Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МыслиАрхив публикаций ]
02 июля 15:44Распечатать

Руслан Курбанов. НОВЫЙ ФОРМАТ ИСЛАМСКОЙ "РЕКОНКИСТЫ" И ОБРАТНЫЙ ЭФФЕКТ ВОЕННЫХ СЦЕНАРИЕВ СДЕРЖИВАНИЯ. Западный мир еще не осознал всю глубину вызревающих в исламском мире процессов и их истинные причины


Нарастающее на наших глазах военно-политическое противостояние западного мира все больше активизирующимся и напирающим исламским общинам, развернувшим массированную атаку на выстроенный за столетия западного господства мировой порядок по всем фронтам – от идеологического до диверсионно-террористического, начинает приобретать пугающие масштабы.

Ситуацию усугубляет и тот факт, что западный мир еще до сих пор не осознал всю глубину вызревающих в исламском мире процессов, их истинные причины, новый формат вызовов собственной безопасности и идентичности со стороны пробуждающегося ислама. И, следовательно, не выработал адекватных ответных мер, реально могущих снять напряженность, а не приводящих к ухудшению ситуации, как это, к сожалению, происходит сегодня.

Вызревание "реконкисты"

Социальное, политическое, военное возбуждение и мобилизация исламского мира, сопровождающееся стремительной радикализацией мусульман – это далеко не поверхностное, не преходящее явление, ограниченное рамками некоторых социальных слоев и групп, наподобие молодежного бунта конца 60-х годов ХХ века в западных странах.

Радикализация и всесторонняя мобилизация мусульман – это глубинная реакция на окружающую ситуацию в современном мире пробуждающегося из вековой спячки ислама. При этом, ислам как цивилизация, как альтернативная модель политического, экономического, культурного и международного устройства не просто находится на стадии возрождения.

Исламский мир, пребывавший до сих пор в психологической, культурной и экономической депрессии, наблюдая катастрофическое крушение прежних культурно-этических и социально-политических систем, переживая стремительное взламывание и расщепление нуклеарных структур традиционного общества через навязывание ему чуждых стандартов жизнеустройства, вырабатывает и копит энергию разрушительной силы.

В ситуации возрастания исламской религиозно-политической активности в глобальном масштабе, учитывая интеграционный потенциал исламской социально-политической доктрины, и неизбежность беспрецедентного расширения и углубления связей различных частей исламского сообщества друг с другом в современном мире информационно-коммуникационных технологий, исламский фактор на ближайшее столетие становится для современного мира одним из определяющих в его дальнейших судьбах.

Несомненно, исламская социально-политическая активизация, демографическое и идеологическое наступление при быстром росте экономического потенциала исламских стран грозит перерасти в новую волну исламской экспансии или исламской "реконкисты" по всему миру. Что, собственно, мы и наблюдаем сегодня.

В данном соперничестве двух миров, несмотря на абсолютную несоизмеримость позиций и мощи каждой из сторон, приходится очень серьезно учитывать ряд новых факторов. Прежде всего, тот факт, что последние столетия сопротивления исламского мира западной колонизации проходили на общем фоне упадка ислама в мировом масштабе. Сегодня же нарастающее противопоставление и сопротивление мусульман западной военно-политической системе проходит на фоне взрывного пробуждения ислама во всем мире.

Новый формат вызовов

Данный факт дополняется тем, что, в отличие от прошлых веков, сегодняшнее противостояние исламской и западной систем, а также новая волна исламского наступления разворачиваются при совершенно новом раскладе сил и вызовов.

1) На сегодняшнем этапе Запад и Восток впервые не противостоят друг другу по четко прочерченной линии фронта. Впервые в истории противостоят друг другу не армии и не правительства. Новые вызовы для Запада исходят от соперника, не материализованного традиционно в виде регулярной армии, правительства или политической коалиции, но рассеянного по всему миру в виде трудно отслеживаемых социальных групп, ячеек, общин, джамаатов, сплоченных в единую силу не организационным единством, но единой идеологией, образом жизни и четко осознаваемыми целями.

Запад, который всю свою историю готовился противостоять построенной в полки и дивизии армии, иерархически выстроенной государственной машине, который всю свою военно-политическую структуру выстраивал для противостояния именно этому виду противника, сегодня в страшном замешательстве. Он до сих пор не понял, как противостоять и как вообще относиться к новому вызову для себя – исламскому нашествию в виде распыленной в пространстве, динамично мутирующей и очень быстро приспосабливающейся к новым условиям и средам существования вирусной культуре (вредоносной или полезной – тема для отдельного исследования).

2) Благодаря описанным выше качествам, на сегодня ислам, привнесенный на западную почву в сердцах, душах, верованиях и поведении сотен миллионов мусульман, ставших уже полноценными гражданами западных стран, настолько глубоко проник и сросся с телом западной цивилизации, что даже ценой глубокого "хирургического" вмешательства (если кому и придет в голову такая абсурдная мысль) его уже не вырезать.

Даже если предположить, что западный мир породит нового фюрера, готового взяться за новую "военно-хирургическую" операцию по этнической, конфессиональной и генетической чистке тела западной цивилизации от исламских клеток, то результатом этого сумасшедшего эксперимента будет только мгновенная смерть дряхлеющего пациента, то есть самого западного мира.

3) Ислам, в отличие от тех политико-идеологических систем, которым противостоял Запад на протяжении последнего столетия, как бы того ни хотелось некоторым пропагандистам, не является деструктивной тоталитарной системой по типу коммунизма или фашизма, которым можно и нужно было противостоять на всех уровнях – политическом, экономическом и даже военном. Ислам же – динамично развивающаяся цивилизация с полуторатысячелетней историей и с расселенной по всему миру армией последователей, превысивших уже численность последователей католицизма.

Даже если в ответ на исламский вызов западной цивилизации ее лидерами и будет принято решение о начале полномасштабной войны против исламского мира, то для победы в этой войне Западу не будет достаточно достижения традиционных, привычных военно-политических целей. Как-то, нанесение военного поражения определенной стране или коалиции стран, уничтожение командной верхушки, смерть лидера, подкуп партноменклатуры или обличение идеологии.

Фактически же, победить в подобной военной кампании представляется абсолютно нереальным за невозможностью установить четкие цели и критерии победы. Что можно будет назвать победой в подобной войне, когда мусульмане уже не просто представляют собой самые быстро растущие общины в западных странах, но и занимают серьезные позиции в политической, экономической, интеллектуальной и даже силовой сферах западного мира? Ничего, кроме тотального уничтожения всех мусульман на Земном шаре.

4) Сегодняшний вызов западному миру исходит от идеологической системы, которая по своей совокупной мощи, энергетике, убедительности, глубине и широте объяснения этого мира, мобилизационным возможностям и заложенным в ней потенциям развития намного превосходит все западные идеологии вместе взятые.

На наш взгляд, ислам на сегодняшний день является самой мощной идеологией современности на том простом основании, что ни одна из других существующих сегодня идеологий не может продемонстрировать и повторить ее успехи. А именно – достичь самых быстрых темпов распространения и завоевания новых последователей в условиях обструкции, презрения, гонения, подавления и войны, не имея за собой ни военной, ни политической, ни экономической мощи, могущей сравниться с мощью развитых стран этого мира.

5) Сам западный мир на данном этапе в отличие от пробуждающегося мира исламского, переживает глубокий идеологический, ценностный и культурно-идентификационный кризисы. На сегодняшний день, когда он уже в своем развитии достиг своих основных целей – высокого уровня жизни, общественной безопасности, торжества демократии, защиты прав человека, равенства женщины, у западного мира иссякли идеи и стимулы для дальнейшего развития мира, место которых заняли различные программы "стратегического сдерживания" своих конкурентов в самых разнообразных плоскостях.

Но Запад должен понять, что невозможно бесконечно долго сдерживать динамично развивающиеся, напирающие и претендующие на передел этого мира цивилизации и системы. Хотя бы потому, что он сам недавно был таковым.

6) К сегодняшнему этапу западный мир подошел с совершенно иссякшей волей к сохранению фундаментальных основ своей цивилизации. Кризис идентичности в Европе, нежелание заводить детей, естественная убыль населения, безразличие к судьбам своей традиционной культуры и своей религии, поражение и разъедание социальной ткани общества разрушением института традиционной семьи, полной переоценкой традиционных ролей мужчин и женщин, отцов и детей – все это привело к тому, что западное общество становится легкой добычей динамично возрастающего в своей численности, ищущего новые ниши для закрепления Третьего мира. Исламская составляющая в этом напоре "цивилизационных хищников" одна из самых пугающих для Запада.

7) Исламский мир, часто неверно воспринимаемый многими на Западе как противник, в отличие от противников Запада по прошлым противостояниям, не ставит себе целью тотальное порабощение или уничтожение западного мира. Мусульмане уже достаточно глубоко интегрированы в западное общество, чтобы воспринимать его как свою новую родину.

Максимум, на что претендуют мусульмане в современном мире в своих отношениях с западным обществом (за исключением самых оголтелых террористов) – это освоение западных технологий и научных достижений, занятие в западном обществе достойного социального, экономического и политического положения, расширение сфер влияния ислама, свобода исламской проповеди и общественной деятельности, а затем вхождение в политическую элиту западного общества и его трансформация в новую модель открытой, мультикультурной, но основанной на исламских принципах общности.

Понятно, что и это западному обывателю представляется самым бесцеремонным покушением на западный образ жизни со стороны мусульман. Но, если смотреть на мир глазами мусульманина, то это не более того, что сделали западные страны с самим исламским миром за период колонизации, прямой оккупации, а затем военно-политического влияния на него через подконтрольные светские авторитарные режимы. Исходя из этого, а также из несокрушимой веры мусульман в то, что они должны утвердить торжество ислама, как последней религии единобожия, на всей земле, последователям ислама это представляется справедливым и не могущим вызывать никаких возражений.

Устаревшие методы противодействия

Однако Запад, предпочитая закрывать глаза на эту новую реальность, по привычке продолжает противостоять вызовам с Востока привычными с прошлых веков методами – военными операциями, блокадами, давлением, поощрением в исламских странах политических репрессий и преследований в отношении мусульман-сторонников активного участия в политической жизни. За тем исключением, что военный арсенал, набор политических технологий и экономических механизмов заметно расширились и достигли небывалого уровня развития.

Полная неэффективность этих методов и тщетность этих попыток отчетливо проявились еще во второй половине ХХ века, когда исламский мир вдруг взорвался невероятной военно-политической активизацией и застал западное общество врасплох. Поражение СССР в Афганистане, стремительный рост популярности исламских партий в Египте, Алжире, Турции, Малайзии, широкое и успешное разворачивание исламского призыва в глобальном масштабе, исламизация оппозиционных сил практически во всех исламских странах и регионах, мирное вторжение миллионов мусульман на европейский континент и другие страны западного мира, накопление богатого военно-политического опыта исламскими движениями "Братья-мусульмане", ХАМАС, Хизболла – ничему этому западный мир так ничего и не смог противопоставить до сегодняшнего дня.

Странно, что западный мир, без устали призывающий народы Третьего мира очнуться и осознать новые общественно-политические реалии XXI века, сам до сих пор пребывает в полуподслеповатом состоянии относительно новых вызовов, исходящих из исламского мира. Ситуация же в мире по сравнению с прошлыми веками изменилась настолько коренным образом, что дальнейшее применение в отношении пробуждающихся исламских сил абсолютно не соответствующих характеру вызовов и устаревшихметодов, предназначавшихся для сдерживания и наказания зарвавшихся стран и правительств, грозит привести к полностью противоположным результатам.

В исламском мире, тем временем, накапливается невероятная по своей мощи пассионарная энергия, одновременно направленная и на разрушение (препятствий на своем пути), и на созидание (выстраивание исламского мирового порядка). Понятно, что этой накапливающейся и концентрирующейся энергии нужен выход. Понятно и то, что у радикальных сил в исламском мире свои представления о том, как и куда ее направить.

Перед современным западным миром не просто встает, но уже несколько десятилетий дамокловым мечом висит вопрос, что с этой энергией делать, куда ее направить, чтобы она не взорвала и не уничтожила современную цивилизацию. Но, к сожалению, за все эти годы не было найдено ничего лучшего, кроме как канализировать эту энергию в локальные и региональные вооруженные конфликты в странах Исламского Востока в надежде, что она вся там и выдохнется.

Издержки и обратный эффект военных сценариев

Конечно, войны – это самый мощный канал, для канализации и управления этим видом энергии. Кроме того, проекты создания и управления каналами сброса и рассеивания пассионарной энергии возрождающегося ислама через вооруженные конфликты на безопасном для Запада отдалении, где-нибудь в афганских ущельях и африканских песках сами по себе очень привлекательны, поскольку позволяют решить проблемы возрастающих угроз стабильности западной цивилизации за счет других стран и игроков.

Но, как оказалось, подобные попытки заигрывания с военно-политической активностью исламских сил, даже на удалении от центров западной цивилизации, очень опасны и чреваты. Во-первых, пассионарной энергии у мусульман оказалось несравнимо больше, нежели предполагалось. Она не только не рассеялась за годы противостояния западной оккупации, борьбы с местными авторитарными режимами, арабо-израильскими войнами, джихада в Афганистане, ирано-иракской войны, локальных конфликтов, но и в огромной мере нарастила свою мощь.

Во-вторых, годы закалки в боях, сражениях, партизанской и диверсионной активности только подогрели амбиции и аппетиты участников джихада. Если раньше речь шла только о свержении какого-нибудь местного авторитарного лидера, оттеснения Израиля за ту или иную черту в пустыне, изгнания СССР из Афганистана, отделения Чечни от России, то теперь цели ставятся поистине глобальные – от полномасштабного противостояния Западу, как коварному врагу, стравливающему и уничтожающему мусульман, до построения всемирного Исламского Халифата.

В-третьих, за эти годы был накоплен значительный боевой и диверсионно-террористический опыт, подведена безупречная идеологическая база под необходимость продолжения войны и ее разворачивания в мировом масштабе, детально проработана поэтапная стратегия достижения целей. Примечательно, что многие войны и конфликты, начинавшиеся на мусульманских землях, как национально-освободительные, зачастую светские, даже социалистические, к началу XXI века уже приобрели завершенный исламский характер. Самые яркие примеры здесь, конечно же, эволюция социалистического арабского противостояния Израилю в непримиримый исламский джихад движений Хизболла и ХАМАС, а также эволюция светского, националистического сопротивления дудаевской Чечни в исламскую стратегию создания Кавказского Имамата.

В-четвертых, джихад – это самый мощный канал мобилизации и глубинной, тотальной исламизации всех сторон воюющего общества. Усвоение исламских норм, формирование исламского сознания и добровольное подчинение всей своей жизни исламским нормам в сражающемся обществе происходит намного быстрее, чем в мирном. Исламская идеология дает сражающимся мусульманам четкое обоснование и легитимацию их действий, ясное видение целей и перспектив, предельно простую и внятную картину миру, а также, как никакая другая идеология в мире, героизирует бойцов и мучеников за веру и обещает им ни с чем не сравнимые награды после смерти.

Один из идеологов и свидетелей подобной эволюции чеченского сопротивления описывает этот момент предельно четко: "Уже в ходе войны никто не хотел умирать "за суверенитет", хотя и повторяли лозунг "Свобода или смерть!". Все хотели, если умереть, то умереть в Газавате, на пути Аллаха. Хотя многие тогда и намаза не делали, но научились в ходе войны".Кроме того, в ходе джихада достигается самая высокая степень консолидации общества вокруг этой священной для мусульман обязанности.

В-пятых, поскольку современные мусульманские общества, расположенные на периферии исламского мира, за годы колонизации подверглись достаточно плотной деисламизации, а сама исламская мысль уже несколько столетий находится в застое и упадке, то исламское сознание мусульманского населения этих стран отличается очень низким уровнем развития. Оттого, попав в стремительный и мощный поток, канализирующий возмущение и активность последователей ислама только в направлении джихада, эти мусульмане полностью отрываются от осознания исламских предписаний и образа жизни в остальных, невоенных сферах деятельности и активности.

Именно поэтому за годы джихада в Палестине, Афганистане, Чечне, Сомали и других регионах выросли целые поколения мусульман, ни о чем, кроме войны представления не имеющих, и ничего, кроме убийства и сражения не умеющих. Подобные "постджихадовские" общества в случае прекращения боевых действий потом очень долго не могут вписаться в мирный формат жизни, не могут по иному мыслить и представлять отношения с немусульманами, кроме как в виде постоянной войны, не могут настроиться на созидательную и кропотливую деятельность без оружия в руках. Оттого целые "постджихадовские" регионы, будучи не в силах вписаться в современное мировое сообщество, почти полностью выпадают из мировой истории, экономики и политики и превращаются в резервации радикализма, ненависти и жажды мести за свое униженное положение.

В-шестых, еще больше радикализировавшись за период боевых действий, теперь уже убежденные сторонники глобального джихада, используя все средства, предлагаемые современным миром, переносят боевые действия на территорию самого главного противника – западных стран. Учитывая открытость западных обществ, наличие и доступность всевозможных средств передвижения и коммуникации, наличие многочисленных и разветвленных мусульманских диаспор и общин на "территории противника", сделать это не представляет никакого затруднения.

В современном мире, который становится все более открытым, взаимопроникающим, доступным, энергия озлобления и ненависти по каналам внутриобщинных, этнических, религиозных связей, через посредство глубокого чувства исламской солидарности очень легко доставляется до Нью-Йорка и Лондона. То есть, радикализация населения мусульманских стран автоматически приводит к радикализации мусульманских диаспор в западных странах. Которые, в свою очередь, благодаря своей глубокой "закладке" в западное общество, в результате такого радикального "перегрева" и детонации легко могут взорвать ситуацию уже изнутри самого западного мира. Мы сами все этому были свидетелями.

В-седьмых, если на этом этапе сами западные страны, даже объединившись в представительные альянсы, используя самое совершенное вооружение, объявляют войну "заигравшимся" в джихад боевикам и террористам, то и этот сценарий не сулит западным обществам успеха. Потому что пассионарности и самоотверженности у моджахедов несравнимо больше, нежели у изнеженных благами потребительской цивилизации западных солдат, а готовности к жертвам у мусульман несравнимо больше, нежели у западного обывателя, для которого каждая новая потеря очередного солдата на войне – большая трагедия.

Эту исламскую пассионарность никак не удается перебить даже самыми страшными ковровыми бомбардировками и масштабными спецоперациями, потому как для воюющих моджахедов, вставших на путь джихада для обретения милости Аллаха, война – мать родна, а смерть – самая желанная в этом мире награда. А затяжные боевые действия, в которых зачастую погибает больше мирных жителей, нежели комбатантов, только увеличивают ряды сочувствующих и оказывающих им поддержку.

Своим самоубийственным сопротивлением и готовностью умереть ради своих идеалов, моджахеды ломают любую решимость и боевой дух западных обществ в затяжном противостоянии. Яркие тому примеры – уход СССР из Афганистана, США из Сомали, Израиля с палестинских территорий и из Ливана, сегодняшние неудачи западного альянса в Афганистане и Ираке. В итоге, западные силы, покидая поля сражений, оставляют после себя все более увеличивающиеся территории с развращенным войной населением, ненавидящим Запад и с твердой решимостью его уничтожить.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования