Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МыслиАрхив публикаций ]
16 мая 14:20Распечатать

Андрей Дударев. ПСИХОАНАЛИТИЧЕСКАЯ ТЕОЛОГИЯ КАК СПОСОБ ПРЕОДОЛЕНИЯ ОТЧУЖДЕНИЯ: от экклезиологии границ к экклезиологии отношений


Люди часто становятся заложниками решений, принятых за них другими. Очень часто людей разделяют даже не их собственные заблуждения, а те или иные исторические, политические, экономические, социальные, религиозные, экклезиологические и другие решения тех, кто, скажем так, руководит сообществами людей. Враждующие государства, конкурирующие компании, разные религии, конфессии, богословы...

В сфере геополитической способом разрешения таких разделений признаны универсальные демократические ценностей, с компаниями тоже понятно: бизнес не должен быть важнее человеческих отношений, при этом желательно стать как можно менее зависимым от корпоративных интересов. А вот как быть с церковными расколами всех мастей и калибров?

Важно сказать, что раскол очень часто является следствием авторитаризма.

Для примера можно вспомнить всем известный раскол Русской церкви, произошедший в XVII веке в результате церковной реформы патриарха Никона. Судя по всему, и у патриарха Никона, и у царя Алексея Михайловича желания были самые светлые: послужить единству всемирного православия, просветить, насколько возможно, темный русский народ, увеличить влияние церкви в обществе и государстве. Во главу угла было поставлено правоверие - т.е. единообразие в исполнении богослужений. Однако довольно быстро нашлись несогласные - те, кто в изменении обряда видел, прежде всего, отход от истинной веры. Сама основа предложенного единства, конечно, представляется сомнительной. Есть древний христианский принцип: в главном единство, во второстепенном различие, во всем любовь. Проблема в том, что договориться "о главном", оказывается, тоже не просто. Кто-то считает главным те или иные вероучительные принципы (ортодоксия), кто-то – способы (и язык) богослужения, кто-то – "сакральное администрирование" (единство епископата), кто-то - соблюдение заповедей и аскузу - "праводействие" (принцип ортопраксии). Положение усугублялось тем, что какого-либо независимого и авторитетного судебного института, который брал бы на себя разрешение трудных ситуаций, также не наблюдалось (его и сейчас нет).

И вот, наступил момент, когда "слон вошел в посудную лавку", – церковная власть вознамерились навязать свою волю другим вплоть до насильственного устранения инакомыслящих, диссидентствующих и упорствующих в несогласии. В ответ на такие авторитарные выпады появились те, кто отказался принять единство по навязываемому принципу. Случился, как мы знаем, раскол, который глубокой трещиной лег на всю последующую российскую историю.

В наше время по-прежнему внутрихристианские и внутриконфессиональные расколы оправдывает, условно говоря, догматическая теология, где несогласие с некоторыми вероучительными принципами (о которых простые верующие в большинстве своем и не догадываются!) ведет к тем или иным формам бойкота (главная из них - необщение в Евхаристии). Причем эти "вероучительные принципы" иногда и не затрагивают собственно сами церковные догматы (например, спор у греков-старостильников о допустимости тех или иных изображений на иконе Воскресения Христова).

Конечно, в этих принципах и критике нужно разбираться. И не всё может быть переинтерпретировано таким образом, чтобы быть приемлемым для православных. Догматическая теология экзистенциально связана с так называемой "экклезиологией границ" Церкви. В экклезиологии границ большое внимание уделяется тому, кто вне, а кто внутри границ Церкви. При этом экклезиология границ часто своим следствием имеет коллективистские тенденции, которые уже в свою очередь могут выражаться в манипуляционных практиках и нарушениях прав человека (как мы нередко наблюдаем на примере РПЦ МП).

Этой догматической теологии (я не хочу сейчас вдаваться в описательную часть, думаю, в общих чертах она и так всем знакома) вполне может противостоять (или дополнять её) т.н. психоаналитическая теология. О ней в своей работе "Там и всегда" пытается говорить философ Арье Барац. Что это такое? В двух словах, для психоаналитической теологии богословские расхождения становятся следствием личной непримиримости, а не их причиной. Иными словами, сначала люди должны примириться друг с другом на гуманитарном уровне, и только после этого искать примирения на некоем общем "экзистенциальном" языке, т.к. язык психоаналитической теологии именно такой. Только так можно искать некую основу для дальнейшего совместного общения и развития.

При переходе от догматического языка к психоаналитическому и экклезиология границ может с успехом дополняться т.н. экклезиологией отношений, когда выявление своих и чужих, ближних и дальних становится следствием личных отношений и личного общения. В этом смысле экклезиология отношений менее всего формализуема. И, конечно, качество этих отношений здесь на первом месте.

Когда Иисус Христос называет Своих учеников друзьями (Иоан., 15:15), Он не о границах говорит... А в экклезиологии границ так или иначе очень силен формальный момент, поэтому любые границы в этом смысле несовершенны. Границы часто нужны для проверки (кто свой, кто чужой), а в отношениях ничего проверять не нужно. Они самосвидетельствуют о себе. Поэтому необходимо наведение мостов между философией диалога и общения с одной стороны, и экклезиологией – с другой.

Понятно, что такое "приватное" христианство, христианство личного пути и личных отношений, малых групп и свободного выбора в чём-то бросает вызов тому, что можно назвать христианским глобализмом: государственным христианством, христианством конфессий, многолюдных соборов, ассоциаций, стадионов и домов культуры, крупных приходов, братств и монастырей… Можно ли такое направление духовного поиска назвать христианским антиглобализмом? Название само по себе не так существенно. Куда важнее другое. А именно: важно чтобы человек помимо объективированного духовного пространства, где он "гость", имел возможность жить в своем духовном пространстве, где он "дома", где он свой, свой не только Богу, но и ближнему. При этом человек не жертвует единичным и уникальным ради общего и унифицированного. Это пространство не существует само по себе. Оно возникает в результате общения и может как расти, так и уменьшаться, это то самое пространство "между", "вокруг" и "рядом" (а не пространство "над"), которое вместе с Богом создает сам человек (а не некое безличностное собрание) и без которого подлинное христианство немыслимо. 


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования