Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"ВРЕМЯ НОВОСТЕЙ": Милиционер, охраняющий выставку Авдея Тер-Оганьяна, спокойно взирает на скандальные картины


Вчера в галерее Гельмана открылась выставка новейшего русского политэмигранта Авдея Тер-Оганьяна "Ненормативная живопись". Картины оказались настолько ненормативными, что воспроизведению на страницах газеты в соответствии с законами не подлежат. Потому перескажу содержание своими словами. В известные, даже знаменитые шедевры Пикассо, Лициского, Лихтенстайна и прочих (в вольном живописном изложении Тер-Оганьяна) вписаны слова из тех, что известны всякому говорящему по-русски. Яркие краски, эффектные композиции, ровные поля и аккуратные подписи придают им вид товарный, соответственно -- невинный. Растиражированные, выхолощенные формы модернизма и слова, которые обычно на заборах пишут, -- скорее прикол, чем провокация. Изготовлено для людей без комплексов, а не для музеев и общественных мест. Шутка -- не оскорбление. Занимательное искусствознание Тер-Оганьяна -- своеобразная популяризация искусства, модернизм для владеющих русским в рамках матерного.

На фоне недавнего погрома выставки в Сахаровском центре и диковинной полемики вокруг этого события выставка Тер-Оганьяна вне всякой связи с ее содержанием выглядит провокационно.

Имя художника стало известно широкой публике после его печально знаменитой акции "Воинствующий безбожник" в Манеже. Тогда рубка массовой продукции из софринских мастерских вызвала неожиданно бурную реакцию с вызовом милиции и официально предъявленным обвинением "в разжигании религиозной вражды". Имитация иконоборческого пафоса была воспринята совершенно серьезно, было возбуждено уголовное дело, и автор спешно уехал за границу. Атеистическая страна быстро превращалась в православную, шутка оказалась неуместной. Минус с такой скоростью менялся на плюс, что отношение к религии не успело стать частным делом, как должно быть в цивилизованных европейских странах. Тер-Оганьян стал нашим Салманом Рушди, символом борьбы за свободу искусства, отделения церкви от государства, здравый смысл, терпимость и прочие важные вещи. В придачу со всеми вытекающими из этой роли последствиями: эмиграцией, многолетним прозябанием в лагере беженцев, угрозой погрома любой выставки с его участием.

Художник на новой выставке присутствует в виртуальном виде. С экрана телевизора, записанный на неважного качества домашнее видео, он рассказывает о свободомыслии и равенстве, искусстве и коммерции, суеверии и иронии. В чешском далеке недавно получивший гражданство Тер-Оганьян чувствует себя в безопасности, чего нельзя сказать о галерее Гельмана. Звонки с угрозами, возможно, и свидетельствуют о ее популярности, но никак не в кругах платежеспособных любителей искусства. Но Марат Гельман рвется в бой. Сегодня на сайте галереи появилось воззвание "против мракобесов". Помимо общего разбора ситуации в воззвании поминают хрестоматийные примеры конфликтов художников с обществом на религиозной почве: отлученного от церкви Льва Толстого, казненного за непочитание богов Сократа, объявленного сумасшедшим Чаадаева. Кстати вспомнили и любимую атеистической пропагандой во времена недавние картину Перова "Сельский крестный ход на пасху", мирно висящую в Третьяковской галерее и со всей очевидностью задевающую чувства желающего быть оскорбленным ревнителя внешней чистоты православия. В ожидании дальнейших событий при входе в галерею стоит милиционер, приглашенный для охраны. Как выяснилось, милиционер к творчеству Тер-Оганьяна относится спокойно. У себя бы дома такую картину не повесил, даже если бы денег хватило, а вот другу подарил бы.

Фаина Балаховская.

"Время новостей", 6 февраля 2003 г.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования