Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"МОСКОВСКИЙ КОМСОМОЛЕЦ": Объект повышенной святости. Корреспондент “МК” нашел в армии “монашескую” роту


Много есть в российской армии такого, чего в армиях иностранных не видано. Корреспонденту "МК" удалось отыскать по крайней мере одно положительное отличие.

Ну где еще, скажите, найдется целая рота будущих священников и монахов! Да в каких декорациях: храмы, дивной красоты виды, лоси, рыси... Валаам!

Религия плюс локаторы

Здесь бронепоезд не пройдет и колесница не промчится: кругом, насколько хватает глаз, сплошная вода. По-моему, кто-то сильно ошибся, назвав Ладогу озером. Море!
Валаам очень подходит для военных целей — расположен удачно. Отсюда удобно наблюдать за всеми западными соседями. В таком месте не могли не появиться войска противовоздушной обороны. И то, что с 1995 года в здешней радиолокационной роте, которая входит в 170-ю радиотехническую бригаду ПВО, служат исключительно послушники, видимо, тоже закономерно. Святая земля...

Весь личный состав роты Генеральный штаб призывает по списку, направляемому настоятелем Спасо-Преображенского монастыря владыкой Панкратием через Московскую епархию. Монастырь не обделяет вниманием своих вчерашних послушников, а ныне солдат: каждую неделю в роту для беседы с личным составом приходят священники.

Солдаты уже вытянулись во фрунт — все 13 человек. Это и есть та самая уникальная радиолокационная рота, где служат послушники Спасо-Преображенского монастыря.
Смущает все же численность: рота — а всего 13 человек, даже на взвод не тянет. Сомнения тут же рассеивает командир 170-й радиотехнической бригады ПВО Григорий Малаев:

— У нас особая специфика — воздушная разведка. Задача серьезная, но тем не менее нет необходимости держать много людей, ведь у нас многое автоматизировано. Нажал кнопку, и все начинает крутиться.

Послушники или солдаты?

Вокруг военного городка только лес. Хотя какой это городок — два домишки в два ряда: казарма и столовка в одном здании, баня — в другом. Да котельная, возле которой свалена куча угля. В комнате досуга угол выделили под алтарь и иконостас — приезжает батюшка и служит здесь службу.

Следы церковного присутствия повсюду. Прямо напротив казармы свежезаложенный фундамент небольшой церквушки. Всего-то 36 "квадратов", но освящать будущий храм на Яблочный Спас приезжал сам Патриарх всея Руси.

Так кто же они в первую очередь: послушники или солдаты?

— Они солдаты. Обязанности каждый выполняет в зависимости от штатного расписания, — растолковывает комбриг Малаев. — Но все верующие, поэтому мы всячески содействуем связям роты с монастырем. Бойцы постоянно исповедуются и причащаются.

— Как происходит набор бойцов?

— У нас очень тесное сотрудничество с монастырем, и по телефону общаемся с владыкой. Как только призыв начинается, если у нас есть места, они к нам присылают послушников.

— Что, новобранцы с котомочкой к воротам вашим приходят?

— Нет, их, как и положено, призывает военкомат, потом к нам на сборный пункт, в Петрозаводск, в бригаду. Два-три месяца мы их готовим по военной специальности. Молитва молитвой, но в первую очередь они должны военное дело знать.

— Получается, что к вам конкурс...

170-я бригада ПВО числится среди благополучных, а в этой роте вообще ни разу не было нарушений воинской дисциплины. Что такое дедовщина, здешние офицеры не ведают — прямо воплощенная мечта министра обороны.

Солдатам действительно баловаться некогда: ребята либо служат, либо молятся. Служат, конечно, больше.

В христианстве много постов, причем строгих. Но солдаты их не соблюдают: воинский труд тяжел, к тому же ребята пока не монахи, а всего лишь послушники.

В части разводят кроликов (овощи и зелень тоже сами в теплице выращивают), да еще лосей развелось столько, что приходится производить профилактический отстрел. А вообще охота на архипелаге запрещена — потому как заповедник. Поскольку вода повсюду, рыба в солдатском меню не переводится. Рыбачит, правда, командирский состав, солдат к этому делу не допускают.

Замполит в рясе

Отец Давид, молодой худощавый священник, не так давно сам топтал плац в составе этой роты. Правда, тогда его звали Алексей Лагода. В 1998-м он демобилизовался, закончил семинарию, сейчас экс-Алексей — благочинный, по сану — иеромонах, заместитель, если так можно сказать, настоятеля монастыря. Он отвечает за послушание и прочие моменты, связанные с молодежью. Если его должность перевести на военный лад, выйдет, что он замполит.

С отцом Давидом разговаривает солдатик с сияющими голубыми глазами. Зовут Алешей, родом из станицы Казачьей Краснодарского края, служит на Валааме уже год.

— Ты как сюда попал?

— По ходатайству священника. Мы с братом в своем станичном храме настоятелю помогали. Епархия направила меня на послушание в Сортавалу, хотя многие ребята послушниками были на Валааме. 10 месяцев я там был водителем. После этого послушания начался призыв, и я, по разрешению монастыря, попал в эту роту. Не жалею, мне здесь все нравится. Лес очень красивый...

— У вас вся семья верующая?

— Сейчас да. Мы с детства в Бога верили, но в храм молиться не ходили. А приобщился я к церкви после 9-го класса, через чудо. Мама сильно заболела — ничего в руках не могла держать, а у отца сильно болело сердце. Мама прочитала книжку про Матрену Московскую и попросила у нее помощи. После обеда отец приехал домой и сказал, что сердце у него прошло. И мать выздоровела. Наш священник отец Георгий сказал, что Матрена сотворила чудо. Через это мы пришли к вере: брат начал пономарить, я звонарем полтора года был. Потом он пел, а я пономарил, на мне был порядок алтаря.

— А в армии ты чем занимаешься?

— Мы дизеля ремонтируем. Собираюсь потом в семинарию поступать, в Сергиев Посад. Брат уже там учится на 4-м курсе. Он хочет сюда попасть, в монастырь, рукополагаться на Валааме.

Монастырская братия различий между верующими солдатами и неверующими офицерами не делает: на все праздники (не обязательно церковные) дарит подарки, в том числе и детям. На Новый год пакеты с конфетами, на другие — иконки или что-то подобное.

Может показаться, что служба на Валааме — даже не сахар, а скорее мед. Но это не так.

Летом, конечно, прекрасно. А вот зима сложная: ветра, холода. Выбраться с архипелага очень трудно: по льду не доехать, не дойти. Только вертолетом. Но он, как говорят, прилетает за зиму лишь раз — на Крещение. Остается только телефонная связь.

Фруктов в здешнем магазине не увидишь. Ассортимент вообще очень бедный, не сравнить даже с Петрозаводском, не то что с Петербургом или Москвой. Клуба нет, только книги и видеотека. Пойти солдату и офицеру в свободное время, кроме монастыря, некуда.

Так, во всяком случае, говорил комбриг.

* * *

Министр обороны Сергей Иванов на вопрос корреспондента "МК" о сотрудничестве РПЦ и Минобороны ответил так:

— Минобороны в последние годы активно взаимодействует со всеми религиозными конфессиями в РФ, но по понятным причинам с Русской православной церковью наиболее тесно — это краеугольная часть нашей культуры. Сейчас несколько тысяч православных священников работают в войсках, около тысячи из них осуществляют духовное окормление на постоянной основе.

В этой роте служба построена так, чтобы не вредить основному предназначению воинской части и чтобы совмещать ратный труд с отправлением духовных потребностей. Что, на мой взгляд, естественно. И это приносит результат: здесь и со службой хорошо, и с дисциплиной нет проблем.

 Елена ПАВЛОВА, Валаам — Москва
"Московский Комсомолец" от 15.09.2005


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования