Портал-Credo.Ru Версия для печати
Опубликовано на сайте Портал-Credo.Ru
25-07-2007 16:19
 
МОНИТОРИНГ СМИ: Ползучий клерикализм в светском обществе. Академики в споре с РПЦ МП выступили как защитники российской Конституции, на которой базируется государственность РФ

Православное общественное движение "Народный собор" вчера обратилось в прокуратуру Москвы с требованием привлечь к уголовной ответственности ученого Виталия Гинзбурга за разжигание религиозной вражды. Нобелевский лауреат академик Гинзбург, комментируя в газете "Вести образования" преподавание в школах России культурологического предмета "Основы православной культуры", заявил, в частности, что, "преподавая религию в школах", церковники "хотят заманить души детей". Жалоба небольшой и малоизвестной организации в прокуратуру оживила спор между академиками РАН и иерархами РПЦ, который вспыхнул в выходные, когда ученые обратились к президенту с требованием обуздать попытки священников вмешаться в государственные дела.

Впрочем, профессиональные юристы не видят никакой судебной перспективы у жалобы православных активистов на академика.

"Конечно, эти слова не имеют никакого основания для возбуждения уголовного дела и никакая прокуратура не станет возбуждать уголовное дело по такому надуманному обвинению", - заявил "Газете" секретарь Союза журналистов России, бывший министр печати, доктор юридических наук, профессор Михаил Федотов.

Особенно возмутил Михаила Федотова тот факт, что речь в жалобе в прокуратуру идет о нобелевском лауреате, который является гордостью страны. "Мнение Виталия Гинзбурга имеет большое значение для всего общества", - подчеркнул бывший министр.

"Народный собор" - это какая-то околоправославная структура, - предположил в разговоре с "Газетой" политолог Дмитрий Орешкин, - которая пытается лишить человека права на собственное мнение".

Академик не понимает

Виталий Гинзбург оказался просто шокирован нападками "Народного собора". В интервью "Газете" он заявил, что никогда не был противником религии и не собирался каким-либо образом оскорблять чувства верующих: "Я признаю свободу совести и всегда говорил и говорю, что кто хочет верить, пусть верит. Я даже завидую верующим. Вот я сейчас болен. Мне тяжело. И мне было бы легче, если бы я верил. Я просто не понимаю, чего они от меня хотят". Гинзбург считает, что обращение в прокуратуру стало следствием его высказываний против преподавания в школах основ православной культуры, появления теологии в перечне научных специальностей. "Они стараются сделать людям не лучше, а хуже. Поскольку я не могу ходить, я не представляю себе, как смогу посещать прокуратуру. Может, только письменно отвечать на какие-то вопросы. Мне кажется, прокуроры со временем просто ликвидируют это дело за неимением состава преступления. Я и так скоро умру, чего же они еще от меня хотят?" - возмущается нобелевский лауреат.

Обращение "Народного собора" в Московскую городскую прокуратуру возмущает и представителей других религий. "Это спор не между академиками и РПЦ, а, скорее всего, между РПЦ и Конституцией, потому что в данном случае академики выступают как защитники российской Конституции, на которой базируется вообще российская государственность", - заявил "Газете" сопредседатель совета муфтиев России Нафигулла Аширов. Он не видит в высказываниях академиков чего-либо крамольного и даже соглашается с ними, утверждая, что "РПЦ своими действиями ставит под сомнение конституционный принцип светскости нашего государства, а это фактически покушение на саму государственную конструкцию". Кроме того, он, как и академики, выступает против введения основ православия в школе. "Факультативно изучать любую религиозную конфессию - это право каждого человека. Пусть РПЦ откроет свои религиозно-церковные школы, - заявил он. - Но когда государственные школы за счет мусульманского налогоплательщика обучают мусульманских детей чуждой для них религиозной концепции - это недопустимо".

Ползучий клерикализм

Председатель комиссии Общественной палаты по вопросам регионального развития и местного самоуправления Вячеслав Глазычев, также выступивший с критикой чрезмерной активности РПЦ в государственных делах, признался "Газете", что ожидал такого развития событий. Глазычев первым выразил обеспокоенность "ползучим клерикализмом", вмешательством церкви в государственные дела и выступил в защиту принципа отделения церкви от государства.

"В общем-то я ожидал такой реакции со стороны Союза православных граждан и РПЦ, потому что слишком долго позиция нормального светского государства не была озвучена внятно. Она совпала с письмом академиков, - отмечает Глазычев. - Обращение в прокуратуру, по моему мнению, не более чем казус. Ведь письмо академиков - это лишь выражение классической точки зрения ученого, что само по себе является святым правом каждого гражданина и обеспечено Конституцией о свободе совести". Он считает, что старания РПЦ не увенчаются успехом, ведь для того, чтобы заявления ученых "можно было подвести под разжигание розни, нужно иметь очень бурную фантазию".

Дух Совета по делам религий

В 1991 году перед новыми демократическими властями России даже не вставал вопрос о том, менять ли людей в руководстве Русской православной церкви. Ответ был очевиден: церковь наконец-то отделяется от государства, освобождается от гнета Совета под делам религий при Совете министров СССР и отныне светские власти не должны вмешиваться в дела духовные.

За сотрудничество тогдашнего Кремля с РПЦ по собственной инициативе взялся тогда отвечать советник президента Ельцина по политическим вопросам Сергей Станкевич. Как раз накануне тех событий он и сам стал православным и после 1991 года тесно общался с патриархатом, организовал возвращение в руки РПЦ соборов Московского Кремля, против чего тогда возражали ельцинские силовики. Станкевич исходил из того, что в такой традиционной организации, как церковь, не должно быть никаких революций и от тяжкого советского наследия, в том числе и от иерархов, стучавших в свое время в КГБ на собственных братьев и прихожан, церковный организм постепенно освободится сам собой.

Демократы упустили из виду такой очевидный факт, что в Советском Союзе не могло и не существовало никаких духовно свободных самостоятельных организаций, и Русская православная церковь к 1991 году представляла собой такое же министерство, как и все остальные. Начальники там назначались Советом министров СССР по характеристике из КГБ.

В стенах нынешней РПЦ не слышно никаких дискуссий, споров; там царит единомыслие. Вопреки своему же уставу РПЦ не проводит и Поместный собор - демократический институт, который она вообще-то обязана проводить по собственному же уставу.

Как и всякая корпорация, РПЦ, естественно, борется теперь всеми силами за усиление своего влияния. Раз на общество влиять не очень получается, проще влиять на государство. Теперь уже давление идет в обратном порядке, и государственные чиновники в служебное время вынуждены участвовать в православных мероприятиях.

В 1991 году у властей еще была возможность косвенно повлиять на внутрицерковные порядки - например, при помощи люстрации. Штатных сексотов КГБ можно было подвигнуть к добровольной отставке. Этого сделано не было. Следуя слепому, чисто юридическому принципу, Ельцин отделился от церкви, но церковь внутри себя как была, так и осталась советской. И дальше она стала жить и развиваться по собственной инерции, следуя собственной идее, которая на практике оказывается довольно далеко не только от слов, запечатленных в Евангелии, но и от собственно церковных уставов.

Некоторые надежды на перемены в церковной жизни вспыхнули в связи с объединением РПЦ с Русской зарубежной церковью 17 мая. Эксперты полагали, что "зарубежники", привыкшие к свободе и искренней вере, инфильтруются сейчас внутрь косной структуры РПЦ и потребуют перемен. Однако и этого не случилось. В стенах Донского монастыря все по-прежнему.

Должна ли Россия быть светским государством?

СЕРГЕЙ ИВАНЕНКО, первый зампред партии "Яблоко":

Это записано в Конституции, и Россия как государство генетически существует как многонациональное и многоконфессиональное образование. В этом его особенность и сила, а вопросы политики государства в отношении религии носят болезненный и деликатный характер. Ответственность государства и конфессий в том, чтобы сохранить то положение, в котором сегодня существует Россия. В ней гарантируется свобода совести, отсутствует преследование по религиозному признаку и даже, наоборот, существуют преференции по признаку принадлежности к той или иной вере. Сохранить их - высокая ответственность государства, и в этом смысле я поддерживаю письмо академиков.

МИХАИЛ ВЕЛЛЕР, писатель, философ:

Могу ответить так же четко и однозначно, как тов. Сталин на вопрос ТАСС: считает ли он, что...? Да. Россия должна быть светским государством. Но когда вчерашние партбоссы, в обязанности которых входило искоренение церкви и религиозного сознания, сегодня с теми же казенными мордами строем идут в церковь, это производит впечатление ханжества и лицемерия.

Атеизм не мы придумали. Но история марта-апреля 1917 года, когда никакой диктатуры большевиков еще и близко не было, показывает, что не надо рисовать лубки и строить иллюзии на темы массовой религиозности русского народа. Когда после Февральской революции отменили обязательное присутствие всех низких чинов на церковных обрядах (православные - на своих, мусульмане - на своих и так далее), то лишь 10% российских солдат присутствовали, например, на пасхальных богослужениях.

ЕФИМ ШИФРИН, артист:

Обязана перед своим многочисленным многоконфессиональным и многонациональным населением. Времена битв между клерикалами и атеистами давно ушли в прошлое, а выбор интеллектуальных, религиозных и философских предпочтений сейчас настолько широк, что откатываться в пору воинствующего диктата церкви просто неразумно. Потому что от догмата одной церкви до диктата одной партии рукой подать! Не надо перегораживать дорогу, ведущую в храм.

АЛЕКСАНДР ЧУЕВ, зампред комитета Госдумы по делам общественных объединений и религиозных организаций (фракция "Справедливая Россия - "Родина"):

Россия и является светским государством - и по определению, и по Конституции. Но толкование светскости на уровне представлений советского атеизма, на мой взгляд, совершенно неприемлемо. Светское государство с уважением относится к чувствам верующих. Оно не отделяется от религии, а просто равноудалено от различных конфессий, а все верующие имеют перед законом равные права. Светское государство не ограничивает религиозную деятельность, а позволяет конфессиям действовать открыто и свободно. И в этом смысле многое из того, о чем пишут Гинзбург и Алферов, не имеет никакого отношения к понятию "светское государство". Жаль, что их представления об этом наполнены советским атеизмом коммунистического толка. Что ж, люди родились и жили в той эпохе и не понимают, что наука теология имеет такое же право на существование, как физика и химия. Светское образование - это не значит атеистическое. Это открытое образование, в котором могут быть религиозные и нерелигиозные компоненты. Неужели у наших академиков нет внуков или правнуков и они не понимают, что на самом деле речь идет не о религиозном образовании, а о воспитании подрастающего поколения? Будут ли наши дети честными и достойными гражданами, имеющими моральные ценности, или людьми, для которых деньги будут решать все? "Основы православной культуры" - это не обучение религии, а прежде всего обучение морали.

Ольга Павликова, Эмилия Казумова, Руслан Пашаев, Алена Сагдеева, опрос подготовил Александр Саргин

"ГАЗЕТА", 25 июля 2007 г.


© Портал-Credo.Ru, 2002-2014. При полном или частичном использовании материалов ссылка на portal-credo.ru обязательна.
Пишите нам: editor@portal-credo.ru