Портал-Credo.Ru Версия для печати
Опубликовано на сайте Портал-Credo.Ru
07-05-2003 15:59
 
"МЕРИДИАН", БЕЛГОРОД: Деревенский мусульманин

Попав в чеченский плен, он принял ислам. И даже сейчас, уже сбежав и вернувшись на Родину, он молится на коврике. Правда, потом выпивает водку и закусывает салом.

Три года в чеченском рабстве провел 45-летний белгородец Василий Малышев. За это время он успел принять ислам, овладеть чеченским языком и попасть в список пропавших без вести. Уже три года Василий Малышев живет нормальной жизнью, но пережитое до сих пор дает о себе знать. Вызвать его на откровенный разговор корреспонденту "М" удалось с большим трудом: страх жестокой расправы преследует его до сих пор.

На заРАБотки в Грозный

Середина 90-х. Обычное белгородское село. Разваливающийся колхоз. Всеобщая безработица. Помимо этих проблем, коснувшихся в тот период едва ли не каждого, 45-летний Василий Малышев еще и расстался с женой. Поэтому когда бывший одноклассник предложил Василию наняться строителем в Чечню, это показалось хорошей возможностью не только заработать, но и убежать от навалившихся проблем. Так Василий с товарищем оказались на стройках Грозного.

- Сначала все было хорошо, - рассказывает он. - Платили нам прилично, условия проживания были довольно сносными, и к новому девяносто седьмому году мы планировали вернуться домой.

Но к 97-му не получилось, как не получилось встретить на родине и следующие два года.

Кавказский пленник

В один из декабрьских грозненских вечеров земляки-белгородцы возвращались с работы. Из-за угла внезапно выскочили люди в черных масках. Василий почувствовал удар, затем глухую боль в затылке и отключился. Очнулся в багажнике автомобиля, крепко связанным и с кляпом во рту. Рядом без сознания лежал его друг.

Их привезли в забытый Богом аул и бросили в сырой грязный погреб, который на долгий срок стал для Василия Малышева домом. Холодный земляной пол стал постелью, а рваное тряпье - одеждой. Каждый день пленника выгоняли из погреба и заставляли пасти овец.

- Никакого желания бежать у меня не возникало, - вспоминает Василий, - чеченцы умеют держать в страхе своих рабов. Я не раз видел, как жестоко расправлялись с людьми, которые пытались бежать из этого ада. Им отрубали пальцы, резали уши и языки - даже вспоминать сейчас страшно.

К ежедневным физическим нагрузкам добавлялось и постоянное чувство голода. Хозяева не обременяли себя заботой о питании своего работника. Он выжил лишь потому, что ел комбикорм, которым кормили овец: сам его воровал у животных, заваривал и ел. Лишь один раз в год, в праздник Ураза-Байрам, его кормили относительно по-человечески. Такой режим питания, антисанитария и тяжелый труд наградили Василия язвой желудка и туберкулезом. Но кроме болезней Малышев вынес из Чечни и ненависть ко всему населявшему ее народу. Как он утверждает, рабовладение прочно вписалось в быт горцев. Практически в каждом доме деревни были рабы. Даже глава местной администрации владел несколькими русскими людьми. Чеченские женщины считают русских низшей расой, а дети при каждом удобном случае забрасывали их камнями. А за любой неосторожный взгляд в сторону чеченца можно было поплатиться жизнью.

В конце концов, угрозами и побоями чеченцы даже заставили Василия отказаться от родной христианской веры и принять ислам. Однако постепенно он проникся новой для него религией.

Возвращение с того света

Со временем хозяева Василия Малышева утратили бдительность: работником он оказался спокойным, покладистым. А мысли о побеге стали все чаще посещать пленников, и однажды ночью они, наконец, решились покинуть "гостеприимных" хозяев. Выкрав немного хлеба и брынзы, земляки оставили свои отары и устремились через горный перевал. Гонимые страхом, три дня они плутали в горах. Случайно наткнулись на дагестанское селение, где встретили отнюдь не теплый прием: коренные жители просто прогнали "русских собак" прочь.

Проплутав несколько дней, голодные и измученные друзья по несчастью выбрели к российскому пограничному блокпосту. После проверки пограничники поездом отправили бывших рабов на родину, где и Василия, и его друга давно уже считали погибшими. Василия "похоронили" его друзья, соседи, бывшая жена с детьми, лишь престарелая мать верила, что сын жив. Но увидеть его ей так и не довелось: она умерла незадолго до его возвращения.

"Вторая" жизнь

Как оказалось, "вторая" жизнь Василия мало чем отличается от повседневной жизни его односельчан. Как и все, он копается в огороде, ухаживает за скотиной и, как любой "нормальный" русский мужик, по копеечке откладывает на заветные пол-литра. Спросите, не противоречит ли пристрастие к спиртному мусульманской морали? Нашему герою - ничуть. Пропустить пару-тройку стаканчиков для Василия не является большим грехом. Так же, как и появление на его столе аппетитного шматка сала: украинские корни дают о себе знать. Главное для Малышева - соблюдать внешнюю сторону исламских обрядов. Тем более что постоять пару раз в день на коленях на коврике не так уж сложно. Но именно это, по мнению нашего героя, только это и способно сохранить ему жизнь.

- Если чечены узнают, что я предал их веру, они найдут и убьют меня, - говорит белгородский "мусульманин".

По словам же соседей, чеченский плен сильно отразился на характере Василия. Если раньше он был весельчаком и душой любой компании, то сегодня это угрюмый и замкнутый человек, проводящий большую часть времени в одиночестве. Разговорить его удалось лишь после совместного распития энного количества мутноватой жидкости со странным запахом. Когда Василий взялся за стакан, было нетрудно заметить, что на правой руке не хватает двух фаланг одного пальца - еще одно печальное напоминание о пережитой трагедии...

По просьбе героя публикации мы изменили его имя и не указали точное место жительства.

Игорь САВЕЛЬЕВ, Белгородский район

7 мая 2003 г.


© Портал-Credo.Ru, 2002-2020. При полном или частичном использовании материалов ссылка на portal-credo.ru обязательна.
Пишите нам: [email protected]