Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МыслиАрхив публикаций ]
21 мая 14:33Распечатать

Семен Гальперин. ТРЕБУЕТСЯ ПЕРЕМЕНА МЫСЛИ. Памяти Алексея Лосева (1893-1988)


Праздник славянской письменности и культуры, отмечаемый 24 мая, символично совпадает с днем завершения земного пути Алексея Федоровича Лосева (монаха Андроника), чей вклад в дело Торжества Православия является достойным продолжением трудов великих просветителей – равноапостольных Кирилла и Мефодия. Разработанные А.Ф. Лосевым православные начала научного мировоззрения дают реальную возможность не только ясно увидеть очами ума единый корень всех нынешних кризисов – кризис познания, напрочь оторвавшегося от основ христианского благовестия, но и приступить к организованному и планомерному выходу из него.

Основы лосевского учения о выразительно-смысловой символической реальности позволяют осуществить благодатный поворот общественного сознания в России (и не только в ней) к целостному мировосприятию в противовес расчлененному, которое продолжает исправно воспроизводить нынешнее образование, плодя все новые и новые поколения "образованцев" (по выражению А.И. Солженицына).

Выявленное Лосевым во всяком историческом процессе саморазвитие конкретной исторической идеи, выраженной как в духовной культуре, так и в общественном бытии (социально-экономической действительности), позволяет обрести России взамен многолетнего брожения умов в бесплодных поисках "национальной идеи" и ответа на вопрос "что делать?" долгожданное просветление общественной воли, которое не замедлит воплотиться как в оптимальной для России социально-экономической стратегии, так и в мудрых политических решениях, закрепляющих ее истинный статус в христианском мире: "И вот есть последние, которые будут первыми, и есть первые, которые будут последними" (Лк. 13,30).

Оставаясь целиком в русле самобытной русской философии с ее мистическим символизмом (от Григория Сковороды до Павла Флоренского), Лосев, тем не менее, занял свое особое место в истории отечественной религиозно-философской мысли. Ему суждено было завершить исполнение давнего социального заказа, сформировавшегося в недрах общественного сознания православной России, когда в щедро используемых здесь плодах просвещения, созревших в протестантской Европе, обнаружились губительные для православной веры с ее мистическим единством "ума" и "сердца" семена безверия.

Путь к выполнению заказа наметил еще в середине XIX-го века И.В. Киреевский: опираясь на святоотеческие традиции, он пришел к идее цельного знания, которое лишь и может соответствовать цельному человеку православной антропологии. Важнейшую веху на этом пути установил в начале XX-го века В.Ф. Эрн, высветив неискоренимую познавательную ущербность западного "рацио" и противопоставив ему православный Логос.

Но лишь в осуществленном Лосевым в 20-е – 30-е гг. прошлого века "высшем синтезе" религии, науки, философии, искусства и нравственного опыта с позиций православия идея цельного знания обрела плоть. Новой жизненной силой наполнилось утверждение: "вера начинается в мыслях", создавая реальную возможность решительного преодоления секулярности в традиционно расчлененных сферах культуры и бесповоротного вытеснения, казалось бы, неустранимой двойственности из общественного сознания. Притом, само введение в цельное знание (по существу – в православное мировосприятие) не связано непосредственно с воцерковленностью человека – оно ей предшествует, осуществляя в соответствии со святоотеческой традицией христианизацию ума – "насыщение мысли тайной, которая не есть какой-то скрываемый от всех секрет, а свет неистощимый".

Как вообще стало возможным завершить в условиях господства воинствующего атеизма вышеупомянутый исторический заказ? Сам Лосев считал себя "сосланным в двадцатый век": на его жизненном пути оказались и камера-одиночка Лубянки, и переполненная заключенными лагерная палатка; ему было прямо запрещено заниматься до конца дней философией и богословием. Официальное решение о реабилитации А.Ф. Лосева при его жизни так и не было принято властями.

Не сложились у него отношения и с законопослушной Церковью: он проявил себя не только как непримиримый антисергианец, но и оказался к тому же убежденным имяславцем. Вынужденный предельно ограничить сферу своих научных интересов, Лосев стал широко известен при жизни своими работами в области античной эстетики и мифологии, языкознания, литературоведения, в которых, конечно же, ссылался, как положено, на классиков марксизма-ленинизма.

И лишь через пять лет после кончины престарелого слепого профессора миру стало известно о его 59-летнем тайном монашеском послушании; начали издаваться толстые тома его "ранних" трудов. Так в разрозненном, отрывочном, подчас, незавершенном виде, а то и в умело маскируемой форме, впервые увидели свет самые важные результаты прозрений православного русского мыслителя.

Конечно, до разработки полномасштабного долгосрочного проекта "Цельное знание" требовалась еще определенная работа, по большей части, рутинная: их компоновка, оформление, подкрепление в необходимых случаях новыми весомыми аргументами и фактами, подготовка к обсуждению, популяризация, наконец.

А дальше произошло непредвиденное. Когда начали предприниматься попытки уведомить полномочных представителей "заказчика" о готовности "заказа", оказалось, что ни один из них вообще не заинтересован в его получении и, тем более, в освоении: ни философский Олимп, ни политический бомонд, ни педагогическая наука, ни государственное чиновничество, ни православный клир. Негласный заговор умолчания по отношению к интеллектуально-духовному подвигу А.Ф. Лосева сохраняется (даже чуткие к настроениям читающей публики издатели, и те отказываются принять к публикации рукопись книги "Алексей Лосев и разгадка двадцатого века").

Не значит ли это, что названные структуры чуют угрозу своему нынешнему статус-кво в требуемой от них Лосевым перемене мысли? Но ведь именно эта перемена мысли ("метанойя") – в православной аскезе не что иное, как покаяние, то самое покаяние, призывы к которому слышатся в России так часто.

Однако, ни опускаться принародно на колени, ни бить себя в грудь, отказываясь от былых заблуждений, при этом не требуется – достаточно довериться целиком итоговому выводу Лосева: "Сама действительность, и ее усвоение, и ее переделывание требуют от нас символического образа мышления" и неуклонно ему следовать. Это даст возможность встать России на путь интеллектуально-духовного преображения как ясно осмысливаемой исторической цели, и, чем скорее, тем лучше – время не ждет.

Семен Гальперин, член культурно-просветительского 
общества "Лосевские беседы" для "Портала–Credo.Ru"


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования