Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
БиблиотекаАрхив публикаций ]
Распечатать

Экуменическое движение. Хронология. 1902-1950 гг. [экуменизм]


1902

В этом году Патриарх Константинопольский Иоаким III направил к предстоятелям всех поместных Церквей (за исключением Антохийской и Болгарской, иерархия которых в то время Константинопольским Патриархом не признавалась) энциклику, в преамбуле которой говорилось:

"Мы стремимся к согласию между всеми Православными Церквами по предмету столь важному, как пути сближения между всеми, кто верует в Истинного Бога — Троицу, дабы пришел день, который непостижимым Своим произволением Господь соделает долгожданным днем единства всех…"

Также Патриарх поинтересовался мнением Поместных Церквей относительно принятия нового календаря.

Патриарх Иерусалимский Дамиан ответил, что бессмысленно думать о единстве с католиками или протестантами до тех пор, пока они не перестанут заниматься прозелитизмом на Востоке. Напротив, единство с англиканами представляется возможным и желательным. Синод Элладской Церкви заявил, что единство невозможно, особенно в случае старокатоликов, которые сами не могут разобраться, во что они верят. Румынская Церковь заявила, что единство возможно только в том случае, если католики и православные обратятся к Единой Истинной Церкви.

Относительно календаря позиция Поместных Церквей была единой – календарь должен был оставаться прежним.

Ответ Синода Русской Церкви содержал следующее:

"Что касается наших отношений к двум великим разветвлениям христианства — латинянам и протестантам, то Российская Церковь вместе со всеми Автокефальными Православными Церквами всегда молится, ждет и пламенно желает, чтобы эти некогда чада Матери-Церкви и овцы единого стада Христова, а теперь завистию вражиею отторгнутые и заблудшие, "покаялись и пришли в познание истины", чтобы они снова возвратились в лоно Святой, Соборной и Апостольской Церкви, к своему Единому Пастырю. Мы верим искренности их веры во Пресвятую и Живоначальную Троицу и потому принимаем крещение тех и других. Мы чтим апостольское преемство латинской иерархии и приходящих к нашей Церкви клириков их принимаем в сущем их сане (подобно тому, как принимаем армян, коптов, несториан и других, не утративших апостольского преемства)… Сердце наше расширено (2 Кор. 6, 11), и все возможное готовы мы сделать, чтобы способствовать утверждению на земле вожделенного единства. Но, к великому нашему сожалению… в настоящее время приходится думать не столько о смягчении наших отношений к западным христианам… сколько о неустанной и бдительной защите вверенных нам словесных овец от непрестающих нападений и многообразных соблазнов со стороны латинян и протестантов… Как бы ни были миролюбивы речи латинян, как бы старательно ни выказывали и не подчеркивали они свою особенную любовь и уважение к Православной Церкви, в частности — к русскому народу и государству, эти речи не должны и не могут закрыть от нашего внимания действительных поползновений Рима, и мы по необходимости только еще более усиливаем нашу бдительность и нашу решимость непоколебимо стоять на почве Православия и не увлекаться никакими видами ложно понятого мира, несмотря на все стремление наше к единству веры, заповеданному всем христианам самим Христом, спасителем нашим…"

1904

Константинопольский Патриарх Иоаким II опубликовал вторую энциклику, в которой говорилось о том, что первым практическим шагом по внедрению принципов межконфессионального сотрудничества в жизнь должна стать календарная реформа.

1908

Синод Англиканской церкви принял постановление, согласно которому англиканские священники могут крестить православных детей, если поблизости нет православных храмов с тем лишь условием, чтобы это крещение не повторялось впоследствии православным священником.

 1910

В июне в Эдинбурге состоялась всемирная миссионерская конференция под председательством Джона Мотта. Джон Мотт стал первым человеком, который ввел в обиход слова "экуменизм" и "экуменический".

В октябре по предложению Епископальной церкви в США создана комиссия по подготовке Всемирной конференции по вопросам "Веры и церковного устройства".

1913

Архимандрит Иларион (Троицкий) и архиепископ Антоний (Храповицкий) ведут оживленную переписку с секретарем "Веры и устройства" Робертом Гардинером. Архимандрит Илларион, в частности, писал:

"Все христианские исповедания не могут принадлежать к единой Вселенской Христовой Церкви, но одно из них есть истинная Церковь, а прочие — внецерковные общества. Для меня единственная истинная Церковь есть Церковь Православная. В этом Вы можете со мною не соглашаться, и Ваше несогласие со мной в этом пункте для меня будет несравненно менее печально, нежели Ваше несогласие в предыдущем положении. Потерять идею единой истинной Церкви, по-моему, более опасно, нежели принадлежать к ложному внецерковному обществу, признавая его все же единственным истинным представителем Христовой Церкви на земле…"

1918

 4 сентября (ст. ст.) на Всероссийском Соборе Русской Православной Церкви отделом "По соединению христианских церквей перед лицом надвигающегося безбожия" был составлен проект постановления Собора, в котором говорилось о "дружественных Православию Церквах":

"…Священный Собор с радостью видит искренние устремления старокатоликов и англикан к объединению с Православной Церковью на основе учения и Предания Древней Вселенской Церкви. Он благословляет труды и усердие лиц, которые трудятся в поисках пути к соединению с названными дружественными Церквами…"

Этот проект был рассмотрен и утвержден Собором на последнем его, 170-м, заседании 7/20-го сентября 1918 года. Однако на последнем епископском совещании, которое должно было утверждать все решения принципиально богословского или догматического характера, этот проект не рассматривался.

7 сентября (ст. ст.) Всероссийским Собором Русской Православной Церкви на последнем, 170-м его заседании был рассмотрен и утвержден проект комиссии по соединению Церквей.

Председатель Отдела о соединении Церквей архиеп. Алеутский Евдоким (Мещерский):

"…Я очень скорблю, что доклад поступил в такое тяжелое время, когда кончаются часы нашего священного единения в этой палате и когда при окончании работы путаются мысли и я не могу доложить вам всего того, что мог бы сообщить. Собор, с нашей точки зрения, давно должен был бы обратить внимание на этот вопрос. Если Церковь жива, то мы не можем оставаться в таких узких рамках, в каких были. Если у нас нет мужества пойти с проповедью за пределы нашего отечества, то мы должны выслушать голос, идущий оттуда к нам. Я имею в виду голос англикано-епископальной церкви. … Отдел о соединении Церквей, ознакомившись с положением вопроса о соединении со старокатолическою и англо-американскою епископальною Церквами, искренно и настойчиво ищущими единения или сближения, не находит непреодолимых препятствий на пути к означенной цели. Считая единение христианских церквей особенно желательным в переживаемое время напряженной борьбы с неверием, грубым материализмом и нравственным одичанием, Отдел предлагает Священному Собору принять следующее постановление:

1. Священный Собор Православной Российской Церкви, с отрадою видя искренние стремления старокатоликов и англикан к единению с Православною Церковью на основе учения и преданий древне-кафолической Церкви, благословляет труды и усилия лиц работающих над изысканием пути к единению с названными дружественными Церквами.

2. Собор предоставляет Священному Синоду организовать постоянную при Священном Синоде Комиссию с отделениями в России и за границей для дальнейшего изучения старокатолического и англиканского вопросов, для разъяснения путем сношений со старокатоликами и англиканами трудностей, лежащих на пути к единению, и возможного содействия к скорейшему достижению конечной цели…"

Решения Собора принципиального богословского или догматического значения подлежали утверждению особым совещанием епископов. На последнем таком совещании 9/22 сентября 1918 года решение не рассматривалось.

26 октября в США состоялась неофициальная конференция по вопросу соединения Православной и Англиканской Церкви, в которой со стороны православных приняли участие глава Элладской Церкви митрополит Мелетий (Метаксакис), архим. Хризостом (Пападопулос), ректор Семинарии, профессор афинского университета, и Хамилкар Аливизатос, директор церковного отдела греческого министерства религии и образования. Со стороны англикан было 10 участников епископы и профессора дух. семинарий.

Англиканский епископ Куртней начал конференцию с заявления, что не следует говорить о том, что нас объединяет, это и так известно, а давайте поговорим о том, что нас разъединяет и задал первый вопрос:

"Ваше Высокопреосвященство, признаете ли вы законными англиканские хиротонии?"

Митр. Мелетий, после красноречивых описаний страданий Православного Востока под игом мусульман, дал понять своим англиканским слушателям, что полный диалог возможен только при полном освобождении христиан Востока от ига ислама, затем, извинившись своей необразованностью, предоставил архим. Хризостому ответить на поставленный вопрос. О. Хризостом объяснил, что наиболее подробно этот вопрос был изучен русским доктором богословия профессором Соколовым и греческим богословом Андрустосом. Профессор Соколов пришел к выводу, что англиканские хиротонии должны стать общепризнанными, но взгляд этот не был принят Русским Св. Синодом. Далее он заметил: "На сегодняшний день среди греков повсюду бытует мнение, что исторический факт законности рукоположения первого англиканского епископа Паркера должен быть признан каноничным вне сомнения…". Затем архим. Хризостом, с оговоркой, что митроп. Мелетий не согласен с постановкой этого вопроса, спросил – готова ли Англиканская Церковь признать таинство священства одним из семи таинств, ибо из 39 членов "символа веры" Англиканской Церкви не совсем понятно признает ли его Англиканская Церковь за таинство. "…В этом главная причина того, что Греческая Церковь пока воздерживается от формулирования своего мнения по этому вопросу". Тут митр. Мелетий подробно объяснил, что у православных архиерейские Соборы обладают беспрекословным авторитетом только в том случае если они согласованы с совестью Церкви и церковного народа, проиллюстрировав свою мысль примерами Флорентийского Собора, на кот. один св. Марк Ефесский явился выразителем совести Церкви и Евсевия Кессарийского, кот., оставаясь арианином подписал Православный Символ Веры, "ибо он сознавал необходимость находится в согласии с совестью Церкви и своего народа…".

Англ. епископ Коуртней тогда спросил: "Ваше Высокопреосвященство, можете ли вы на будущем Соборе поставить вопрос о признии законность наших хиротоний, с условием если Англиканская Церковь официально объявит священство таинством".

Митрополит: "Если всеблагий Бог благословит наш труд, и произойдет единение, смогут ли тогда ваши епископы заявить, что для них (39 членов) просто исторический документ?"

Еп. Коуртней: "Да".

Митрополит: "Это очень радостно слышать, потому что тут с нами два очень образованных богослова, которые преподают и читают лекции, и они оповестят всех о ваших взглядах и помогут изжить ошибочные мнения".

На втором заседании православные участники совещания были ознакомлены с документом, в котором излагались изследования русских богословов об истории и догматике англиканства.

Прочитав этот документ митр. Мелетий сказал:  "… Впервые я имел возможность познакомиться с взглядоми Русской Церкви по этому вопросу. И теперь, узнав, что этот вопрос уже поднимался между англиканским и православным духовенством, и что учение Англиканской Церкви в сущности не противоречит православному, великая радость наполнила мое сердце…".

На втором заседании Конференции был затронут вопрос филиокве. Объяснив, что англикане верят в исхождение Св. Духа от Отца также как и православные и под словами: "от Отца и Сына исходящего" понимают то, что Дух Святой исходит от Отца и подается через Сына согласно православному учению, епископ Коуртней спросил: "Смогли бы Вы, Ваше Высокопреосвященство, на будущем соборе, обсуждающем этот вопрос, передать о нашем праве употреблять старую формулировку, но со значением которое бы от нас требовалось?"

На что митрополит ответил: "Это бы удовлетворило епископов, но никогда не найдет понимания в народе. Если Англиканская Церковь принимает это так же как и мы, и вкладывает тот же смысл, как и мы, почему в ее духе протеста против Римской Церкви, она по прежнему держится этой формулировки? Мы не понимаем почему мы должны согласиться с трактовкой, но по прежнему придерживаться формулировки, когда опустив эти слова мы бы встали на одну общую позицию, которой придерживалась Церковь во времена Первого Вселенского Собора. Мы должны иметь ввиду, что тут стоит вопрос о соединении миллионов верующих. Если уберем эти слова, то американцы и англичане будут возмущены, если они будут оставлены, то миллионы членов Греческой Церкви будут возмущены. Если обе стороны должны быть убеждены, то видимо лучше убеждать тех, которые легче могут усвоить объяснения. Англичане лучше понимают объяснения, тогда как восточные народы не вполне способны усвоить эту идею".

На это профессор Холл заметил: "Филиокве появился не в Риме, а в Испании и был принят на Соборе в Хатфильде, в Англии, в 680 г., более столетия до того, как он были принят Римом… Если мы откажемся от употребления филиокве, то только от смысла, который вкладывается в приставку… Мы находим употребление филиокве особенно полезным для ограждения себя от нападок унитариев. Потому что это подчеркивает вечное равенство Отца и Сына, Их единосущие… Третий Вселенский Собор запретил добавлять или убавлять что-либо из Символа Веры… Дабы сохранить Веру, но когда Запад столкнулся с ересью арианства, то он добавил эти слова ради сохранения веры в Символ Веры, т.ч. хоть это нарушает букву постановленя Собора, но сохраняет дух его".

Епископ Коуртней спросил: "Послужит ли сохранение приставки препятствием для соединения с греками?"

Митрополит: "Я буду готов объяснить, что учение Англиканской и Православной Церквей об исхождении Духа Святого во всем согласны. На большее я не уполномочен".

На этом конференция окончилась.

(Report of an Unofficial Conference on Unity Between Members of the Episcopal Church in America and His Grace, Meletios Metaxakis, Metropolitan of Athens, And His Advisers. October 26, 1918. New York: Department of Missions, 1920).

 1920

В январе местоблюститель Константинопольского патриаршего престола митрополит Брусский Дорофей выпустил окружное послание, которому было суждено стать magna carta православного экуменизма. Оно было адресовано "всем Христианским Церквам всего мира" и провозглашало, что "первой необходимостью является оживление и усиление любви между Церквами, не считая друг друга странными и пришельцами, но близкими и родными во Христе и едиными сонаследниками обетования Божия во Христе".

"Эта любовь и благожелательное расположение друг ко другу могут быть выражены и доказаны, на наш взгляд, особенно посредством следующих действий:

а) принятие единого календаря для одновременного празднования великих христианских праздников всеми Церквами;

б) обмен братскими посланиями в дни великих праздников единого календаря;

в) близкие дружеские отношения между представителями различных Церквей;

г) общение между богословскими школами и представителями богословской науки, а также обмен церковной периодикой и изданиями, выходящими в каждой из Церквей;

д) посылка молодых людей из школ одной Церкви на учебу в школы других Церквей;

е) созыв общехристианских конференций для уяснения вопросов, представляющих общий интерес для всех Церквей;

ж) объективное историческое исследование богословских различий;

з) взаимное уважение к обычаям и обрядам, принятым в различных Церквах;

и) урегулирование вопроса о смешанных браках между представителями разных конфессий;

к) взаимная поддержка в деле укрепления религиозной веры и филантропии."

12 – 20 августа в Женеве прошла первая конференция "Вера и церковное устройство", в которой участвовали представители Православных Церквей Константинополя, Александрии, России, Сербии, Румынии, Болгарии и Греции. ВЦУ на Юге России уполномочило представлять Русскую Церковь архиепископу Евлогию (Георгиевскому), протоиерею Сергию Орлову, диакону Димитрию Поповицкому и Михаилу Бибикову, бывшему русскому консулу в Женеве.

Делегаты Православных Церквей собрались в женевской гостинице "Россия", обсудили все вопросы конференции и выработали Меморандум, где изложили взгляды, надежды и требования Православных Церквей в их участии в движении "Вера и церковное устройство". В архивах Всемирного Совета Церквей сохранилось описание этой конференции, сделанное ее участником сербским епископом Тимокским Эмилианом Пиперковичем (Гласник. 1920. №67). По приглашению архиепископа Евлогия конференция, заключая свою работу, собралась в день праздника Преображения Господня на торжественное богослужение в русском Крестовоздвиженском храме в Женеве. Служили все православные епископы и духовенство, участвовавшие в конференции. Проповедь о необходимости единства сказал митрополит Селевкийский Герман (Вселенская Патриархия).

Председатель конференции епископ Чарльз Брент тоже сказал слово: "Мы собрались здесь в последний день конференции вместе в этот праздник Преображения по приглашению в русском православном храме на торжественную Божественную литургию молиться – и мы молились… Мы, западные, нуждаемся в неописуемой красоте богослужений Восточной Церкви. Божественная красота наполняла храм. Мы чувствовали, что восхищены, как в книге Откровения (21, 21), до жемчужных ворот (Нового Иерусалима), и мы вышли из храма с благословенным хлебом (антидором) и виноградом в наших руках, и благостная радость наполнила наши души". Епископ Чарльз Брент окончил заверением. что западным христианам следует внимательно относиться к предложениям православных, ибо они весьма ценны своим содержанием и направлены на сотрудничество в созидании сообщества."

("Путь моей жизни", митр. Евлогий Георгиевский).

 1921

 В феврале афинский архиепископ Мелетий (Метаксакис) посетил США. Греческий посол в Вашингтоне послал сообщение префекту Солуни, в котором писал, что архиеп. Мелетий "в полном облачении, принял участие в англиканском богослужении, приклонял с ними колена и целовал их престол, сказал проповедь, и благословил присутствующих" (The Struggle against Ecumenism. Boston 1998 , pg. 30).

В марте делегация Константинопольской Патриархии во главе с митрополитом Дорофеем отправилась в Лондон, где встретилась с лордом Керзоном, министром иностранных дел Великобритании, королем Георгом V и архиепископом Кентерберийским.

 1922

28 июля, по настоянию нового Патриарха Мелетия IV, Синод Константинопольской Церкви создал Комиссию по изучению вопроса законности англиканских епископских хиротоний. Выслушав доклад Комиссии, Синод пришел к выводам:

1) Что рукоположение Матфея Паркера архиепископом Кентерберийским четырьмя епископами является историческим фактом.

2) Что в этой и последующих рукоположениях найдены во всей полноте необходимые православные, видимые и ощутимые (?) (sensible – трудно сказать какое из значений этого слова тут имеется ввиду) элементы законных епископских хиротоний, таких как возложения рук, Призывание Святого Духа и также преподание благодати епископского служения.

3) Что православные богословы, которые научно изучили этот вопрос, единогласно заключили, что англиканские рукоположения вполне законные.

4) Что церковная практика не дает никакого повода заключить, что Православная Церковь когда-либо официально ставила под сомнение законность англиканских рукоположений, и предписывала бы перерукополагать англиканское духовенство, как это принято в случае объединения Церквей.

 1923

В начале года в Элладской Церкви, по инициативе правительства, начала работу Комиссия по рассмотрению вопроса о том, может ли автокефальная Церковь Греции принять новый стиль. Эта комиссия рапортовала, что "хотя Церковь Греции, как и другие автокефальные Православные Церкви, по сути своей есть Церковь независимая, тем не менее, все они прочно объединены и связаны одна с другой принципом духовного единства Церкви, составляя единую и единственную Церковь, Православную Церковь. Следовательно, ни одна из них не может отделиться от остальных и принять новый стиль без того, чтобы стать по отношению к ним раскольнической".

3 февраля Константинопольский Патриарх Мелетий обратился к Церкви Греции, приводя доводы в пользу перемены календаря на будущем Всеправославном Соборе —

"…чтобы способствовать в этой области христианского единения делу празднования Рождества и Воскресения Христовых в один день всеми, призывающими Имя Господне…"

25 февраля новоизбранный Афинский Архиепископ Хризостом заявил, что для сотрудничества с инославными "не обязательно иметь общие установки или догматическое единство, ибо единства христианской любви достаточно".

10 – 8 июля в Константинополе состоялся так наз. "Всеправославный собор". Ни один из его участников не являлся официальным представителем какой-либо Поместной Церкви. На этом собрании был выработан проект календарной реформы и даже обсуждался вопрос о перемене порядка празднования пасхалии, т.к. это, по мнению участников,

"…произведет огромное нравственное впечатление на весь цивилизованный мiр через сближение двух христианских мiров Востока и Запада, благодаря этой добровольной инициативе Православной Церкви…"

Кипрская, Иерусалимская и Сербская Церкви признали законность англиканских хиротоний.

 1924

 Элладская, Константинопольская, Румынская, Кипрская, Польская Церкви перешли на новоюлианский календарь.

 1925

 22 июля новоизбранный Патриарх Константинопольский Василий III посылает письмо архиепископу Кентерберийскому Рандалу:

"Прилагая к сложившимся между нами вежливым отношениям, всю подобающую значимость и важность, которые по Божию благословению, и особенно во время правления Вашего Блаженства, так счастливо установилось между нашей и Англиканской Церковью, мы очень рады уверить Ваше Блаженство, что приводя в исполнение, в наше скорбное правление на святом престоле, те трудные задачи, которые в нашей немощи мы по общей просьбе предприняли, и о которой просим Ваших братских молитв к Господу нашему, мы сделаем все что от нас зависит, что бы более укреплять священные узы нашей любви во Христе, которые не только важны для наших Церквей, но и для всего дела искомого сближения и блаженного соединения всех Христианских Церквей."

(The Christian East, September, 1925, pp. 114-116.)

В Стокгольме состоялась учредительная конференция одного из направлений всемирного экуменического движения "Жизнь и деятельность", в которой принимала участие православная делегация во главе с Патриархом Александрийским Фотием. В конференции приняло участие около 700 делегатов со всех концов мира, англикане, пресвитерианцы, лютеране, не было только католиков. В начале конференции была отслужена панихида по новопреставленному св. патриарху Тихону. На каждом заседании присутствовал шведский король. Конференция преследовала цель умиротворения послевоенного разобщенного христианского мира. На одном из ее заседаний была создана постоянная международная организация для разработки социальных вопросов христианства.

6 августа при Архиерейском Синоде РПЦЗ образована Комиссия по вопросу о воссоединении Англиканской церкви с Православием.

В Лондоне, по инициативе архиепископа Кентерберийского, состоялось юбилейные торжества 1600-летия Первого Никейского Вселенского Собора (325 г.). На них съехалось много приглашенных, в том числе Александрийский Патриарх Фотий и Иерусалимский Патриарх Дамиан; представитель Константинопольского Патриарха митрополит Германос; русская группа: митрополит Антоний (Храповицкий), митрополит Евлогий (Георгиевский), епископ Вениамин (Федченков), профессор Глубоковский, о. Лелюхин; сербский епископ Ириней, болгарский митрополит Стефан, профессор Цанков.

Митрополит Евлогий вспоминал:

"Торжественное празднование юбилея Никейского Собора открылось богослужением в Вестминстерском аббатстве, а потом в течение нескольких дней бывали торжественные службы то в одной, то в другой лондонской церкви, и назначались собрания с лекциями в громадных общественных залах. На одном из таких собраний, в зале на 10000 человек, выступали с речами митрополит Антоний и я. Только благодаря громкоговорителю можно было нас услышать. Я очень волновался, ибо чувствовал большую ответственность перед такою аудиторией и в такой исторический момент. Я сказал, что наши шаги навстречу друг другу имеют положительное значение, как проявление воли к соединению Церквей, но пока они ограничиваются лишь иерархией и профессорами; окончательная оценка нашей русской экуменической работы принадлежит всей Матери – Русской Церкви, она и будет нас судить – либо благословит, либо в благословении откажет; только когда русский епископат будет в состоянии пригласить к себе своих англиканских братьев, когда соборное церковное сознание русского народа скажет на наши стремления к сближению и единению Церквей "аминь", только тогда дело наше станет крепко, незыблемо… Основной вопрос, обсуждавшийся на этих многолюдных собраниях, – апостольская преемственность англиканской иерархии и в связи с ним вопрос о допустимости взаимообщения (intercommunion) в таинстве святой Евхаристии. Мы, представители Русской Православной Церкви, проявили большую осторожность; митрополит Антоний сказал, что все инославные исповедания лишены иерархической благодати, Англиканскую Церковь нельзя выделять из ряда других христианских вероисповеданий, в том числе и католичества; но восточные Патриархи, наоборот, высказывали более широкие, либеральные мнения, тем более что некоторые из них, даже наиболее строгий – старейший Патриарх Александрийский Фотий, – фактически, в отдельных случаях, допускали "intercommunion" с англиканами, а Сербский Патриарх Димитрий в частном порядке уже причащал протестантку, румынскую королеву Марию."

(Митр. Евлогий, Путь моей жизни, гл. 22).

 1926

В июне в Сремских Карловцах состоялся Архиерейский Собор РПЦЗ. На Соборе присутствовали и письменно выразили свое мнение 27 архиереев. 17 июня (ст. ст.) архиепископ Полтавский Феофан (Быстров) сделал Собору доклад об обществе христианской молодежи YMCA. В этом докладе владыка Феофан доказывал связь общества с масонством, а также связь Парижского Богословского Института с обществом YMCA. В том же докладе владыка устроил критический разбор экуменических взглядов преподавателей богословского института професоров – о. Сергия Булгакова, Карташова, Бердяева, Зеньковского.

Выписка из протокола Священного Собора архиереев Русской Православной Церкви заграницей от 17/30 июня 1926 г. за N 8:

1. Слушали: Доклад Высокопреосвященного архиеп. Феофана об Американском союзе христианской молодежи (YMCA).

После продолжительного обмена мнениями Архиерейский Собор на основании бывших суждений, постановили:

1) Относительно американских интерконфессиональных организаций YMCA и YWCA (Союз христианской молодежи и Всемiрная христианская студенческая федерация) подтвердить постановление Русского Всезаграничного Церковного Собора 1921 г. в Сремских Карловцах: признать эти организации явно масонскими и антихристианскими, и потому 2) не разрешать членам Православной Церкви организовываться в кружки под руководством этих и подобных им неправославных и нецерковных организаций и быть в среде их влияния.

2) Архиерейский Собор слушали: обращение Съезда Бюро РСХД в Западной Европе на имя Собора архиереев Русской Православной Церкви заграницей с выражением преданности и с просьбой о духовном руководительстве сим движением.

Постановили: Благословить и взять под свое покровительство и руководство все православные студенческие кружки, которые в своем уставе официально и определенно называют себя православными, устраивают свою внутреннюю и внешнюю жизнь в полном согласии с началами Святой Православной Церкви, находятся в непременной зависимости и под руководством Православной иерархии или лиц, облеченных ее доверием, и без ее благословения ничего существенного и значительного не делают.

 1927

25 августа состоялась межконфессиональная конференция в швейцарском городе Лозанне. В ней от Русской Церкви участвовали: митрополит Евлогий, русские богословы о. Сергий Булгаков, проф. Н. Н. Глубоковский, проф. Н. С. Арсеньев, митрополит Варшавский Дионисии (Валединский) и прот. Гуркевич (Польша).

Также присутствовало 22 делегата от Православных Церквей. Главой православной делегации являлся Экзарх Вселенской Патриархии митрополит Фиатирский Герман; от Александрии – митрополит Леонтопольский и митрополит Нубийский; от Церкви Греции – митрополит Неопактский и три профессора богословия Афинского университета; от Церкви Кипрской – профессор богословия; от Румынии – митрополит Черновицкий; от Церкви Сербской – епископ Иринеи Новосадскии (богослов); от Церкви Болгарской – известный богослов и профессор Софийского университета протопресвитер Стефан Цанков.

Митрополит Евлогий вспоминал:

"В Лозанну съехалось до 500 делегатов: архиепископы, епископы, священники, пасторы, профессора богословия… – представители 90 различных церковных объединений (Церквей и христианских общин). Только Рим своих делегатов не прислал. Восточное православие было представлено группой делегатов от Константинопольского, Александрийского, Иерусалимского, Сербского и Румынского патриархатов и от Церквей Греческой, Болгарской, Польской, Западноевропейской, Русской (я и протоиерей С.Булгаков) и Грузинской. Председателем Конференции был епископ Нью-Йоркский Брент. Пленарные заседания происходили в громадном университетском зале, общие моления – в городском соборе (несколько песнопений и особо составленная молитва о христианском единении)…"

(Митр. Евлогий, Путь моей жизни, гл. 22).

Православная делегация свое отношение к объединению Церквей выразила в следующих словах:

"Как неоднократно подчеркивалось во время состоявшихся переговоров, в вопросах веры и религиозного сознания в Православной Церкви неуместен никакой компромисс, и нельзя обосновывать одними и теми же словами два понимания, два различных представления и объяснения общепринятых формулировок. И православные не могут надеяться, что единство, основанное на таких двусмысленных формулировках, не будет долговечно…. Православная Церковь считает, что любой союз должен основываться на общей вере… Никакой практической ценности, например, не имеет согласие о необходимости таинств в Церкви, если имеются коренные противоречия среди Церквей в отношении их числа, их смысла и вообще сущности каждого из них, их действия и результатов… Вследствие всего этого мы не можем принять идею воссоединения, ограничивающуюся лишь общими незначительными элементами, потому что, согласно учению Православной Церкви, там, где нет общности веры, не может быть общения в таинствах. Мы даже не можем применить здесь действующий в других случаях принцип икономии, которую часто применяла Православная Церковь в отношении обращающихся к ней."

(Заявление православных участников на Первой Всемирной конференции "Вера и церковное устройство", Лозанна, 1927).

1928

12 – 14 сентября состоялось заседание "Подготовительного Комитета Всемирного Религиозного Конгресса Мира" в Женеве. Среди членов подготовительного комитета присутствовали православные, иудеи, буддисты, мусульмане, сикхи, индуисты.

1929

Александрийская Церковь перешла на новоюлианский календарь.

1930

7 августа началась конференции в Ламбете, в которой приняли участие 307 англиканских епископов и представители Патриархов: Константинопольского, Александрийского, Антиохийского, Иерусалимского, Болгарского, Румынского, Сербского, и Церквей: Греческой, Кипрской и Польской. Возглавил православную делегацию Патриарх Александрийский Мелетий (Метаксакис). В смешанной англикано-православной комиссии этой Конференции встал вопрос о том, как следует понимать англиканское учение о таинстве священства и о таинстве Евхаристии, англиканские епископы, члены комиссии дали следующий ответ:

"Английскими Епископами было заявлено, что в Англиканской Церкви посвящение в сан есть не только назначение человека на определенную должность, но, в рукоположении преподается специальная харизма посвященному лицу, соответствующая степени священства, и что природа этого специального дара указана в словах чина посвящения, и что в этом смысле рукоположение, есть таинство…

В ответ на это православная делегация заявила, что она признает апостольское преемство в Англиканской Церкви, поскольку Англиканские Епископы уже признали Священство за таинство и объявили, что учение Англиканской Церкви авторитетным образом выражено в "Книге общих молитв" (Book of Common Prayer) и что смысл "39 артикулов" должен быть истолкован в согласии с "Книгой общих молитв".

Далее англиканские епископы заявили, что в Таинстве Евхаристии "Тело и Кровь Христовы истинно и в действительности принимаются и вкушаются верными на вечере Господней" и что "Тело Христово дается, принимается и вкушается только некиим небесным и духовным способом", и что после причастия, остающиеся Освященные Дары, рассматриваются таинственно как Тело и Кровь Христовы; далее, что Англиканская Церковь преподает учение об евхаристической жертве, как сие объяснено в "Ответе Архиепископов Кэнтэрберийского и Йоркского Папе Льву XIII относительно англиканского рукоположения"; и также, что при принесении Евхаристической Жертвы Англиканская Церковь молится, чтобы "чрез заслуги и смерть Сына Твоего Иисуса Христа, и через веру в кровь Его, мы и вся Церковь Твоя получили отпущение наших грехов и все другие благодатные плоды страдания Его", относя это ко всему обществу верных, живых и умерших". На это заявление православная делегация в свою очередь заявила, "что объяснение англиканского учения сделанное таким образом по отношению к евхаристической жертве, согласуется с православным учением, если только объяснение будет высказано со всей ясностью…". В заключительном документе англиканские члены конференции заявили: "Они (православные) пришли к нам с желанием начать предпринимать решительные и практические шаги в сторону востановления общения между нашими Церквами. Это значительный прогресс венчающий длинный период усиливающихся дружеских отношений. Теперь мы подходим к фазе решительных действий…"

На конференции также было высказано сочувствие страждущей Русской Церкви:

"Конференция сочувствует Русской Церкви в ее страданиях и гонениях, и молит милостивого Бога, да подаст Он опять свободу и благоденствие этой Церкви, дабы она опять смогла занять свое место среди других Церквей христианского мира с большей свободой и самовыражением чем прежде…"

Практические заключения англиканских членов конференции были следующие:

"… Восточные Церкви понимают, что мы должны исполнять наши обязанности, – обслуживать все души нуждающиеся в помощи; они также осознают невозможность окормлять всех своих чад разбросанных повсюду. Вывод тут довольно ясный: т.к. наши епископы и священники готовы обслуживать лишенных пастырей членов православных общин, то официальная православная делегация, подробно изучив этот вопрос, вместо протеста, высказали мнение, что такое окормление может продолжаться с условием официального одобрения. В каждом отдельном случае такого окормления об этом должен быть извещён правящий архиерей и ни в коем случае такое окормление не должно быть предлагаемо тем, чей православный епископ с этим не согласен…"

(The Christian East, Autumn 1930).

В этом же году Патриарх Александрийский Мелетий (Метаксакис) добился признаний англиканских хиротоний Александрийской патриархией.

В письме к архиепископу Кентерберийскому Космо Лангу он писал:

"…по вдохновению Святого Духа контакты православной делегации во время Ламбетской конференции дали радостные результаты, наш Священный Синод митрополитов Александрийского Апостольского и Патриаршего престола принял резолюцию, признав законными, с православной точки зрения, англиканское священство. Текст самой резолюции гласит: "Св. Синод признает, что заключение православной комиссии было вынесено согласно духу православного учения". Поскольку Ламбетская Конференция приняла заявления, сделанные Англиканскими Епископами, как точное изложение учения и практики Англиканской Церкви и находящихся с ней в общении Церквей, то Синод признает эти заявления за весьма значительный (симптоматический) шаг в сторону единения Церквей". И в виду того, что в этих заявлениях, признанных Ламбетской конференцией, утверждается полная и удовлетворительная апостольская преемственность, причащение истинными Телом и Кровью, и что Евхаристия является thusia hilasterios (Жертва), а священство почитается за таинство, то Александрийская Церковь больше не видит причин относиться к законности англиканских рукоположений с негативной осторожностью, и придерживаясь решения Конст-ой Церкви от 28 июля 1922, которая провозглашает, что если священник, рукоположенный англиканскими епископами, перейдет в Православие, то он не должен быть перерукополагаем, также как и крещенный англиканами не должен перекрещиваться."

(The Christian East, vol. XII, 1931, pp. 1-6).

1931

31 декабря Архиерейский Синод РПЦЗ принял постановление относительно участия РПЦЗ в экуменическом движении.

"..Церковь никогда не разделялась. Вопрос только в том, кто принадлежит к ней и кто не принадлежит.

Участие православных во взаимном общении церквей было признано допустимым в надежде, что этим будет облегчено приближение к общему признанию Православной Церкви столпом и утверждением Истины."

1933

В Париже выходит в свет книга "Христианское воссоединение. Экуменическая проблема в православном сознании", в которой были собраны статьи о. Сергия Булгакова, философа Н. Бердяева, историка А. Карташева и других.

Н. Бердяев, в частности, писал:

"…мы живем в универсалистическую эпоху, эпоху мировых объединений… Эта мировая тенденция обнаруживается и в жизни христианских Церквей… Нужно… испытывать неполноту и потребность восполнения, чтобы загореться экуменическим движением… Экуменическая проблема есть не только проблема христианского единства, но и проблема христианской полноты. Но к полноте стремится лишь тот, кто сознает неполноту, кто нуждается в восполнении… Вселенская Церковь Христова… лишь неполно актуализирована в истории, многое в ней остается в потенциальном состоянии. Конфессия… не может претендовать быть совершенной актуализацией Вселенской Церкви… Никакая поместная православная Церковь не может претендовать быть носителем полноты православности… Поэтому говорить нужно не об интерконфессионализме, а о сверхконфессионализме, о движении к сверхконфессиональной полноте… Христианский мир един на глубине и на высоте — на поверхности же он безнадежно разъединен… Мы хотим восполнить свою ущербность… Оставаясь в своей конфессии, но углубляясь и возвышаясь, переходя с плоскости, на которой сталкиваются исторические конфессии, в более духовный план, я могу надеяться достигнуть сверхконфессиональной полноты…

Глубина христианской мистики встречается с глубиной мистики нехристианских религий… В глубине мы соприкасаемся с Самим Христом, а потому друг с другом… Всякое религиозное общество нуждается в восполнении и всегда бывает виновно в самодовольстве, во вражде к другим, в принятии части за целое… Над нашим миром… проносится дуновение новой христианской духовности… Экуменическое движение означает изменение внутри христианского мира, возникновение нового христианского сознания…"

1936

Румынская Церковь признала законность англиканских хиротоний.

1937

 В декабре на проходившие конференции экуменических движений "Вера и церковное устройство" в Эдинбурге и "Жизнь и деятельность" в Оксфорде, которые явились приготовительными конференциями для создания ВСЦ, Архиерейский Синод РПЦЗ командировал епископа Серафима (Лядэ) Потсдамского. В постановлении об этом назначении от 18/31 декабря 1937 года говорится:

"Сохраняя веру в Единую, Святую, Соборную и Апостольскую Православную Церковь, Архиерейский Синод исповедует, что Церковь сия никогда не разделялась. Вопрос в том только, кто принадлежит к ней и кто не принадлежит. Вместе с тем Архиерейский Синод горячо приветствует все попытки инославных исповеданий изучать Христово учение о Церкви в надежде, что через такое изучение, особенно при участии представителей Святой Православной Церкви, они в конце концов придут к убеждению в том, что Православная Церковь, будучи столпом и утверждением истины (Тим. 3,15), полностью и без каких-либо погрешностей сохранила учение, преподанное Христом Спасителем Своим ученикам. И с этой верой и такой надеждой Архиерейский Синод с благодарностью принимает приглашение Комитета продолжения Всемирной конференции о "Вере и порядке". (Церк. Жизнь 1, 1938, стр; 12).

На этой конференции присутствовали также представители Зап. Европейского Экзархата – архим. Кассиан (Безобразов) и прот. Георгий Флоровский. Православная делегация воздержалась от голосования как общего доклада, так и декларации. В своем отчете Синоду епископ Серафим указал, что участие православных делегатов имело большое и полезное значение для инославного мира, ибо они внесли в дискуссии подлинно церковный дух, раскрывая участникам конференции богатство и красоту Православия. Поэтому Архиерейский Собор и Синод должны командировать своих представителей и на будущие конференции.

Епископ Серафим, также в качестве представителя Архиерейского Синода присутствовал на Второй конференции движения "Жизнь и деятельность" (Life and work), проходившей в Оксфорде. По мнению епископа Серафима, дух Православия не нашел должного выражения в докладах конференции, находившейся под влиянием масонства. В будущем православные должны или совершенно отказаться от участия в подобных конференциях или же усилить свое представительство, чтобы не быть "букетом цветов" на столе протестантов. На этой конференции было подтверждено намерение о создании Всемирного Совета Христианских Церквей.

По поводу отношение Православной Церкви к инославию на Соборе РПЦЗ произошли прения. Ознакомившись с докладом профессора Н. С. Арсеньева "Православная Церковь и западное христианство", отмечающим, что прямым следствием гонений на Православную Церковь со стороны безбожной власти в СССР явилось углубление и расширение внимания к нашей Церкви со стороны наиболее чутких представителей богословской мысли протестантства и католичества, Собор "призывает Божие благословение на труды тех, кто жизнью и словом раскрывает перед западным христианским миром истинность нашей Святой Церкви и высоту ее мученического подвига в настоящее…" В докладе епископ Серафим отметил, что православные на экуменических конференциях всегда излагали и защищали священные догматы:

"Поэтому православные делегаты, как в Лозанне, так и в Эдинбурге, считали своим долгом подать и огласить особые заявления; этим они ясно отмежевали Православную Церковь от других исповеданий, именующих себя "церквами"… Нам необходимо рассеять все недоумения и часто просто карикатурные представления о Православии, до сих пор распространенные в инославных кругах… Примирение с существующим положением оторванности большей части христианского мира от Православной Церкви, равнодушное отношение к экуменическим исканиям единства Церкви было бы непростительным грехом, ибо мы должны носить ответственность за судьбу тех, которые еще пребывают вне ограды Церкви и за будущую судьбу всего христианского мира… Но участвуя в экуменическом движении, мы должны остерегаться уступчивости и снисходительности, ибо это крайне вредно и опасно, укрепляя инославных в убеждении, что они уже являются членами истинной Церкви. В области догматики и других существенных и основных вопросов мы не можем уменьшать свои требования…"

Прения по вопросу об участии в этом движении проводились после двух докладов епископа Серафима, а также доклада Н. Ф. Степанова, посвященного влиянию франкмасонства на Оксфордскую конференцию. Центром "антиэкуменической" группы стал архиепископ Богучарский Серафим (Соболев). Он сказал:

"Внецерковное объединение ничего, кроме вреда, не принесет. Православная Истина выражается в благодати Святого Духа, именно в том, чего экуменическое движение знать не хочет…"

Председатель Собора митрополит Анастасий высказался за средний путь:

"Приходится колебаться между двумя опасностями — соблазном или отказом от миссионерской работы исповедания Православия. Какое опасение возобладает? Будем исходить из положительных предположений. Облагодатствованная Церковь должна вести миссионерскую работу, ибо так можно спасти некоторых колеблющихся. Наряду с вождями, желающими обезличить Православие, другие, например молодежь, приходят на конференции с истинным исканием. Сравнивая то, что они видят и слышат у своих пасторов и у православного пастыря, они поймут истину. Иначе они останутся одинокими. Слышны положительные отзывы о выступлениях епископа Серафима на конференциях, исходящие от инославных. Надо учитывать и то, что англо-саксонский мир находится в кризисе, ищет истину. Протестантизм тоже ищет свою опору. У нас, к тому же, имеется традиция участия в таких конференциях, установленная покойным митрополитом Антонием. Во избежание соблазна надо разъяснять суть дела."

По вопросу отношения к инославным была вынесена резолюция, согласно которой Русская Православная Церковь Заграницей запрещает своим чадам участвовать в экуменическом движении. Однако ради целей миссионерских, по уполномочению церковной власти, представители РПЦЗ могут присутствовать на конференциях, бескомпромиссно разъясняя учение Православной Церкви.

1940

Элладская Церковь с оговорками признала законность англиканских хиротоний.

1946

 Антиохийская Церковь перешла на новый стиль.

1947

4 февраля Патриарх Константинопольский Максим пишет письмо Патриарху Московскому и всея Руси Алексию I, в котором спрашивает последнего:

"…принять ли, и в какой форме, участие в т. наз. Экуменическом движении, охватившем собой все прочие христианские общины мира, кроме Римо-Католической Церкви…"

1948

8 июля в Москве открылось Совещание глав и представителей Поместных Православных Церквей, посвященное 500-летию автокефалии Русской Церкви. Среди вопросов, рассмотренных на Совещании, был и вопрос об участии Православной Церкви в экуменическом движении.

Архиепископ Серафим Соболев прочитал доклад на тему "Надо ли Русской Православной Церкви участвовать в экуменическом движении?":

"В последнее время Русская церковь испытывает сильное давление со стороны экуменистов, чтобы побудить ее участвовать в экуменическом движении.

22 августа с. г. экуменисты созывают в Амстердаме, как они говорят, "Всецерковную конференцию". По сообщению "Церковного вестника", издаваемого при Болгарском Синоде, на этой "Всецерковной конференции" будут участвовать 136 так называемых христианских церквей и представители восточных греческих церквей. Несомненно, на этом экуменическом съезде будут присутствовать и представители русских церковных организаций за границей.

Экуменисты приглашают и Всероссийскую церковь принять участие в трудах Амстердамской конференции. Доселе Православная Церковь в России не примыкала к экуменическому движению. Желательно, чтобы она и впредь не имела ничего общего с этим движением в силу вот каких соображений.

Русскую Православную церковь приглашают участвовать в экуменической конференции, как одну из множества церковных организаций, каждой из коих прилагается понятие Церкви. Но мы, православные христиане, исповедуем, что Церковью, как учрежденною Самим Богом для нашего спасения, можно называть в строгом смысле только одно общество истинно-верующих христиан. Называть же церковью каждое из еретических обществ — это значит не иметь правильного понятия о Церкви и попирать нашу веру в догмат о Церкви, изложенный в девятом члене Символа веры. Очевидно, экуменисты, указывая на огромную численность так называемых христианских церквей, входящих в состав экуменического движения, представители коих примут участие на Амстердамской конференции, придают этому количеству положительное значение. Но оттого, что ложь будет проявляться не в малом, а в большом количестве ее видов она не станет истиной; напротив она еще более будет ее искажать и отрицать.

Впрочем, суть дела заключается не в этом, а в том, что экуменисты и притом, к сожалению, даже из православной среды не имеют правильного понятия о Церкви. Они считают, что к Церкви принадлежат все крещеные во Христа, ставят в один ряд как православных, так и еретиков, признавая тех и других телом Христовым. Для примера укажем на статью одного из самых влиятельных русских экуменистов в Париже, профессора и помощника ректора Богословского института в Париже В.В. Зеньковского. В журнале русской ИМКИ "Вестник русского студенческого христианского движения" (№ 5, стр. 17—18), он пишет: "Мы должны навсегда забыть, отвыкнуть от горделивой мысли, что Дух Божий только у нас и с нами (т. е. православными)… Будучи… вне православия, я все же чувствовал себя в Церкви. Я видел, что рамки Церкви бесконечно более широки и более вместительны, чем мы обыкновенно думаем. И, действительно, кто может указать, где кончается церковная ограда и начинается зеленеющая нива Христова.

Кто посмеет утверждать, что вне этой ограды у Христа нет Церкви, нет служителей и учеников… Неужели мы должны их отбросить только потому, что они служат Ему иначе, чем мы… Я теперь убедился, что и они, протестанты, стоят в Церкви и работают, может быть сами того не сознавая и не называя вещи их именами, для Церкви… Нет, Церковь Христова шире нашего стесненного понимания о ней; она включает в себя всех верующих в Бога и любящих Его, как бы ни проявлялась их вера и любовь".

В другой своей статье в том же журнале под заглавием "Основы экуменического общения" проф. В.В. Зеньковский высказывает еще более странные мысли, совершенно недопустимые для православного сознания. Разумея под основою и целью экуменического движения общение разных церквей и соединение их "по линии любви", он требует от представителей объединяемых церквей абсолютной веры, что "спасение возможно лишь через Церковь, к которой они принадлежат и что в их церкви есть абсолютная (хотя бы и неполная) истина" (январь — февраль, 1935).

В этих своих словах проф. Зеньковский высказывает мысль, что спасение будто бы возможно в каждом инославном исповедании. И, напротив, если кто из инославных христиан оставит свое исповедание и соединится с еретиками другого какого-либо вида и даже с Православною Церковью, то спасение для такого человека уже невозможно. Конечно, соединение церквей мыслится здесь при полном игнорировании догматических разностей — только по линии любви, т. е. как приятельское общение.

Подобные в своей сущности мысли высказывает также и весьма авторитетный в глазах экуменистов профессор Софийского Богословского факультета протопресвитер о. Стефан Цанков в своей статье под заглавием "Актуальные проблемы и задачи православного богословия и Православной Церкви". Он пишет: "Вопрос о единстве Церкви стал весьма сложным вопросом и его нельзя рассматривать… схоластическим и самоудовлетворенным способом, каким его рассматривали до сего времени… Уже действительное отношение Православных церквей нового времени к ряду инославных церквей (признание их крещения, иерархий у некоторых из них и пр.) и признание Православною Церковью недугов и несовершенств в рядах собственных ее членов, показывают, что неправильна мысль, будто к мистическому Телу Христа (Церкви) принадлежат только православные христиане и что за видимой разделенностью не существует невидимого мистического единства в Церкви Христовой".

Интересна в данном случае рецензия проф. Софийского Богословского факультета Ильи Цоневского по поводу изданной в Цюрихе на немецком языке в 1946г. книги того же проф. о. Цанкова: "Восточная Православная Церковь с экуменической точки зрения".

В рецензии проф. Цоневского говорится: "Природа Церкви и ее основные свойства самым тесным образом связаны с ее единством, потому что она есть Тело Христово и Христос ее Глава. Церковь не могла бы быть ни святой, ни кафолической (соборной), ни апостольской, если она не едина. Весь смысл и полное значение экуменического движения заключается в единстве Церкви; оно является его основой, а также и его задачей и осуществлением. Самый факт, что Православные Церкви деятельно участвуют в экуменическом движении, говорит о том, что уже постепенно оставляется старый взгляд, что только православные христиане суть истинные христиане и что только они принадлежат к Церкви Христовой".

Таким образом, православные экуменисты во главу угла ставят единство церкви или единую церковь. Но в понятие "единая" они вкладывают свой неправильный, извращенный смысл, ибо под этой единой церковью они разумеют не только всех православных, но и всех инославных христиан, т. е. еретиков.

Эта экуменическая точка зрения совершенно расходится с православным взглядом, который под единой церковью всегда разумеет одних только истинно-верующих православных людей. Наша Церковь никогда не считала еретиков входящими в ее состав, в состав самого Тела Христова. Да и как возможно данную экуменическую точку зрения считать православною, когда Вселенские соборы всегда предавали еретиков анафеме, т. е. отлучению от Церкви? Очевидно, экуменисты в своем учении о Церкви не признают над собою авторитета Вселенских соборов. Но это равносильно отрицанию авторитета всей Православной Церкви и признанию, в данном случае, единственным критерием истины своего собственного разума при отрицании православной веры в Церковь.

Такой же рационализм и такое же неверие в истинную Христову Церковь экуменисты вкладывают в свое толкование наименования Церкви соборною. Мы вместе со святыми отцами называем Церковь соборною или кафолическою, или вселенскою потому, что "она не ограничивается никаким местом, ни временем, ни народностью, но заключает в себе истинно-верующих всех мест, времен и народов". Но экуменисты под этим наименованием церкви разумеют не только истинно-верующих православных христиан, но и всех еретиков.

Такое же заблуждение они обнаруживают и в своем отношении к наименованию Церкви апостольскою. Как это ни странно, экуменисты относят к этой апостольской Церкви и так называемые "христианские церкви", которые совсем не имеют апостольского происхождения или преемства. Они считают все еретические исповедания принадлежащими к Апостольской Церкви, несмотря на то, что Павел, величайший апостол, отличает всех еретиков от Православной Церкви и предает их анафеме, говоря: Аще мы или Ангелъ съ небесе благовеститъ вамъ паче еже благовестихомъ вамъ, анафема да будетъ (Гал. 1:8).

Но больше всего православные экуменисты погрешают против девятого члена Символа веры в отношении наименования Церкви Святою, когда включают в состав этой Святой Церкви еретиков. Церковь называется Святою потому, что она есть раздаятельница благодати Святаго Духа, которая сообщается верующим в таинстве Миропомазания при совершении над ними Крещения.

Эта возрождающая, освящающая и спасающая благодать есть самое драгоценное и высшее для нас благо, ибо дарование ее нам было целью пришествия в мир Христа и Его крестных страданий и смерти. Огонь пришел Я низвесть на землю, сказал Он, и как желал бы, чтобы он уже возгорелся (Лука 12:49). По изъяснению этих слов Христа св. Антонием Великим и Макарием Египетским, под огнем здесь разумеется возрождающая благодать Святаго Духа, которая изливается на нас в таинстве Миропомазания при совершении над нами таинства Крещения, почему она и называется крещенскою. Как на параллельные к этим божественным словам надо указать также и на следующие слова Христа: "Уне есть вамъ, да Азъ иду (разумеется на крест и смерть). Аще бо не иду Азъ, Утешитель не приидетъ къ вамъ; аще ли же иду, послю Его къ вамъ" (Иоан. 16:7). Вот почему Симеон, Новый Богослов, говорит: "То и было целью и концом всего домостроительства Христова, чтобы верующие принимали Духа Святаго… и чтобы Он был как бы душою нашей души… и чтобы действием Сего Духа мы освящались, обновлялись и пересозидались по уму, совести и по всем чувствам".

Сей великий св. отец Церкви согласно с учением о Царстве Божием Христа и апостола Павла (Иоан. 3:5; Матф. 13:45-46; 13:33; Лука 19:12-27; Деян. 1:3-8; Рим. 14:17), вместе со св. отцами Антонием Великим, Макарием Египетским и Ефремом Сириным даже учит, что Царство Божие, которого Господь повелел нам прежде всего искать (Матф. 6:33), и есть возрождающая благодать Святаго Духа, как источник нашей святой жизни.

Но этого самого драгоценного для нас блага, этой возрождающей благодати Святаго Духа с ее святостью нет и не может быть у протестантов, ибо у них нет таинства Миропомазания. В крещении, как это явствует из "Православного исповедания", мы только очищаемся от грехов, умираем для жизни плотской и возрождаемся от Святаго Духа для жизни новой и святой. Но последняя возможна для нас только при помощи той благодати, которую мы получаем в таинстве Миропомазания. В этом Таинстве преподается нам Дух Святый со всеми Его дарами, возращающими и укрепляющими нас в духовной святой жизни.

Эта благодатная святая жизнь невозможна и для тех инославных христиан, которые хотя и имеют таинство Миропомазания, но в силу отвержения их Православной Церковью за ереси, благодать сия является у них недейственной и неспасительной.

Отсюда совершенно не правы православные экуменисты, когда в Святую Церковь включают всех еретиков, когда словами одного из своих экуменических вождей заявляют, что инославные и в отдельности и в лице целых групп (инославных церквей), как и отдельные грешные члены Православной Церкви, "станут святыми через благодать Божию и через любовь общения".

Здесь православные экуменисты смешивают воедино отдельных членов Православной Церкви, как грешников и немощных людей, с инославными христианами и их "церквами", полагая, что те и другие станут святыми через благодать Божию и через любовь общения.

Но между теми и другими существует огромная разница. Члены Православной Церкви, будучи грешниками как бы ни были велики их грехи, всегда могут через таинство Покаяния и при помощи действенной и спасительной благодати стать святыми — достигнуть истинной и совершенной благодатной святости. Но еретикам в отдельности или в их целых группах, организациях эта святость никогда не будет присуща, ибо у них не действует благодать таинства Миропомазания и благодать таинства Покаяния. Еретики могут быть святыми только после покаяния или отречения от всех своих ересей и после воссоединения с Православною Церковью. Только тогда инославных христиан можно включить в состав Святой Христовой Церкви.

И что это за благодать Божия, при помощи которой, по словам православных экуменистов, инославные христиане становятся святыми? По учению святых отцов Церкви, благодать Святаго Духа проявляется в двух видах: как благодать общего и внешнего промышления, предваряющая и подготовляющая людей к принятию истинной веры, и как благодать внутренняя, возрождающая, спасающая и действующая только в Православной Церкви. Несомненно, в приведенных словах православных экуменистов благодать внешнего промышления не имеется в виду, ибо, действуя в жизни инославных христиан и даже язычников, она их святыми не делает. Следовательно, здесь имеется в виду благодать внутренняя, возрождающая. Но этой благодати у инославных христиан или совсем нет или она у них не действует, их не спасает и не делает их святыми. Следовательно, ни та, ни другая благодать не может инославных христиан делать святыми, почему православным экуменистам не следовало бы совсем говорить ни о благодати, ни о святости в отношении инославных христиан.

Кроме того, разве может делать святыми инославных христиан и вообще грешников любовь общения? Если иметь в виду самое любвеобильное общение с еретиками православных христиан, и притом не с извращенными, а с истинными понятиями о Православии, то от такого общения православных с еретиками останется для последних, если они не фанатичные еретики, приятное воспоминание и только. А для того, чтобы сделаться святыми, еретикам не только надо воссоединиться с Православною Церковью и воспринять ее спасительную благодать, но и стать еще на путь истинной христианской жизни, на путь бескомпромиссной борьбы со страстями и с грехом, через неуклонное исполнение божественных заповедей, на путь узкий, скорбный и тернистый. Только тогда инославные христиане при содействии благодати Божией станут святыми.

Поэтому слова православных экуменистов о возможности еретикам стать святыми надо признать совсем необоснованными и великим заблуждением.

Однако толкование православными экуменистами наименования Церкви святою, как и других ее наименований, не являются одним только простым заблуждением. Это заблуждение в своей сущности есть ниспровержение нашей православной веры в Церковь. Последняя требует от нас веры в Единую, Святую, Соборную и Апостольскую Церковь с тем, чтобы мы все эти свойства прилагали только и исключительно к нашей Православной Церкви. А православные экуменисты не хотят ей оказывать послушания. В силу этого они до неузнаваемости искажают девятый член Символа веры. В итоге получается какое-то неестественное смешение истины с ложью, Православия с ересями, что приводит православных экуменистов к крайнему извращению истинного понятия о Церкви и настолько, что они, будучи членами Православной Церкви, в то же время являются членами экуменической церкви, точнее, какого-то вселенского еретического общества с его бесчисленными ересями. Следовало бы им всегда помнить слова Христа: Аще же и Церковь преслушаетъ, буди тебе якоже язычникъ и мытарь (Матф. 18:17).

Это непослушание православных экуменистов приводит их к заявлению, что "разделительные стены между церквами не достигают до самого неба, до Христа-Главы, и не спускаются до самого сердца Церкви, до Святаго Духа".

Но эти разделительные стены, т. е. разделения Православной Церкви с еретиками начали происходить на Вселенских соборах. Происходили они в целях сохранения православной веры от гибели через смешение с пагубными ересями. Происходили эти разделения во исполнение слов Христа: Мните ли, яко миръ прiидохъ дати на землю? Ни, глаголю вамъ, но разделенiе (Лука 12:51).

А также на Вселенских соборах осуществлялись и слова нашего Господа, сказанные апостолам и их преемникам, стоящим во главе Православной Церкви епископам: Аминь бо глаголю вамъ: елика аще свяжете на земли, будутъ связана на небеси, и елика аще разрешите на земли, будутъ разрешена на небесехъ (Матф. 18:18). Ясно, что эти разделения достигают самого неба. Каким же образом эти церковные разделения не достигают Христа, когда они основаны на собственных словах Христа Спасителя?!

Затем, догматические постановления Вселенских соборов с анафемой против еретиков выносились на основе апостольских слов: Изволися Святому Духу и намъ (Деян. 15:28). Следовательно, постановления против еретиков исходили не только от св. отцов Вселенских соборов, но и от Самого Духа Святаго. Знаменательны в данном случае слова Христа, сказанные во время Его явления ученикам по воскресении: Прiимите Духъ Святъ. Имже отпустите грехи, отпустятся имъ; и имже держите, держатся (Иоан. 20:22—23).

Ясно, что анафема Вселенских соборов, имевшая в своей основе слова Христа, накладывалась на еретиков совместно: и от Святаго Духа, и от Церкви. Спрашивается, могут ли эти догматические разделения не достигать и Святаго Духа, как от Него происшедшие?

Но и это не все. Из слов Христа: Елика аще свяжете на земли, будутъ связана на небеси явствует, что анафема на еретиков, т. е. отлучение их от Церкви, переходит в будущую жизнь и что все еретики после смерти идут в адские муки.

Весьма поучительно в этом случае откровение, бывшее великому угоднику, Христа ради юродивому, Симеону. Бог открыл ему, что душа знаменитого ученого богослова Оригена погибла и находится в адских муках за его еретические учения. Подобное откровение имел инок Феофан, как об этом повествуется в известной книге блаженного Иоанна Мосха "Луг Духовный". Он видел в огненном пламени того же Оригена, Ария, Нестория и многих других еретиков. Как ненавистна Богу ересь, об этом свидетельствует видение, бывшее преп. Кириаку Отшельнику. Божия Матерь, явившаяся ему с Иоанном Крестителем и Иоанном Богословом, не соизволила войти к нему в келлию, несмотря на все его мольбы, только за то, что у него в числе других, была книга, в конце которой находились два слова еретика Нестория.

Православные экуменисты не только не слушают Православную Церковь, но даже открыто обвиняют ее в грехе разделения. Правда, этот грех они приписывают не только Православной Церкви, но и всем инославным церквам.

Но не Православная Церковь, а еретики создавали ереси. Православная же Церковь до мученической крови защищала от еретиков чистоту православной веры. Если бы не было этой борьбы, то православная истина через смешение с еретической ложью перестала бы существовать, а вместе с этим исчезла бы и Православная Церковь с лица земли. Не обвинять надо последнюю за то, что она не смешалась с еретиками и отделилась от них, а ублажать ее надо за мученические подвиги разделения, происходившего по причине восстания еретиков на Церковь, на ее богооткровенные и святоотеческие истины и даже на самого Бога.

Однако это обвинение показывает, в какой великий грех дерзкого самомнения и гордости впали православные экуменисты, присвоив себе право быть судьями Православной Церкви. Кажется, настал момент, когда последней нельзя более молчать. Надо указать им на всю их неправоту в отношении одинаково, как к Православию, так и инославию, и предостеречь их, на какой опасный и гибельный путь они стали. Этот путь толкает их на непослушание и даже на публичное обвинение своей Матери-Церкви.

Нельзя, наконец, не обратить внимания на то обстоятельство, какое отрицательное значение имеет участие православных представителей на экуменических конференциях. Самый факт этого присутствия утверждает инославных христиан в их мысли, будто все христианские исповедания принадлежат к Единой Вселенской Православной Церкви.

Мы же считаем, что это присутствие совсем не означает того, что инославные христиане стали принадлежать к истинной Христовой Церкви. Какими далекими от Православной Церкви по своим религиозным заблуждениям они были, такими и остались. Присутствие православных представителей на экуменических конференциях говорит лишь о том, что православные христиане стали отступать от своего Православия. Трудно сказать, где более православные экуменисты отступают от Православной Церкви — в своих ли писаниях, или же присутствуя на экуменических конференциях? Это присутствие является в своей сущности изменой нашему православному догматическому учению о Церкви, выраженному в девятом члене Символа веры. Присутствия на еретическом собрании, которое экуменисты называют "Всецерковной конференцией", "собранием всех христианских церквей" и "единою святою Христовой церковью", православные представители тем самым фактически утверждают бытие этой "единой святой церкви Христовой" со всеми ее еретическими заблуждениями.

По поводу толкования приведенных канонических правил епископом Иоанном Смоленским нужно иметь в виду слова св. Киприана, епископа Карфагенского, который говорит, что еретики никогда не будут приходить к Церкви, если будут нами самими укрепляться в убеждении, что у них тоже есть церковь и таинства.

Только в том случае православные представители могли бы присутствовать на экуменических конференциях, если бы устроители последних заявили Православной Церкви от лица так называемых христианских церквей, входящих в экуменическое движение, о их готовности отказаться от всех своих религиозных заблуждений и соединиться с нею в православной вере. Но заправляющие всем ходом экуменических конференций никогда таких заявлений не делали и не сделают, ибо инославные христиане и не думают отрекаться от своих ересей и воссоединиться с Православием. Не следует забывать, с каким упорством и фанатизмом еретики отстаивают свои религиозные убеждения. Соединение с Православной Церковью, как показывает действительность, нужно отнести к разряду единичных фактов, и притом весьма редких и исключительных. Будем всегда помнить пророческие слова Христа: Сынъ Человеческiй пришедъ убо обрящетъ ли веру на земли (Лука 18:8). Ввиду всего этого у нас не может быть основания для надежды, что так называемые "христианские церкви" могут соединиться.

Впрочем, и сам главный Экуменический Совет совсем не помышляет о том, чтобы инославные христиане воссоединились с Православною Церковью. Через своего секретаря д-ра Хуфта он ясно заявил, что Экуменический совет не представляет собою какой-либо централизованной формы церковного единства, в котором церкви могли потерять свою обособленность и самобытность.

Поэтому на экуменических конференциях даже не поднимаются для обсуждения вопросы о соединении инославных церквей с Православной Церковью. В программах экуменических конференциях эти вопросы никогда не ставились. Не включены они и в программу предстоящей Амстердамской конференции.

Правда, экуменисты — и инославные, и православные — стараются на своих конференциях найти точки соприкосновения в области веры, чтобы придти к возможному для них единству. Весьма показательным в данном случае является послание Оксфордской конференции, скрепленное подписями всех участников: "Мы едины, говорится здесь, в вере в Господа нашего Иисуса Христа, как воплощенное Слово Божие. Мы едины в нашей привязанности к Нему, Главе Церкви, Царю царей и Господу господствующих. Мы едины в исповедании, что эта привязанность имеет преимущество пред всеми другими привязанностями… Мы едины, потому что все являемся предметом Божией любви и благодати".

Но все эти единства не имеют никакого отношения к вопросу об истинном соединении православных с инославными. Однако православные экуменисты, по крайней мере, в лице своих вождей, придают этим единствам общего характера большое значение. Поэтому они указывают на слова Иоанна Богослова: Всякий Дух, который исповедует Иисуса Христа, пришедшего во плоти, есть от Бога. А всякий дух, который не исповедует Иисуса Христа, пришедшего во плоти не есть от Бога, но это дух антихриста (1 Иоанн. 4:2—3).

Да, в апостольские времена такое исповедание веры во Христа было достаточно, чтобы определить: кто с Христовою Церковью и кто против нее. Тогда главными противниками апостолов были гностики, которые в силу своего гностического лжеименного знания (1 Тим. 6:20) не допускали непосредственного соприкосновения Бога с тварью, почему и отрицали воплощение Бога, этот основной догмат всего христианства.

Но когда после апостолов стали появляться другие ереси, то, соответственно этому, стали возникать и другие догматы, неисповедание коих еретиками также делало их противниками Святой Церкви, как и неисповедание Христа, пришедшего во плоти. Иконоборцы исповедывали Христа, пришедшего во плоти, как исповедуют это ныне и протестанты, но они — еретики иконоборцы — целых два столетия до основания колебали Церковь. И притом ни одна из ересей не причинила Православию столько зла, как иконоборческая ересь, осужденная Святою Церковью и преданная анафеме.

Указывая на приведенные слова св. Иоана Богослова, православные экуменисты тем самым могут дать повод думать, что они готовы соединиться с инославными христианами на основе одной только веры в воплотившегося Христа, при наличии всех их ересей.

Итак, если наша Православная Церковь от организаторов экуменических конференций не имеет никаких заявлений о готовности инославных церквей воссоединиться с нею, и если на этих конференциях даже не обсуждается вопрос о сем воссоединении, то спрашивается, зачем же нашей Русской церкви посылать туда своих представителей? Какие плоды даст нашей Церкви ее участие в экуменических конференциях? Конечно, плоды только недобрые. Одним из этих плодов является, то, о чем мы уже говорили,— отступление православных от своей веры через попрание ими св. канонов и догмата о Церкви, который мы исповедуем в девятом члене Символа веры.

Есть и другой недобрый плод, который проистекает от участия представителей Православных церквей в экуменических конференциях и который является таким же отступлением от нашего святого Православия. Мы имеем в виду дружбу между православными и инославными христианами, которая завязывается от экуменического общения. Конечно, экуменисты очень приветствуют такую дружбу инославных, в особенности протестантов с православными христинами. Без этой дружбы западных инославных христиан с восточными православными христианами экуменизм не может осуществить своей задачи. По заявлению главного секретаря Экуменического Совета д-ра Хуфта, это хорошо сознается руководящими лицами Экуменического Совета, так как, по его словам, без сотрудничества с Православными церквами экуменизм не будет истинным Вселенским Телом. Поэтому Экуменический Совет делает все возможное, чтобы прочно укрепить на своих конференциях эту дружбу между инославными и православными христианами. Несомненно, с этой целью он оказывает всякого рода материальную помощь Православным церквам.

Принимая все это во внимание, мы можем сказать, что дружба, которая устанавливается на экуменических конференциях, более и более делается прочною и глубокою, но, увы! весьма и весьма вредною для Православной Церкви. Эта дружба между православными представителями и протестантами переносится в православные страны и производит здесь дружеское общение между православными и протестантами, и в частности между духовными лицами Православной Церкви, с одной стороны, и протестантами, с другой. До чего иногда доходит это дружественное общение, видно из следующего.

Во время своих миссионерских путешествий в православных странах, протестантские пасторы и в селах и в городах с большой помпой устраивают собрания, на которые приглашают православных и, прежде всего, православных священников. Бывали даже такие случаи что пред лицом множества собравшихся православных христиан пасторы и православные священники, держа друг друга за руки, пели песнь: "О, сладкий наш союз верных братьев, как Господь наш Иисус держит нас в любви". Сплошь и рядом бывало совместное служение молебнов православными священниками и пасторами.

На Женевской конференции представитель Константинопольского патриарха митрополит Фиатирский Германос и представитель Александрийского патриарха проф. Лукарас обратили внимание конференции на прозелитизм среди христианских народов, как на факт недопустимый и противный идее сближения и соединения христианских церквей. Конечно, здесь под прозелитизмом в осторожных выражениях разумелась инославная пропаганда среди православных христиан. Заявление об этом прозелитизме митрополит Германос в письменной форме представил Конференции и притом от имени всех православных ее участников, чтобы пресечь эту инославную пропаганду.

Как бы в ответ на это протестанты, исходя из той же экуменической дружбы, понимаемой ими в смысле готовности православных объединяться с ними и в их протестантском учении, как никогда предаются без всякого для себя удержа неистовой протестантской пропаганде, имеющей своею целью соединение Православия с протестантизмом и уничтожение Православной Церкви. Пользуясь огромными средствами, протестанты распространяют свою пропаганду через печать, издавая книги и газеты. Причем в своей литературе они обливают грязью не только наше иконопочитание, обряды и все Православие, но выступают и против Библии, против ее повествования о творении Богом мира в шесть дней, отрицательно относятся к библейскому повествованию о некоторых чудесах. В результате такой пропаганды в православных странах быстро растет множество протестантских сект адвентистов, баптистов, методистов, пятидесятников, евангеликов и других.

До экуменизма в православных странах не было такой протестантской пропаганды, ибо не было такого дружеского общения православных с протестантами, которое утверждается на экуменических конференциях и которое налагает на православных представителей нравственную обязанность не препятствовать протестантской пропаганде в православных странах. В этом заключается великое зло экуменизма: Всякое дерево, — сказал Господь, — познается по плоду своему (Лука 6:44). Если от этой дружбы происходит вред для Православной Церкви, то ясно, что дружба проистекает от врагов Святой Церкви. В данном случае такими врагами являются масоны. Они устраивают эту дружбу на экуменических конференциях, ибо они их организуют, также как они организуют и съезды ИМКИ. В 1928 г. в Софии состоялось совещание представителей Православных церквей Всемирного комитета масонской ИМКИ и Национальных движений ИМКИ в Православных церквах под руководством известного масона д-ра Джона Мотта. Последний является Генеральным секретарем всемирной ИМКИ. В его распоряжение Всеамериканский протестантский конгресс отпускает огромнейшие средства для мировой протестантско-масонской пропаганды. Второе такое же совещание состоялось в 1930 г. в Афинах. Организатором Оксфордской конференции в 1937 г. и ее представителем был также известный масон д-р Джон Мотт. Он как один из председателей руководительного комитета Экуменического совета в январе 1948 г. вместе с другими членами разработал программу предстоящей Амстердамской экуменической конференции, ее организацию и подготовку. Все тот же д-р Джон Мотт будет и одним из представителей Амстердамской конференции. После этого нет ничего удивительного, что на Стокгольмской экуменической конференции, бывшей в 1945 г. и Лозаннской экуменической конференции в 1927 г., 80% участников были членами масонской организации ИМКИ, руководимой тем же доктором Джоном Моттом. Строго соответствующим этому обстоятельству является сообщение, которое было сделано участниками Оксфордской конференции на заграничном соборе архиереев с клириками и мирянами в 1938 г. о том, что эта конференция протекала при полном масонском засилье.

Отсюда понятно, кто стоит за экуменическим движением. За ним стоят исконные враги Православной Церкви — масоны. А также ясно отсюда, к какому соединению в своих истоках стремится это движение на своих экуменических конференциях. Их устроители стремятся не к догматическому соединению всех так называемых христианских церквей с Православными церквами, а к смешению тех и других, через отступление православных от своей веры и их экуменической дружбы с еретиками, в особенности с протестантами. А это смешение равносильно уничтожению Православия.

Конечно, в экуменическом вопросе мы не должны упускать из вида, что в самом последнем истоке экуменического движения перед нами стоят не только исконные враги нашей Православной Церкви, но стоит отец всякой лжи и пагубы — диавол. В прежние века, возбуждая в Церкви всякие ереси, он хотел погубить Святую Церковь через смешение православных с еретиками. Это делает он и ныне через то же самое смешение посредством экуменизма с его неисчерпаемыми масонскими капиталами.

Однако раньше это дело смешения имело больше препятствий, чем ныне. Тогда у христиан была огненная ревность о православной вере, ибо последняя защищалась ими до мученической крови. Ныне православные объяты небывалым равнодушием к своей вере, что так ненавидит Господь, сказавший: О, если бы ты был холоден или горяч! Но поелику ты тепл, а не горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих (Откр. 3:15-16). Тогда за ревность о вере и чистоту христианской жизни православные имели от Бога ведение [33]. Богословски непросвещенный народ в лице даже простых женщин спорил на рынках: единосущен или подобосущен Христос Своему Божественному Отцу? Ныне среди православных царствует всеобщее ослепление в вопросах веры. Пользуясь всем этим, экуменическое движение быстро разрастается по лицу всей вселенной, пленяя в свои хитросплетенные сети даже Православные церкви. Но Русская церковь, включающая в себя сто пятьдесят миллионов православно верующих людей, пока не вошла в это движение.

Экуменизм пока еще не будет торжествовать своей победы, он не заключит все Православные церкви в свое экуменическое вселенское кольцо.

Не дадим ему этой победы! Памятуя его сущность и его цели, всецело отвергнем экуменическое движение, ибо здесь — отступление от православной веры, предательство и измена Христу, чего всячески мы должны избегать во исполнение слов преп. Серафима: "Горе тому, который хотя на одну йоту отступил от святых Вселенских соборов". Здесь мир, враждебный Христу и Его Святой Православной Церкви. Поэтому дружба с этим миром есть, по словам Апостола, вражда против Бога (Иак. 4:4).

Не с инославными Православная Церковь должна соединяться, что является делом неосуществимым, утопическим и крайне для нее вредным и пагубным. Православные христиане должны объединяться друг с другом по заповеди Христа в Его словах: Не о них же только (разумеется, апостолах) молю, но и о верующих в Меня, по слову их: да будут все едино: как Ты Отче во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино (Иоан. 17:20-21). Здесь слово все по контексту речи относится к слову "верующие". А под верующими здесь нельзя разуметь вместе с экуменистами и православных, и инославных христиан. Здесь надо разуметь только одних истинно-верующих, т. е. православных христиан, ибо Господь, сказавший: Азъ есмь… истина (Иоан. 14:6), не мог иметь здесь в виду еретиков, не истинно-верующих людей.

Не будем смущаться обвинением нас православными экуменистами в отсутствии любви к инославным христианам за это наше отвержение. Это обвинение прежде всего не соответствует действительности. Наша Святая Церковь всегда боролась с ересями и даже до крови. Но людей, впавших по внушению диавола в ереси, Православная Церковь всегда жалела, движимая любовию к ним, она налагала на них епитимию, вплоть до отлучения от церковного общения. Однако она никогда не прекращала и не прекратит своей молитвы, этого дыхания благодатной истинной любви, о вразумлении и обращении еретиков на путь спасительной истины. Вот как Святая Церковь учит нас молиться о них: "Отступившыя отъ православныя веры, и погибельными ересьми ослепленныя, светомъ Твоего познанiя просвети и Святей Твоей Апостольстей, Соборней Церкви причти".

Таким образом, Святая Церковь различает самые ереси, требуя бескомпромиссной борьбы с ними от людей, впавших в эти ереси, всегда простирая к ним свои материнские любвеобильные объятия.

Затем, нас обвиняют в отсутствии любви к инославным христианам в сущности за то, что мы не относимся к экуменическому движению так, как к нему относятся православные экуменисты. Последние в этом своем отношении к экуменическому движению нарушают святые каноны, попирая наше догматическое учение о Церкви, устраивают на экуменических конференциях дружбу с протестантами и масонами, а через эту дружбу потворствуют протестантской пропаганде в православных странах, содействуют врагам Православной Церкви в деле ее разрушения. Таким образом, это отношение православных экуменистов к экуменизму является сплошным бесчинством. Но в бесчинстве, по учению апостола Павла, нет любви. Любовь, — говорит он, — не бесчинствует (1 Кор. 13:5).

Ясно, что не у нас, а у православных экуменистов нет любви к инославным христианам, ибо у них не любовь, а бесчинство. Пусть они спросят у своей совести, и она скажет им, что лежит в основе их экуменической деятельности и в их отношении к инославным христианам, любовь ли к последним, или что-либо другое?!

Да избавит нас Господь от такой любви, от такого отношения к экуменическому движению. Дай Бог, чтобы наша Русская церковь и впредь держалась той обособленности в отношении к экуменизму и его конференциям, в какой она пребывает доселе. Да, мы одиноки. Но в этом одиночестве, в этой нашей обособленности — залог спасения от гибельного натиска на Русскую церковь со стороны масонства, — залог спасения не только Русской, но, может быть, и всей Вселенской Православной Церкви.

Поэтому не будем участвовать в экуменических конференциях. Надо нам как можно дальше быть от экуменического движения. Последнее, не надеясь, что Русская церковь сразу вступит в ряды его настоящих членов, высказывает пожелание, чтобы ее представители присутствовали на Амстердамской конференции не как ее члены, а в качестве наблюдателей от своей Церкви.

Но не следует и таким присутствием накладывать даже малейшего пятна на великую нашу Русскую церковь, ибо присутствие ее представителей в еретическом и масонском обществе, хотя бы в качестве наблюдателей, будет в известной мере, иметь характер общения с таким обществом. Между тем и к нашей Русской церкви вполне применимы слова апостола Павла: Христос возлюбил Церковь и предал Себя за нее, чтобы освятить ее… чтобы представить ее Себе славною Церковью, не имеющею пятна, или порока или чего-либо подобного, но дабы она была свята и непорочна (Еф. 5:25—27).

Поэтому не будем иметь абсолютно никакого общения с экуменическим движением. Будем в данном случае руководствоваться словами Священного Писания: Не преклоняйтесь под чужое ярмо с неверными, ибо какое общение праведности с беззаконием? Что общего у света со тьмою? Какое согласие между Христом и велиаром? Или какое соучастие верного с неверными? (2 Кор. 6:14—15). Блажен мужъ, иже не иде на советъ нечестивыхъ (Пс. 1:1)."

На Совещании была принята след. резолюция по вопросу "Экуменическое движение и Церковь":

"Мы пришли к полному и согласному пониманию, что в настоящий период времени на Православную Церковь направлено влияние инославия по меньшей мере с двух сторон. С одной стороны, возглавление Римско-католической Церкви в лице папства, как бы потеряв чувство спасительной веры в неодолимость Церкви Христовой вратами адовыми, и в заботах о сохранении своего земного авторитета, идя по пути использования политических связей с сильными мира его, пытается соблазнить Православную Церковь на соглашение с ним. К этой последней цели папство стремится посредством создания разного рода униональных, по направлению, организаций.

С другой стороны, протестантство, во всем его многообразии и раздробленности на секты и толки, изуверившись в вечности и незыблемости христианских идеалов, в своем горделивом презрении апостольских и древнеотеческих установлений, стремится выйти на путь противостояния римскому папизму. Протестантство ищет союзника для этой борьбы в лице Православной Церкви, чтобы приобрести для себя значение влиятельной международной силы.

И здесь Православию предстоит еще больший соблазн — уклониться от искания Царства Божия и вступить на чуждое его целям политическое поприще. Такова практическая задача экуменического движения на сегодня.

Вместе с собственно Православием тому же влиянию подвергаются и Армяно-Григорианская, Сиро-Яковитская, Абиссинская, Коптская и Сиро-Халдейская не-римско-католические Церкви, а также и старокатолическая церковь, столь родственные Православию.

Принимая во внимание, что

а) целеустремления экуменического движения, выразившиеся в образовании "Всемирного Совета Церквей" с последующей задачей организации "Экуменической церкви", в современном нам плане, не соответствуют идеалу Христианства и задачам Церкви Христовой, как их понимает Православная Церковь;

б) направление своих усилий в русло социальной и политической жизни и к созданию "Экуменической церкви", как международной влиятельной силы, есть как бы падение пред искушением, отвергнутым Христом в пустыне, и уклонение Церкви на путь уловления душ человеческих во мрежи Христовы и нехристианскими средствами;

в) Экуменическое движение, в современном плане работы "Всемирного Совета Церквей", не в пользу Церкви Христовой и слишком преждевременно отвергло уверенность в возможности воссоединения Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церкви; преобладающий протестантский состав Эдинбургской конференции 1937 г., потерпев ли неудачу или только в предвидении ее, поспешил покончить с попытками к благодатному воссоединению Церквей; в целях самосохранения протестантизм пошел по пути меньшего сопротивления, по пути отвлеченного унионизма на социально-экономической и, даже, политической почве. Это движение и дальнейший план своей работы построило на теории создания нового внешнего аппарата "Экуменической церкви", как учреждения в Государстве, так или иначе с ним связанного и обладающего мирским влиянием;

г) в течение всех истекших десяти лет (с 1937 по 1948 г.) идея воссоединения Церквей на догматической и вероучительной почве документально больше уже не обсуждается — ей дано второстепенное педагогическое значение для будущего поколения. Таким образом, современное нам экуменическое движение не обеспечивает дела воссоединения Церквей благодатными путями и средствами;

д) снижение требований к условию единения до одного лишь признания Иисуса Христа нашим Господом умаляет христианское вероучение до той лишь веры, которая по слову Апостола, доступна и бесам (Иак. II, 19; Мф. VIII, 29; Марк. V, 7),— и констатируя такое современное положение, наше Совещание Предстоятелей и Представителей Православных Автокефальных Церквей, молитвенно призвав содействие Святого Духа, определило:

Сообщить "Всемирному Совету Церквей", в ответ на полученное всеми нами приглашение к участию в Амстердамской Ассамблее в качестве членов ее, что все Православные поместные Церкви, участники настоящего Совещания, принуждены отказаться от участия в экуменическом движении, в современном его плане."

+ Смиренный Алексий, Божиею милостию Патриарх Московский и всея Руси.

+ Смиренный Каллистрат, Католикос — Патриарх всея Грузии.

+ Смиренный Патриарх Сербский Гавриил.

+ Смиренный Юстиниан, Божиею милостию Патриарх Румынии.

+ Смиренный Стефан, Экзарх Болгарский.

От Антиохийской Церкви: + Митрополит Эмесский Александр. Митрополит Ливанский Илия.

От Польской Автокефальной Православной Церкви: + Смиренный Тимофей, Архиепископ Белостокский и Бельский.

От Албанской Православной Церкви: + епископ Корчинский ПАИСИЙ.

+ Экзарх Московской Патриархии в Чехословакии Елефверий, Архиепископ Пражский и Чешский.

Армянская Церковь присоединяется к принятому решению по вопросу об экуменическом движении.

+Георг VI, Верховный Патриарх — Католикос всех армян.

В июле в Амстердаме произошло объединение двух экуменических движений "Вера и церковное устройство" и "Жизнь и деятельность" во "Всемирный Совет Церквей". В своей Конституции Совет определил себя как "сообщество Церквей, которые признают Господа нашего Иисуса Христа как Бога и Спасителя". Согласно резолюции "О полномочиях Совета", "Церкви нашли свое единство в нем. Им не приходилось создавать свое единство: оно — дар Божий. Но они знают, что их долг — сообща искать выражения этого единства в работе и жизни…".

На вопрос профессора М. В. Зызыкина о возможности его участия в амстердамском конгрессе ему был послан ответ из Архиерейского Синода РПЦЗ (11/21 февраля 1948 г.), о том, что, "к сожалению, он не может быть назначен представителем Русской Зарубежной Церкви, так как Синод не получал приглашения из Амстердама, и что "мы не участвуем в Экуменическом совете".

1 августа митрополит Крутицкий Николай написал письмо в адрес ассамблеи ВСЦ, в котором выражалась благодарность за приглашение и сообщается об отказе Русской Православной Церкви участвовать в экуменическом движении, а также выражалась надежда, что Всемирный Совет Церквей не будет расценивать в качестве представителей Русской Православной Церкви как тех русских православных верующих, кто находится под омофором Константинопольского Патриарха, так и "раскольников" из группировок митрополита Феофила в Америке и митрополита Анастасия в Мюнхене, которые не имеют ничего общего с Русской Православной Церковью.

(The Moscow Patriarchate and the First Assembly of the World Council of Churches. The Ecumenical Review, 12, Winter, 1949. p. 188-189).

В августе прошла I ассамблея ВСЦ в Амстердаме. Представители Православных Церквей Константинополя, Александрии, Антиохии, Иерусалими, Эллады и Румынии принимали участие в заседаниях, но не в совместных молитвах, за исключением представителей Константинополя.

1949

В журнале Московской Патриархии была опубликована статья протоиерея Г. Разумовского, где, в частности, приведено свидетельство о экуменических конференциях из масонского издания "Tample":

"Нас спрашивают, почему мы вмешиваемся в споры религиозного порядка; в какой части вопросы объединения церквей, экуменические конгрессы и т. д. могут представлять интерес для масонства. В лоне наших ателье изучаются всякие доктрины, чтобы никакой априоризм не мог проникнуть в наши заключения. Все интересует нас, в чем содержится хоть какая-нибудь доля истины. Если бы даже мы попытались забыть, что масонство имеет религиозное происхождение, то все равно самый факт существования религий вызывал бы у нас постоянное старание связать единством всех смертных, тем единством, о котором мы всегда мечтаем. Проблема, выдвинутая проектом объединения церквей, исповедающих Христа, близко интересует масонство и является сродной масонству, так как она содержит в себе идею универсализма. Пусть нам позволено будет прибавить, что если это объединение стоит на верном пути, то этим оно обязано немного и нашему Ордену. Во всяком случае, при возникновении первых экуменических конгрессов вмешательство наших англо-саксонских и скандинавских братьев было определяющим и их деятельность была неустанно направлена на организацию христианского единства…"

1950

В этом году была принята так называемая "Торонтская декларация", которая отражает основные положения ВСЦ:

"Toronto Statement"

("Торонтская Декларация")

The formation of the WCC, and the holding of its first assembly, did not answer a number of fundamental questions about the nature of the Council and its relationship to the member churches. That task was left to the WCC’s central committee at its meeting in 1950, with the following result.

При формировании ВСЦ и во время работы его первой ассамблеи не были даны ответы на ряд принципиальных вопросов касательно характера этого Совета и его отношения к Церквам-членам. Решение этой задачи было возложено на Центральный Комитет ВСЦ в ходе его заседания в 1950 году. Вот результаты его работы.

I. INTRODUCTION

Введение

The first Assembly at Amsterdam adopted a resolution on "the authority of the Council" which read:

Первая Ассамблея в Амстердаме приняла резолюцию "о полномочиях Совета" в следующей редакции.

The World Council of Churches is composed of Churches which acknowledge Jesus Christ as God and Saviour. They find their unity in Him. They do not have to create their unity; it is the gift of God.

Всемирный Совет Церквей состоит из церквей, которые признают Иисуса Христа как Бога и Спасителя. В Нем они обретают свое единство. Для них нет необходимости выступать творцами своего единства, это – дар Божий.

But they know that it is their duty to make common cause in the search for the expression of that unity in work and in life. The Council desires to serve the churches which are its constituent members as an instrument whereby they may bear witness together to their common allegiance to Jesus Christ, and cooperate in matters requiring united action. But the Council is far from desiring to usurp any of the functions which already belong to its constituent churches, or to control them, or to legislate for them, and indeed is prevented by its constitution from doing so.

Но они знают, что долг их заключается в том, чтобы сообща послужить общему делу поиска способов выражения этого единства в практической жизни. Совет желает послужить Церквам, которые являются его составными членами, в качестве инструмента, при помощи которого они смогут совместно засвидетельствовать свою общую верность Иисусу Христу и сотрудничать в областях, требующих единства действий. Но Совет далек от желания узурпировать какие-либо функции, которые уже принадлежат Церквам, входящим в его состав, или осуществлять контроль их деятельности, или прописывать законы для них, что, впрочем, возбранено и его конституцией.

Moreover, while earnestly seeking fellowship in thought and action for all its members, the Council disavows any thought of becoming a single unified church structure independent of the Churches which have joined in constituting the Council, or a structure dominated by a centralised administrative authority.

Более того, в процессе искреннего стремления к единству в мыслях и делах для всех своих членов, Совет отвергает любую идею о превращении его в единую унифицированную церковную структуру, независимую от церквей, соединенных в нем, или структуру под доминирующим влиянием некой централизованной административной власти.

The purpose of the Council is to express its unity in another way. Unity arises out of the love of God in Jesus Christ, which, binding the constituent Churches to Him, binds them to one another. It is the earnest desire of the Council that the Churches may be bound closer to Christ and therefore closer to one another. In the bond of His love, they will desire continually to pray for one another and to strengthen one another, in worship and in witness, bearing one another’s burdens and so fulfilling the law of Christ.

Совет ставит своей целью выразить свое единство иным способом. Единство рождается из любви к Богу в Иисусе Христе, которая, привязывая Церкви к Нему, связывает их друг с другом. Совет горячо желает, чтобы Церкви были теснее привязаны ко Христу и, тем самым, теснее связаны между собою. Связанные узами этой любви, они будут испытывать желание непрестанно молиться друг за друга и взаимно укреплять друг друга в богослужении и свидетельстве, нося тяготы друг друга и исполняя тем самым закон Христов.

This statement authoritatively answered some of the questions which had arisen about the nature of the Council. But it is clear that other questions are now arising and some attempt to answer them must be made, especially in the face of a number of false or inadequate conceptions of the Council which are being presented.

Эта декларация дала авторитетные ответы на некоторые вопросы, возникшие по поводу самой природы ВСЦ. Но совершенно очевидно, что появляются новые вопросы, на которые необходимо дать ответы, особенно перед лицом ряда ложных и неадекватных представлений о Совете.

II. THE NEED FOR FURTHER STATEMENT

Необходимость дополнительной декларации

The World Council of Churches represents a new and unprecedented approach to the problem of inter-Church relationships. Its purpose and nature can be easily misunderstood. So it is salutary that we should state more clearly and definitely what the World Council is and what it is not.

Всемирный Совет Церквей представляет собой новый и беспрецедентный подход к проблеме межцерковных отношений. Его цели и сущность могут быть легко подвержены превратному толкованию. Поэтому для пользы дела нам необходимо более ясно и точно изложить, чем является Всемирный Совет и чем он не является.

This more precise definition involves certain difficulties. It is not for nothing that the Churches themselves have refrained from giving detailed and precise definitions of the nature of the Church. If this is true of them, it is not to be expected that the World Council can easily achieve a definition which has to take account of all the various ecclesiologies of its member Churches. The World Council deals in a provisional way with divisions between existing Churches, which ought not to be, because they contradict the very nature of the Church. A situation such as this cannot be met in terms of well-established precedents. The main problem is how one can formulate the ecclesiological implications of a body in which so many different conceptions of the Church are represented, without using the categories or language of one particular conception of the Church.

Эта попытка более точного определения сопряжена с определенными трудностями. Недаром сами церкви воздерживаются от дачи определенно выраженных и точных определений сущности Церкви Если им это не под силу, трудно ожидать, что Всемирному Совету легко удастся сформулировать определение, которое должно принять во внимание разнообразие экклезиологических воззрений всех Церквей – членов. Всемирный Совет является временным ответом на разделения, существующие между Церквами), разделения, которых не должно быть, поскольку они противоречат характеру самой Церкви. Подобная ситуация беспрецедентна. Основная проблема – это как сформулировать экклезиологический смысл тела в котором представлено столь много концепций Церкви, без использования категорий или языка, свойственного какой-то конкретной Церковной конфессии.

In order to clarify the notion of the World Council of Churches it will be best to begin by a series of negations so as to do away at the outset with certain misunderstandings which may easily arise or have already arisen, because of the newness and unprecedented character of the underlying conception.

 Для того чтобы внести ясность в то, что представляет собой Всемирный Совет Церквей, будет лучше начать с ряда отрицаний с тем, чтобы покончить с некоторыми недоразумениями которые могут легко возникнуть или уже возникли в силу новизны и беспрецедентности концепции, на которой основан Совет.

III. WHAT THE WORLD COUNCIL OF CHURCHES IS NOT

Чем не является Всемирный Совет Церквей

The World Council of Churches is not and must never become a Super-Church

Всемирный Совет Церквей не является сверх – церковью.

1) It is not a Super-Church. It is not the World Church. It is not the Una Sancta of which the Creeds speak. This misunderstanding arises again and again although it has been denied as clearly as possible in official pronouncements of the Council. It is based on complete ignorance of the real situation within the Council. For if the Council should in any way violate its own constitutional principle, that it cannot legislate or act for its member Churches, it would cease to maintain the support of its membership.

Это не сверх-Церковь. Это не вселенская Церковь. Это не Una Sancta, о которой говорится в символах веры. Это недоразумение возникает вновь и вновь, несмотря на то, что в своих официальных заявлениях оно отвергалось Советом настолько ясно, насколько это было возможным. Оно основано на полном незнании реального положения дел внутри Совета. В самом деле, если бы Совет нарушил в какой-либо степени принцип своей Конституции, согласно которому он не может являться законодательным органом или выступать от имени Церквей – членов, он потерял бы их поддержку.

In speaking of "member Churches," we repeat a phrase from the Constitution of the World Council of Churches; but membership in the Council does not in any sense mean that the Churches belong to a body which can take decisions for them. Each Church retains the constitutional right to ratify or to reject utterances or actions of the Council. The "authority" of the Council consists only "in the weight it carries with the Churches by its own wisdom" (William Temple).

Говоря о "Церквах-членах" мы вновь повторяем формулировку, взятую из Конституции Всемирного Совета Церквей; но членство в Совете ни в коей мере не означает, что церкви принадлежат к телу, прерогативой которого является принятие решений за них. Каждая церковь сохраняет за собой конституционное право ратифицировать или отвергать заявления или действия Совета. "Власть" Совета состоит единственно "в том весе, который он имеет в глазах Церквей благодаря своей собственной мудрости" (Уильям Темпл).

The purpose of the World Council of Churches is not to negotiate unions between churches, which can only be done by the churches themselves acting on their own initiative, but to bring the churches into living contact with each other and to promote the study and discussion of the issues of Church unity.

ВСЦ не ставит своей целью договариваться о единстве между Церквами, так как это может быть делом только самих Церквей, действующих по их собственной инициативе. Его цель наладить живой контакт между Церквами и способствовать изучению и обсуждению проблем церковного единства.

By its very existence and its activities the Council bears witness to the necessity of a clear manifestation of the oneness of the Church of Christ. But it remains the right and duty of each church to draw from its ecumenical experience such consequences as it feels bound to do on the basis of its own convictions. No church, therefore, need fear that the Council will press it into decisions concerning union with other churches.

Самим фактом своего существования и деятельности Совет свидетельствует о необходимости ясно выразить единственность Церкви Христовой. Но для каждой Церкви он оставляет право придавать своему экуменическому опыту то значение, которое определяется ее убеждениями. Никакая Церковь не должна опасаться , что Совет будет принуждать ее к принятию каких-либо решений относительно союза с другими Церквами.

3) The World Council cannot and should not be based on any one particular conception of the Church. It does not prejudge the ecclesiological problem. It is often suggested that the dominating or underlying conception of the Council is that of such and such a Church or such and such a school of theology. It may well be that at a certain particular conference or in a particular utterance one can find traces of the strong influence of a certain tradition or theology.

Всемирный Совет не может и не должен основываться на какой-нибудь конкретной концепции Церкви. Он не предрешает экклезиологических проблем. Часто можно слышать претензии, что Совет находится под доминирующим влиянием концептуальных воззрений той или иной Церкви или той или иной теологической школы. Вполне вероятно, что в материалах какой-либо отдельной конференции или в отдельных документах , изданных Советом, можно найти следы ярко выраженного влияния определенной традиции или определенной теологической теории.

The Council as such cannot possibly become the instrument of one confession or school without losing its very raison d’tre. There are room and space in the World Council for the ecclesiology of every church which is ready to participate in the ecumenical conversation and which takes its stand on the Basis of the Council, which is "a fellowship of Churches which accept our Lord Jesus Christ as God and Saviour."

 Однако, Совет как таковой, не может стать инструментом какой-либо конфессии или школы, не потеряв само разумное основание своего существования. Во Всемирном Совете всегда найдется место для экклезиологии любой Церкви готовой участвовать в экуменической беседе и которая поддерживает основополагающий принцип Совета как "братского сообщества церквей, принимающих Господа Нашего Иисуса Христа как Бога и Спасителя"

The World Council exists in order that different Churches may face their differences, and therefore no Church is obliged to change its ecclesiology as a consequence of membership in the World Council.

4) Membership in the World Council of Churches does not imply that a Church treats its own conception of the Church as merely relative.

Присоединение какой-либо Церкви к Всемирному Совету не означает, что с этого момента она должна рассматривать свое собственное учение о Церкви как относительное.

There are critics, and not infrequently friends, of the ecumenical movement who criticize or praise it for its alleged inherent latitudinarianism. According to them the ecumenical movement stands for the fundamental equality of all Christian doctrines and conceptions of the Church and is, therefore, not concerned with the question of truth. This misunderstanding is due to the fact that ecumenism has in the minds of these persons become identified with certain particular theories about unity, which have indeed played a role in ecumenical history, but which do not represent the common view of the movement as a whole, and have never been officially endorsed by the World Council.

Есть критики, а зачастую и друзья экуменического движения, которые критикуют или восхваляют его за его предполагаемую прирожденную широту взглядов. По их мнению, экуменическое движение выступает за фундаментальное равенство всех Христианских доктрин и учений о Церкви и поэтому не интересуется вопросом истины. Это недопонимание проистекает из того, что в сознании некоторых экуменизм отождествляется с некоторыми отдельными теориями о единстве, которые сыграли в свое время определенную роль в его истории, но которые не выражают общего мнения движения в целом и никогда официально не были признаны Всемирным Советом.

5) Membership in the World Council does not imply the acceptance of a specific doctrine concerning the nature of Church unity.

Членство во Всемирном Совете не обязывает к принятию определенной доктрины, касающейся характера единства Церкви.

The Council stands for Church unity. But in its midst there are those who conceive unity wholly or largely as a full consensus in the realm of doctrine, others who conceive of it primarily as sacramental communion based on common church order, others who consider both indispensable, others who would only require unity in certain fundamentals of faith and order, again others who conceive the one Church exclusively as a universal spiritual fellowship, or hold that visible unity is inessential or even undesirable. But none of these conceptions can be called the ecumenical theory. The whole point of the ecumenical conversation is precisely that all these conceptions enter into dynamic relations with each other.

Совет выступает за единство Церкви. Но среди тех, кто его составляет, есть те, кто воспринимают это единство целиком или в значительной степени как полное согласие в вопросах вероучения. Другие настаивают на общении в таинствах, основанном на общем церковном порядке. Другие рассматривают оба этих условия как необходимые. Другие требуют единства только в некоторых основных положениях веры и порядка. Еще другие понимают единую Церковь исключительно как универсальное духовное сообщество и считают, что видимое единство несущественно и даже нежелательно. Но ни одна из этих точек зрения не может быть представлена как концепция экуменизма. Напротив, целью экуменической беседы является именно то, чтобы все эти различные концепции вступили в динамичные отношения друг с другом.

In particular, membership in the World Council does not imply acceptance or rejection of the doctrine that the unity of the Church consists in the unity of the invisible Church. Thus the statement in the Encyclical Mystici Corporis concerning what it considers the error of a spiritualized conception of unity does not apply to the World Council. The World Council does not "imagine a Church which one cannot see or touch, which would be only spiritual, in which numerous Christian bodies, though divided in matters of faith, would nevertheless be united through an invisible link." It does, however, include Churches which believe that the Church is essentially invisible as well as those which hold that visible unity is essential.

В частности, членство во Всемирном Совете не предполагает принятие или непринятие доктрины, согласно которой единство Церкви состоит в единстве Церкви невидимой. Таким образом, заявление Энциклики "Mystici Corporis" по поводу того, что она называет заблуждением спиритуалистической концепции единства, не относится ко Всемирному Совету. Всемирный Совет не "представляет себе Церковь, которую нельзя увидеть или к которой нельзя прикоснуться , которая была бы только духовной, в которой многочисленные христианские конфессии, хотя и разделенные вопросами веры, могли бы, тем не менее, пребывать в единстве через невидимую связь". Однако, он включает как Церкви, которые считают, что Церковь незрима по своей природе, так и Церкви, которые полагают, что существенную роль играет видимое единство.

IV. THE ASSUMPTIONS UNDERLYING THE WORLD COUNCIL OF CHURCHES

Исходные положения леащие в основе Всемирного Совета Церквей

We must now try to define the positive assumptions which underlie the World Council of Churches and the ecclesiological implications of membership in it.

Теперь попытаемся определить исходные положения, которые лежат в основе Всемирного Совета Церквей и экклезиологические условия членства в нем.

1) The member Churches of the Council believe that conversation, cooperation, and common witness of the Churches must be based on the common recognition that Christ is the Divine Head of the Body.

Церкви-члены Совета считают, что взаимное общение, сотрудничество и совместное свидетельство Церквей должны быть основаны на совместном убеждении, что Христос есть Божественная Глава Тела.

The Basis of the World Council is the acknowledgment of the central fact that "other foundation can no man lay than that is laid, even Jesus Christ." It is the expression of the conviction that the Lord of the Church is God-among us Who continues to gather His children and to build His Church Himself. Therefore, no relationship between the Churches can have any substance or promise unless it starts with the common submission of the Churches to the Headship of Jesus Christ in His Church. From different points of view Churches ask "How can men with opposite convictions belong to one and the same federation of the faithful?" A clear answer to that question was given by the Orthodox delegates in Edinburgh 1937 when they said: "In spite of all our differences, our common Master and Lord is one—Jesus Christ who will lead us to a more and more close collaboration for the edifying of the Body of Christ." [From statement by Archb. Germanos on behalf of the Orthodox delegates.] The fact of Christ’s Headship over His people compels all those who acknowledge Him to enter into real and close relationships with each other—even though they differ in many important points.

Основополагающим принципом Всемирного Совета является признание центрального факта, который состоит в том что "никто не может положить иного основания, кроме того, которое уже положено, а именно – Иисус Христос" Этим выражается убеждение в том, что Господь Церкви есть Бог посреди нас, Который продолжает собирать своих детей и Сам созидать Свою Церковь.  Поэтому никакие отношения между Церквами не могут иметь ни смысла, ни будущего, если они не изберут отправной точкой совместное послушание Церквей главенству Иисуса Христа в его Церкви. Основываясь на разных точках зрения, Церкви подняли вопрос о том, " Как могут люди с противоположными убеждениями принадлежать к одной и той же федерации верующих?". Ясный ответ на этот вопрос был дан православными делегатами на конференции в Эдинбурге, в 1937 году, где они заявили, что "несмотря на все наши различия, наш общий Создатель и Господь один - Иисус Христос, который будет вести нас ко все более и более тесному сотрудничеству для созидания Тела Христова". Факт главенства Христа над Его людьми заставляет всех, кто признает Его, устанавливать между собой тесные и реальные отношения, несмотря даже на то, что они расходятся по многим важным пунктам.

2) The member Churches of the World Council believe on the basis of the New Testament that the Church of Christ is one.

Церкви-члены Всемирного Совета верят на основании Нового Завета, что Церковь Христа едина.

The ecumenical movement owes its existence to the fact that this article of the faith has again come home to men and women in many Churches with an inescapable force. As they face the discrepancy between the truth that there is and can be only one Church of Christ, and the fact that there exist so many Churches which claim to be Churches of Christ but are not in living unity with each other, they feel a holy dissatisfaction with the present situation. The Churches realize that it is a matter of simple Christian duty for each Church to do its utmost for the manifestation of the Church in its oneness, and to work and pray that Christ’s purpose for His Church should be fulfilled.

Экуменическое движение обязано своим существованием тому, что это положение веры вновь и вновь встает в сердцах верующих, мужчин и женщин, принадлежащих к различным Церквам, с неодолимой силой. Они испытывают глубокое и святое чувство неудовлетворенности пред лицом того противоречия, что по истине есть и может быть только одна Церковь Христова, а в реальности существует множество Церквей, которые называют себя Церковью Христа, но не пребывают в живом единстве друг с другом. Церкви отдают себе отчет в том, что для каждой из них простой христианской обязанностью является сделать все возможное чтобы было явлено единство Церкви, и чтобы трудиться и молиться в целях исполнения замысла Христа о Его Церкви.

3) The member Churches recognize that the membership of the Church of Christ is more inclusive than the membership of their own Church body. They seek, therefore, to enter into living contact with those outside their own ranks who confess the Lordship of Christ.

Церкви-члены признают, что принадлежность к Церкви Христа простирается за пределы членства в их собственном церковном Теле. Поэтому они стремятся войти в живой контакт с теми, кто вне их церковных рядов исповедуют Христа как своего Господа.

All the Christian Churches, including the Church of Rome, hold that there is no complete identity between the membership of the Church Universal and the membership of their own Church. They recognize that there are Church members extra muros, that these belong aliquo modo to the Church, or even that there is an ecclesia extra ecclesiam. This recognition finds expression in the fact that with very few exceptions the Christian Churches accept the baptism administered by other Churches as valid.

Все Христианские церкви, включая Римскую, придерживаются мнения об отсутствии полной идентичности между членством во Вселенской Церкви и членством в своей собственной Церкви. Они признают, что существуют члены Церкви "extra muros" ("вне ее стен"), принадлежащие ей "aliquo modo" ("иным образом")  или даже, что существует "ecclesia extra ecclesiam" ("Церковь за пределами Церкви"). Это признание находит свое выражение в том факте, за редким исключением, что Христианские церкви принимают крещение, совершенное в других церквах, как действительное.

But the question arises what consequences are to be drawn from this teaching. Most often in Church history the Churches have only drawn the negative consequence that they should have no dealings with those outside their membership. The underlying assumption of the ecumenical movement is that each Church has a positive task to fulfill in this realm. That task is to seek fellowship with all those who, while not members of the same visible body, belong together as members of the mystical body. And the ecumenical movement is the place where this search and discovery take place.

Однако, вопрос в том, какие выводы можно сделать из этого учения. Церковная история свидетельствует о том, что чаще всего Церкви делали вывод только негативный, а именно, что они должны воздерживаться от всяких отношений с теми, кто не принадлежит к их ограде. Исходным положением экуменического движения является то, что перед каждой Церковью стоит позитивная задача, которую необходимо выполнить в этом отношении. Такой задачей является поиск общения со всеми теми, кто, не будучи членами одного и того же зримого Тела, вместе принадлежат, как члены, одному мистическому Телу. И экуменическое движение есть место, где этот поиск и открытие совершаются.

4) The member Churches of the World Council consider the relationship of other Churches to the Holy Catholic Church which the Creeds profess as a subject for mutual consideration. Nevertheless, membership does not imply that each Church must regard the other member Churches as Churches in the true and full sense of the word.

Церкви-члены Всемирного Совета считают, что вопрос отношения других Церквей к Святой Кафолической Церкви, о которой говорится в символах веры, должен стать предметом совместного рассмотрения. Тем не менее, членство в Совете не подразумевает, что каждая Церковь должна рассматривать другие как Церкви в истинном и полном смысле этого слова.

There is a place in the World Council both for those Churches which recognize other Churches as Churches in the full and true sense, and for those who do not. But these divided Churches, even if they cannot yet accept each other as true and pure Churches, believe that they should not remain in isolation from each other, and consequently they have associated themselves in the World Council of Churches.

Во Всемирном Совете есть место как для Церквей, признающих в других Церкви в полном и истинном смысле слова, так и для тех, которые не признают их как таковых . Но эти разделенные Церкви, если даже пока и не могут признать друг друга как Церкви истинные и чистые, считают, что они не должны оставаться изолированными друг от друга, вот почему они соединились во Всемирный Совет Церквей.

They know that differences of faith and order exist, but they recognize one another as serving the One Lord, and they wish to explore their differences in mutual respect, trusting that they may thus be led by the Holy Spirit to manifest their unity in Christ.

Они видят все свои различия в области веры и церковного порядка, но признают друг друга служителями одного Господа и желают исследовать эти различия в обстановке взаимного уважения, будучи убеждены, что смогут, таким образом, ведомые Святым Духом, явить свое единство во Христе.

5) The member Churches of the World Council recognize in other Churches elements of the true Church. They consider that this mutual recognition obliges them to enter into a serious conversation with each other in the hope that these elements of truth will lead to the recognition of the full truth and to unity based on the full truth.

Церкви-члены Всемирного Совета признают в других церквах элементы истинной Церкви. Они считают, что это обоюдное признание обязывает их войти в серьезное общение друг с другом в надежде на то, что эти элементы истины приведут их к познанию истины во всей ее полноте и к единству, основанному на полноте этой истины.

It is generally taught in the different Churches that other Churches have certain elements of the true Church, in some traditions called vestigia ecclesiae. Such elements are the preaching of the Word, the teaching of the Holy Scriptures, and the administration of the sacraments. These elements are more than pale shadows of the life of the true Church. They are a fact of real promise and provide an opportunity to strive by frank and brotherly intercourse for the realization of a fuller unity. Moreover, Christians of all ecclesiological views throughout the world, by the preaching of the Gospel, brought men and women to salvation by Christ, to newness of life in Him, and into Christian fellowship with one another.

В целом, в учениях различных Церквей отмечено, что другие обладают отдельными элементами истинной Церкви, которые в некоторых исповеданиях названы как "vestigia ecclesiae" ("остатки, осколки церкви"). Эти элементы суть: проповедь Слова, обучение Священному Писанию и преподание таинств. Они являют собой более чем слабый отблеск жизни в истинной Церкви. Они заключают в себе реальную надежду и предоставляют возможность совместно подвизаться, в беседах искренних и братских, для осуществления более полного единства. Более того, по всей поверхности Земли, христиане всех исповеданий, проповедуя Евангелие, привели людей ко спасению во Христе, к обновлению жизни в Нем и к христианскому общению друг с другом.

The ecumenical movement is based upon the conviction that these "traces" are to be followed. The Churches should not despise them as mere elements of truth but rejoice in them as hopeful signs pointing toward real unity. For what are these elements? Not dead remnants of the past but powerful means by which God works. Questions may and must be raised about the validity and purity of teaching and sacramental life, but there can be no question that such dynamic elements of Church life justify the hope that the Churches which maintain them will be led into fuller truth. It is through the ecumenical conversation that this recognition of truth is facilitated.

Экуменическое движение основывается на убеждении в том, что необходимо следовать по этим "следам" Церкви не должны презирать их как простые элементы истины, но возрадоваться им как обнадеживающим знакам, указывающим путь к истинному единству. Что, в самом деле, представляют собой эти элементы? Не мертвые остатки прошлого, но могущественные средства, которые Господь использует в своем творении. Могут и должны ставиться вопросы о достоверности и чистоте учения и сакраментальной жизни, но не может быть поставлен под вопрос тот факт, что наличие таких мощных элементов церковной жизни оправдывает надежду, что Церкви, которые хранят их, будут приведены к полноте истины. И познание этой истины облегчается именно через экуменическое общение.

6) The member Churches of the Council are willing to consult together in seeking to learn of the Lord Jesus Christ what witness He would have them to bear to the world in His Name.

Церкви-члены Всемирного Совета готовы советоваться друг с другом с тем, чтобы научиться у Господа Иисуса Христа какое свидетельство надлежит им нести в мир во имя Его.

Since the very raison d’tre of the Church is to witness to Christ, Churches cannot meet together without seeking from their common Lord a common witness before the world. This will not always be possible. But when it proves possible thus to speak or act together, the Churches can gratefully accept it as God’s gracious gift that in spite of their disunity He has enabled them to render one and the same witness and that they may thus manifest something of the unity, the purpose of which is precisely "that the world may believe," and that they may "testify that the Father has sent the Son to be the Saviour of the world."

Так как главным смыслом существования Церкви является свидетельство о Иисусе Христе, Церкви не могут собраться вместе без того, чтобы взыскать от общего для всех Господа общего свидетельства, которое они должны нести миру. Не всегда это бывает возможным. Но всякий раз, когда им удается, таким образом, говорить и действовать сообща, Церкви должны принимать с признательностью, как дар благодати Божьей, эту возможность, несмотря на свою разобщенность, принести единое свидетельство и явить нечто от того единства, целью которого является, "чтобы мир уверовал" и чтобы они могли свидетельствовать, что "Отец послал Сына Спасителем миру"

7) A further practical implication of common membership in the World Council is that the member Churches should recognize their solidarity with each other, render assistance to each other in case of need, and refrain from such actions as are incompatible with brotherly relationships.

Одним из практических следствий членства во Всемирном Совете является обязанность для Церквей признавать их взаимную солидарность, оказывать друг другу помощь в случае нужды и воздерживаться от всяких действий, несовместимых с братским отношением.

Within the Council the Churches seek to deal with each other with a brotherly concern. This does not exclude extremely frank speaking to each other, in which within the Council the Churches ask each other searching questions and face their differences. But this is to be done for the building up the Body of Christ. This excludes a purely negative attitude of one Church to another. The positive affirmation of each Church’s faith is to be welcomed, but actions incompatible with brotherly relationships towards other member Churches defeat the very purpose for which the Council has been created. On the contrary, these Churches should help each other in removing all obstacles to the free exercise of the Church’s normal functions. And whenever a Church is in need or under persecution, it should be able to count on the help of the other Churches through the Council.

В рамках Совета Церкви стремятся проявить братскую заинтересованность друг в друге. Это не исключает высшей степени искренности , когда Церкви в Совете ставят друг перед другом острые вопросы, или смотрят своим разногласиям в лицо. Но все это должно делаться с единственной целью созидания Тела Христова. Исключается недоброжелательное отношение Церквей друг к другу. Приветствуется всякое позитивное утверждение своей веры со стороны Церквей, но любое действие, несовместимое с понятием братских отношений между Церквами, посягает на саму цель создания Совета. Напротив, эти Церкви должны оказывать помощь друг другу в устранении препятствий мешающих свободному осуществлению обычных функций Церкви. И всякий раз, когда какая-либо Церковь оказывается в тяжелом положении или становится объектом гонений, она должна иметь возможность рассчитывать на помощь других Церквей через посредство Совета.

8.) The member Churches enter into spiritual relationships through which they seek to learn from each other and to give help to each other in order that the Body of Christ may be built up and that the life of the Churches may be renewed.

Церкви-члены устанавливают духовные отношения друг с другом, благодаря которым они имеют возможность учиться друг у друга и помогать друг другу с тем, чтобы созидалось Тело Христово и обновлялась жизнь Церквей.

It is the common teaching of the Churches that the Church as the temple of God is at the same time a building which has been built and a building which is being built. The Church has, therefore, aspects which belong to its very structure and essence and cannot be changed. But it has other aspects, which are subject to change. Thus the life of the Church, as it expresses itself in its witness to its own members and to the world, needs constant renewal.

Общепризнанным учением является то, что Церковь как дом Божий является, в одно и то же время, зданием, которое уже построено и которое продолжает строиться. Поэтому Церковь имеет стороны, принадлежащие к самой ее структуре и сущности, которые не могут быть изменены. Но у нее есть и другие стороны, которые подвержены изменениям. Таким образом, жизнь Церкви, выражающаяся в свидетельстве своим внутренним членам и миру, нуждается в постоянном обновлении.

The Churches can and should help each other in this realm by a mutual exchange of thought and of experience. This is the significance of the study-work of the World Council and of many other of its activities. There is no intention to impose any particular pattern of thought or life upon the Churches. But whatever insight has been received by one or more Churches is to be made available to all the Churches for the sake of the "building up of the Body of Christ."

Церкви могут и должны помогать друг другу в этом деле посредством взаимного обмена идеями и опытом. Вот в чем значение просветительной работы Всемирного Совета и множества его других видов деятельности. Нет никакого намерения навязывать Церквам какой-либо определенный образ мышления или жизни. Но всякое озарение, полученное в одной Церкви или в группе Церквей, должно быть передано всем другим с тем, чтобы "созидалось Тело Христово"

None of these positive assumptions, implied in the existence of the World Council, is in conflict with the teachings of the member Churches. We believe therefore that no Church need fear that by entering into the World Council it is in danger of denying its heritage.

Ни одно из этих исходных положений, на которых базируется существование Всемирного Совета не вступает в противоречие с учением Церквей- членов. Поэтому мы полагаем, что никакая Церковь не должна опасаться, что вступая в Совет, она тем самым отрекается от своего предания.

As the conversation between the Churches develops and as the Churches enter into closer contact with each other, they will no doubt have to face new decisions and problems. For the Council exists to break the deadlock between the Churches. But in no case can or will any Church be pressed to take a decision against its own conviction or desire. The Churches remain wholly free in the action which, on the basis of their convictions and in the light of their ecumenical contacts, they will or will not take.

В процессе общения между церквами и по мере установления все более тесных контактов между ними они неизбежно столкнутся с новыми проблемами и будут находить новые решения. Совет для того и существует, чтобы помочь Церквам выйти из тупика в их взаимных отношениях. Но ни одна Церковь никогда не будет принуждена к принятию какого-либо решения вопреки своим убеждениям или желанию. Церкви сохраняют полную свободу в отношении практических решений, которые они будут принимать или не принимать согласно своим убеждениям и в свете своих экуменических контактов.

A very real unity has been discovered in ecumenical meetings which is, to all who collaborate in the World Council, the most precious element of its life. It exists and we receive it again and again as an unmerited gift from the Lord. We praise God for this foretaste of the unity of His People and continue hopefully with the work to which He has called us together. For the Council exists to serve the Churches as they prepare to meet their Lord Who knows only one flock.

В ходе экуменических собраний обнаружилось очень реальное единство; это единство для всех, кто сотрудничает в рамках Всемирного Совета, является наиболее ценным моментом их жизни. Оно существует, и мы вновь и вновь воспринимаем его как незаслуженный дар Господа. Мы славим Бога за эти начатки единства Его народа и с надеждой продолжаем то общее дело, к которому Он нас призвал. Ибо Совет существует, чтобы служить Церквам, которые готовятся к встрече со своим Господом , который знает только одно стадо.

Продолжение следует

 Источник: сайт "Неофит"

[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования