Портал-Credo.Ru Версия для печати
Опубликовано на сайте Портал-Credo.Ru
05-04-2004 00:05
 
"ECONOMIST": Когда люди приходят в суд. Дело Секо Асахары и правосудие в Японии

Большой приговор и еще большие опасения по поводу системы уголовного правосудия в Японии

Одно событие привлекло на короткое время внимание прессы. Другое, которое может значить намного больше, прошло почти незамеченным.

27 февраля, почти через девять лет после того, как культ "Аум Синрике" потряс Японию, произведя нападение с применением отравляющего газа в токийском метро, судья регионального суда огласил свой вердикт лидеру культа. Судья нашел Тизуо Мацумото, который называет себя Секо Асахара, виновным в организации нападения 1995 года, в результате которого погибло около десятка человек и пострадало тысячами более, а также ряда других серьезных преступлений, датируемых с 1989 года. Он был приговорен к повешению. Этот вердикт и обвинительное заключение доминировали в японских сводках новостей.

Событие, которое прошло менее замеченным, но может гораздо больше повлиять на правосудие в Японии, - решение кабинета министров от 2 марта послать в парламент девять законопроектов по реформе законодательства. Эти законопроекты, совместно с другими, направленными ранее в этом году, касаются всего - от подготовки адвокатов до споров по патентам между потерпевшими ущерб учеными и их работодателями.

Одной из важнейших областей, затронутых реформой, является отношение к уголовным делам. Некоторые из предлагаемых изменений обсуждались в течение более десяти лет, и сторонники реформ видят в них свой наилучший шанс на поколения улучшить систему уголовного правосудия, изобилующую пороками.

Стоило ли столько ждать? Наиболее потрясающее предложение состоит во включении граждан, выбранных случайным образом, в судебные органы, которые будут принимать постановления по серьезным уголовным делам. Впервые с 1943 года простые люди в Японии смогут помочь принять решение о виновности или невиновности своих сограждан. Другие предложения включают право публики оказывать давление на полицию в выдвижении обвинений против преступников, и сделают более легким для неимущих получать своевременную юридическую помощь.

Насколько велики различия, которые будут внесены этими изменениями? Поскольку одной из целей сторонников реформ является сделать систему правосудия более "демократичной", это и в самом деле значительный шаг вперед. Судьи из числа рядовых граждан будут принимать участие в некоторых наиболее серьезных делах, а именно в тех, которые служат основанием для смертной казни или пожизненного заключения, или по таким преступлениям, как поджог, если они непреднамеренно привели к чьей-то смерти.

Как только обычные люди получат влияние в зале суда, они смогут также сдвинуть границы в пользу других реформ законодательства. Однако, как это часто бывает в Японии, есть также опасения, что эти изменения являются просто жестом, который отвлечет внимание от более крупных и необходимых шагов. Эксперт по законодательной системе Японии в Университете штата Гавайи Давид Джонсон говорит, что эти предложения слишком мало напрямую улучшат действия полиции и прокуроров.

В частности, предложенные законы не адресуются к двум очевидным недостаткам, каждый из которых связан с тем, что в Японии твердо опираются на признания, и с ее умопомрачительно высоким уровнем обвинений в 99%.

Во-первых, власти редко тщательно расследуют преступления. В таком известно невозмутимом и стабильном обществе, как японское, это отнюдь не приводит к тому, что так же много преступников выходят на свободу, как в других странах. И тем не менее это проблема. Не желая рисковать, прокуроры стараются выдвигать обвинения только в тех случаях, когда имеют очевидное дело - что на практике означает подписанное признание. Полиция тоже может быть осторожной и, как следствие, неспешной в арестах.

Более того, преследуя подозреваемого, полицейские демонстрируют мало склонности к детективной работе. Их стандартный способ построения дела, от которого они редко отклоняются, - допрашивать обвиняемого, пока тот не сознается.

В деле Асахары все это высветилось. В годы, предшествовавшие теракту в токийском метро, он и его культ были вовлечены в несколько убийств и другие серьезные преступления, включая менее заметные нападения с использованием отравляющего газа. Однако полиция сделала немного попыток расследовать его участие. После терактов в Токио им понадобилось почти девять лет, чтобы признать его виновным, отчасти потому, что Асахара не отблагодарил государство признанием. После того, как войдут в силу предложенные реформы, Комитет по надзору за прокурорами, состоящий из обычных людей, обретет более сильную власть, чтобы настаивать на предъявлении обвинений. Однако без сил полиции, способных проводить расследование лучше и делать больше арестов, это даст незначительный эффект.

Второй и вероятно более тревожащий недостаток японской системы является следствием страха полиции перед неудачей. Поскольку они не хотят, чтобы им указывали на ошибки, и поскольку прокуроры продвигают только дела, которые основываются на признаниях, обе группы используют всю мощь своих широких полномочий, чтобы заставить подозреваемых говорить. Они могут, к примеру, задерживать подозреваемых на 23 дня без предъявления обвинения. Исследования в Соединенных Штатах показали, что большинство подозреваемых не могут выдержать в камере так долго, чтобы не предложить признание - неважно, подлинное или нет.

В Японии, более того, подозреваемые во время этого длительного заключения обладают лишь ограниченным доступом к своим адвокатам. Хотя конституция и дает обвиняемым право на консультации, на практике это право немногого стоит, пока не предъявлено формальное обвинение. Как правило, полиция ограничивает доступ к услугам адвокатов во время периода задержания, в то же время пользуясь возможностью частых допросов подозреваемых.

Полиция и прокуроры, а также многие судьи, утверждают, что целью этой системы является поощрение перевоспитания и возмещения вреда благодаря тому, что преступников убеждают признать истину. Однако власти, кажется, отнюдь не уверены, что проведение аудио- или видеозаписи таких сеансов обретения истины может способствовать процессу исцеления. В стране видеокамер и диктофонов полицейские камеры допросов - почти единственные зоны, свободные от этих устройств.

Даже некоторые критики этой системы допускают, что власти Японии могут быть более заинтересованы в истине, чем их партнеры в других системах правосудия. Однако адвокаты защиты в Японии указывают на опасный потенциал "эффекта Галапагосских островов" - на возможность того, что история подозреваемого, после того, как он провел столько времени в изолированном кольце допросов, будет резко отличаться от того, что было на самом деле.

Отклоняясь от курса на проработку этих проблем, правительство Японии не смогло воспользоваться большинством великолепных возможностей для реальной реформы. Если и есть еще надежда, то на упомянутых судей из числа рядовых граждан. Когда они войдут в судебный процесс и увидят, как подогнаны уголовные дела, пойдут ли рука об руку со старой системой - или станут, дело за делом, голосовать за что-то лучшее? По крайней мере, теперь есть шанс.

"Economist", 04 March 2004


© Портал-Credo.Ru, 2002-2020. При полном или частичном использовании материалов ссылка на portal-credo.ru обязательна.
Пишите нам: [email protected]