Портал-Credo.Ru Версия для печати
Опубликовано на сайте Портал-Credo.Ru
30-04-2009 17:11
 
Путешествие в XVII век. Попирая элементарный здравый смысл, власти ставят инфернальный эксперимент над верующими суздалянами

Драматическая развязка затянувшегося почти на 20 лет суздальского "межправославного" противостояния должна стать не только наглядным уроком для всех, кто осмелится бросить вызов господствующей Церкви Российской Федерации – Московской патриархии. Эта развязка призвана также поставить жирную точку в процессе создания сугубо российской версии "гражданской религии". В условиях современной РФ под этим американским по происхождению термином приходится понимать такую религию, отправной точкой которой является не вера в Бога и даже не мучительный поиск Истины, а "здоровый" прагматизм "эффективного менеджера" и беспрекословная лояльность силе – обычной, грубой физической силе.

Реальную угрозу монополии Московской патриархии на духовную власть Суздаль представлял только в начале 90-х годов прошлого века. Первый покинувший РПЦ МП крупный приход (как-никак, второй кафедральный собор Владимирской епархии!) стал центром притяжения для всех недовольных, коих в патриархии всегда было и остается немало. Не будем здесь отдельно оговаривать, чем именно были недовольны эти недовольные, но их сплоченное недовольство действительно способно было подорвать любую духовную монополию. И дело здесь не в том, что в те годы "дрогнула и зашаталась" сама Московская патриархия, и даже не в том, что свет истинного православия, не запятнавшего себя подчинением "красному дракону", впервые вырвался из катакомб на волю и осиял духовно жаждущих людей. Отчасти, конечно, имели место и тот, и другой фактор. Однако главным условием "успеха Суздаля" начала 90-х было временное упразднение в условиях распада империи той грубой, все подавляющей внешней силы, которую называют по-разному – тоталитаризмом, милитаризмом, всевластьем чиновников, беспределом власти…

Много можно говорить о том, чем это обусловлено, но и для патриотов, и для "русофобов" бесспорным является тот факт, что такая страна, как Россия, не может долго существовать в нетоталитарных условиях. Суровый климат, огромная территория, моноэкономика, зависящая почти целиком от добычи и экспорта энергоресурсов, тысячелетние традиции подавления свободомыслия, культурная изоляция, плюс наложившийся на все это советский опыт всеобщего страха, предательства и унижения, неизбежно обрекают российскую жизнь на воспроизведение модели диктатуры и всеобщего национального концлагеря. Эта система не терпит и уничтожает малейшие ростки инаковости, свободомыслия, свободоверия, которые хоть и не представляют для нее реальной опасности, но самим своим существованием разоблачают дикость и бесчеловечность системы.

"Суздальский центр альтернативного православия", бесконечно вдохновлявший "православных публицистов" РПЦ МП на самые необузданные фантазии (в основном, весьма специфического свойства), казалось бы, стал такой органической частью религиозного ландшафта, что его впору было вносить в путеводители на разных языках для того, чтобы заманивать иностранных туристов в "музейно-сказочную столицу "Золотого кольца". Уникальный опыт бесконфликтного существования в маленьком городке с 12-тысячным населением двух православных общин разных юрисдикций не только убеждал власти в "безобидности" РПАЦ, но и служил образцом для других регионов страны, которым до подобной гармонии расти и расти. "Суздальский раскол" еще мог вызывать какие-то страхи в начале 90-х, когда был явлением новым и неожиданным. Но уже в начале нынешнего века потуги его "уничтожить" возникали разве что у лично обиженных на РПАЦ лиц, типа бывшего священника Андрея Осетрова, устроившего уголовное преследование Митрополита Валентина (Русанцова), которое завершилось, по сути, ничем.

В современной прагматической России, где все измеряется лишь коммерческой целесообразностью, где даже глава титульной Церкви избирается менеджерами по признаку деловой эффективности, пожалуй, собственно религиозные взгляды последователей РПАЦ мало у кого могут вызывать интерес. Кампанию по изъятию храмов у общин этой Церкви в Суздале принято было объяснять исключительно коммерческими интересами местной коррумпированной бюрократии, которой нужен эффектный предлог для привлечения в свой регион новых крупных вливаний на "поврежденные раскольниками храмы". Суздаль – место необычное. Несмотря на свою компактность (официальная площадь города – 9 кв. км), он перенасыщен объектами туристической инфраструктуры – гостиницами, ресторанами, магазинами. Стоимость сотки земли в центре "музейно-сказочного" городка доходит до миллиона долларов США. А храмы РПАЦ преимущественно в центре Суздаля и сосредоточены. Казалось бы, мотивы изъятия этих храмов у неподконтрольных криминальному бизнесу общин были очевидны.

Однако грянул кризис – причем в России он грянул куда сильнее, чем за океаном, откуда он якобы "пришел". Финансирование памятников истории и культуры во Владимирской области прекратилось, чиновники дрогнули и потеряли интерес к "суздальскому делу". Еще в конце января судьи Владимирского арбитражного суда, рассматривавшие дела об изъятии храмов, давали понять представителям РПАЦ, что склонны дела эти закрыть и храмы не изымать. Новый мощный импульс достиг Владимира в самом конце января – начале февраля, аккурат в момент избрания и интронизации Патриарха-менеджера.

Зачем понадобились святыни, восстановленные из руин прихожанами РПАЦ, Патриарху Кириллу, и так имеющему в Суздале четыре монастыря и более 30 храмов, которые довольно трудно содержать, поначалу было непонятно. Но в марте-апреле местная епархия Московской патриархии забурлила – из Москвы пришла неофициальная информация, что на "кадровом" заседании Синода РПЦ МП 27 мая в Санкт-Петербурге планируется заменить престарелого архиепископа Евлогия (Смирнова), занимающего Владимирскую кафедру с 1990 г., молодым эффективным менеджером Феогностом (Гузиковым), ныне наместником Троице-Сергиевой лавры, недавно с подчеркнутой торжественностью возведенным Кириллом в сан архиепископа.

Действительно, Владимирская епархия, наполненная монастырями и туристическими объектами всемирного значения, способна приносить намного более ощутимые дивиденды, чем приносила она при "смирном" Евлогии. Мало того, что епархия используется "неэффективно", так в ней еще и не решается проблема "раскола", и вырос всероссийский центр борьбы с ИНН, штрих-кодами и паспортами в лице Боголюбовского монастыря РПЦ МП во главе со "старцем" архимандритом Петром (Кучером). Любое выступление слишком уж самостоятельного архимандрита Петра против нынешнего экуменического и филокатолического руководства РПЦ МП может обернуться для нее последствиями, более масштабными, чем выступление епископа Чукотского Диомида.

Для вступления в управление столь непростой, "запущенной" епархией новому архиерею надо совершить нечто грандиозное, железно утверждающее его власть внутри епархии и серьезно повышающее его положение в Московской патриархии в целом. В условиях Владимира, что может быть более эффектным актом такого вступления в епархию, нежели "ликвидация раскола"? Если эта версия справедлива, то вполне логичным становится и растягивание Первым апелляционным арбитражным судом во Владимире рассмотрения жалоб РПАЦ на решения Владимирского областного арбитражного суда об изъятии храмов, аж до 21 мая. Вероятнее всего, по очереди храмы изымать не будут, а дождутся завершения всех дел, которое как раз, таинственным образом, совпадает с ближайшим заседанием Синода РПЦ МП.

Пока же нервы суздалян испытывают вводом в тихий городок батальонов ОМОНа в сопровождении бронетехники. Со временем, наверное, и боевые вертолеты добавят. У расслабившихся сограждан пробуждают советские инстинкты страха и "смирения".

Что же остается делать в таких условиях рядовым верующим РПАЦ? Ведь раньше они никогда не были замечены в непослушании закону или революционных настроениях. В кулуарах Первого апелляционного арбитражного суда автор этих строк слышал от суздальских бабушек вполне искреннее: "Поедем в Москву, к Медведеву!" Эти люди не то что не желают никому зла, они и при желании не смогли бы его причинить. Компактное суздальское население почти целиком связано друг с другом родственными узами, а корни местных семей уходят вглубь веков. Если кто из родственников и ходит в храм Московской патриархии (обычно же эти храмы в Суздале пустуют), то это, как минимум, не приводит к возникновению межконфессиональных споров или разделению семей.

Этих абсолютно мирных людей, искренне верящих в доброго президента Медведева, ставят перед очевидным экзистенциальным выбором. Да, они не могут сопротивляться исполнению законного решения суда. Но они и не могут перестать быть православными, отречься от своей веры. А быть православными применительно к делу об изъятии храмов значит признавать эти храмы такой святыней, отречение от которой равносильно отречению от православия. Разве не были миллионы наших соотечественников-мучеников ХХ века в большинстве своем абсолютно законопослушными? Конечно, были, и в значительно большей степени, чем их мучители, что ныне признано властью, преемствующей СССР, на официальном уровне. Однако ж они были зверским образом казнены, сгноены в ссылках и на каторжных работах, уморены голодом и тяжелыми болезнями. Не вся ли советская история – сплошная река мученической крови? И кто теперь бросит камень в святые страдания этих людей, которых зверонравная власть назвала "преступниками", но весь мир не был достоин их страданий? Ныне же мир признает преступниками не мучеников, а ту самую власть, которая опять решила показать свой звериный оскал, дабы не только на бумаге, юридически, но и на деле, морально, утвердить свое постыдное правопреемство с безбожным большевизмом.

Стоит ли этому удивляться, если в течение последних 20 лет, пока была такая возможность, власть упорно не хотела отрекаться от преступлений советского режима, разорвав с ним духовную связь? Вот, она вполне закономерно начинает "исполнять меру отцов своих". Добьется ли она такими действиями еще большего усиления всеобщего страха и послушания? Внешне – возможно. Но внутренне, в сердце своего народа – вряд ли. Она лишь увеличит споконвечный онтологический разрыв между "народом" и "властью", который столь же присущ российской политической традиции, сколь и тоталитаризм. Русский народ любит и ценит неправедно гонимого, возносит его на недосягаемый пьедестал, но не всегда говорит об этом вслух. Гонителей же хоть и боится, но ненавидит, и никогда не работает искренне в их интересах, но только из-под палки, из страха насилия. Суровая природа, огромная территория и трагическая история нашей страны таким сложили характер живущего, выживающего здесь народа.

Итак, очевидно, что невозможно усидеть на двух стульях – остаться православным, благоговея перед святыней храма как места селения славы Божией, и исполнить решение суда об отречении от этого храма и, тем самым, об осквернении его. Если вопрос ставится ребром, то каждый искренне верующий в такой ситуации предпочтет остаться православным. Зная это, власть РФ сознательно загоняет себя в парадигму XVII века, с его дыбами, срубами и бегством народа от власти в леса. А коли мы возвращаемся в XVII век, то так ли уж сильно должно нас будоражить зловещее слово "самосожжение"? Какое время – такие и нравы…

Александр Солдатов,
"Портал-Credo.Ru"


© Портал-Credo.Ru, 2002-2020. При полном или частичном использовании материалов ссылка на portal-credo.ru обязательна.
Пишите нам: [email protected]