Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МыслиАрхив публикаций ]
22 февраля 16:23Распечатать

Иеромонах Феогност (Пушков). ГУМАНИЗМ ЕСТЬ АНТИХРИСТИАНСКАЯ «ФИЛАНТРОПИЯ». Ответ Александру Храмову на кощунственные взгляды по вопросам биоэтики


Христианство имеет своей основой силу Любви. Но любви не мира сего, а любви подлинной, духовной. Любви к человеку как к являению вечному. Такая любовь не ищет оправдания для греховных слабостей. Напротив – она воспитывает человека в строгом аскетизме, заставляя его думать о вечности. И когда мы говорим, что любим своего ближнего, мы должны явить эту любовь не столько в "гуманном отношении и филантропии", сколько в направлении нашего ближнего на путь веры и верности евангельским идеалам. Даже если это напоминание наше будет "болезненным" для ближнего.

Те, кто не понимают этого, являются христианами лишь формально. К числу таких псевдо-христиан я отношу и некоего Александра Храмова, опубликовавшего на "Портале–Credo.Ru" статью с критикой аксиом христианской биомедицинской этики. Я не буду останавливаться на хамском тоне, на неуважительных формах, используемых автором при указании имени лица, носящего священный сан. Все это оставляем за скобками на совести адепта неизвестного катакомбного подвала.

Напрасно мой оппонент торопится соспоставлять выраженное мною православное учение с учением "Свидетелей Иеговы" о переливании крови: "Между взглядами Пушкова и учением иеговистов есть еще одно важное сходство. В Библии не содержится никакого запрета на "переливание крови". Тогда этой процедуры не было. Но иеговисты путем домыслов и произвольных толкований вывели этот запрет из библейских заповедей, не имеющих к этому никакого отношения. Опять же, ни в Библии, ни в творениях Святых Отцов нет никакого запрещения аборта при "внематочной беременности" - просто потому, что в те времена об этой патологии ничего не знали. Но вот Пушков из заповеди "не убий" и похвальных слов Святых Отцов о мученичестве вдруг выводит этот запрет. Выводит посредством сомнительных интерпретаций"

С таким размахом можно все Священное Предание Церкви назвать "небиблейским" и придти к протестантскому припципу "Sola Scriptura" ("Только Писание"). К примеру, термин "единосущный" или формулировки Христологического догмата, принятые на IV Вселенском Соборе, тоже "не содержатся в Писании". Однако, тем мы и отличаемся от протестантов, что они "хранят" Писание как музейный экспонат (при этом утверждают, что являются Церковью, основанной на Писании). А мы, в свою очередь, являемся той Церковью, которая дала Писание, сама основала канон Писания в своих недрах. Храмов же, в полемике со мною, повторяет типичные протестантские аргументы: "Православные верят в то, чего нет в Писании, они, посредством сомнительных интерпретаций, пытаются выдать мнения своей иерархии за учение Слова Божиего". Ну и что мы имеем? Пышную риторику и никаких серьезных аргументов.

Храмов пишет: "В истории медицины известны редчайшие случаи, когда даже в условиях внематочной беременности женщина донашивала плод и производила на свет здорового ребенка. Ну, вот недавно выжил человек, упавший с высоты, кажется, 47 метров и остался жив! Так давайте прыгать! Бог милостив – может, спасет (в одном случае из миллиона) или зачислит в новомученики? Но разве можно, говоря об одном спасшемся, забывать о том миллионе, который не спасется? Когда Бог дал людям (в лице современной медицины) возможность спасать женщин с внематочной беременностью, нельзя отвергать эти средства, требуя от Него еще и чуда"

Никакого отношения к христианству эта точка зрения не имеет. Так как никто не призывает прыгать безо всякой нужды, лишь бы выпросить чудо. Но если я стою на крыше стоэтажного дома и уже несколько этажей сгорело, огонь доходит до крыши, а спасателей не видать, и тут ко мне приходит враг рода человеческого и говорит: "отдай мне свою душу, а я тебя спасу", я должен плюнуть в его сторону, оградить себя крестным знамением и, если огонь уже опаляет крышу, прыгать вниз, осенив пропасть крестом: угодно будет Богу – спасет, не угодно – на то Его воля.

