Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МыслиАрхив публикаций ]
17 июня 16:40Распечатать

Епископ Дионисий (Алфёров). КОМУ СЛУЖИТ ЗЕМНАЯ ЦЕРКОВЬ: ХРИСТУ ИЛИ САМОЙ СЕБЕ? Надуманные и подлинные проблемы альтернативного русского православия. Часть первая


Недавний конфликт в Русской Истинно-Православной Церкви (РИПЦ) стал ещё одним примером серьезного кризиса, переживаемого русским альтернативным православием в последние годы. Разбирая его причины, некоторые обозреватели свели их к двум основным: пагубное влияние "ереси киприанизма" и бюрократическая централизация управления. Подобный подход подразумевает взгляд на Церковь как на чисто человеческую организацию с игнорированием её духовной, органической природы. Если Церковь – только самодостаточная организация, то устойчивость её функционирования действительно будет зависеть лишь от правильности её программы и эффективности управления ею. Но если земная Церковь есть организм, притом служебный, по отношению ко Христу, то, прежде всего, встает вопрос, насколько она соответствует своему такому назначению, то есть, Божьему замыслу о ней? Служит ли она Христу или самой себе? Проповедует ли она своего Божественного Основателя и Главу, или она рекламирует саму себя как религиозную корпорацию?

Затем, если Церковь есть богочеловеческий организм, встает вопрос о её внутренней жизни, из которой вытекает её внешняя деятельность. Чем живут чада церковные: интересами к предметам веры, церковной политикой, или церковной экономикой? Стоят ли впереди у руководителей интересы пастырства или расчеты суетного политиканства? И в чисто земном организационном плане возникает вопрос: является ли Церковь правовым образованием (то есть, в строгом смысле слова "юрисдикцией"), управляемым на основе канонов, или некоей деспотией, управляемой произволом лидеров?

По этим и смежным вопросам попробуем выяснить подлинные, а не надуманные проблемы альтернативного русского православия.

1. Взгляд на Церковь, как на самоценную организацию

В альтернативном православии прочно утвердился такой взгляд (или, точнее, подсознательное ощущение, предрассудок), что если Церковь провозглашает себя истинной и оппозиционной по отношению к официальной, то это избавляет её от обязанности служения Христу. Истинная Церковь будто бы должна жить для себя, заботиться только о себе и хранить саму себя, – в этом видится вся её роль в земной жизни. А под Церковью разумеется только своя собственная иерархическая группа. Такое умонастроение определяет главное направление деятельности альтернативного православия. Слова Христа: "идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа" (Мф. 28:19), и "будете мне свидетелями в Иерусалиме и во всей Иудее и Самарии и даже до края земли" (Деян. 1:8), совсем не принято хотя бы в какой-то мере прилагать к себе и к современной Церкви.

В современной России задача христианской миссии имеет особую актуальность. Прекращение религиозных гонений около двадцати лет назад открыло широкие возможности для проповеди, которыми пользуются все конфессии. Официальное православие до недавнего времени проповедью среди неверующих занималось мало и неэффективно, подменяя проповедь торговлей крещением и другими требами. Эта торговля способна лишь оттолкнуть от Церкви религиозно одарённых людей и завербовать в неё людей духовно неразвитых. В результате огромное большинство российских протестантов и "сектантов" рекрутировались из среды бывших малоактивных прихожан Московской патриархии (МП). Активно наступает и ислам, в том числе среди этнически и культурно русских людей, а также многие "секты". В официальном православии сейчас хотя бы осознали необходимость православной проповеди и кое-что начали делать в этом направлении.

В альтернативном же православии эта задача даже не рассматривается как необходимая. Вместо этого там заняты перетаскиванием и переманиванием людей из МП, а также из соседних групп к себе, провоцированием нестроений у соседей и тому подобным политиканством.

В виноградник Божий делатели альтернативного православия идти не хотят и, более того, мешают другим. Но результат оставления проповеди Христа всегда один и тот же – оставление Христом. Размеры взаимных склок, накал ненависти при травле неугодных в этой среде превосходит обычные человеческие конфликты и, кажется, не находит другого объяснения, кроме оставления. Вместо привлечения новых членов из неверующих – самопоедание, самоедство групп альтернативного православия, как результат оставления дела миссии. Ведь и сама миссия в любой группе сводится к доказательству пороков официального православия и неканоничности соседних групп альтернативного православия, т.е. к рекламе своей Церкви "методом исключения".

Парадоксальным образом взгляд на свою Церковь как самоценную и самодостаточную, легко уживается с провоцированием в ней раскола. Казалось бы, если декларируют свою группу как единственную "чисто-истинную" (или "истинно-чистую"), то должны дорожить её единством. Но нет, ту организацию, для рекламы которой употреблялись самые высокие слова, легко сотрясают, когда нужно "вычистить" лично неугодных руководству людей.

В этом смысле неофициальное православие совпадает с официальным в том, что, не признавая (или не ощущая) служебного положения Церкви по отношению к Христу, провозглашает первичность и самоценность церковной организации. И там, и здесь само собой подразумевается, что истинная Церковь призвана к господству над паствой, а не к служению ей, к тому, чтобы брать, а не чтобы давать.

Между тем, само возникновение альтернативной православной Церкви (в лице Зарубежной Русской Церкви и греческих старостильников) имело одну цель и одно историческое оправдание: явить миру православную церковную жизнь, не порабощенную политическими силами и вообще стихиями мира сего, явить Церковь, чуждую духа обмирщения. "Симфония" с политической системой и с обществом даже в христианских государствах является нелегкой проблемой для внутреннего состояния Церкви. Когда же Церковь попадает в условия нехристианского, тем более, богоборческого, государства и общества, её первейшей задачей является внутренняя свобода от влияния такого мира. Но дух мира сего не сводится к деньгам, насилию или подкупу. Партийность, рознь, конкурентная борьба и гордость за свою партию, – это всё тоже исходит не от Отца светов, а от мира сего. И, к сожалению, этот дух мира глубоко проник и в Церковную жизнь. Современное альтернативное православие от него не избавляет.

2. Централизм управления и бюрократический стиль власти

Из такого взгляда на Церковь вытекает и практический централизм Церковной власти, и его духовное обоснование. В истории наглядную иллюстрацию этому явил средневековый папизм с его центральной идеей земного господства Церкви во имя Божие, отождествивший правую веру с подчинением Папе, а ересь – с неподчинением ему.

Централизм подразумевает, что первичным и важнейшим в Церкви является первоиерарх и его административный аппарат (канцелярия, синод), подобно тому, как любая воинская часть начинается с организации штаба вокруг командира. Но Церковь – это, прежде всего, парикия, община во главе с предстоятелем евхаристического собрания, епископом – преемником апостолов, как это было с самых древних времен. Дальнейшая иерархическая структура Церкви строилась в порядке взаимного общения разных таких парикий и их предстоятелей, то есть снизу вверх. Синоды как органы управления поместных Церквей сложились лишь к середине V века в рамках взаимодействия Церкви с Римской империей и как отражение имперских структур (императору и сенату соответствовали Патриарх и синод). После крушения последней христианской империи – Российской – неизбежен был возврат к древней структуре Церкви, как это и произошло в гонимой Русской Церкви в ХХ веке. После прекращения гонений необходимая структура управления должна созреть и естественно сложиться в процессе здоровой церковной жизни, а не копировать искусственно структуры государственных организаций и политических партий.

Бюрократическое начало, поставляющее канцелярию первоиерарха во главу церковной жизни, приносит много духовно негативных процессов, способствует обмирщению Церкви. С одной стороны, канцелярия, пытаясь управлять всеми сторонами церковной жизни, подавляет местную инициативу, навязывает неприемлемые для местных условий решения. С другой стороны, она подменяет отношения братства во Христе, которые должны быть между пастырями, формально-служебными отношениями. Вместо единомыслия и взаимопомощи развивается человекоугодие и карьеризм.

При слабом контроле церковная канцелярия, как и всякая другая мирская, позволяет себе злоупотребления, "двойную отчетность", сбор компромата на неугодных, интриги против них. В руках первоиерарха она может стать мощным средством укрепления собственной власти и подавления всякого инакомыслия.

3. Церковная политика вместо пастырства

Служение интересам своей собственной группы, а не Христу, неизбежно приводит к тому, что всё внимание руководства обращается на церковную политику. Она заменяет и внешнее миссионерство, и внутреннее пастырство. Как и во всякой политике, в церковной тоже нет постоянных друзей, а есть лишь постоянные, личные и групповые интересы. Приток людей в каждую группу происходит почти исключительно за счет приходящих из официального православия или из соседних конкурирующих групп. (Аналогичны и направления оттока людей). Используется выгодная конъюнктура, например, ситуация, сложившаяся при унии РПЦЗ с МП, когда был отток несогласных в Зарубежье. Главные усилия обращаются на саморекламу и на очернение конкурентов. Здесь важно не быть, а казаться; не то важно, каковой является церковная группа перед Богом, а как она выглядит в Интернете. Виртуальное пространство в умелых руках прекрасно служит кривым зеркалом, искажая действительность до неузнаваемости. Лилипуты выглядят великанами и наоборот; есть возможность кого нужно выставить злодеем, а кого хочется – исповедником и т.д. Церковная группа, положившая в основу своей деятельности саморекламу, тем самым опирается на ложь, более или менее правдоподобную.

К этому присоединяются поиски политических покровителей и спонсоров, разной степени респектабельности. Борьба с внешними конкурентами своей группы соединяется с борьбой внутри за власть и влияние с потенциальными соперниками. Во всей этой борьбе часто забывают даже простые приличия, а элементарная порядочность и вовсе не считается необходимым качеством пастырей "истинного православия". Последние восемь лет наглядно показали всему миру, сколько злобы и низости выплеснулось из этой среды. Довелось читать в Интернете изумленные отзывы некоторых российских протестантов по поводу отношений между осколками РПЦЗ: "Может быть вы и истинно-православные, но при такой взаимной ненависти вас вряд ли можно считать христианами". Проблема именно в том и состоит, что чем больше борются за "чистоту истинного православия", тем меньше в нем остается христианства.

Низкая церковная политика приводит к оставлению данной группы Христом. Последние годы это наглядно показали. Если бы в деятельности осколков РПЦЗ были обыкновенные человеческие грехи, а не грехи к смерти, они не развалились бы так быстро и необратимо. Один из признаков Церкви Христовой, о котором часто вспоминают все православные, это неодолимость Церкви вратами ада. Но раздробление Церкви за несколько лет на десяток осколков... Что это как не признак её одоленности силами ада, которая вытекает из её внутренней несостоятельности и богооставленности?

Продолжение следует


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования