Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МыслиАрхив публикаций ]
05 июля 13:13Распечатать

Михаил Ситников. ИВАНОВ ДЕНЬ. С христианской традицией праздника Рождества Иоанна Предтечи мы знакомы. Но что за праздник, приуроченный к нему – Иванов День или Купала?


Частое совпадение христианских праздников с разного рода празднествами дохристианскими, наверное, не новость. Поэтому, вряд ли кого-то удивит, что и празднование Рождества Иоанна Предтечи – дня в высшей степени знаменательного для любого христианина, календарно совпадает с праздником Ивана-Купалы, который до сих пор не только не забыт, но и пользуется популярностью в большинстве регионов России и Ближнего зарубежья. В Украине и Беларуси, в Сибири, на Русском Севере, в Прибалтике Купала, как сокращенно называют этот праздник, представляет собой нечто вроде дубликата Нового года. Некоторые светские администрации сегодня решаются даже на упоминание его при устроении народных гуляний или местных фестивалей. Ну, а в сельской местности, как приходилось наблюдать это несколько лет назад, никто и вовсе не скрывает, что Купала – самый что ни на есть праздник со всеми приличествующими ему причиндалами: работать нельзя, сидеть дома или отказывать в приеме гостей тоже. А особо усердные – либо самые старые, либо молодежь, – обязательно устраивают нечто похожее на традиционные представления об "ивановом гулянье" с приличествующими ему кострами, разгулом и обильными возлияниями.

Несмотря на то, что название праздника знакомо всем, ныне мало кто знает о настоящей его подоплеке. Не смотря на то, что дата празднования Ивана-Купалы – ночь с 6 на 7 июля по новому стилю - совпадает с великим христианским праздником, она несомненно имеет какое-то отношение и к летнему солнцестоянию 22 июня, поэтому сам праздник можно считать сугубо языческим. Так что, его календарная привязка к имени Иоанна Крестителя, скорее всего, инициирована христианством, которому в этом отношении привести к компромиссу традиционное язычество Руси было, вероятно, не так уж трудно.

С христианской традицией ближайшего к Купале праздника мы худо-бедно знакомы, и Рождество Иоанна Предтечи это общеизвестный факт христианской агиографии. Но что за праздник – Купала? Откуда вообще это странное, ничего для современного человека не значащее слово?

Свидетельство того, что Купала (Купало) это не просто составная часть названия праздника, но и имя языческого божества, сохранились лишь в редких средневековых источниках, в частности, в Густынской летописи XVII века: "Сему Купалу память совершают в навечерие Рождества Иоанна Предтечи, с вечера собирается простая чадь обоего полу и сплетает себе венцы из съедобных трав или корений и, препоясавшись растениями, разжигают огонь, где поставляют зеленую ветвь, и, взявшись за руки, около обращаются окрест оного огня, распевая свои песни, чрез огнь перескакивают, самих себя тому же бесу Купалу в жертву приносят. И когда нощь мимо ходит, тогда отходят к реке с великим кричанием, и умываются водой". Кроме того, Купала прямо именуется божеством в книге "Синопсис или краткое собрание от разных летописцев о начале Славяно-Российского народа". Иннокентия Гиезеля, изданной в Киеве в 1673 году. Таким образом, само празднование имеет однозначно дохристианские корни, ориентированные на вполне конкретный объект языческого культа под именем, носимым божеством.

Имя Купалы имеет очень древнее происхождение и восходит к индоевропейскому глаголу, значившему "кипеть, вскипать, желать". По своему значению оно близко к имени Купидона – римского бога страстной любви и желания. В русском языке этот корень так и сохранился в словах "кипеть" или "кипяток" (в болгарском, например, "кипя" означает "бродить" в отношении к вину или тесту). Но в любом варианте, от римского до русского, суть этого глагола – плодородие, преобразование неживого в живое, произрождение.

Можно предположить, что со временем истинное значение глагола было утрачено. А из-за похожести его на глагол "купать" (окунать в воду, смачивать), он логично лег в ложе техники христианского крещения, где календарная близость празднований Рождества Иоанна Предтечи и летнего солнцестояния оказались определяющими для связи в народной традиции разных, по сути, празднований воедино. Интересно, что в народной же, более поздней и уже православной традиции, только после этого праздника считается допустимым купаться в открытых водоемах – реках или озерах.

В районах традиционного расселения восточных славян, в частности, в Полесье, чуть ли не до конца ХХ века обряды, посвященные Купале, исправно исполнялись с соблюдением всех древних элементов этих мистерий. Обязательно разжигались костры, делалось чучело Купалы, которое затем топили в воде, участники гуляний плавали в реке или обливали друг друга водой, собирали ночью определенные травы, которые хранились потом весь год. Кроме того, в этот день подросткам позволялось творить все, что заблагорассудится без всякого риска быть позже за это наказанными.

На магическую природу купальского действа указывает немало совсем недавних источников. Например, вот, что говорят непосредственные участники празднований: "На Купалу березу срубают, закапывают в землю, убирают, цветы делают из бумаги, живые цветы вешают и уже танцуют, скачут и прыгают через огонь и поют. А как расходятся, ветки этой березы ломают и домой несут, чтобы скорей замуж выйти..." (С.М. Толстая, Материалы к описанию полесского купальского обряда. Генезис, архаика, традиции, М.1978) У тех, кто знаком с основами симпатической магии, вопросов в данном случае не возникнет.

Тем не менее, попробуем реконструировать условно типичное празднование Купалы (или Ивана-Купалы), опираясь на свидетельства ныне здравствующих российских этнографов.

То, с чего начинается празднование Купалы, это первотворящая языческая стихия - Огонь. Собравшиеся разжигают костры, через которые они будут затем прыгать. Прыжки через, или сквозь огонь - одно из древнейших магических действий, которое мы можем до сих пор наблюдать в практиках архаических культур Австралии или у народов Российского Севера, находящихся в зачаточном состоянии религиозной практики. "Прохождение" сквозь огонь означает очищение и приведение в готовность к новому шагу. В случае с купальскими "скачкбми" через огонь это связывается с избавлением от нечистой силы и прибавлением сил для труда на "ниве", не суть важно какой - домашней, сельской или карьерной. Надо заметить, что до недавнего времени купальские костры поджигали не спичками или зажигалками, которые бывают в кармане почти у каждого мужчины, а "живым огнем", добываемым трением. Не каждому дано такое умение, поэтому огонь "взводят", как правило, старики.

Кострища с высокими шестами в центре складываются обязательно на берегу водоема. На шесты крепятся колеса или сплетенные в круги плотные пучки соломы, которые тоже по ходу действа загорятся. По аналогии с другими индоевропейскими культами нетрудно догадаться, что символ горящего колеса, это Солнце, которое по старым поверьям после возжигания обязательно будет сверкать ярче. А значит, и ярово станет наливистей, крупней. Значит сын, который родится у участника мистерии, будет силен и ясен.

Непременным атрибутом празднества считается молодой дубок или клен, который вкапывают поодаль от жара костра. Его всячески украшают и зовут Купалой. Береза, при этом, оставалась неприкосновенной - она "женщина". А Купало - мужчина, которого и подобает украшать венками из трав, колосьями и нежными "женскими" березовыми веточками. Ну и, конечно, хоровод - этот "пра-танец", независимо от его интерпретации - африканской, индийской или нашей славянской, полесской, - он нигде не исчезает из языческих традиций. Танец по кругу, по Солнцу (если кто-то был свидетелем обрядовых хороводов, то, верно, обратил на это внимание), возвращающий умершее в круг жизни и дарующий надежду...

Солнцепоклонническая суть праздника Купалы явно проступает в этих сохранившихся до наших дней обрядах. Они разительно отличаются от иных умопомрачительных и насквозь политизированных построений многих современных неоязычников, смысл которых концентрируется на поддержании своего культового "паблисити". Простые, "неформальные" язычники Руси, которые исправно посещают православные храмы и чураются таких общепринятых норм жизни социума, как пьянство или карьеризм, практически незаметны. Но в некоторых регионах они составляют значительные по численности группы коренного населения. В семье, конечно, не без урода, но языческая этика, представление о которой в нынешней России весьма туманно, обязывает ко многому: это свод правил приличий, нарушая которые ты становишься "извергом" - это понятие очень живо и конкретно сегодня, например, в районе Петрозаводска или на Алтае. Может быть, такое язычество и не религия в том смысле, в котором ее принято теперь воспринимать - с разработанной богословской системой и тесным взаимодействием с государственными структурами. Но то, что оно представляет собой "институт веры" и этическую систему, сомнений не вызывает.

…Ой, купался Иван,
Та и в воду упал,
Белых квиток нарвал,
И всем диткам раздал...

С такой, или подобной песней топят до сих пор в Украине соломенное чучело, которое зовут Купалой. Будучи эманацией Солнца, этот языческий бог призван вобрать, впитать в себя всю былую грязь, все беды, скверны и умереть в воде, чтобы искупить грехи всех его поклонников, живущих на земле. Поэтому его и топят, сжигая попутно множество других чучел, олицетворяющих всякую нечисть – ведьм, упырей и конкретных злодеев, живущих на земле, делая это, если верить песне, ради малых деток. Как видим, здесь тоже присутствует магическое действо, где огонь, как высший источник жизни, поглощается водой – жизнью земной, органической. Похоже на мистерии культа Осириса, хотя это божество в данном случае, конечно, не упоминается.

Понятно, что космология праздника в данном случае вульгарна, но это и действительно так. Яга (Баба-Яга), которую делали для этого празднества и укрепляли на палке, пугая ею детей, дабы не подбегали к огню, потом тоже сжигалась, потому что была олицетворением смерти и греха. Так что, странна нынешняя "ревность" епархиального архиерея Кирилла, борющегося с Бабой-Ягой в Ярославской епархии – язычники и сами сделают, что полагается.

Нельзя не упомянуть отдельно о том, что праздник Ивана-Купалы отмечен и особым сбором растений. Старое поверье, что в эту ночь цветет папоротник, только одна из легенд. Хотя сам факт цветения заведомо нецветущего растения, что воспринималось, как само собой разумеющееся, по крайней мере, в XVII веке, могло бы означать и нечто иное, нежели просто поиск небывалого цветка. Цветение папоротника значило свершение "несбывшихся надежд и дум" (Гогенгейм). И в самом деле, если папоротник (или гриб) расцветет, разве не означало бы это чудесного достижения какой-то недоступной цели? Да и, почему, собственно, можно отказывать в романтичности тем, кого снобы от "образованщины" привыкли называть простым народом? Правда, интересного хватает и без романтики.

В послании игумена Павла одного из псковских монастырей князю Дмитрию Владимировичу Ростовскому в 1505 году говорится, что "жены-чаровницы в ночь сю в полях, лугах и дубравах" собирают корни и травы "с приговоры сотонински на пагубу человеком и скотам" (Новгород, ГИ, арх.Юр.1457-17/56). Из трав, которые собирали тогда, можно выделить всем нам известный подорожник. Правда, его следовало срывать зубами, и в зубах же нести под подушку, где он обретал свои волшебные свойства. Приблизительно то же касалось зверобоя, череды, полыни. Ну и, снова о папоротнике: поверье, что он цветет в купальскую ночь существует до сих пор. Тот, кто хочет добыть его цветок, должен идти в лес до полуночи, очертить "круг себя двомя руками", дабы защититься от нечистой силы, потом сесть и не трогаться с места, как бы ни манила или пугала его всякая чертовщина. Коль цветок покажется, его надо сорвать и "итьтить не оглядываясь – оглянешься, он пропадет, и сам тоже..." (Новгород, см 2345). Вот так.

Для традиционной Руси, все это представляло факты, на которых и основывалась жизнь наших пращуров и строилась наша истинная история. Но в новое и в новейшее время мы неоправданно пренебрегаем тем, что есть наша странная, ни с чем не сравнимая Русь.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования