Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"НОВЫЕ ИЗВЕСТИЯ": Чудо с конями и змеями. В Пушкинском музее заново открывают древние иконы


Вчера в Пушкинском музее начала работу выставка "Шедевры русской иконописи XIV–XVI из частных собраний". Она должна опровергнуть тот факт, будто все лучшие образцы древнерусского искусства давно хранятся в госмузеях. Оказывается, еще с советских времен в квартирах и домах по всей стране висят иконы мирового значения. Организаторы уникального показа недвусмысленно заявили: помимо нефти и газа в России есть еще один источник богатства, о котором мы почти ничего не знали.

Как известно, по-настоящему икону оценили только в начале ХХ века. До этого темные церковные доски почитались только в храмах как молельные образы. Лишь когда почерневшая олифа с них была снята и открылись краски икон, русские зрители, а за ними и весь мир ахнули. Случилось это в 1913 году. За четыре года до того появился частный музей иконы – собственно, к этой дате – 1909 год – и приурочен нынешний проект. К слову сказать, собирание икон всегда было по преимуществу частным делом (лидировали здесь старообрядцы, купцы, славянофильски настроенная профессура) – императоры со времен Петра предпочитали западные картины.

Вторая волна "иконного бума" пришлась на оттепельные 60-е годы прошлого века. Художники, историки, музыканты, геологи, приобщаясь к корням, путешествовали по Северу, а заодно везли к себе иконы из развалившихся церквей и заброшенных домов. Понятно, что музейщики считали их вандалами. Те, в свою очередь, указывали на равнодушие и медлительность госучреждений в спасении шедевров. Перемирие ненадолго наступило в 1974-м, когда собирателям разрешили показать свои вещи в Музее Рублева. Как раз многие участники тогдашней выставки встретились сейчас в Пушкинском.

Наконец, третий период – уже не столько собирания, а разбазаривания – пришелся на перестроечные годы, когда икона считалась чем-то вроде туристической валюты. О нем вообще вспоминать стыдно.

То, что сейчас икона вновь актуальна, наверное, можно объяснить кризисом. Понятно, что лики, писанные по золоту, в отличие, скажем от бесконечных пейзажей XIX века, в цене не потеряют. Да и на Запад в случае чего лучше мигрировать с патентованным товаром. Но истинная причина подъема иконы другая. У коллекционеров появилось больше возможностей оценить собственные шедевры: перестать скрываться от министерского шантажа, привлечь отличных реставраторов, искусствоведов, показывать вещи на выставках. Более того, музейщики и частные хранители икон вдруг поняли взаимный интерес. Об этом как раз стоит сказать особо.

Перед самым вернисажем владельцы икон искренне заверяли, что хотят возвратить шедевры людям. Не в смысле отдать их государству – а дать возможность эти творения увидеть (для того они и создали еще один музей иконы – нечто вроде сообщества). Тут же возник резонный вопрос: "Если уж "возвращать иконы", не стоит ли их нести в церкви?". Возражений было два: во-первых, церквей, откуда происходят многие образы, попросту не существует. Во-вторых, это – высокое искусство, а не только предмет культа (аргумент советский, но и поныне актуальный).

Собственно, вся выставка и призвана доказать, что икона – художественное, музейное явление мирового масштаба. То есть "шедевр". Мало того, что здесь представлены невероятно ранние иконы XIV–XV веков, которых в музеях можно сосчитать по пальцам, экспозиция обучает именно видеть многообразие форм, выразительность линий и красок, невероятную изобретательность мастеров.

Взять, например, несколько икон "Чудо св. Георгия о змие". Изображение мы прекрасно знаем по московскому гербу: воин, конь, змей. Но только тут можно увидеть, во-первых, один из древнейших его вариантов (XIV века из собрания художника Воробьева). Во-вторых, удивиться такому разнообразию подходов – от подробного рассказа про царевну, которую принесли зверю на съедение, и про ее чудесное спасение святым (почти кадр из хоррора), до почти геральдического знака без каких-либо деталей. Особенно потрясает змий: на одной иконе он – реальная змея, на другой, того же XV века, – уже дракон с лапами, пастью, ушами и в качестве бонуса – крыльями. На одной доске змий написан розовыми красками, на другой – черной. Та же история с конем: на ранних иконах он черной масти, на других – белой. Предвзятое отношение к иконе – будто там все условно и нет никаких признаков жизни – немедленно рушится, стоит только посмотреть на конскую упряжь: на всех образах она разная (попоны, седла, ремни, ленты). Можно ли прочувствовать это по одному образу в церковном алтаре?

Многие сочтут название выставки претенциозной – "шедевры", которые почти никто не видел, еще должны доказать свою шедевральность. В этом случае очень бы помогли какие-то разъяснения о каждой вещи. Иначе придется покупать довольно дорогой каталог. Но это всегдашняя беда выставок в Пушкинском: зрителя оставляют один на один с бесконечным рядом (135 экспонатов) досок, не предлагая никаких подсказок для вдохновения.

Сергей Соловьев, 19 февраля 2009 г.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования