это происходило, звук телефона не слышен, т.к. звонок очень тихий, а квартира 100 м². В момент эксперимента это стало очевидным, девочка испугалась и рассказала правду.

Читая в сетях обсуждение проблемы обвинений в педофилии, можно наткнуться на признания взрослых педагогов-мужчин, отказавшихся от занятий с подростками, детьми младшего школьного возраста, именно потому, что чувствуют себя незащищенными от ложных обвинений. И если даже впоследствии обвиняемый будет оправдан, то доброе имя будет запятнано навсегда.

Конечно, можно подумать, что автор призывает не доверять детям. Но должно ли быть к детям абсолютное доверие? Даже вопреки действительности? Моя цель — как раз сказать, что абсолютное доверие, как и абсолютное недоверие, неверно ни по отношению к детям, ни по отношению ко взрослым. Сомнение, стремление выяснить: "А действительно ли это так, как говорит ребенок?", очень важны, т.к. здоровая доля сомнения позволяет нам исследовать конфликт и приблизиться к правдивому взгляду на вещи.

Анастасия Бондарук, психолог, психотерапевт,

"РЕЛИГИЯ В УКРАИНЕ", 16 января 2014 г.


    В сюжете:

25 января 2018, 15:09  
Защита священника РПЦ МП Глеба Грозовского обжаловала приговор по делу о педофилии
22 января 2018, 13:37  
Клирик Симбирской епархии РПЦ МП и бывший главред газеты "Православный Симбирск" получил 6 лет строгого режима за распространение порнографии
19 января 2018, 20:51  
МОНИТОРИНГ СМИ: Следователь рассказал неизвестные подробности дела Глеба Грозовского
18 января 2018, 14:49  
"Все очень похоже на личную месть", - протоиерей Всеволод Чаплин засомневался в виновности священника Глеба Грозовского, намекнув, что знает, кому в РПЦ МП тот мог "перейти дорогу"
18 января 2018, 13:50  
Еще один священник РПЦ МП приговорен к заключению в колонии строгого режима "за распространение порнографии с детьми и развратные действия"
Ваше
имя:
Ваш
email
Тема:
 
Число:
 
Чтобы оставить отклик, пожалуйста, введите число, нарисованное на картинке.
Текст
 


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования