Портал-Credo.Ru Версия для печати
Опубликовано на сайте Портал-Credo.Ru
22-05-2012 12:03
 
МОНИТОРИНГ СМИ: Пятилетие слияния РПЦ МП и РПЦЗ(Л). Фрагмент программы "Грани недели" с участием протоиерея Михаила Ардова, Глеба Павловского, Станислава Белковского и др.

(...) В. КАРА-МУРЗА – В эфире программа "Грани недели". В студии Владимира Кара-Мурза. Продолжаем наш выпуск. В такие же майские дни 2007 года Кремль обрёл прочную идеологическую опору, преодолев раздробленность внутрироссийского православия.

Пять лет назад в Храме Христа Спасителя в присутствии президента Владимира Путина было объявлено о воссоединении двух частей российского православия. Русская Православная Церковь заграницей впервые после Гражданской войны стала неотъемлемой самоуправляемой частью поместной Русской Православной Церкви. Недальновидностью зарубежных единоверцев объясняет произошедшее культуролог Даниил Дондурей.

Д. ДОНДУРЕЙ – Вера зарубежной православной церкви, что в православной церкви российской идёт настоящее обновление, обновление государства, системы жизни и православной церкви, и целого ряда других вещей. Но судя по последним событиям, православная церковь вообще никак не меняется. Она меняет свою риторику, но не меняет свои стратегические представления, свои функции, свои понимания миссии, государства, людей и будущего, прошлого, то есть ничего в ней не изменилось. И, естественно, зарубежная часть этого тогда не понимала, когда принимала все эти решения церкви.

В. КАРА-МУРЗА – Церемония объединения была объявлена историческим примирением белой и красной церквей, которые не раз оказывались как в годы Второй мировой войны по разные стороны фронта. Разница в идеологиях двух организациях была очевидна журналисту Павлу Гусева.

П. ГУСЕВ – Зарубежная православная церковь никогда, и она отрицала любые сотрудничества с властью и очень жёстко по этому поводу выступала, на сегодняшний день православная церковь, которая сегодня у нас в стране, она делает всё, для того чтобы именно подчеркнуть и показать своё участие во властных процессах, очень большую близость к власти, и, на мой взгляд, это вредит прежде всего православной церкви.

В. КАРА-МУРЗА – Различие в мировоззрениях двух церквей состояли не только в богословских вопросах, сколько в оценке истории XX века. Излишне скоропалительным нашла состоявшийся союз диссидент Валерия Новодворская.

В. НОВОДВОРСКАЯ – Разумеется, это было большим просчётом и проколом со стороны зарубежников, и, думаю, даже предательством со стороны их руководства. И вот они могут убедиться, до какого разврата, до какого унижения дошла нынешняя РПЦ. Только что сапоги не чистят правящей власти.

В. КАРА-МУРЗА – Зарубежная ветвь многие годы считала себя единственной и истинной правопреемницей дореволюционной церкви. Оставшихся в СССР клириков обвиняла в ереси сергианства и в сотрудничестве с советскими властями и КГБ. Завышенными считал критерий, с которыми изгнанники подходили к отечественным иерархам, историк Николай Усков.

Н. УСКОВ – Я всегда не очень понимал, почему западная церковь осуждала митрополита Сергия за сотрудничество с советской властью. Было очевидно, что митрополит просто пытается спасти то немногое, что ещё можно было спасти от полного запрета, разрушения и поругания. Что творилось у него при этом в душе – это даже страшно себе представить. И в душе очень многих иерархов, которые сотрудничали с КГБ, при этом оставались верующими людьми. Это было условие просто существования самого института и физического существования этих конкретно людей.

В. КАРА-МУРЗА – Быть терпимее к остававшимся в России православным призывает журналист Николай Троицкий.

Н. ТРОИЦКИЙ – Если мы говорим о сергианстве, о том, как Русская Православная Церковь пошла на сотрудничество, надо всё-таки учитывать исторические условия, в которых это случилось, надо понимать, и тут нельзя подходить с максималистской какой-то меркой, что, как говорится… для меня это неприемлемо, чтоб всем идти в подполье, в диссиденты, на плаху, на казнь, на огонь и так далее.

В. КАРА-МУРЗА – Практическими соображениями объясняет случившееся политолог Глеб Павловский.

Г. ПАВЛОВСКИЙ – Это объединение, конечно, носило прагматический характер. И зарубежная церковь пошла на него, в общем, достаточно известно, в основном по финансовым соображениям, нехватки приходов, нехватки прихожан, и, соответственно… была поглощена.

В. КАРА-МУРЗА – С годами изменил своё отношение к слиянию церквей политолог Станислав Белковский.

С. БЕЛКОВСКИЙ – Само по себе объединение я лично, как многолетний прихожанин Русской Православной Церкви, воспринял положительно. Но сегодня этот факт уже не имеет решающего значения, потому что к власти в РПЦ МП, в Русской Православной Церкви Московского патриархата, пришла команда мощных стариков во главе с Владимиром Михайловичем Гундяевым, также известным как патриарх Кирилл, которая занята в основном бизнесом. А занятие бизнесом требует уже повышенной лояльности власти, потому что современная Россия без благосклонности, без приоритетной благосклонности власти, невозможно. Поэтому мне представляется, что независимо от того, что случилось 5 лет назад, сегодня церковь активно идёт в пропасть, в первую очередь пропасть потери морального авторитета, и это приведёт к тому, что, возможно, через несколько лет будет поставлен вопрос о разделении различных ветвей русского православия. Я отношусь к этому резко негативно, но, к сожалению или к счастью, вынужден признать, что виноват в этом не я, а нынешнее священноначалие РПЦ МП, и оно должно, хотя оно этого не сделает, осознать свою ответственность за содеянное.

В. КАРА-МУРЗА – Идеологическую роль современной церкви считает чрезмерной политолог Дмитрий Орешкин.

Д. ОРЕШКИН – Вопреки конституции имеет место объединить идеологию православия с идеологией государственного строительства. Что на самом деле в долгосрочной перспективе вредно и опасно, потому что у нас, во-первых, не так уж много истинно православных людей, скорее, многие на эту тему склонны декларировать своё православие, чем ходить в церковь, исповедоваться и придерживаться всего необходимого ритуала. А, во-вторых, у нас слишком много людей просто неверующих или исповедующих другие конфессии.

В. КАРА-МУРЗА – Сегодня гость нашей студии протоиерей Михаил Ардов, настоятель Храма царя-мученика Николая II в Москве. Добрый вечер, отец Михаил.

М. АРДОВ – Добрый вечер.

В. КАРА-МУРЗА – Как по-вашему, каковы итоги 5 лет, прошедших со дня воссоединения русской и зарубежной православных церквей?

М. АРДОВ – Ну, понимаете, можно сказать так, что цель, которая была поставлена перед известными органами ещё в 20-ых годах прошлого века, окончательно достигнута. Больше зарубежной церкви нет как таковой. Понимаете, ведь Русская зарубежная церковь – это был один из самых главных врагов советской власти, начиная с 20-ых годов. И какая бы ни была ситуация в мире, как, мы знаем, была разрядка, было мирное существование, ослаблялось какое-то напряжение между Советским Союзом и западными странами, Русская зарубежная церковь всегда с одинаковой силой обличала ложь большевизма, так сказать, преследование христиан… ложь Московской Патриархии и так далее. Поэтому это враг, которого надо было уничтожить. Его уничтожили. Я бы сказал – поздновато.

Но вот, что очень интересно. Что тоже сегодня в сегодняшний вечер уместно упомянуть. Ведь 18 мая – это день рождения государя императора Николая Александровича, святого мученика царя Николая. И в 2000 именно году, когда выкинули митрополита Виталия на покой, так называемый юбилейный собор Московской Патриархии признал святыми новомучеников и исповедников российских и вот этих августейших мучеников – Романовых. Потому что без этого признания поработить зарубежную церковь было бы невозможно, потому что эти наивные эмигранты, разумеется, они воспитывались на этом годами и десятилетиями, и это было очень здорово сделано, и надо сказать… это отдельное, я не хочу в это углубляться, но есть очень такая существенная деталь. В Нью-Йорке Путин, приехавший в Америку, посетил зарубежный синод и преподнёс им Икону святой мученицы великой княгини Елизаветы Фёдоровны. Это было знаковое событие, как теперь выражаются. Дальше всё уже шло соответствующим образом. Понимаете, в чём дело? Московская патриархия, вернее, не московская даже патриархия, а управление делами президента охотится за собственностью за рубежом. Ведь вся собственность за рубежом, включая все храмы – и в святой земле, или в… или во Франции – всё, что находится за рубежом, принадлежит управлению делами президента. При этом эти наивные эмигранты иностранцы не понимают этого. Они считают, что это всё принадлежит патриархии. Ничего подобного. Это всё принадлежит управлению делами президента. И теперь потихонечку, полегонечку будет всё больше и больше собственности недвижимой прибираться к рукам.

А кроме того, понимаете, это огромное поле влияния, потому что что такое приход зарубежной церкви, там, заграницей? Это некая общность, как правило, русских, ну иногда уже и не очень говорящих по-русски людей, которые приходят по воскресеньям в храм, молятся, а потом они идут в церковный зал, и они вместе там обедают, обмениваются всякими русскими новостями, и так далее. И это замечательное место для влияния, для агитаций, а потом – для вербовки, а также для всяких встреч. При этом совершенно понятно, что, понимаете, где-то в кафе… а тут все пришли помолиться. Ну, кто-то с кем-то встретился, кто-то что-то кому-то передал. Замечательно. Это во всём мире нет… практически в Южной Америке и в Австралии, в Азии, в Соединённых Штатах, в Канаде – всё это есть. Эмигранты – люди наивные.

Вот, например, мой всегдашний мой пример. До войны, Второй мировой войны, замечательный, или, скажем, великий русский композитор Рахманинов, прекрасный пианист, он был страшно антисоветски настроен. Однажды в каком-то собрании в Париже он играл, именно в собрании, не в концерте, каком-то там, и вдруг пошёл советский посол. Рахманинов перестал играть и сказал – пока этот человек не уйдет, я играть не буду, и посол ушёл. А уже незадолго до смерти, умирая в Америке, он товарищу Сталину посылал деньги на строительство танков, потому что, вот, как бы сказать, это уже не Советский Союз, это Россия, которая воюет с Германией.

Абсолютно то же самое произошло сейчас с вот этими эмигрантами, которые пошли вместе со своими пасторами и архипасторами в соединении с патриархией. Им показывают замечательные картинки, золотые купола, патриарх, всякие такие… ну, значит, здесь всё в порядке, потому что они всегда хотят России добра. И очень готовы верить, что здесь всё хорошо. Вот, на этом они купились. Как покупались… помните, сколько было людей, которые после войны в той же Франции взяли советские паспорта, приехали сюда и сразу все попали в тюрьму и в лагерь. Ну это, слава тебе, господи, сейчас такого нет, но они клюнули на ту же самую приманку. (...)

В. КАРА-МУРЗА – Напомню, что гость нашей студии протоиерей Михаил Ардов, настоятель Храма царя-мученика Николая II в Москве. Скажите, пожалуйста, Михаил Викторович, изменился ли стиль отношения Кремля и интеллигенции со времён Хрущёва?

М. АРДОВ – Безусловно. Хрущёв, конечно, это удивительная совершенно фигура. Что касается его отношений к интеллигенции, то у него… он в своё время, я начну вот с чего. Он лично… ну когда… он смолоду занимался партийной работой, у него была фраза – я литературы не читаю. И совершено замечательная история такая. Значит, он её не читал. А в те времена уже были подписанты, кто-то против чего-то протестовал, и один из главных подписантов был Константин Георгиевич Паустовский, человек, действительно, очень одарённый, сентиментальный, романтический, всё такое. И Хрущёв сказал, что это какой-то страшно зловредный тип, который все письма протестные подписывает. Когда же Хрущёва выкинули из Кремля на пенсию, он стал читать литературу, и он влюбился в сочинения Паустовского, потому что у Паустовского всё сентиментально, все хорошие, все добрые, всё. А в те времена, когда он не читал литературы, у него было такое отношение. А кроме того, мне в те времена один человек рассказывал, что у Хрущёва, как человека действительно из самой простой среды, у него подспудная была ненависть к интеллигенции. Какого рода? Вот, если к Хрущёву приходил человек, начинал ему гладко, ясно говорить – Никита Сергеевич, мы хотим ходатайствовать перед вами… Он его начинал инстинктивно ненавидеть. А кто говорил – Никита Сергеич, да тут вот нет ну… это свой.

И вот это всё и объясняет вот эти дикие его выходки, крики на Вознесенского, на эту несчастную коммунистическую старуху Мариетту Шагинян, эту самую Алигер, которая была… это всё коммунистки же были ещё, старая Россия, потом сталинская Россия, она была литературоцентричной страной. Товарищ Сталин это прекрасно знал, это учитывал. Поэтому он взрастил вот эту советскую литературу. Есть очень интересные воспоминания такого Валерия Яковлевича Кирпотина, где он рассказывает, как товарищ Сталин в виде тоста в доме Горького сформулировал и придумал вот это выражение "инженеры человеческих душ". Писателям хорошо платили, им давали квартиры, дачи. Безусловно, у творческой так называемой интеллигенции всегда есть желание быть посвободнее и выражать свои мнения так ли, сяк ли, но, вот, именно то, что я говорю, понимаете? Но больше у неё никогда, как мне кажется, не будет такого значения, такого влияния, какое имела литературная и творческая такая интеллигенция в старой России и в советской России, уже сознательно направляемой товарищем Сталиным.

В. КАРА-МУРЗА – Большое спасибо за участие в нашей сегодняшней программе. Напомню, что гостем нашей студии был протоиерей Михаил Ардов, настоятель Храма царя-мученика Николая II в Москве. (...)

"ЭХО МОСКВЫ", 19 мая 2012 г.


© Портал-Credo.Ru, 2002-2021. При полном или частичном использовании материалов ссылка на portal-credo.ru обязательна.
Пишите нам: [email protected]