Портал-Credo.Ru Версия для печати
Опубликовано на сайте Портал-Credo.Ru
02-10-2017 15:52
 
МОНИТОРИНГ МИ: У Pussy Riot получилось бы больше, стань они монахинями. Хедлайнер Beat Weekend 2017 в Екатеринбурге — о том, кому и как следует менять мир к лучшему

Мортен Тровик — режиссер из Норвегии, называющий свой творческий метод гипертеатром. Смысл, кажется, в том, что местом действия становится вовсе не сцена или то, что выполняет функцию сцены в данный момент. Именно так было в случае с концертом словенской рок-группы Laibach в Пхеньяне, который Тровик организовал в 2015 году, спустя годы после первого контакта с функционерами северокорейского правительства, ответственными за культуру. В том же 2015 году концерты этой группы были запрещены в Москве и Петербурге — многих, и не только в России, смущает особый интерес Laibach к эстетике тоталитарного искусства. А в КНДР первый в ее истории рок-концерт стал частью празднования юбилея независимости после оккупации полуострова японскими фашистами. Более того, режиссеру позволили снять фильм об этом культурном событии, который так и называется — «День Независимости». Но видеть во всем этом просто тонкий троллинг художника-акциониста — значит утверждать, что он действует слишком грубо. Особенно сейчас, когда Северная Корея по понятным причинам в центре внимания. Об этом опыте и о развитии своего метода сам Мортен Тровик расскажет на паблик-токе, который пройдет с показом фильма 5 октября в рамках программы фестиваля документального кино о новой культуре Beat Weekend 2017 на площадке Ельцин Центра. Мы побеседовали с художником накануне его приезда в Екатеринбург. 

О переменах в России

В России с разными показами я бываю по нескольку раз в год. Но Москву посетил в этом мае впервые после 25-летнего перерыва. Я бы никогда не подумал, что применю к Москве слово «уютный». Но это слово действительно просится в качестве оценки того, какой стала Москва, по крайней мере, в некоторых районах — в основном, конечно, в историческом центре. Это действительно большие перемены — во всяком случае, по сравнению с тем, что я видел, когда учился в Москве в 1993–1994 годах. Я знаю, что многие москвичи не очень довольны изменениями в облике своего города. Как многие россияне вообще готовы спорить с тем, были ли прошедшие полтора-два десятилетия в их стране временем развития. Но у меня, во-первых, взгляд со стороны. А во-вторых, я бы смотрел на эти вещи довольно утилитарно — быть недовольным тем, что делает власть, гораздо лучше в комфортных бытовых условиях, чем в некомфортных.

О правде и критическом мышлении

Я понимаю, что порой говорю то, с чем не готовы согласиться ни представители западной политической и культурной элиты, ни те, кто называют себя «критически мыслящими» людьми в России. На мой взгляд, критически мыслить — это значит уметь это делать в первую очередь в отношении самого себя. А человек, который обладает таким умением, не будет спешить становиться на позицию морального авторитета или ментора по отношению к кому-то другому. К большому сожалению, этим умением сегодня отличаются очень немногие. 

Я бы сказал, критический подход к сказанному, прочитанному, увиденному вообще всё чаще замещается на селективный. Это когда из всего массива аргументации ты берешь во внимание и принимаешь только то, что близко тебе.

И, соответственно, не замечаешь и отвергаешь то, что по какой-то причине тебе заведомо не нравится. Не знаю, есть ли в России народное обозначение этого явления, но у нас про такое говорят: «Как черт читает Библию». Собственно, в Библии тоже есть выражение на этот счет — о соринке, которую увидишь у другого, и о бревне, которое не замечаешь в своем собственном глазу. Проблема еще в том, что правда — пример парадоксов, которыми наполнен наш мир. Мы стремимся знать правду, но не каждый к ней оказывается готовым. Правда бывает очень грязной вещью и состоит из множества элементов, которые могут противоречить друг другу. 

Об эффектности и эффективности

Менять что-то лучше изнутри, будучи частью того, что ты хочешь изменить. В России девушки из Pussy Riot попытались повлиять на церковь. Для этого постарались произвести максимальный эффект. Но чего они добились, кроме непропорционально жесткой реакции на свои действия? Насколько я могу судить, они даже всенародной известности не получили. Спустя время о них стали забывать даже те, кто когда-то заметил и по-своему оценил их поступок. Довольствоваться в итоге ролью «чебурашек», чтобы твоим примером могли иллюстрировать антипутинские тезисы для западного телезрителя? Рискну предположить, что куда большего девушки достигли бы, если бы сами стали частью церкви, которую они хотели видеть более современной и менее связанной с политической властью в России. Возможно, было бы больше толку, если бы они приняли постриг и стали монахинями, а после словами и делами продвигали реформацию или хотя бы саму идею ее начать. Не исключая политическую часть дискуссии, раз в их панк-молебне был политический манифест. Это хороший пример того, как художнику важно находить баланс между эффектным самовыражением и собственной эффективностью. 

Об умении ждать

Концерт рок-группы Laibach в Пхеньяне — это история о терпении, которое, на мой взгляд, должно быть у художника. Это история о том, каким может быть результат работы, которой ты посвятил годы и при этом покинул зону комфорта. Одно дело работать в теплых, светлых и хорошо посещаемых галереях и концертных залах, другое — когда приходится шаг за шагом укреплять доверие и создавать основу для событий в культурной сфере, которые прежде нельзя было представить. И при этом всегда иметь в виду риск того, что внешние обстоятельства (международная обстановка тоже) могут отбросить тебя на несколько шагов назад. Но это тоже будет вызов, который интересно принять и в обстоятельствах которого интересно работать.

О корейском кризисе

Я из числа тех, кто совсем не верит, что нынешнее обострение обстановки вокруг Северной Кореи приведет к новой войне. Не стоит придавать слишком большое значение тому, что говорят сейчас политики и дипломаты. Эта функция в сегодняшнем мире может достаться артистам, шоуменам, откровенным клоунам — вспомните того же Трампа. Но есть колоссальная разница между ними и теми, в чьих руках подлинная власть, кто вершит судьбы мира. За нынешним обострением может последовать и даже более серьезное, но правда в том, что война на самом деле не нужна никому. Ведь тогда это будет гораздо более масштабная (в том числе по последствиям) война, чем была здесь, на этом полуострове, полвека назад. 

Более того, на мой взгляд, никто по-настоящему не хочет и падения режима Кимов в Пхеньяне. Это грозило бы серьезной разбалансировкой сил в регионе. Кстати, по моим ощущениям, едва ли не меньше всех других о крахе северокорейского режима мечтают в Южной Корее.

Я был там тоже и общался, например, с представителями молодого поколения. Они, во-первых, не знали другой истории, кроме раздельного существования с Пхеньяном. А во-вторых, они прекрасно понимают: 25 млн человек, которые столько лет жили в другой парадигме и вдруг в одночасье должны стать гражданами единой Кореи, — это не шутка. «Почему мы должны заботиться об этих гопниках, живущих на севере?» — вот его вопрос, который прозвучал в нашем разговоре.

О политике и культуре

Политика — слишком сложная и тонкая материя, чтобы доверить ее политикам. Особенно политикам сегодняшним. И особенно в сегодняшнем мире, который стал очень непрост. Политики слишком очарованы идеей быстрых перемен, внешними эффектами. Они не могут обеспечить поступательное движение, постепенные перемены, плавные реформы, которых часто, может быть, и не видно. Политики склонны к навязыванию простых решений, причем, естественно, именно их рецепт им видится исключительно правильным. Проблема в том, что лично я знаю мало хорошо закончившихся революций за последние 10, 20, 30 лет… Поэтому, на мой взгляд, культура гораздо лучше справляется с задачей менять мир. Она создает предпосылки для перемен на том уровне, какой, по-видимому, недоступен политикам. Действия политиков часто направлены на разрушение, причем плохо то, что разрушению поддается и внутренний мир человека. В образовавшийся вакуум может попасть все что угодно, и мы на многих примерах теперь знаем, насколько это может быть опасно. Культура созидательна. Она медленно строит фундамент нового человечества, но он гораздо прочней и безопасней.

Александр Полозов,

"ZNAK", 2 октября 2017 г.

 

Пожалуйста, поддержите "Портал-Credo.Ru"!


© Портал-Credo.Ru, 2002-2017. При полном или частичном использовании материалов ссылка на portal-credo.ru обязательна.
Пишите нам: [email protected]