Портал-Credo.Ru Версия для печати
Опубликовано на сайте Портал-Credo.Ru
21-02-2005 16:30
 
РЕПОРТАЖ: Пока одни лишь вопросы. Журналистское расследование «Портала-Credo.Ru» установило: загадок вокруг «сретенского» нападения на «богородичников» слишком много

После того, как первые сведения о происшествии в Центре русской духовности (ЦРД) Православной Церкви Божией Матери Державная (более известной как "Богородичный Центр") на 1-й Хуторской появились в печати и сети Интернет, корреспондент "Портала–Credo.Ru" предпринял небольшое собственное расследование, а вернее исследование некоторых подробностей случившегося. Нового, как и следовало ожидать, обнаружилось не так много. Но некоторые детали все же заставили задуматься над слишком заметной "своевременностью" обострения борьбы против "богородичников" и рядом странных совпадений, на которые предпочитают не обращать внимания как раз те, кто, казалось бы, по долгу службы, должны в первую очередь быть заинтересованными в успехе формально начавшегося через три дня после налета на религиозную организацию расследования.

Состав группы налетчиков был довольно любопытным. По сообщению непосредственных свидетелей, это были пятеро молодых людей в возрасте около двадцати лет под предводительством мужчины в возрасте около 60-ти. Молодые боевики были сильно возбуждены и настойчиво "заводили" себя, в чем особенно преуспевал один, которого непосредственно перед тем, как покинуть Центр, остальные даже удерживали от продолжения бесчинств, и то с явным трудом. Это ему как раз и принадлежали выкрики, вроде "за православную веру я тут вас всех положу!", именно он нанес и "менее тяжкие телесные повреждения" доктору философии из МГУ Игорю Кантерову. Старший же из налетчиков вел себя, напротив, вполне ровно и уверенно, явно играя в процессе нападения руководящую роль.

Случайно косвенными свидетелями происходившего оказались две жительницы дома, на первом этаже которого расположен ЦРД. Пожилые женщины, гулявшие с собакой, рассказывали, что из остановившихся между домами двух машин вышли люди и направились к зарешеченному крыльцу, откуда затем были слышны скрежет и удары "как по железке". Потом все стихло, и женщины, остановившиеся, было, за кустами поодаль, вернулись домой. По свидетельству же находившихся в то время в Центре сотрудников, в дверь сначала стучали, затем разбили стекло, распилили металлическую решетку и приступили ко взлому замка. Когда же сотрудники открыли дверь, нападавшие мгновенно ввалились в помещение и захлопнули ее за собой…

После нападения, которое подробно описано в опубликованных на "Портале-Credo.Ru" сообщениях, сотрудники ЦРД позвонили в службу "02", и через некоторое время по адресу религиозной организации прибыла оперативная группа, в составе которой были сотрудники ГУВД, дежурные патрульно-постовой службы местного ОВД и представитель прокуратуры. Оперативники выслушали потерпевших, традиционно покачали головами, посочувствовали, забрали написанные от руки заявления от руководства Центра о происшедшем. Затем оставили номера телефонов и отбыли продолжать несение службы.

На следующий день один из членов религиозной организации, о. Кирилл Дешевцев, пытаясь выяснить, какие сведения могут понадобиться от потерпевших еще, и вообще – что будет предпринято, да и будет ли, стал дозваниваться по оставленным телефонным номерам. В результате, удалось "достучаться" до ОВД "Савеловский", где в ответ на свои вопросы, священник сначала выслушал несколько невразумительных выражений явно нетрезвого человека, после чего трубку взял трезвый, назвавшийся Олегом Валентиновичем Ищенко. Он решительно заявил, что уголовного дела возбуждаться, скорее всего, не будет, так как, в принципе, ничего особенного не произошло, так – похулиганничали малость, да и то, непонятно кто. В общем, как говорят, пронесло пока – и слава Богу…

Попутно выяснилось, что в результате выезда опергруппы в "сухом остатке" только зарегистрированный звонок в милицию по "02", да переданное сотрудникам ОВД написанное от руки заявление о совершенном преступлении в одном экземпляре. Протокола о происшествии на месте не составлялось, акта о нанесении ущерба тоже, свидетели не разыскивались и официально не опрашивались, копии заявления, со штампом о регистрации преступления в милиции на руках у потерпевших не осталось.

После ряда безуспешных звонков по сотовому телефону сотруднику Уголовно-следственного отдела (УСО) Савеловской прокуратуры, который при слове "журналист" немедленно напрягался и начинал говорить о своей большой занятости, мне не оставалось ничего иного, как отправиться в Савеловскую межрайонную прокуратуру лично и попытаться узнать хоть что-то о перспективах расследования в официальном порядке. В первую очередь удалось выяснить то обстоятельство, что этого сотрудника, Шарпутдина Годаева, в последний раз видели два-три месяца назад, когда он приходил, чтобы сдать больничный. "С тех пор он вообще пропал, так что не знаю даже, где его искать. Ничем не могу помочь", ‑ уныло сообщил дежурный регистратор. Ну, пропал, так пропал. Есть же и дежурный прокурор, в конце концов, в служебные обязанности которого входит разрешение неразрешимых вопросов.

В приемной дежурила красивая молодая женщина самого что ни на есть "нестеровского" типа по фамилии Нестерова, которая внимательно выслушала изложение ситуации. Можно было догадаться, что Александра Юрьевна была в курсе происшедшего, т.к. на столе перед ней лежал какой-то документ, предусмотрительно прикрытый бумагой, который она по мере рассказа время от времени, сверяясь, приоткрывала.

Выяснить удалось немного, но все же: Шарпутдин Джабраилович Годаев – реально существующий сотрудник УСО, который, скорее всего, пропадает в судебных заседаниях. Нарушения, которые могли быть допущены сотрудниками опергруппы при выезде на место происшествия, находятся в компетенции прокурорского расследования. Равно, как и сам ход расследования дела, которое, в случае возбуждения, будет производиться при данных обстоятельствах органами милиции. Прокуратура может вмешаться в качестве надзорной инстанции только в том случае, если появятся отдельные заявления от пострадавших, либо свидетелей. То есть, если уголовное дело будет возбуждено по ст. 213 (хулиганство) и ст. 214 УК (вандализм). Поскольку получивший по голове ученый из МГУ не заявлял о нанесении ему телесных повреждений, то по ст. 116 (побои) и ст. 115 (умышленное причинение легкого вреда здоровью) УК РФ ни возбуждать дела, ни искать никого не будут, а даже если и найдут, привлекать к ответственности не станут. Чтобы прокуратура имела основания исправить такое досадное упущение, потерпевшему надо либо писать отдельное заявление в милицию, либо обращаться в прокуратуру с жалобой на то, что милиция забыла предупредить его о такой возможности (чего предпринимать, в силу определенных причин он, похоже, уже не намерен). То же самое касается и остальных потерпевших – сотрудников "Богородичного Центра", находившихся там во время налета, но не догадавшихся заявить отдельно о том, что в их адрес допускались грязные оскорбления и были направлены угрозы нанесения вреда здоровью и жизни (ст.ст. 130 и 119 УК РФ). Ну, а факт взлома помещения (распила металлической решетки электропилой) и попытки выбивания замка, не установленные при неосуществленном осмотре и не занесенные в несуществующий протокол, можно считать досадным упущением.

Может быть, это только показалось, но в вышеприведенные и некоторые другие подробности практики отношений между потерпевшими от преступлений и расследующими их, прокурорские работники посвящали журналиста лишь после того, как он задавал конкретные вопросы по каждому из интересующих пунктов. В том числе, и о том, не стоит ли обратиться за консультацией по поводу создавшейся ситуации, например, к руководству Главного управления собственной безопасности МВД или к конкретным, известным своей бескомпромиссностью, высоким чинам в иных силовых структурах. Собственно, консультироваться с ними буквально через день все равно пришлось. Но, это было уже после того, как ровно в день посещения корреспондентом прокуратуры, руководителю ЦРД отцу Александру Долаберидзе было объявлено, что уголовное дело, все-таки, возбудят, по крайней мере, по факту вандализма.

После беседы с одним из сотрудников милиции, выезжавшим в составе опергруппы на адрес вечером 15 февраля, у меня осталось ощущение, что тот, несмотря на вполне адекватное милицейское отношение к подобного рода безобразиям и, соответственно, к негодяям, которые их творят, что-то недоговаривает. Версию о том, что "богородичники" не поделили что-то с "коллегами по бизнесу", сотрудник отмел сразу: в районе эту организацию хорошо знают, а местная милиция тем более в курсе ее "бизнеса", который заключается в том, что ЦРД помогает неимущим, содействуя местной организации социальной помощи, расположенной по соседству. Впрочем, то же самое в находящихся рядом кварталах может сказать любая местная старушка или бомж, которым "сектанты" часто помогают продуктами и носильными вещами. Когда мой собеседник, сказав в очередной раз, что ума не приложит, кому могли так досадить "эти святые", чтобы к ним "на взлом пошли", замолк, оставалось лишь спросить: "Ну, а сам-то, как считаешь, откуда ветер дуть может?".

То ли подействовало обещание, что ни в коем случае имени его не будет нигде упомянуто, то ли просто в азарте, но этот совершенно нормальный парень рассказал какие-то странные вещи. Смысл их в том, что еще пару лет назад у милиции и "богородичников" все было "вась-вась". А в начале позапрошлого года что-то резко изменилось – появилось новое начальство, новые указания сверху, и отношение к "сектантам" изменилось на подчеркнуто холодное. В смысле, когда они жалуются на всякую чепуху ‑ мол, на стенах у них пишут, камнями кидают – так, это их дело, и вмешиваться не надо. Потом в районе ликбез стали устраивать, объяснять, что это еретики, злейшие враги православных русских и т.д.

После такого рода информации пришло время поинтересоваться у самих православных, что они думают по этому поводу. Прихожане находящегося поблизости храма святителя Митрофана Воронежского про соседство с "сектантами" что-то слышали, но где конкретно располагается их "капище", сказать сумел только один дедок, который собирал мелочь неподалеку от паперти. Зато расспросы о "сектантах" живо заинтересовали нескольких молодых людей, бесцеремонно вступивших в разговор. Они тут же стали громко утверждать, наверное, вполне справедливые слова о том, что Москву запакостили и старикам не на что жить, нечем платить за квартиру. Но затем перешли к обличению виноватых в этом "черных" и сектантов, что все одинаковые, вроде "богородичников", которые уводят народ от истинной веры. И вообще, вместо того, чтобы искать тут неизвестно зачем сектантов, надо, как подобает русскому человеку, гнать их в три шеи…

Выяснить позицию священников, в частности настоятеля храма о. Димитрия Смирнова, удалось лишькосвенно. Потому что знаменитый священник, известный своим жестким отношением к иноверию, отвечать на вопросы, касающиеся даже возможности его собственного отношения к противоправным преследованиям каких-либо религий, в последнее время старательно избегает. "Да, я приветствую, когда православные изгоняют сектантов, несущих русским людям погибель. Но Церковь никогда не давала благословения ни на какие такие акции", ‑ говорит он. Так что, ни о сочувствии подвергшимся нападению иноверцам, ни о каком-то участии в чем-либо подобном священник одинаково не желает даже говорить.

Быть может, все действительно изменилось? Потому что, еще в 2003 году начальник отдела аппарата правительства Андрей Себенцов, выступая в радиопрограмме "Маяк", говорил буквально следующее: "Относительно того, что в православной Церкви очень много людей, которые по сути своих высказываний достаточно легко попадают в экстремисты, скажу: встречаются. Например, отец Дмитрий Смирнов, выступая по радио, призывал громить секс-шопы булыжниками и оказывать давление на власть приходом в органы местного самоуправления нескольких тысяч людей для того, чтобы было принято решение в отношении сект. Разве это не экстремизм? По-моему экстремизм". Поэтому то, что сегодня священник уже остерегается громко призывать к "антикультизму во имя православия", следует считать, наверное, неким прогрессом? Да и проповедовавшиеся им в 2001 году по радио "Радонеж" идеи о христианской сущности свастики, которую, тем не менее, "лучше избегать применять, потому что по этому поводу могут быть и провокации", тоже не развиваются...

С другой стороны, как раз о. Димитрий Смирнов и проявил себя как наиболее грамотный пропагандист вероненавистничества в отношении иных религий. В отличие от "стихийных" батюшек, призывавших непосредственно "к топору", он разработал не лишенную определенного изящества методологию, изложенную в одном из его выступлений следующим образом: "Двум человекам в любом городе вполне под силу узнать адреса, фамилии, имена, отчества, домашние адреса руководителей всех существующихсект. Ну, можно создать плакаты, а на ксероксе их размножить, не хуже, чем наши братья по разуму – саентологи, и заклеить все государственные учреждения этими плакатами. И можно их отфотографировать при выходе из дома. Чтобы каждый житель города знал в лицо, знал фамилию, имя, отчество, домашний адрес и телефон. Можно ещё и факс, и е-mail. И пусть дальше продолжают жить. …И я думаю, для многих будет достаточно, чтобы отсюда уехать. По крайней мере, не один кирпич полетит в эту форточку". "Я не подстрекатель", ‑ своеобразно закончил о. Димитрий вышеприведенные рекомендации, напоминающие ленинские инструкции об организации "экспроприации буржуйского имущества".

Поэтому и пришлось корреспонденту обращаться за консультацией к тем специалистам, которые компетентны в вопросах экстремизма по роду своей деятельности. Причины, по которым они не высказываются открыто и откровенно избегают огласки в СМИ, представляются вполне понятными уже из того, что удалось выяснить. А выяснилось в данном случае не так уж и мало.

Во-первых, слова, обороненные людьми, напавшими на Богородичный центр, ‑ "православное братство", имеют самое непосредственное отношение к проблеме, возникшей у правоохранительных органов, пытавшихся бороться с коррупцией еще в середине 90-х годов прошлого века. Именно тогда по всей территории России стали возникать нелегальные объединения бывших и действующих сотрудников милиции в группы, называвшиеся "православными". Подобные группы разрастались и постепенно легализовались в качестве общественных организаций, получая "благословения" известных православных священнослужителей. В качестве примера можно ознакомиться с некоторыми принципами деятельности одного из братств, "следы" которого позже удалось найти даже в Интернете по адресу http://www.vernost.ru. Братчики сами сообщают о себе, что: "История братства начинается в декабре 1994 года, когда Владимир Морозов и его сподвижники, выйдя из действовавшей в то время в Москве русской патриотической организации, объединявшей людей разного вероисповедания, решили создать Православное Братство и пришли за благословением на это дело к духовнику Свято-Троицкой Сергиевой Лавры Архимандриту Кириллу (Павлову). Напутственные слова Отца Кирилла "Привлекайте людей, копите силы!" положили начало деятельности Братства, направленной на приготовление почвы для восстановления в России православной монархической государственности. По благословению Отца Кирилла, Духовником Братства стал Настоятель Московского подворья Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, тогда Игумен, а ныне Архимандрит Лонгин (Корчагин). … Первый молебен c целованием Креста на верность Братскому Делу первыми членами Братства состоялся в первый воскресный день Великого Поста в 1995 году - в День Торжества Православия".

"Первоначально Братство называлось "Свято-Троице-Сергиево Братство ревнителей Православия", позднее же по благословению своего Духовника оно было переименовано в Воскресенское Православное Братство".

С момента создания… Братством проводилась работа по следующим направлениям: организация рабочих мероприятий на Московском подворье Свято-Троицкой Сергиевой Лавры; нахождение материальной помощи для Московского подворья Свято-Троицкой Сергиевой Лавры; сбор, покупка и распространение по общеобразовательным школам Москвы православной литературы; содействие возвращению Церкви её территорий, незаконно занимаемых посторонними лицами; поддержание общественного порядка на Патриарших и иных Богослужениях в московских храмах и храмах Свято-Троицкой Сергиевой Лавры; организация и проведение спортивных занятий по рукопашному бою; миссионерская деятельность…".

"В декабре 2001 года Духовник Братства благословил Владимиру Морозову отойти от дел Братства. С этого времени Старостой Воскресенского Православного Братства стал Сергий Воронцов".

Список мероприятий, входящих в круг обязанностей членов Братства: видетельская база (? – авт); уголовный розыск; патрулирование улиц; контрольные закупки; выезд на задержание; охрана городских мероприятий". Для вступления "московская прописка обязательна. Приглашаются православные патриоты для работы в дружине ВПБ". (Следует уточнить, что дружина создана …на базе ОВД "Нижегородский").

Надо сказать, что после Архиерейского Собора 2000 года формально, в частности, из такого рода организаций в районе Москвы остались лишь Братство св. Димитрия Донского в Коломне и Братство св. Тихона в Клину. Однако фактически структуры большинства созданных организаций сохранились и продолжают функционировать до сей поры.

В Москве и области в числе подобных организаций имеется даже "Опричное братство во имя св. Иосифа Волоцкого" сотрудничающее с ОПД "Русское действие" (http://www.nationalism.org/rusaction/index.htm) и издающее газету "Царский опричник" (http://nationalism.org/bratstvo/oprichnik/index.htm).

Но есть и "Братство во имя Всемилостивого Спаса" (БВС), информационный листок которого, по странному совпадению, издается при церкви Свят. Митрофана Воронежского, что в Петровском парке. Согласно учредительным документам, оно объединяет духовные общины московских протоиереев: Владимира Воробьева, Аркадия Шатова, Дмитрия Смирнова, Александра Салтыкова и Валентина Асмуса.

БВС – союз весьма состоятельный во всех отношениях. В него входят девять юридических лиц, включая общество "Ревнителей православной культуры" и медико-просветительский центр "Жизнь". Есть иконописные мастерские и столярное производство, оснащенное качественным российским и зарубежным оборудованием. Принадлежат Братству издательство, продукция которого реализуется в России и за рубежом, магазины "Православное слово", торгующие оптом и в розницу православными изданиями и иконами, множество торговых точек в крупных торговых центрах столицы. Есть свой автопарк, ведется строительство, используются сельскохозяйственные угодья в Богослово и под Волоколамском. Члены Братства работают в комиссиях при патриархии и различных министерствах и ведомствах – культурных, образовательных, здраво- и правоохранительных, силовых и т.д. Братство является учредителем Фонда христианского просвещения и благотворительности. Все это позволяет допустить, что это самое мощное среди православно-общественных объединений России имеет неплохой бизнес.

Среди доходных мероприятий организации, в частности, можно назвать и туризм. В настоящее время, этот род деятельности считается наиболее доходным после шоу- и игорного бизнеса. Поэтому то обстоятельство, что среди объектов культурного туризма БВС есть Соловки и Валаам, считающиеся у религиозной организации, которой принадлежит Центр русской духовности, особо святыми местами, по мнению одного из консультантов, занимавшего высокую должность еще в МВД СССР, вполне могло стать по крайней мере одной из причин особой неприязни православной организации к названным "сектантам". А тем более, "приватизация" ими роли наследников уничтоженной большевиками Российской Православной Церкви.

Известно также, что именно о. Димитрий, кроме многочисленных должностей, особо занимается "взаимодействием с правоохранительными органами и вооруженными силами", возглавляя соответствующий Синодальный отдел. Разумеется, при этом священнику приходится общаться со своими коллегами из "силовиков" на достаточно высоком уровне. И тут слишком велик соблазн в случае необходимости использовать бытующее в этой среде специфичное представление о христианстве, для того, чтобы заиметь некую неформальную поддержку собственных корпоративных интересов, к примеру, БВС. Ведь высокие чины управлений и министерств, вероятно, вряд ли углубятся в этико-правовые или богословские изыскания при определении степени вредности той или иной религиозной организации, мешающей РПЦ МП, предпочитая простое разделение на "своих" и "чужих". Может быть, этим, в какой-то степени, и объясняется особая симпатия к о. Димитрию Смирнову сотрудников местной милиции? Как и то, что в составе группы, выезжавшей на место происшествия вечером 15 февраля, случайно оказался офицер, состоящий с настоятелем православного храма в весьма добрых отношениях…

"Все коррумпировано насквозь, ‑ приватно поделился с корреспондентом Портала один из известных российских специалистов в области криминалистики. - То, что вы видите и о чем пишете в своих статьях, это мааа…аленькая такая верхушка айсберга. В действительности существует много того, что, и то примитивно, изображается в самых откровенных детективах и боевиках. Жизнь любого из нас – моя, ваша – ничего не стоит по сравнению с интересами тех, кого вы смотрите по телевизору, … по сравнению с их возможностями. Тем более, "богородичники" какие-то, сектанты. Вы, вот, верующий и хоть на рай свой наверное надеетесь. А я неверующий, так что хочу пожить еще немного. А вы спрашиваете, что не пишу обо всем этом…".

Как видим, вопросов пока гораздо больше, чем ответов. Однако, "нет ничего тайного, что не сделалось бы явным, ни сокровенного, что не сделалось бы известным и не обнаружилось бы", свидетельствует евангелист Лука. А подобным свидетельствам глупо не доверять

Михаил Ситников,
для "Портала–
Credo.Ru"


© Портал-Credo.Ru, 2002-2018. При полном или частичном использовании материалов ссылка на portal-credo.ru обязательна.
Пишите нам: [email protected]