Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МыслиАрхив публикаций ]
07 сентября 15:31Распечатать

Юрий Линник. АНДРЕЙ КУРАЕВ В РОЛИ «ДОБРОГО СЛЕДОВАТЕЛЯ». Один из прогнозов завершения истории с «Pussy Riot»


Три участницы панк-группы, устроившей скандальную акцию в главном храме России 21 февраля, ждут рассмотрения своего дела апелляционной инстанцией. Один из адвокатов обвиняемых предлагает, несмотря ни на что, вызвать в суд протодиакона Андрея Кураева (в качестве эксперта), да и сами обвиняемые неоднократно заявляли, что были бы не против личной беседы с этим известным священнослужителем РПЦ МП, который с самого начала скандала призывал всех проявить в этом деле максимальную сдержанность и милосердие.

Свою позицию по этому делу о. Андрей Кураев высказал буквально на следующий день после инцидента в храме, и затем именно эта позиция отца Андрея нашла отражение в заявлениях Патриарха и Высшего церковного совета РПЦ МП. Суть этой позиции можно выразить одной короткой фразой: надо отделять грех от грешника, то есть надо ненавидеть грех, но при этом любить грешника и стремиться его спасти.

В этом вопросе, то есть в отношении к понятию греха, существуют две противоположные крайности, которые издревле противостоят друг другу, но временами сходятся и начинают дружить против своего общего врага – христианства. Эти две крайности условно можно назвать язычеством и фарисейством. И они противостояли христианству со времен земной жизни Христа, так что и Он сам, и Его ученики вынуждены были постоянно "сражаться на два фронта", ибо, с одной стороны, были язычники во главе с Понтием Пилатом, а с другой стороны – фарисеи во главе с Каиафой.

Суть фарисейского отношения ко греху, то есть к нарушению нравственных религиозных норм: грех есть преступление, за которое надо карать безжалостно. Суть языческого отношения ко греху: никакого греха не существует, дозволено всё.

Суть христианского отношения ко греху: грех есть болезнь, которую можно и нужно лечить.

Христианство предлагает "золотую середину", которая противостоит обеим крайностям, и мы помним немало примеров из классической литературы, где описана борьба этих крайностей с христианством. Самые яркие примеры – "Мера за меру" Шекспира, где христианка Изабелла противостоит фарисею Анджело (на этот сюжет Пушкин написал поэму "Анджело", которая, на мой взгляд, всё же уступает пьесе Шекспира), "Дон-Карлос" Шиллера, где в финале появляется страшный образ фарисея – Великий Инквизитор (этот образ потом гениально развил Достоевский), а самые яркие литературные герои-язычники – Дон-Жуан (в пьесе Мольера и в опере Моцарта) и его "духовная сестра" Кармен (в повести Мериме и в опере Бизе), причем оба героя были настолько принципиальными язычниками, что отказались раскаяться в своих заблуждениях даже под страхом смерти.

И сегодня эти две противоположные крайности по-прежнему противостоят христианству, наглядным подтверждением чего являются все наши "страсти по панк-молебну", которыми мы страдаем вот уже более полугода, и будем страдать еще полгода или даже дольше. Сразу после инцидента 21 февраля всё российское общество четко разделилось на три лагеря. Первый лагерь – фарисейский – требовал покарать этих "бесноватых ведьм" самым жестоким образом, вплоть до сожжения на костре. Второй лагерь – языческий – восторженно рукоплескал и восхищался перформансом. И, наконец, третий лагерь, оказавшийся явно "между двух огней", призывал осудить саму выходку, но помиловать ее "заблудших участниц". (Здесь очень интересна заочная полемика о. Андрея Кураева и протоиерея Димитрия Смирнова, который предложил "выслать этих кощунниц вон из России", а отец Андрей возразил: "А мне ближе идея Солженицына о "сбережении народа": мы не должны разбрасываться нашим народом, каким бы грешным он ни был, но мы должны стремиться перевоспитать его".)

Впрочем, "перевоспитать" трех артисток будет не так-то просто, ибо они являются принципиальными последователями своих идей. Вся их деятельность (как в составе арт-группы "Война", так и в составе "Pussy Riot") воспринимается многими христианами как воинствующее неоязычество, выражающее себя в агрессивном протесте против всех традиционных представлений. И мне кажется, что именно такой опытный миссионер как Андрей Кураев сможет найти с ними общий язык, чтобы убедить их немного скорректировать свою позицию и признать, что они оскорбили православных христиан и лично Патриарха Кирилла (Гундяева).

Другое дело, что за исполнительницами "спектакля", как принято считать, стоят некие режиссеры и дирижеры, чьих имен мы можем не узнать никогда. Кто срежиссировал этот гротескный панк-молебен? Кто затем дирижировал зловещим "хором фарисеев", ультимативно потребовавшим от государства уголовно покарать "бесноватых ведьм", в противном же случае угрожавшим устроить над ними самосуд в форме побивания камнями либо сожжения на костре?

На этот счет есть разные предположения. Например, известный литературовед и критик Александр Архангельский в своей возмущенной (и отчасти даже панической) заметке "Кощунство не подлежит государственному суду" предположил, что всё это уголовное преследование "панк-хулиганок" является злобной провокацией неких закулисных сил, провокацией, "нацеленной на то, чтобы ужесточить внутреннюю атмосферу в стране, представить Православную Церковь как силу мракобесную, перевести ответственность за полное беззаконие государственных органов на церковное руководство, рассорить это руководство со сколько-нибудь вменяемой частью общества". Еще раньше подобную же мысль высказал библеист Андрей Десницкий, прямо назвавший авторов провокации: это "кремлевские политтехнологи", решившие "поссорить Церковь и интеллигенцию".

Если это предположение Александра Архангельского и Андрея Десницкого справедливо, если действительно политтехнологи руководствуются принципом "разделяй и властвуй" и всерьез намерены поссорить Церковь с интеллигенцией, а интеллигенцию с "простым народом" и с властью, то нам остается только обратиться к этим самым политтехнологам с призывом "наконец-то стать русскими", как говорил Достоевский. Ведь попытка противопоставить интеллигенцию и "народ" свидетельствует о дремучей отсталости соответствующих политтехнологов. Возможно, они руководствовались слова вождя большевиков В.И. Ульянова-Ленина, сказавшего об интеллигентах вообще и о писателе В.Г. Короленко в частности: "Это не мозг нации, а г…но". Но большевики во главе с Лениным и Сталиным строили в России индустриальное общество, в котором интеллигенция была всего лишь "прослойкой". Нынешний же глава российского государства заявляет о намерении строить постиндустриальное общество, в котором все граждане будут иметь высшее образование, а интеллигенция станет самым влиятельным сословием. И, кроме того, в этом новом обществе планируется "резко усилить роль религии и Церкви" (это признает даже далекий от РПЦ МП светский ученый М.Б. Пиотровский).

Однако, думается, что "происки кремлевских политтехнологов" не являются главной движущей силой всего этого процесса. На мой скромный взгляд, главное здесь – это извечный конфликт "западников" и "славянофилов", который будоражит русскую общественную жизнь еще со времен Петра Великого. Подобно евангельской сестре Марфе, которая суетливо заботилась о внешнем благолепии дома (Лк., 10:38-42), "западники" видели свою главную задачу во внешнем, материальном обустройстве России, в совершенствовании ее государственного и экономического строя, а "славянофилы" отвечали на это словами Христа: "Ищите прежде Царства Божия и правды его, а всё остальное приложится вам" (Мф., 6:33), или, как говорил Достоевский, "ведь главное – люби других как себя, и тогда тот час найдем, как обустроиться". И Достоевский всю свою жизнь пытался примирить западников и славянофилов, подчеркивая, что определенная правота есть у тех и у других (особенно ярко это выражено в его речи о Пушкине).

Но сегодня, по-моему, уже всем здравомыслящим людям (и западникам, и славянофилам) ясно, что эту провокацию надо заканчивать как можно скорее, ибо она уже начинает надоедать. Однако, беда в том, что в каждом из нас сидит не только Чичиков, но и жуткий демон гордыни: мы страшно боимся "потерять лицо", "уронить себя в глазах окружающих". И из-за этого одни люди (политтехнологи) боятся признать свою неправоту и прекратить дальнейшую "раскрутку" сюжета, другие люди (фарисеи) боятся простить "бесноватых ведьм", третьи (язычники и язычницы) боятся попросить прощения.

Посему, нисколько не претендуя на звание пророка, я дерзну высказать мой прогноз относительно дальнейшего развития событий. После вступления решения в силу осужденные напишут прошение о помиловании. И президент их помилует. В этом случае они выйдут на свободу уже в нынешнем году, и, кроме того, удастся "сохранить лицо" и Кремлю, и тем деятелям Церкви, которые всё время повторяют, что "нельзя прощать тех, кто не просит прощения". (А в роли "доброго следователя", который уговорит "артисток" написать прошение о помиловании и покаянное письмо, выступит протодиакон Андрей Кураев). Во всяком случае, на мой взгляд, всем заинтересованным сторонам выгодно, чтобы судебный процесс шел как можно быстрее и закончился как можно скорее.

Но для этого нам надо хотя бы немного укротить того Чичикова, немного усмирить того демона гордыни, который живет в душе каждого человека и внушает ему этот страх "потерять лицо" и "уронить себя". Западникам и славянофилам, язычникам и фарисеям надо немножко поступиться "принципами", которые кажутся такими незыблемыми, что ради них мы готовы исковеркать и нашу собственную жизнь, и жизни других людей - например, вот этих трех молодых женщин. Да, разумеется, всем нам известна прописная истина о том, что "политика – грязное дело". Но когда-то надо начинать это дело очищать?


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования