Портал-Credo.Ru Версия для печати
Опубликовано на сайте Портал-Credo.Ru
17-03-2004 19:21
 
Александр Крылов. ЕДИНАЯ ВЕРА АБХАЗСКИХ "ХРИСТИАН" И "МУСУЛЬМАН". Особенности религиозного сознания в современной Абхазии

В течение многих десятилетий атеизм был господствующей доктриной на территории бывшего СССР. Религия не оказывала заметного влияния на жизнь общества: большинство советских людей не были убежденными атеистами, но к вопросам религии и веры относились довольно безразлично. Все стало меняться в начале 90-х годов, когда у правящих элит новообразованных государств и их рядовых граждан возникла необходимость чем-то восполнить образовавшийся идеологический и духовный вакуум. С тех пор значение религии в обществе постоянно возрастает.

Полученные в результате анкетирования населения Абхазии [1] данные свидетельствовали о высокой степени религиозности местного населения. В 1997 г. на вопрос о своей религиозной принадлежности 55% респондентов заявили, что они христиане, 17% назвали себя мусульманами, 14,6% опрошенных считают себя неверующими, а 7,4% затруднились определить свою религиозную принадлежность. При этом, однако, большинство "неверующих" выразили "положительное" или "нормальное" отношение к религии, а некоторые написали, что собираются креститься или "веруют" без уточнения названия своей веры. Сознательных атеистов оказалось лишь 3%, еще 2% заявили, что они язычники либо придерживаются "абхазской веры".

В 2003 г. доля неверующих и атеистов еще более сократилась: 60% опрошенных отнесли себя к христианам, 16% – к мусульманам, 8% – к атеистам и неверующим, 5% к – язычникам, 3% – к приверженцам абхазской религии, менее чем по 1% проценту приходится на свидетелей Иеговы, иудаистов и "синкретистов" и 6% затруднились ответить.

Несмотря на зафиксированные анкетированием высокие показатели уровня религиозности населения Абхазии, необходимо учитывать, что отнесение себя респондентами к той или иной конфессии (само по себе, безусловно, показательное), еще не означает, что в настоящее время все они являются глубоко верующими людьми или хотя бы обладают элементарными представлениями об основах религии.

На основании проведенных в Абхазии полевых исследований можно констатировать, что у значительного количества людей, прошедших обряд крещения в православных церквях, декларируемая приверженность к христианству продолжает оставаться совершенно формальной. Даже в дни наиболее значительных христианских праздников на церковные службы приходит совсем мало прихожан.

В то же время, на молениях в абхазских святилищах нередко присутствуют многие сотни людей. В этом отношении современная Абхазия внешне весьма напоминает картину, имевшую место в первые века распространения христианства, когда монахи-летописцы с печалью противопоставляли пустующие христианские храмы шумному многолюдству древних капищ.

У абхазов несоответствие между декларируемой людьми собственной конфессиональной принадлежностью и их реальными религиозными представлениями и ритуальной практикой имеет особую специфику. В отличие от других национальных общин, где чаще всего даже прошедшие обряд крещения люди в действительности продолжают оставаться неверующими, подавляющее большинство относящих себя к христианам абхазов являются людьми с религиозным мировоззрением.

Они искренне верят в существование единого Бога-Творца (Анцэа), но не разделяют учения о Троице: не почитают Святого Духа и Иисуса Христа как Сына Божия, не посещают церкви, не совершают обряда причастия, не соблюдают никаких постов, не интересуются основами христианского вероучения, не читают Библии. Таким образом, абхазы, заявляющие о своей принадлежности к христианской вере, на самом деле не разделяют ее основополагающих догматов и числятся христианами лишь номинально.

Проведенное осенью 1997 г. анкетирование абхазов свидетельствовало о сильном влиянии на них традиционной религии, которая сложилась у абхазов в процессе их исторического развития без формообразующего влияния со стороны мировых религий. Так, 199 человек или 47,4% из числа 420 абхазов, назвавших себя христианами, признали, что они сами или их родственники имеют святилища-аныхи, либо обращались за помощью к таким святилищам. У остальных этот показатель следующий: 163 или 66,5% из 245 назвавших себя мусульманами, 34 или 47,2% из 72 затруднившихся определить свою религиозную принадлежность, 27 или 37,5% из 72 неверующих, 12 или 70,6% из 17 язычников, 6 или 60% из 10 приверженцев "абхазской веры", и 7 или 43,8% из 16 атеистов.

Большинство опрошенных сообщили, что либо они, либо их родственники имеют в родном селе аныху – святилище, под которым чаще всего подразумевалась "ажира" – кузня, почитание которой восходит к древним культам огня и металлов. В то же время, только незначительное количество респондентов указало как на собственные аныхи на святилища общеабхазского масштаба. Последнее, видимо, объясняется отчасти тем, что к наиболее почитаемым, "сильным аныхам" люди могут обращаться лишь в совершенно критической для себя ситуации.

Своеобразие религиозных представлений современных абхазов наглядно иллюстрируется следующим рассуждением проживающего в селе Ачандара Л. Хагба, считающего себя мусульманином: "Аллах [2] - это Бог для всех людей, для нас же главный Бог – Дыдрыпш, который обитает рядом, на горе Дыдрыпш-ныха". Другой наш собеседник, Золотинска Цымцба из села Бармыш, являющийся жрецом святилища Аергъ-Лапыр-ныха, заявил: "я – мусульманин, но никаких обрядов типа "байрам-майрам" не делаю, а следую только традициям своих предков". Во время традиционных молений лишь некоторые из людей преклонного возраста продолжают обращаться к Аллаху, однако это имя (наряду с Хазшаз – Творец и другими) используется ими в качестве одного из названий Бога-Творца Анцэа.

То обстоятельство, что для всех абхазов первостепенной по важности остается традиционная религия, объясняет почти полное отсутствие в их среде мировоззренческих разногласий и бытовых различий между людьми, формально относящими себя по религиозной принадлежности к христианам и мусульманам. Некоторые отличия между ними имеются в основном в похоронной обрядности: "абхазы-мусульмане" перед похоронами разбивают крышку гроба, выкапывают могилу с подбоем и т.п.

Общую для абхазов картину полной веротерпимости (порождаемой тем, что и абхазские "христиане", и абхазские "мусульмане" на самом деле исповедуют одну религию – традиционную религию своих предков) не нарушают и местные атеисты. Так, одна из абхазских "атеисток" написала в анкете, что в доме ее родителей в селе Приморском есть ажира и что она сама обращалась к ней за помощью, когда заболела, а после ее выздоровления была принесена благодарственная жертва. Другой абхазский "атеист" указал, что он регулярно вместе с родственниками принимает участие в обрядовых праздниках, то есть - в традиционных молениях.

О том, как сочетались в сознании абхазов атеизм и коммунистическое учение с их традиционной религией, дают представление следующие красноречивые высказывания наших собеседников: "В советское время я был членом абхазского обкома партии, министром, но всегда приходил на божественные обряды, даже если для этого нужно было сбежать с заседания бюро обкома" (Ш. Ампар, село Калдахуара). "Я в коммунистической партии с 1941 года, всегда следовал ее программе и уставу, но когда молился Богу – резал козу и не считаю, что это кому-то мешает, при чем тут религия?" (А. Ампар, село Калдахуара).

Сознавая особенности религиозного сознания абхазов, нынешние служители православной церкви Абхазии подчеркнуто уважительно относятся к исповедуемой ими традиционной религии и постоянно присутствуют на наиболее важных молениях в абхазских святилищах. О том, что в прошлом в Абхазии подобным же образом мирно уживались традиционная религия и христианство (а также ислам в XVII-XIX вв.), наглядно свидетельствует обрядовая практика, свидетелем которой был в конце XIX в. Н.С. Джанашиа. Описывая общинное моление о дожде и урожае (ацу-ныха), этот автор указывает, что на нем присутствовал и местный священник, который "вернулся с обедни, на которой, кроме него да причетника, вероятно, никто не присутствовал".

Далее Н.С. Джанашиа указывает, что перед началом обряда жертвоприношения, "если сельчане - христиане, служится "молебен во время бездождия": его слушает народ не с должным вниманием". Когда же после священника начинали говорить старики-молельщики, "весь народ на коленях стоит смиренно. Ни звука вы не услышите" [3]. По сравнению с описанной сто лет назад Н.С. Джанашиа церемонией, современная ацу-ныха в целом изменилась незначительно, однако в настоящее время на ней перестали присутствовать священники (которые, как видно из приведенной цитаты, и в конце XIX в. имели в среде абхазов весьма скромное влияние).

Мирное сосуществование традиционной религии и православия в прошлом объяснялось, прежде всего, тем, что духовенство фактически отказалось от борьбы против религии, которая по всем церковным канонам должна считаться языческой. Сознавая невозможность вытеснить из жизни абхазов традиционную религию, церковные иерархи довольствовались формальным признанием абхазами христианства в качестве собственной религии (таким же образом поступали в Абхазии и служители ислама).

Одной из главных причин, препятствующих реальному, а не формальному упрочению позиций православия, является нынешний неопределенный статус Абхазской церкви. После войны 1992-1993 гг. Цхум-Абхазская епархия Грузинской Православной Церкви осталась без епископа. Глава епархии митрополит Даниил (Датуашвили) был вынужден покинуть Абхазию и в настоящее время пребывает в Тбилиси. В результате уже более десяти лет руководство Грузинской церкви не имеет возможности руководить деятельностью православных приходов в Абхазии.

Русская Православная Церковь Московского Патриархата (РПЦ МП), несмотря на большое количество проживающих в Абхазии русских, продолжает рассматривать местные православные приходы как подведомственные исключительно Грузинской Православной Церкви.

Эта принципиальная позиция РПЦ МП была вновь подтверждена в конце июля 2003 г., когда Синод РПЦ МП принял специальное постановление о признании Абхазии частью канонической территории Грузинской Православной Церкви. Позиция РПЦ МП по вопросу о принадлежности православных приходов Абхазии была высоко оценена властями Грузии: тогдашний президент Грузии Э. Шеварднадзе лично поблагодарил Патриарха Алексия II за его последовательную позицию в этом вопросе.

В настоящее время православные приходы Абхазии действуют без епископского окормления и управляются временным Епархиальным советом из представителей местного православного духовенства. Этот совет отказывается признавать верховенство Грузинской Православной Церкви и не признается ею в качестве законной структуры. Таким образом, православные приходы Абхазии продолжают оставаться вне рамок нормального канонического общения как с Грузинской, так и с Русской Православными Церквями. В результате большинство православных церквей Абхазии остается без священников. Крайняя малочисленность местного православного духовенства в сильнейшей степени препятствует возрождению православия в постсоветской Абхазии.

Нечто подобное происходит и с исламом, некогда игравшим весьма важную роль в политической жизни Абхазии (XVII-XVIII вв.). Позиции ислама были подорваны массовым отъездом наиболее исламизированной части абхазов в Турцию в конце XIX в. и длительным нахождением Абхазии в составе Российской империи, а затем – СССР. В настоящее время мусульманские страны подчеркнуто дистанцируются от непризнанной республики и не проявляют желания вновь способствовать распространению здесь учения пророка.

В Абхазии до сих пор нет ни одной мечети. Считающие себя мусульманами абхазы не почитают пророка Мохаммеда, в своем подавляющем большинстве не имеют ни малейшего представления о Коране и не проявляют никакой заинтересованности в его изучении. Ни один из опрошенных нами "абхазских мусульман" ничего не знал о ежедневной пятикратной молитве, о необходимости соблюдения поста в месяц рамадан, о предписываемой исламом выплате 2,5% налога на содержание неимущих единоверцев и т.п. Лишь некоторые из них отождествляли Аллаха и Бога-Творца Анцэа, уточняя при этом, что "Аллах – это Бог для всех людей", которого они глубоко почитают, но рядом с ними постоянно находится и их собственный ангел-хранитель (Дыдрыпш, Лыхных, Лдзааных и др.).

У "абхазов-мусульман" не существует никаких ограничений в еде и питье: они употребляют водку и вино, свинину и прочие запретные для "истинных правоверных" блюда. Обряд обрезания не только не проводится, но и воспринимается "абхазскими мусульманами" как нечто неестественное и совершенно постыдное.

В реальности в современной Абхазии подлинными мусульманами можно считать лишь потомков абхазских махаджиров, возвратившихся на свою историческую родину из различных стран Ближнего и Среднего Востока. Но они составляют совсем незначительную часть местного населения, проживают довольно замкнуто в нескольких расположенных далеко друг от друга населенных пунктах и не оказывают сколько-нибудь заметного влияния в масштабах всего абхазского этноса.

Свою собственную и принципиально отличную от РПЦ МП позицию по отношению к Абхазии занимает католическая церковь: после распада СССР непризнанная республика была включена в состав охватывающего юг Краснодарского края Причерноморского прихода. Главой этого прихода был назначен настоятель Сочинского костела польский ксендз Богдан Северин, приехавший в Россию в начале 1990-х гг. С его деятельностью было связано возрождение католичества в Абхазии (до революции местная община католиков была многонациональной и довольно многочисленной).

После окончания грузино-абхазской войны Б. Северин получил от властей непризнанной республики разрешение на возобновление деятельности католической церкви. В настоящее время община католиков объединяет в основном поляков и армян, два старосты костела представляют именно эти национальности.

В адрес католического прихода регулярно поступает гуманитарная помощь от посольства Польши в Москве (в Абхазию неоднократно приезжали его представители), а также от общественной польской католической организации "Каридас" (милосердие). Через польское посольство в Москве община получает и определенные финансовые средства. Община организовала изучение детьми прихожан польского языка, несколько человек, поляков по национальности, были направлены на обучение в Польшу.

Свидетельством того, что католическая церковь очень высоко оценила заслуги ксендза Б. Северина в деле возрождения католичества на юге России и в Абхазии стало его назначение вначале настоятелем католической общины Петра и Павла в Москве, а затем - ректором семинарии Непорочного зачатия в Санкт-Петербурге.

Аналогичные планы имелись в отношении возрождения в Абхазии протестантизма: в конце 1980-х – начале 1990-х гг. приезжавшие из Германии делегации неоднократно осматривали здание бывшей сухумской кирхи. В отличие от здания костела, в советские времена кирха практически не пострадала. Однако никаких реальных шагов по возобновлению ее работы со стороны германских церковных кругов не последовало: по-видимому, определяющую роль в этом сыграли политические соображения.

Неопределенный политический статус Абхазии явно благоприятствует деятельности протестантских конфессий, различных религиозных сект и течений. Особенно активную проповедь ведут баптисты, Адвентисты седьмого дня и Свидетели Иеговы, пользующиеся значительной финансовой поддержкой со стороны своих единоверцев из западных стран. Численность каждой из этих общин постоянно возрастает, в первую очередь, за счет местной городской молодежи.

Под руководством своих получивших образование на Западе духовных наставников, члены общин изучают соответствующие религиозные учения, совершают коллективные моления и ведут активную пропаганду своего учения путем проповедей, уличной евангелизации, распространением красочной литературы. Поступающие в адрес общин и распространяемые среди их членов весьма значительные партии гуманитарной помощи от единоверцев с Запада, несомненно, повышают действенность такой пропаганды.

Члены некоторых неправославных общин, некоторые их которых можно назвать сектами, попадают в сильную зависимость от своих духовных наставников, что становится причиной серьезных конфликтов в семьях. Нередко сектанты угрожают совершить самоубийство в ответ за попытки друзей и родственников убедить их в том, что необходимо бросить общину и вернуться к нормальной жизни.

В отличие от современной России и большинства других, возникших на постсоветском пространстве государств, в непризнанной Абхазии не удалось закрепиться представителям секты сатанистов. В июне 1997 г. три сатаниста совершили свою изуверскую церемонию, в ходе которой после долгих издевательств зверски замучили тринадцатилетнего абхазского подростка. Родственникам мальчика удалось найти убийц. Признавшиеся в преступлении сатанисты были вывезены в пустынное место, облиты бензином и сожжены заживо. После этого никаких сведений о действиях сатанистов в Абхазии больше не появлялось.

Весьма активны в современной Абхазии кришнаиты, которые в 1989 г. именно в Сухуми, впервые на территории СССР открыто провели религиозный праздник Колесницы с шествием по городу и показом народу изображений собственных божеств. В отличие от остальных сект, кришнаиты не навязывают окружающим собственное видение мира и не стремятся к обращению многих людей в свою веру. Эта община ведет активную гуманитарную деятельность: во время грузино-абхазской войны ее представители действовали по обе стороны фронта, организовали несколько благотворительных столовых и спасли от голодной смерти многие сотни людей. Эти столовые продолжают работать до сих пор: в Сухуми в них ежедневно получают питание многие люди пожилого и престарелого возраста.

Почти все еврейское население Абхазии во время грузино-абхазской войны выехало в Израиль. Однако в Сухуми осталось несколько десятков евреев, в основном преклонного возраста. Продолжает действовать синагога. Евреи, выехавшие в Израиль, практически потеряли возможность оказывать поддержку своим оставшимся на месте престарелым родственникам. Правительство Израиля, всемерно способствовавшее переселению местных евреев в Израиль, не оказывает никакого содействия оставшимся на территории Абхазии членам общины. Поэтому местные евреи неоднократно были вынуждены обращаться за помощью к международным гуманитарным организациям, а также к сухумским кришнаитам: раввин получал от них продовольствие, освящал его по иудейским канонам и распределял среди своей нуждающейся паствы.

Деятельность сухумской синагоги едва не прекратилась. После грузино-абхазской войны часть ее прихожан потребовала продать здание, на вырученные деньги нанять пароход и со всем своим имуществом, включая мебель, холодильники и прочие крупногабаритные предметы, переехать в Израиль. Однако большинство общины не пошло на это и поддержало своего раввина, заявившего, что синагога будет действовать до тех пор, пока в Абхазии останется хотя бы один еврей.

* * *

Тесное переплетение религиозных и этнополитических факторов является характерной чертой всего постсоветского развития Абхазии. Дальнейшее направление развития конфессиональной ситуации и судьба православной церкви в Абхазии в первую очередь зависит от политических факторов и того способа, которым будет решаться абхазская проблема. Отсутствие канонических отношений между Грузинской Православной Церковью и православными приходами в Абхазии создало благоприятную ситуацию для функционирования в Абхазии различных, в том числе тоталитарных сект и объединений, для дальнейшего увеличения ее конфессиональной мозаичности. В этих условиях деятельность по уменьшению степени излишней политизации церковной жизни, по выработке скоординированной политики православных церквей Грузии и России по отношению к православным приходам Абхазии, по установлению между ними истинно христианского взаимопонимания приобретает особую актуальность.

[1] В 1997 г. анкетирование в Абхазии (опрошено 1448 чел.) проводилось при поддержке Российского гуманитарного научного фонда (проект 97-01-18011). В 2003 г. анкетирование (опрошено 448 чел.) проводилось при поддержке СМИ "Кавказский узел" (http://kavkaz.memo.ru) общества "Мемориал" и Института "Открытое общество" в рамках проекта "Общество в условиях непризнанного государства".

[2] В данном случае имя Аллах было использовано как одно из имен Бога-Творца Анцэа.

[3] Джанашиа Н.С. Статьи по этнографии Абхазии. Сух., 1960, с.66.

По материалам доклада доктора исторических наук А. Крылова
на конференции "Роль православия в государстве и обществе"


© Портал-Credo.Ru, 2002-2014. При полном или частичном использовании материалов ссылка на portal-credo.ru обязательна.
Пишите нам: editor@portal-credo.ru