Враг рода человеческого приступает иной раз в своем обличии, а иной раз при посредстве искушения техническим прогрессом, благами мира сего и т.п. Т.е. всего того, что само по себе не есть зло, но при нарушении "правил эксплуатации" превращается именно во зло. Так же точно сейчас враг рода нашего присутпает к женщине, у которой врачи нашли внематочную беременность (еще раз напомню, что достоверность диагноза до факта разрыва труб колеблется от 50 до 75 %, т. е. возможны и при нормальной беременности "симптомы", показщывающие внематочную рбеременность – и вероятность врачебной ошибки, соответственно, от 25 до 50%). И шепчет ей, искушая именно естественными средствами: "Ну, зачем тебе ждать чуда от Бога? Ты просто спаси себя саму – убей своего ребенка, он ведь и так обречен". Что делает Церковь? Она наставляет женщину не слушать голоса инстинкта, не слушать нашептывания искусителя, жить не инстинктом, а волей Божией. Что делает некто Храмов? – он советует внимать голосу беса-искусителя…

Так же голословны следующие заверения: "Может ли мать в этом случае защитить и спасти от смерти свое дитя ценою своей гибели? Нет! Значит, ее жертва априори бессмысленна! Господу не нужны жертвы ради самого по себе фетишизированного акта жертвенности. Любой фетиш, даже если это фетишизированная жертвенность, есть проявление очень глубоко сидящего в нас идолопоклонства. Нет в этом новомученичества, а есть осуждаемое Господом самоубийство!"

Слепец, которому рассказывают о солнце, не хочет верить в его существование. Так же те, кто не познали чуда всемогущества Господня, не хотят верить в силу Бога, а верят больше в естественные законы (знание о последних у нас не абсолютно, да и добывается оно нами эмпирическим путем, всегда несовершенным, путем, на котором мы часто видимое воспринимаем за полноту реальности, частичное путая с целым).

Автор жонглирует термином "фетиш", вводя своими фокусами публику в восторг. Но, тем не менее, что же такое фетиш? Фетиш – это использование амулета, которому предается магическое значение. "Термин "фетиш" введён голландским путешественником В. Босманом в начале XVIII в. Франц. учёный Ш. де Брос в сочинении "О культе богов фетишей" (1760 г., рус. пер. "О фетишизме", 1973 г.) исследовал Ф. в религиях др. египтян, греков, римлян. Французские просветители рассматривали Ф. как архаичную форму религии, непосредственно связанную с невежеством (см. П. Гольбах, Система природы, М., 1940, с. 220-21). Для Г. Гегеля Ф. - форма первоначальной, непосредственной религии - колдовства, когда человек осуществляет косвенную власть над природой с помощью волшебного средства - фетиша, достигая того, что ему нужно (см. "Философия религии", т. 1, М., 1975, с. 448). Ф. свидетельствует, по Гегелю, о переходе от непосредственно-вожделеющего к опосредованно-трудовому отношению к миру, от почитания непосредственных предметов природы к наделению их духовным смыслом"[1]. В фетише происходит обоготворение своих страстей, персонификация своих иллюзий. Ярлык, брощенный оппонентом в мою сторону "для красивого словца", совершенно не соответствует ситуации и свидетельстует об экспрессии автора и об отсутствии у него серьзных богословских возражений.

Пустой риторикой сектанта являются и следующие слова Храмова: "Иеромонах Феогност точно знает, с какого момента начинается человек. Он уж точно знает, в какой момент Господь Бог дает душу: в момент слияния сперматозоида и яйцеклетки. Это для других сказано: "Пути Господни неисповедимы", это другие не знают, когда и как происходит великое чудо в мироздании: возникновение в результате творческого акта Создателя новой личности. Для иеромонаха Феогноста открыты все тайны Божьего промысла. Но зададимся вопросом: а что же происходит при возникновении однояйцевых близнецов? Они возникают в результате спонтанного разделения зародыша, выросшего из единственной яйцеклетки, оплодотворенной единственным сперматозоидом, на два или более обособленных и самостоятельных эмбриона. Если душа "дается Богом" в момент оплодотворения яйцеклетки сперматозоидом, то когда она возникает у разделившихся эмбрионов и кому из двух или трех достается душа возникшая первой? Знает ли и это всеведущий иеромонах Феогност?"

Я могу только сожалеть, что атвор, который ни к селу, ни к городу прицепил сюда цитату про неисповедимость путей Господних, просто не знаком с православной антропологией – с догматикой Церкви, а не моим личным учением. В своем докладе "Православная антропология о зачатии человека" я как раз-таки рассмотрел поставленный автором вопрос о возникновении души: есть две православные теории – о даровании души Богом и о рождении души от душ родителей. Последняя теория спокойно отвечает на вопрос об однояйцевых близнецах: их души так же возникают, как и тела, так же, как душа Евы при сотворении была отделена от души Адама вместе со взятой "стороной" Адама. Так что то, что Храмов, обрамив пышной риторикой (граничащей с хамством), думал использовать как аргумент в свою защиту, на самом деле является ни больше, ни меньше, как показателем его недальновидности, узости его мышления и отсутствия у него эрудиции в области православной антропологии.

Дальше опять автор демонстрирует свое полное невежество, прикрытое пышной риторикой: "Или, может быть, вопрос о моменте, когда Господь творит в утробе матери нового человека, наделяя его душой, легче вопроса о размножении животных? Вспомним, праведный Иов, когда Господь спрашивает его: "Знаешь ли ты время, когда рождают дикие козы на скалах, и замечал ли ты роды ланей?" (Иов, 39:1), смиренно говорит в ответ: "Вот, я ничтожен, что буду я отвечать Тебе? Руку мою полагаю на уста мои" (Иов, 39:34.) Но иеромонах Феогност, конечно, считает себя осведомленным куда лучше Иова. Что там козы с ланями, он знает, в какой момент Господь дает душу человеческую. И поэтому иеромонах Феогност вовсе не собирается "полагать руку на уста свои". Он, уверенный в своей правоте и проникший в тайны Божьего промысла о человеческой природе, запрещает женщинам делать аборты при внематочной беременности".

Опять вынужден с горестью отметить невежество автора в области вероучения: Иов действительно знал намного меньше того, что знает сегодня каждый христианин. Начнем с того, что Таинство спасения и полнота откровения нам явлены именно во Христе. Ветхозаветный человек не знал всего того, что раскрыто в Новом Завете. Но, более того, упрек, который автор бросает мне цитатой из Иова, можно обратить к нему самому: он что, точно считает, что роды ланей в горах невозможно наблюдать современному человеку, учитывая развитие того самого технического прогресса, который для автора сделал ненужным апелляцию к чуду Божию? Наш оппонент впадает в противоречие самому себе.

"Между тем, разумеется, не только в Библии, но и в сочинениях Святых Отцов невозможно найти указания, с какого момента можно говорить о том, что в утробе матери возник новый человек. Во времена Святых Отцов не было известно о существовании яйцеклеток и сперматозоидов и следовательно - о моменте их слияния, который будто бы и означает появление в утробе матери нового, Богом сотворенного человека".

Ну а это вообще стыд и позор автору! Незнание о процессе формиррования человека в утробе матери не означает, что св. отцы не писали о точном времени образования личности человеческой. Это точное время постоянно указывается у них: момент зачатия, когда образуется человек, сразу весь, целиком (об этом тоже сказано в нашем докладе).

Напрасно Храмов ссылается на Аристотеля и не замечает, что именно его теорию отцы Церкви не принимали и не разделяли. Взяв из нее некоторые полезные мнения, они в целом отказались от этой теории, развив учение о зарождении человека в свете христологического догмата.

В своем "Живом Журнале" Храмов продемонстрировал еще больше свое непонимание вопроса: "А кто сказал, что последовательность: зигота - бластула - гаструла и т.д. - развитый эмбрион-новорожденный-ребенок-взрослый человек есть непременно история одной индивидуальности, личности, над которой нельзя совершать насилия и, соответственно, предельного насилия (то есть убийства)? Конечно, развитый эмбрион и далее - это один и тот же, одушевленный, Богом созданный человек. Но откуда взялось, что и оплодотворенная яйцелетка или та пара сотен клеток, которые из нее возникли - это тоже одушевленное, Богом созданное существо? Ни в св. Писании, ни в св. Предании на это принципиально нельзя найти никаких указаний (см. статью), скорее наоборот.
В любом случае приходится согласиться с тем, что позиция Феогноста - всего лишь предположение, и предположение весьма сомнительное. А в свете тех выводов, которые он из него делает, и просто противохристианское... Итак, съесть ребенка (= убить полноценную, Богом созданную личность) и удалить из стенок яйцевода имплантировавшийся туда комочек клеток, что-то вроде опухоли - это два абсолютно неотождествимых поступка. В первом случае это отвратительное насилие над человеком, которое, даже если позволяет сохранить биологическую жизнь матери, имеет глубоко антидуховный и противобожеский смысл. Во втором случае - это простая, чисто механическая операция: ни о каком насилии / убийстве и пр. там речи идти не может. Это все равно, что аппендикс удалить"[2]
.

