Портал-Credo.Ru Версия для печати
Опубликовано на сайте Портал-Credo.Ru
03-07-2017 15:03
 
"ГРАД ПЕТРОВ": Могло ли на Священном Соборе произойти воссоединение со старообрядчеством? Поместный Собор 1917-1918 гг. должен был вынести постановление о старом обряде, но из-за революционных событий не успел этого сделать

Поместный Собор 1917-1918 гг. должен был вынести постановление о старом обряде, отменить «клятвы» и разрешить прием старообрядческих епископов в сущем сане, но из-за революционных событий не успел этого сделать.

Программа Александра Мраморнова «Великий Собор» с доктором исторических наук, профессором Сергеем Львовичем Фирсовым, ээфир 21 июня 2017 г.

Александр Мраморнов:

Сегодня мы беседуем с Сергеем Львовичем Фирсовым, доктором исторических наук, ответственным редактором тома издания документов Священного Собора с материалами Отдела о единоверии и старообрядчестве.

Скажите, вопрос о старообрядцах был важным для Собора 1917-1918 гг.?

Сергей Фирсов:

Это один из важных вопросов, которые Русская Церковь поднимала в течение не одного десятилетия. Мы помним, что еще в 1800 году были составлены митрополитом Московским Платоном (Левшиным) правила о единоверии. Вопрос о воссоединении со старообрядцами-поповцами был всегда для Церкви актуален. О беспоповцах речь не шла.

Александр Мраморнов:

Речь о так называемом Австрийском согласии.

Сергей Фирсов:

Австрийское согласие появилось позже, в 1846 году, после того, как митрополит греческий, находившийся в то время на покое, Амвросий (Попович) согласился стать старообрядцем, по сути, и по второму чину сам был причислен к старообрядцам, рукоположил (в одиночку) несколько ставленников русских староверов. Император Николай Первый категорически этого не принял. И в течение многих лет против старообрядческих архиереев были гонения.

Безусловно, отношение к старообрядцам в России менялось. Уже у императора Александра Второго среди охраны – наиболее проверенных людей – были старообрядцы. Александр Третий относился к ним с глубокой симпатией. Николай Второй искренне считал, что вопрос о старообрядцах должен быть разрешен.

Александр Мраморнов:

Но при нем не разрешен вопрос вот этих печатей храма на Рогожском кладбище.

Сергей Фирсов:

При нем был разрешен вопрос о снятии печати. В 1905 году Рогожское кладбище, опечатанное при Николае Первом, все-таки снова стало старообрядческим центром. И в дальнейшем ситуация для старообрядцев все-таки изменялась в лучшую сторону. В 1905 году 17 апреля был принят Высочайший Указ об укреплении начал веротерпимости, полтора года спустя, 17 октября 1906 года появился специальный указ, в котором разрабатывались вопросы, касающиеся староверов. Но здесь, я должен сказать, произошла странная психологическая подмена: те, кто со стороны государства готовили этот закон, полагали, что его принятие позволит приблизить старообрядцев к главенствующей церкви. В частности, заместитель, то есть товарищ, министра внутренних дел, коим тогда являлся Петр Аркадьевич Столыпин. С.Е.Крыжановский в своих воспоминаниях писал о старообрядческих архиереях и священниках: с суровыми лицами, в нанковых рясах, они производили замечательное впечатление, и думалось – возрождение Церкви должно пойти от гонимых.

ЦИТАТА:

Последний государственный секретарь Российской империи Сергей Ефимович Крыжановский:

«В работах этих мне лично не пришлось участвовать, за исключением выработки «Положения о старообрядческих общинах», которое было подвергнуто обсуждению в созванном при Министерстве внутренних дел старообрядческом съезде, состоявшем из архиепископа Иоанна, всех епископов и некоторых видных старообрядцев мирян: Бугрова, Блинова и др. Мне пришлось и председательствовать в этом единственном в своем роде Собрании, и я вынес из него глубокое уважение к старообрядческому высшему духовенству того времени. В нанковых рясах, с худыми строгими лицами, оно резко отличалось от упитанного духовенства господствующей церкви, с его шелковыми одеяниями, орденами и явным нередко равнодушием к делам духовного мира.

Различие духовенства гонимого и торжествующего сказывалось с полной яркостью, и невольно наводило на мысль, что возрождение церкви, о которой так охотно у нас говорили, могло бы пойти только от гонимого. Особенно выделялся среди духовенства своим нравственным обликом и спокойным достоинством архиепископ Иоанн (Картушев)».

То есть Церковь он, получается, воспринимал, включая в нее старообрядцев, но сами старообрядцы, те, кто принимал участие в работе с Министерством внутренних дел по поводу разработки этого закона, так не считали.

Александр Мраморнов:

А единоверцы?

Сергей Фирсов:

Это отдельная тема.

Александр Мраморнов:

Такой активный деятель начала XX века, который проявил себя очень активно на Соборе, как Симон (Шлеёв).

Сергей Фирсов:

Да, и Симон (Шлеёв), и его отец, кстати говоря, выдвигавшийся Собором в качестве кандидата в епископы…

Александр Мраморнов:

Симон стал епископом, его титул – Охтенский, он связан с Петербургом, поэтому нашим слушателям в Петербурге, тогда Петрограде, особенно интересно узнать о нем и его роли на Соборе 1917-1918 гг. (епископ Симон прославлен Юбилейным Архиерейским Собором Русской Православной Церкви 2000 г.).

Александр Мраморнов:

Почему клятвы до 1971 года не снимаются со старообрядцев, в чем проблема?

ЦИТАТА:

Деяние Освященного Поместного Собора Русской Православной Церкви об отмене клятв на старые обряды и на придерживающихся их

30 мая-2 июня 1971 г.

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.

Собравшийся в Троице-Сергиевой Лавре в Загорске Поместный Собор Русской Православной Церкви счел благовременным подвергнуть соборному рассмотрению решения Поместных Соборов Русской Православной Церкви: Московского 1656 года и Большого Московского 1667 года — в части, касающейся наложения ими клятв на старые русские обряды и на употребляющих их.

…На основании определений этих Соборов упорствующие последователи старых обрядов были отсечены от Церкви, и образовался раскол, называемый старообрядческим, который вот уже более трехсот лет продолжает составлять предмет глубокой скорби и озабоченности Русской Православной Церкви…

Мы, составляющие Поместный Собор Русской Православной Церкви, равносильный по своему достоинству и значению Московскому Собору 1656 года и Большому Московскому Собору 1667 года, рассмотрев вопрос о наложенных этими Соборами клятвах с богословской, литургической, канонической и исторической сторон, торжественно определяем во славу Всесвятого Имени Господа нашего Иисуса Христа:

Утвердить постановление Патриаршего Священного Синода от 23 (10) апреля 1929 года о признании старых русских обрядов спасительными, как и новые обряды, и равночестными им.

Утвердить постановление Патриаршего Священного Синода от 23 (10) апреля 1929 года об отвержении и вменении, яко не бывших, порицательных выражений, относящихся к старым обрядам и, в особенности, к двухперстию, где бы они ни встречались и кем бы они ни изрекались.

Утвердить постановление Патриаршего Священного Синода от 23 (10) апреля 1929 года об упразднении клятв Московского Собора 1656 года и Большого Московского Собора 1667 года, наложенных ими на старые русские обряды и на придерживающихся их православно верующих христиан, и считать эти клятвы, яко не бывшие.

Освященный Поместный Собор Русской Православной Церкви любовию объемлет всех свято хранящих древние русские обряды, как членов нашей Святой Церкви, так и именующих себя старообрядцами, но свято исповедующих спасительную православную веру.

Сергей Фирсов:

Вопрос не был доведен до конца не по злому умыслу, а потому что Собор 1917-1918 гг. не успел, в силу ситуации политической, этот вопрос окончательно рассмотреть на Отделе и представить его ко всеобщему Соборному утверждению. То, что он был отложен до 1971 года, мне представляется большой трагедией. Потому что если бы техническое оформление (речь шла о техническом оформлении, но вовсе не технического вопроса) было бы доведено до конца и Собор принял бы решение очень внятно и четко, что снимаются клятвы со всех, кроме хулителей Церкви (это важный момент, правильный, на мой взгляд). И это показало бы добрую волю Собора, о чем, среди прочего, свидетельствовало бы Положение о единоверии.

Александр Мраморнов:

Это укрепило бы Церковь?

Сергей Фирсов:

Безусловно укрепило бы. Укрепило бы соборность во всех смыслах слова. Единоверцы могли явиться своего рода тараном или ледоколом, который предвзятость архиереев по поводу выборов священников и епископов помог бы преодолеть.

1971 год – это было уже поздно. И вопрос, по большому счету, не был актуален. Даже если бы, представим невозможное, Собор 1971 года попытался бы, а он имел на это все права, реализовать решения Великого Московского Собора и организовать епархиальные центры для единоверцев, к сожалению, уже не для кого было их формировать.

Александр Мраморнов:

А сейчас?

Сергей Фирсов:

Сложно сказать, что можно сделать сейчас. Единоверие практически прекратило свое существование.

Кстати, слухи, распространявшиеся в XIX веке, о многих миллионах старообрядцах – были сильно преувеличены. Старообрядцы составляли, конечно, значительную часть активных русских верующих, но не превышали даже трех процентов от всего православного населения Российской империи.

Александр Мраморнов:

Я все-таки надеюсь на то, что предрешения Собора 1917-1918 гг. станут когда-то полезными и на практике – для диалога со старообрядцами.

Сергей Фирсов:

Хотелось бы. Потому что на сегодняшний день проблемы раскола больше психологические, чем какие бы то ни было еще. Преодолеть предубеждение предубежденных есть самое сложное в истории человеческих отношений. Но не менее сложно это и в отношениях между институциями, тем более, если речь идет об институциях религиозных.

"ГРАД ПЕТРОВ", июнь 2017 г.

 

Пожалуйста, поддержите "Портал-Credo.Ru"!


© Портал-Credo.Ru, 2002-2019. При полном или частичном использовании материалов ссылка на portal-credo.ru обязательна.
Пишите нам: [email protected]