Портал-Credo.Ru Версия для печати
Опубликовано на сайте Портал-Credo.Ru
21-01-2014 19:53
 
О виновниках «духовной смерти замечательного юноши». Воздыхание о. Андрея Кураева о судьбе бывшего друга – вариация на тему «По ком звонит колокол»

Вы видите фото старой газетной вырезки. "Московские новости", май 1993 года. В углу портрет автора – юноша с большим крестом на груди и ликом, пронзительно напоминающим киногероев молодого Евгения Стеблова (помните, в "Я шагаю по Москве" или в "Вас вызывает Таймыр"). Фамилия юноши-священника тоже вполне киношная, но на свой современный образ он совсем не похож…

Юный Чаплин

Главная мысль немного сбивчивого текста – об опасности сращивания церкви с государством и использования административных рычагов для укрепления в обществе позиций православия.

Этого юношу очень любило другое значительное духовное лицо. Оно (лицо) и разместило газетную вырезку в своем блоге. Разместило в виде духовного некролога: вот, дескать, сами почитайте, каким высокодуховным был юноша, и что с ним стало сегодня. Умер. Духовно умер. И кто за эту смерть должен ответить?

Духовная судьба юноши, а равно и духовная судьба оплакивающего его духовного лица, интересны и поучительны. О них стоит поговорить.

Те, кто следят за выступлениями похожего на Стеблова юноши, ставшего за 20 лет крупным церковным начальником, скорее всего, поторопятся согласиться с диагнозом его старого друга. Мы не слышим больше из уст бывшего юноши ни слов любви, ни правды о проблемах церкви и власти, ни признаков внутренней работы: сомнений, вопросов, стремления найти эту самую правду...

Только вот можно ли эту безжизненность назвать смертью? Люди, хоть сколько-нибудь знакомые с духовной жизнью, ответят не задумываясь: конечно, нет – человек не может умереть духовно, это просто невозможно в силу бессмертной природы духа.

Нет, это не смерть, конечно. Но все равно, это большая беда. Имя этой беды – духовный паралич, или, если хотите, духовная кома. Развитие останавливается, духовная жизнь замирает, духовный рост прекращается.

Это самое большое несчастье, которое может случиться с человеком. Часто болезнь длится годы. Нередко – десятилетия. Бывает и так, что только смерть физическая, то есть ее явное приближение, оказывается способной пробудить духовную летаргию.

Оплакивающий нашего юношу друг уверен, что в далеком 93-м году автор заметки в "Московских новостях" был еще духовно жив и здоров и что духовный паралич разбил его позднее. Не будучи знакомым лично с однофамильцем гения кино, я ничего не могу сказать о точной дате его впадения в духовную кому. Но ее признаки присутствуют в заметке 20-летней давности. Судите сами.

Необходимость отказа от агрессивной клерикализации автор аргументирует двояко. Первый аргумент – страх ущерба для корпоративных интересов церкви в долгосрочной перспективе вследствие появления ответной, антиклерикальной агрессивности. Второй – слабость государства, отсутствие сильного партнера, способного осуществлять насильственную клерикализацию.

Нужно сказать, что за двадцать лет не столько Чаплин поменял свои воззрения, сколько поменялась окружающая ситуация. Во-первых, появился сильный партнер: государство Путина – это не государство Ельцина, да еще и образца первой половины 93-го года. А во-вторых, исчезла причина опасаться всплеска антиклерикализма, так как церковная политика уже привела к этому всплеску. Рубикон уже давно перейден, и бояться больше нечего. Так что начальник отдела по связям патриархии с обществом и сегодня предан своей логике 20-летней давности.

Но главное свидетельство духовного паралича в старой заметке иное. Мы видим преданность неофита недавно обретенной идее без тени сомнения в правильности своего понимания христианства. Автор не сомневается, что доподлинно знает Волю Бога. Автор уверен, что вера (то есть система представлений) христианина должна быть неподвижна, то есть безжизненна. И все это – даже в таких очевидных случаях, когда его представления очевидно, мягко говоря, небесспорны, как, например, в случае интерпретации раскола 17-го века. В общем – ни тени сомнений. Твердая уверенность: "Я знаю". Уверенность, которая убивает и любовь, и правдоискательство. А значит – и останавливает духовную жизнь.

Такая уверенность-самоуверенность характерна обычно для тех, кто делает первые самостоятельные шаги в духовной жизни. И здесь я подхожу к самому главному.

То, что произошло 20 лет назад с симпатичным 25-летним священником, утратившим в последующие десятилетия свой прежний образ, произошло не только с ним. Нечто подобное произошло и с его бывшим другом, с которым они поссорились. И то же самое происходит с миллионами людей, приходящими в церковь. Стремясь к твердой вере простейшим, "технологическим" путем, они делают свою веру безжизненной, убивают ее. "Я всё нашел, я всё знаю, мне больше ничего искать не надо". Это конец духовной работы, остановка духовной жизни. Тот самый духовный паралич, который Кураев расценил как смерть. Это не смерть. Но это – огромное зло, которое чада церковно-бюрократической структуры охотно принимают, деля тем самым ответственность за свое духовное бездействие со структурой.

Вот это и есть ответ на вопрос Андрея Кураева "Кто ответит за духовное убийство замечательного юноши?"

Александр Зеличенко,
для "Портала-Credo.Ru"

 

© Портал-Credo.Ru, 2002-2019. При полном или частичном использовании материалов ссылка на portal-credo.ru обязательна.
Пишите нам: [email protected]