Эти слова Храмова ужасны своим антихристианским еретичеством, когда ребенок, новая человеческая жизнь, сравнивается с аппендикосм. Крикун, который громче всех вещал о таинстве зарождения жизни, оказался бесчувственным и неспособным коснуться и ощутить силу христианского учения о зачатии.

"Корявое" цитирование слов свт. Григория Нисского приводит к тому, что автор делает неверные выводы из него (осознанно или нет?). Свт. Гр. Нисский не говорит, что в семени присутствует сама душа, а лишь говорит о семени души, присутствующем в семени тела. Но пока семя не преобразовалось в росток, ни о каком человеке и душе его речи нет. Когда же семя упало в землю и "тронулось с места", начинается новая жизнь. Поэтому нижеследующая реплика автора - еще одно свидетельство его некомпетентности: "Тогда, если известно, что в оплодотворении участвует единственный сперматозоид, и если в пределах формальной логики развивать мнение Аристотеля (на которого ориентировались многие Святые Отцы) и, например, св. Григория Нисского, логично предположить, что собственную бессмертную душу имеет каждый сперматозоид. Почему же Господь заранее обрекает все остальные, которые не оплодотворили яйцеклетку, на гибель? Или еще непонятнее. Ведь далеко не каждый половой акт, даже без всякой контрацепции, приводит к зачатию. Значит, гибнут все без исключения сперматозоиды, награжденные душой? Неужели Господь столь расточителен, что швыряет в смерть миллиарды и миллиарды невинных душ? Вряд ли!"

Об этом речи нет ни у свт. Григория Нисского, ни у других св. отцов. К примеру, рукоблудие никто не приравнивал к убийству никогда! Так что автор просто тенденциозно делает выводы.

"Почему Феогност так требует от православных женщин мученичества, требует на пустом месте? Можно же не отскочить от несущегося на тебя грузовика – и тоже объявить это мученичеством и покорностью "воле Божьей". Не удалять хирургическим путем зародыш при внематочной беременности – "мученичество" из того же разряда".

Еще раз повторяю: не "того же" разряда. Отскакивая от грузовика, я никого не лишаю жизни. Сколько же можно твердить прописные истины? Самооборона всегда не такое уж невинное явление, как это кажется многим формально верующим людям. А тем более, когда самооборона заключается в неминуемом убийстве ни в чем не повинного ребенка, который сам страдает из-за болезни материнского организма.

"Какой-то невыразимо темный дух, дух фанатичного мироотрицания и нигилизма, страсть к разрушению и мучительству чувствуется в построениях иеромонаха Феогноста. Почему он именно так толкует Божью заповедь "Не убий"? Темные люди "анти-мира", нигилисты приходили в христианство на протяжении всей его истории. Инквизиция – только один из случаев такого проникновения. Из заповеди "Возлюби ближнего своего" эти люди выводили: "Больше ненависти", мы любим в вас вашу бессмертную душу, вас же ненавидим. Из заповеди "Не убий" они выводили: "Больше смерти", выше костры! Феогност говорит о "любви к будущему ребенку и к Богу", о том, что "любое убийство недопустимо". И в итоге приводит к тому, что женщина должна умереть или подвергнуться риску смерти – из-за соблюдения этих заповедей в истолковании Феогноста, из-за любви к "бессмертной душе оплодотворенной яйцеклетки". Ссылаясь на необходимость быть милосердными, иеромонах Феогност доказывает, что православный врач должен отказываться делать аборт женщине при внематочной беременности и духовник должен ее от этого отговаривать. Видимо, и муж православный должен ей твердить о том же, подталкивая к гибельному решению. То есть помощи ждать женщине неоткуда. "Православные", по Феогносту, должны фактически приговорить женщину к смерти, толкая на самоубийство, лишить возможности на спасение, как физическое, так, впрочем, и духовное. Хороша же "любовь"! Ловкие, изуверские софизмы – и заповедь "Не убий" обращается в "Обреки на смерть"

Ну что сказать? "Горе тем, которые зло называют добром, и добро - злом, тьму почитают светом, и свет - тьмою, горькое почитают сладким, и сладкое - горьким" (Ис. 5: 20). Еще апостол Павел писал, что для христианина смерть с достоинством, смерть во имя верности идеалам Христа, "приобретение", а не утрата (см. Филипп. 1: 21). Тертуллиан писал, что мы спешим на смерть, как пчелы на нектар.

А вот кого искренне жалко, так это того, кто утратил ощущение живой веры и жизни вечной, кто вцепился в эту временную жизнь и готов за нее бороться всеми силами, даже попирая нравственные законы, принципы этики и религиозной верности Христу. Это люди, утратившие, подобно Храмову, живую веру и опыт богообщения. Их жалко!

Пассаж про субботу для человека - опять же пример пышной риторики, слова ни о чем. Эти слова Христом сказаны о смысле субботнего покоя, а не о смысле заповеди "не убей". Смысл последней – в благоговении пред чужой жизнью, даже если она угрожает моей жизни.

ВЫВОДЫ

Истошный тон "полемики" А. Храмова свидетельствует об отстуствии у последнего не только культуры диалога, но еще и элементарного здравомыслия. Мой оппонент совершенно не обременен знаниями в области вероучения Церкви, зато нахватался информации из области естествознания, которой и решил "блеснуть" и перекрыть ею аргументы теологии и этики, представленные мною.

Уважаемому г-ну Храмову я от всей души советую не в беллетристике упражняться, а засесть за изучение святоотеческого богословия, причем, именно за изучение, а не за "прочтение на досуге богословских произведений".

В завершение отвечу еще на один открытый выпад автора в мой адрес: "Так что все домыслы Феогноста о "моменте", после которого биологическое вещество становится богосозданной личностью, наделяется душой и т.д. – это исключительно его, Феогноста, спекуляции и субъективная попытка приложить христианские заповеди к современным биологическим знаниям. Ни в св. Писании, ни в св. Предании не содержатся указания относительно такого толкования действий Божьих в контексте биологических понятий. А если же таковые и содержатся, то, как мы видели, они скорее обратятся против Феогноста, так как уровень знаний менялся из эпохи в эпоху".

Нет и еще раз нет, "гражданин хороший"! Это ваши построения свидетельствуют о вашем поверхностном знании Священного Предания Церкви, учения отцов эпохи Вселенских Собров. И знание о механизмах зачатия ничего не добавляет нам к исконной святоотеческой аксиоме: зачатие происходит сразу целиком всего человека. Нет никакой поэтапности в развитии его "по кускам". Так говорит нам православное богословие, так говорит Священное Писание, свидетельствующее о том, что именно с самого начала возникновения новой жизни ("сгустка клеток") речь идет о зарожденииличности человека, он уже есть, уже пришел в бытие, и дальше – на протяжении всей жизни – будет длиться процесс развития этой личности по душе и по телу, по разуму и по духу. Желаю и моему оппоненту развиваться во всех сих направлениях, возрастая в познании учения той религии, которую он исповедал своей верой.

А пока он не достиг "совершеннолетия в вере", пока питается от истока псевдодуховности и посредственных знаний в области мирских наук, а не чистым знанием, которое дает Церковь в Божественных догматах, я настоятельно рекомендую Храмову применить к себе тот самый принцип, который он с таким пафосом процитировал из книги Иова: "Вот,  я ничтожен, что буду я отвечать Тебе? Руку мою полагаю на уста мои" (Иов, 39:34). Зная свое смиренное место, он получит больше благодати пред Богом и у людей здравомыслящих получит уважение, так как не будут столь явны его пробелы в области религиозного образования.


[1] Фетишизм // БСЭ

[2] http://na-krau.livejournal.com/73575.html


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования