Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МыслиАрхив публикаций ]
09 октября 14:07Распечатать

Епископ Амвросий (Епифанов). НИЧТО НЕ ЗАБЫТО… Почему Патриарх Кирилл задумывается о канонизации Алексия II? Часть вторая


 Часть первая здесь.

При либеральности взглядов нового патриарха на незыблемые церковные основы и традиции, при свободном обращении со святостью и непреложностью священных канонов, а также при спокойно-равнодушном, а чаще и одобрительном взгляде на это его собратьев-иерархов причисление к лику святых Алексия II Московской патриархией вполне реально. А вероятная восторженная поддержка неофитов, которые составляют львиную долю ее паствы, может лишь приблизить во времени это событие. Ведь они лично или по телевизору лицезрели живого святого!

Но почему же не слышатся голоса в поддержку этой канонизации со стороны традиционных прихожан, и почему же в многочисленной полуторакилометровой очереди совершенно не наблюдалось тех, кто регулярно посещал патриархийные храмы в 1960-80-е годы, почему они с оптимизмом не спешат за чудесами к его гробнице в Богоявленском соборе?

Обычно к церковному прославлению подвижника благочестия готовится его жизнеописание, которое впоследствии вносится в житийный кодекс Православной Церкви, как свидетельство его святости и нравоучительный образец для подражания последующим поколениям верующих. Здесь обратим внимание лишь на некоторые эпизоды из жизни отошедшего на Суд Божий патриарха, о которых адепты его кандидатуры, вероятно, пожелали бы умолчать.

Обычно жития угодников Божиих, в особенности отечественных, открываются повествованием об их детстве и юности. Почивший патриарх родился в верующей семье в Эстонии. С малых лет он прислуживал в храмах и со своими родителями посещал православные обители: Валаамскую, Псково-Печерскую, Пюхтинскую,  которые находились за пределами тогдашнего Советского Союза. Отец его еще в 30-е годы стал священником. Но вот уже во время войны по свидетельству "Агентства Российской Информации" от 24 декабря 2002 года родитель будущего патриарха посещал немецкие концентрационные лагеря и агитировал пленных красноармейских офицеров перейти на служение к гитлеровцам, при этом его сопровождал и прислуживал отрок Алеша. Упоминаем об этом лишь потому, что данный факт, по-видимому, отразился на всем дальнейшем жизненном пути Алексия II.

Он постоянно вынужден был скрывать правду и бояться разоблачения, но это лишь перед своей паствой и перед общественностью. Учитывая, что в послевоенное время служение фашистскому режиму оценивалось советской властью сроком от 10 до 25 лет или расстрельной статьей, которая применялась к лицам начиная с 12-летнего возраста, изволение из лап чекистов и дальнейший карьерный рост будущего патриарха могут быть объяснимы лишь одной причиной: он должен был пойти на сотрудничество с НКВД. Ведь диктатура Сталина тогда занималась активным "церковным строительством", а такие сотрудники были самыми покладистыми и активными в доставке ценных сведений об "окормляемых".

Не могут жизнеописатели Алексия II украсить личность нового кандидата в святые и историей с его женитьбой. Ни одна официальная биография ни словом не упоминала о том, что он был женат и разведен со своей супругой. Но вот газета "Московские Новости" в своей электронной версии в № 21 от 28 мая 2001 года поместила информацию об этом бракосочетании. Публикация сообщает, что в имеющемся в архиве доносе тогдашнего инспектора Ленинградской Духовной Академии Льва Парийского Совету по делам религии при Совете Министров СССР извещается: "В ЛДА был случай посвящения в сан священника с целью уклонения от отбывания службы в Советской армии. Ридигер А.М., 1929 г. р., подлежал призыву на военную службу в 1950 г. Будучи женихом дочери протоиерея г. Таллинна Г. Алексеева, Ридигер А. желал избавиться от военной службы. Узнав наверняка за несколько дней о призыве в армию, Ридигер, протоиерей Алексеев и епископ Таллиннский Роман упросили митрополита Григория дать согласие на венчание Ридигера во вторник на пасхальной неделе, когда по церковному уставу брак запрещен".

Через четыре дня новобрачный стал диаконом, а еще через два – священником. В то время существовала отмена воинской повинности для священнослужителей Московской патриархии. Устроенный для избежания службы в армии брак был расторгнут в том же году, а жена вторично вышла замуж. Вероятно, жизнеописателям Алексия II эту историю придется скрыть довольно неискренней фразой из его официальных биографий в изданиях Московской патриархии: "Был признан невоеннообязанным из-за болезни сердца".

Но ведь известно, что стоит ослабить колена совести перед лукавством, как за первым и вторым компромиссом последуют новые. Имевшиеся у полицейских структур советского государства компроматы на Алексея Ридигера позволили КГБ "закрепить оперативное сотрудничество", завербовав его 28 февраля 1958 года в тайные сотрудники с оперативным псевдонимом "Дроздов". Кестонским Институтом, специализирующимся на защите религиозной свободы, на основании документов, имеющихся в Таллинне, аргументированно доказана подлинность этих сведений.

Адепты святости почившего патриарха говорят: "А как он мог не сотрудничать? Многие тогда вынуждены были сотрудничать". Ответим: "Да, многие, но далеко не все". А в отношении "вынужденности" эстонские власти вскоре после распада СССР опубликовали материалы, свидетельствующие о политической чуткости будущего патриарха, лично предложившего спецслужбам свои услуги активного и плодотворного сотрудничества ("Postimes", "Ээсти Пяевалехт"). Не в силах опровергнуть достоверность опубликованных документов и их фотокопий, подлинность которых официально заверена, новоявленные канонисты именуют данное сотрудничество с коммунистическим антицерковным режимом "бескровным мученичеством", "подвигом служения во имя выживания Церкви". Они утверждают, что "святейшему, пойдя на видимость сотрудничества, удалось мудро обмануть безбожную власть".

Но подлинно-православному сознанию вполне ясно, что данное согласие на сотрудничество является фактическим актом отпадения от Церкви и что при вступлении  в сговор с диаволом побеждает только диавол; а диавол, естественно, Церковь спасать не будет, его цель – Ее уничтожить. Спаситель Церкви – Христос. Возлагать на себя миссию спасения Церкви своими силами, без Бога, далеко не евангельскими, лукавыми, "дипломатическими" методами, ставить свои возможности превыше Промысла Божия, означает встать на путь откровенного богоборчества, уподобиться тому, кому первый из архангелов некогда грозно возгласил: "Кто, как Бог?" И это уже намного страшнее даже явного отступничества. Ужасно кощунственно, даже для "новых православных", возвеличивать подобную деятельность духовным подвигом, "правилом веры и образом кротости".

Однако для КГБ искренняя преданность и незаурядный талант нового сотрудника к тонкой лжи и лукавству стали прекрасным поводом устроить ему головокружительную карьеру. Из отчетов этой полицейской организации, опубликованных эстонской газетой "Ээсти Пяевалехт" и неоднократно цитировавшихся российской прессой, следует, что по решению КГБ в 1961 году священник Алексей Ридигер стал епископом: "Агент "Дроздов" продвинут по служебной лестнице".

Стяжав сан таким неканоническим образом, с грубо-демонстративным попранием 30-го Апостольского правила, секретный сотрудник получил возможность моментального восхождения на самые высокие руководящие посты в Московской патриархии.

В начале 60-х годов последователи некоего картавого лысого товарища небольшого роста, именовавшего религию "опиумом", "сивухой" и "гнусным труположеством" провозгласили, что через 20 лет будет построен коммунизм и "по телевизору покажут последнего попа". Эту цель ЦК КПСС поставил перед КГБ СССР. А последний, в свою очередь, исполнял функцию разложения и уничтожения религии, формируя новый Синод Московской патриархии из своих агентов, руками которых и должна была быть к 1980 году осуществлена поставленная задача. Вот здесь-то секретный сотрудник "Дроздов" и оказался как нельзя кстати.

В свои тридцать с небольшим лет он становится митрополитом, постоянным членом Синода, управляющим делами Московской патриархии и председателем учебного комитета. Фактически все синодальные отделы, возглавляемые митрополитом "Дроздовым", стали дочерней фирмой КГБ. Естественно, наивно было бы полагать, что Алексей Ридигер был заинтересованным в "окончательном решении религиозного вопроса" в Советском Союзе. Идя на сотрудничество с тайной полицией ЦК КПСС, он стремился лишь к меркантильной цели карьерного церковного роста и сопутствующих ему личных благ. Будущий патриарх сооружал себе "золотую клетку", конечно же, не для полного разложения и уничтожения своей церковной организации, внутри которой имел почти неограниченную власть и собственные выгоды. Может быть, он и переносил "жуткие нравственные страдания", но ради сохранения своего положения ему приходилось осуществлять селекцию, воспитание и расстановку кадров, угодных КГБ.

Впоследствии, уже став патриархом, Алексий II ставил себе в заслугу сохранение от уничтожения кафедрального собора и монастыря в Эстонской епархии. Однако  известно, что, проявляя незаурядную "гибкость" в соединении правды с ложью и преломляя свет через тьму, таллиннский архиерей удержал свой кафедральный собор согласием на ликвидацию такого же в Рижской епархии, управляющим которой был по совместительству, а Пюхтицкая обитель из островка спасения была превращена в центр экуменического нечестия. Может быть, он и терзался совестью, но продолжал активно сотрудничать с воинствующими безбожниками, возвещая всему миру ложь о дивной свободе совести в СССР, расхваливая брежневскую конституцию, строча отчеты о своих собратьях, в том числе и на предшественников по патриаршеству. Под его "мудрым" управлением архиереи собственными руками изымали антиминсы из храмов, определенных властями для закрытия, а священнослужителей, не соглашавшихся сотрудничать с КГБ, подвергали преследованиям и гонениям. Совмещая кадровые посты управляющего делами Московской патриархии и председателя Учебного комитета, агент "Дроздов" продвигал на ключевые посты в руководстве лиц, склонных к любому компромиссу и сервилизму, равнодушных к судьбам Церкви, но угодных спецслужбам. При политике планирования во всех областях жизни, в том числе и политической, коммунистическая партия посредством своего агента многократно перевыполняла план по внедрению таких людей в руководство Патриархии настолько, что фактически весь ее руководящий состав стал полностью состоять из лиц, сотрудничающих с КГБ. А люди неравнодушные и авторитетные были лишены возможности принимать активное участие в жизни церковного общества, подвергались дискриминации: запрещались в служении, изгонялись на периферию, архиереи лишались кафедр, отчислялись за штат или на покой в монастырь.

В связи с этим ревнителям святости и воспевателям "мудрости" Алексия II необходимо ознакомиться с постановлениями Эльвирского Собора 313 года, где говорится: "Аще кто верный был доносчиком и через это кто-либо верный подвергся преследованию, угодно, чтобы он не получил причастия даже при кончине".

Стремление неофитной церковной общественности и патриархийного руководства откреститься от нелицеприятных моментов в жизни почитаемого ими деятеля спотыкаются о высокую оценку, данную ему заместителем председателя Совета по делам религии при Совете Министров СССР Фуровым, который еще в 1974 году в своем докладе ЦК КПСС определил митрополита Алексия как самого надежного, с антирелигиозной государственной точки зрения, иерарха Московской патриархии.

Как-то Хиллари Клинтон сказала, что работник КГБ не может быть не только верующим, но и вообще порядочным человеком по определению. С этим можно не согласиться, но, однако, нельзя не согласиться и с тем, что в условиях тотального режима быть осведомителем и стукачом – прямой иудин грех. И недостойно прославлять того, кто осуществлял по отношению к своей церковной организации то, что Иуда совершил в отношении Христа.

Многолетний опыт тесного сотрудничества с полицейским ведомством пригодился Алексию II и в его патриархийной деятельности, особенно в области подбора и расстановки кадров. Когда в начале 90-х годов прошлого века буквально все СМИ регулярно вещали о фактах коррумпированности, аморального образа жизни высшего церковного руководства, его деятельности, нередко не лишенной отчетливо-криминального оттенка, сотрудничества с КГБ, в Чистом переулке серьезно забеспокоились о проблеме столкновения с внутрицерковной оппозицией.

Поскольку возникла реальная угроза широкомасштабного раскола, особенно на фоне активизировавшейся в России деятельности Русской Православной Зарубежной Церкви, предстоятель Московской патриархии стал заботиться не о канонической и моральной чистоте своей иерархии, а напротив, не терзаясь выбором, рукополагал в епископский сан лиц с весьма спорными биографиями, на которых у него имелся компрометирующий материал. Этим людям уже не было необходимости давать спецподписку о сотрудничестве, становиться осведомителями и агентами спецслужб, они вынуждены были быть послушными исполнителями воли своего патриарха, который, пользуясь их аморальностью, а, соответственно, и следующей из этого их безгласностью, пытался сохранить единство в своей церковной организации. Не удивительно, что даже во времена коммунистической власти Московская патриархия была значительно более высокой нравственной инстанцией в глазах простого народа, и человек в рясе пользовался тогда гораздо большим уважением, чем при Алексии II. Недаром изгнанный из Советского Союза известный мыслитель и диссидент Александр Зиновьев в своем философском бестселлере "Русская трагедия" пишет, что если при коммунистах он возмущался гонениями на Церковь и выступал в защиту гонимого духовенства, то, увидев это же духовенство по возвращении в Россию, он сам был готов его расстреливать.

После августовских событий 1991 года парламентская комиссия по расследованию деятельности КГБ опубликовала материалы, свидетельствующие о широкомасштабной церковной агентурной деятельности большинства руководящего состава Московской патриархии – фактически вся ее иерархия на протяжении  многих лет формировалась на агентурной основе. И если становиться доносителем и осведомителем недостойно для любого порядочного человека, то для священнослужителя, тем более епископа, — это преступление. Но гордость и самолюбие не позволили Алексию II и его архиереям понести тяготу покаяния и принципиально осудить позорное сотрудничество. В бывших социалистических странах  — Албании, Болгарии и Румынии — известны случаи покаяния архиереев, в том числе и патриархов, в подобной неблаговидной деятельности, но глава Московской патриархии и здесь удосужился выйти из положения "мудро-лукавым" решением с тонкой ложью. Он создал параллельную комиссию из восьми своих архиереев для расследования обвинений в связи священнослужителей с КГБ. Лукавство же заключалось в том, что комиссия была мертворожденной, и Алексий II прекрасно знал, что она вообще никогда не начнет своей работы, поскольку одновременно с ее созданием патриарх обратился к председателю Верховного Совета Р. Хасбулатову и главе российской разведки Е.Примакову и настоял на прекращении деятельности парламентской комиссии и закрытии архивов КГБ. Соответственно, и существование патриархийной комиссии потеряло смысл, и спецслужбы, хотя и менявшие свои функции и направленность своей работы, благодаря своему давнему сотруднику в рясе, с облегчением получили возможность не допустить раскрытия своих агентов в церковной среде. Вообще, верность ушедшему режиму и искреннюю преданность его партии вкупе с ее спецслужбами Алексий II публично засвидетельствовал в своем ностальгическом интервью газете "Правда" 17 июля 1990 года, в самый день зверского убийства царской семьи, выразив глубокое сожаление о падении коммунизма и заявив, что он молится за сохранение коммунистической партии!

Однако, всегда готовый служить любой власти, почувствовав политическую конъюнктуру, в следующем году он уже совершил свое замечательное превращение из пламенного коммуниста в до мозга костей ревностнейшего демократа, сказав Ельцину: "Помоги Вам Бог победить в выборах!" Вообще, нужно заметить, что почивший был непревзойденным мастером подобных перевоплощений.  Многим москвичам памятно, какое потрясение во внутрицерковной среде вызвало его недовольство активностью духовенства и мирян, проявлявших инициативу в восстановлении храма Христа Спасителя и подвергавшихся за это даже "каноническим" прещениям от своего патриарха, предпочитавшего не делать резких заявлений по данному вопросу, пока отношение к нему не определилось со стороны власть предержащих. За это он даже получил прозвище церковного Горбачева. А вот когда уже сам мэр Москвы лично выразил желание взять на себя такую миссию, Алексий II резко превратился в ревностнейшего строителя и созидателя, за что ныне и прославляется своими почитателями, несмотря на то, что всем памятно "скромное" высказывание Ю. М. Лужкова: "Я храм себе воздвиг рукотворный!"

Такого тонкого таланта гибкости и перевоплощений, какими обладал покойный патриарх, церковная история не знала со времен Сергия Страгородского. С такой же легкостью, с какой он некогда прославлял коммунистическую диктатуру, он стал благословлять и "демократическую" власть. Если патриарх Тихон постоянно повторял, что не может торговать Церковью и отдать ее в аренду государству, то во время Алексия II руководство патриархии делало со своей стороны гораздо больше шагов навстречу власти, чем власть навстречу ей. Такую позицию уже невозможно объяснить "мудрой дипломатической политикой выживания". Вместо того, чтобы гуманизировать бесстыдно-криминальную и жестокую государственную политику расчленения и разрушения исторической России, разграбления ее национального достояния, политику систематического разложения нравственности народа, синод и иерархи Алексия II постоянно приветствовали, благословляли и освящали действия посткоммунистических властителей — на смену христианской морали пришла "политкорректность".

При неоднократных заявлениях руководителя Московской патриархии о том, что государство не вмешивается во внутреннюю жизнь церкви, что между ними сложились совершенно новые отношения, которых не было в истории России, патриархия никак не желала отделяться от государства. Она постоянно влезала в новое ярмо, выпрашивая у власти все большее и большее количество льгот и всевозможных поблажек, получая от нее в свое распоряжение огромную собственность, развивая собственный бизнес, все дальше уходя от Истины, предавая идеалы Православия через некий политический союз с антицерковными силами. Вместо Царского Христова пути, она устремлялась на путь сращивания с царством Кесаря. При возможности занимать не только благословляющую,  а настоящую духовную святоотеческую позицию в отношениях с государством, патриархийная структура предпочла вовлечься в совершенно запутанный клубок смешения Церкви, власти, спецслужб, политики, бизнеса и коммерции. В такой ситуации все громкие разговоры о возрождении духовности отдают душком цинизма.

При полной налоговой бесконтрольности, особо близкими отношениями с нечистоплотным бизнесом и криминалом, к примеру, награждение Алексием II известного авторитета по кличке "Михась" орденом Преподобного Сергия Радонежского, подмена спасительной миссии Церкви Ее внешним великолепием – еще более страшный удар по ней, чем гонения. Не кощунством ли и фарисейством веет от провозглашения святителя Иоанна (Максимовича), отказавшегося от советского паспорта и не признавшего Московской патриархии, покровителем ФСБ?

Незадолго до смерти Алексия II внутрипатриархийная оппозиция, порой в очень резкой форме, критиковала его в грубых моральных и канонических неправдах за совместное моление с католическими иерархами в парижском соборе Нотр-Дам. Но вообще-то такой внезапный всплеск негодования весьма удивителен – ведь к этому времени патриарх уже давно и глубоко погряз в ереси экуменизма. На протяжении нескольких десятилетий "Журнал Московской Патриархии" буквально пестрел информацией и фотоснимками подобных его со-молений и со-служений, откровенного попрания учения Святых Канонов. Официальное же отречение от православия было произнесено им еще в 1991 году перед иудеями в Нью-йоркской синагоге: "Дорогие братья, шалом вам во имя Бога любви и мира!… Мы все братья, ибо мы все – дети Ветхого Завета на горе Синай… Ваш закон – это наш закон, ваши пророки – это наши пророки".

Нынешние жизнеописатели и ревнители благочестия Алексия II не могут не понимать, что внесение в анналы святости подлинных страниц истории явно кощунственно и поэтому стараются о них либо умолчать, либо объяснить целесообразностью в "подвиге служения". В одном они правы: не стоит судить человека, представшего уже на Суд Божий. Но также нельзя и не остановить их перед таинством нечестия – прославления "подвигов", далеких от образца благочестия и недостойных подражания. Не лучше ли не оскорблять святости Церкви, а просто молить милосердие Божие о дорогом для них человеке?..


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования