Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
БиблиотекаАрхив публикаций ]
Распечатать

Протодиакон Сергий Голубцов. Церковная Московия в 1935-1965 годах. Часть I. [история Церкви]


Хорошо известно, как с самых первых лет своего существования жестоко и беспощадно боролась с религией большевистская власть, каким жесточайшим репрессиям подвергались духовенство и миряне. Русская Православная Церковь понесла огромные потери, особенно заметные в крупных и столичных городах. Были уничтожены или репрессированы священно- и церковнослужители, закрыты и разрушены храмы, зачастую являющиеся выдающимися творениями российских и зарубежных архитекторов. Ограничимся упоминанием только кафедральных храмов Москвы. В их числе:

1. Кафедральный соборный Храм Христа Спасителя. Еще в 1922 году в связи с изъятием церковных ценностей его клир, во главе которого с 1918 года стоял доктор церковной истории протоиерей Иоанн Васильевич Арсеньев, был подвергнут репрессиям (1). После этого храм был захвачен обновленцами, а 5 декабря 1931 года взорван.

2. Храм св. Василия Кесарийского (1-я Тверская-Ямская, д. 11, угол Васильевской ул.), где находилась кафедра управляющего Московской епархией и где пел хор под управлением известного композитора П. Г. Чеснокова. Настоятелем храма по состоянию на 1930 год был протоиерей Иоанн Петрович Ключарев (род. в 1857 г.). В составе причта были протоиереи: Никольский Феодосии Степанович (родился в 1870 г.), Владиславлев Константин Владимирович (родился в 1881 г.), Соколов Владимир Степанович (родился в 1873 г.). Все они имели одинаковые оклады — 1400 руб. в год. Диакон храма Александр Николаевич Аблаев (или Облаев) имел оклад 867 руб. в год. Все вышеперечисленные священнослужители служили в этом храме еще и до 1914г.

В храме св. Василия Кесарийского служило также духовенство из закрытых после революции церквей: из Крестовоздвиженской церкви Новиковской богадельни — Сперанский Михаил Петрович (1855 г. рождения), Михайловский Петр Дмитриевич (1865 г. рождения) с окладами в 1200 руб. Из Георгиевской церкви в Грузинах с 1929 года: священники Холмогоров Дмитрий Космода-мианович (1864 г. рождения), Успенский Павел Васильевич (1873 г. рождения), Никологорский Александр Семенович (1871 года рождения), с окладами в 900 руб. в год (все перечисленные — по назначению епархиального начальства).

В этом храме примерно с 1924 по 1931 год служил (по выбору прихожан) в сане протодиакона будущий знаменитый народный артист Большого театра Максим Дормидонтович Михайлов (13 августа 1893 г. - 29марта 1971 г.) (2).

Храм был закрыт в 1934 году, не позже мая, и, видимо, в том же году снесен под предлогом строительства многоэтажного дома (3). Число прихожан было не менее 5 тысяч взрослых, подписавших в 1930 году заявление о перерегистрации храма, т. е. о его сохранении.

3. Богоявленский собор в Дорогомилово, где была кафедра Патриаршего Местоблюстителя митрополита Сергия (Страгородского), из-за арестов и казней понесший тяжелые потери среди своих клириков еще в 1937 году; он был закрыт в июне-июле 1938 года, а снесен в сентябре-октябре того же года, или, по другим данным, в августе 1939 года (4).

Во главе Дорогомиловского собора с 1932 года стоял до своего ареста 14 апреля 1937 года высокообразованный протоиерей Александр Васильевич Лебедев (1888-1937) (5), приглашенный Патриаршим Местоблюстителем митрополитом Сергием из Казани. 4 октября 1933 году протоиерей Александр Лебедев был назначен на должность Управляющего делами патриаршего Синода. Тяжелая участь постигла не только этого протоиерея, расстрелянного 19 августа 1937 года, но и проходившего с ним по одному делу регента хора о. Михаила Михайловича Серединского (расстрелян 9 декабря 1937 г.) и протодиакона собора Павла Алексеевича Воздвиженского, осужденного на 10 лет (6).

После закрытия собора кафедра митрополита была перенесена в Елоховский Богоявленский храм (7), настоятелем которого с середины 20-х годов стоял протоиерей Николай Федорович Колчицкий (8), выдающийся администратор и священнослужитель.

Можно отметить, что неоднократно были попытки закрыть и Богоявленский собор в Елохове. В частности, в марте-апреле 1930 года, когда здание хотели передать Главнауке под склад музейных ценностей (9); в январе 1934 года, когда Музейный отдел Наркомпроса обратился в Президиум Московского областного исполнительного комитета (далее: МОИК) с просьбой сохранить этот храм, как "самый крупный памятник позднего ампира в Москве, [который] стоит по художественной ценности на уровне классических, соборов той же эпохи в Ленинграде", ибо числился в списке МОИКа подлежащих сносу храмов якобы "для нужд Метростроя". Взамен Музейный отдел предлагал сломать "не имеющую никакого художественного значения" церковь Св. вмч. Ирины на Ирининской улице (10).

28 марта 1934 года исполнительный орган Елоховской церкви тщетно просил у инспектора Комиссии по делам культов при Моссовете А. И. Новикова разрешения перевесить в алтарь четыре колокола общим весом около 20 пудов с колокольни, где они бездействовали (11). В 1935 году Бауманский райсовет, ссылаясь на наказы избирателей, пытался забрать храм у верующих для открытия в нем кинотеатра, а дирекция Библиотеки им. Ленина хотела разместить здесь музей редкой книги. Но эти попытки были парализованы письмом Председателя Моссовета Карпова в адрес Комиссии по культам от 28 января 1936 года, извещавшим о намерении Моссовета путем сноса храма реконструировать Елоховскую площадь (12). К счастью, эти планы не осуществились, и храм уцелел.

Можно только догадываться, сколько нервной энергии и хлопот было затрачено настоятелем храма о. Николаем Колчицким и близкими ему людьми, сколько было, наверно, пролито слез и вознесено молитв, чтобы спасти храм от трагической участи, которой подвергались многие московские храмы, — закрытия и сноса. А ведь ближайшие храмы уже это испытали.

В частности, церковь Св. великомученика Никиты на Старой Басманной была закрыта в 1932 году (а с начала 1933 г. ставился, но безуспешно, вопрос о ее сносе) (13); церковь Св. Иоанна Предтечи, творение М. Казакова, на углу Земляного вала и Покровки, подверглась закрытию и сносу согласно решению Московского областного исполнительного комитета (далее МОИК) от 19 августа 1934 года под предлогом передвижки на ее место дома № 2 (студенческое общежитие) с площади Земляного вала. Верующим предлагалось перейти молиться в Богоявленскую церковь. Эта акция была предпринята, несмотря на ходатайство перед ЦИКом от 19 июля 1934 года почетного и весьма известного настоятеля церкви Василия Федоровича Соболева (14), поддержанного целым рядом соседних приходов (15). Приходской Совет счел бесполезным опротестовывать решение МОИКа перед ЦИКом. Фактический настоятель храма протоиерей В. Ягодин получил согласие Бауманского райсовета на перемещение клириков в соседние храмы: себя, протоиерея А. Толгского и диакона — в Успенскую церковь на Покровке, иных — в другие храмы, а протоиерея В. Соболева — за штат с припиской к Богоявленскому собору (в Елохове) без права пользования братскими доходами (16). Все, что осталось от церкви, — это ее колокольня на Покровке, д. 50.

Находящаяся к северу от Богоявления в Елохове церковь Покрова в Красном селе (по Нижней Красносельской) была также закрыта не позже 1933 года и весьма изуродована последующей перестройкой. Богослужения в этом храме возобновлены с 7 января 1997 года.

В эти годы православные испытывали притеснения и от обновленцев, которые, теряя свои храмы, закрытые властями, пытались захватить православные. Так, храм Св. Власия был передан его настоятелем протоиереем Василием Васильевичем Доронкиным (17), еще в сентябре 1934 года весьма безответственно неизвестному лицу, оказавшемуся "агентом" обновленцев, по одному требованию последним ключей от храма (18) . Церковный актив узнал об этом лишь через месяц, но было уже поздно.

Закрытие храмов приводило к переполнению оставшихся приходов и в большие праздники создавало невыносимые условия для молящихся. Об этом свидетельствуют "совершенно секретные" докладные инспекторов советских органов. Так, в докладной инспектора Новикова на имя секретаря Моссовета Карпова и председателя Комиссии культов ЦИК СССР Агеева говорилось, что в Пасхальную ночь с И на 12 апреля (19) им было обследовано 10 крупных культовых зданий, которые "все без исключения были набиты верующими, [как] и прилегающие дворы и церковные территории. В некоторых случаях было прервано и трамвайное движение на 15-20 минут (как в Елохове, так и на ул. Герцена у М[алого] Вознесения). В зданиях культа была давка, люди задыхались, выйти нельзя было. Упавшим в обморок подавались бутылки с водой через окна, из которых валил пар, как из бани, а детей, случайно попавших в церковь, передавали по рукам. Около церкви были замечены машины с иностранными номерами... Хулиганства и пьяных было мало, и они пресекались сотрудниками милиции..."  (20). В итоге репрессий против Церкви, на 1 января 1936 года в Москве, по данным постоянной Комиссии по вопросам культов при Президиуме ВЦИК (21), было закрыто 476 храмов (имелись, очевидно, в виду храмы всех категорий в черте юрода на 1936 год). Оставалось функционирующих 53 православных (22), 8 старообрядческих и 14 инославных. Было зарегистрировано (всего) 220 служителей культа. По справке от 22 июля 1936 года, до революции в Москве значилось 307 приходских храмов, 36 старообрядческих и 13 инославных (23).

Гораздо лучше положение с храмами было в провинции. По данным той же Комиссии от 22 июля 1936 г., в Московской области в 132 районах (по 16 не было сведений) из 3490 православных храмов до революции на 1 января 1936 года функционировало 1870 храмов (т. е. не менее 50%); из 192 старообрядческих — 111 [т. е. 58%], из 49 инославных — 11 (24).

По данным той же Комиссии по вопросам культов, к 1941 году в Москве насчитывался всего 31 храм (25), что составляет примерно 10% от количества приходских и соборных церквей в 1917 году (не считая монастырских и домовых).

Тяжелые итоги уже первых двух лет Великой Отечественной войны и большая роль Русской Церкви в консолидации населения в деле обороны страны побудили И. Сталина еще в сентябре 1943 года пересмотреть свою позицию в отношении к Церкви. Как известно, 4 сентября И. Сталин вызвал к себе в Кремль Патриаршего Местоблюстителя митрополита Сергия (Страгородского), а также митрополитов Ленинградского Алексия (Симанского) и Киевского Николая (Ярушевича). Сталин разрешил не только созвать Поместный Собор и сформировать нормальное руководство Церкви, но и решить ряд насущных проблем. Ведь к началу войны в списке правящих архиереев значилось всего четыре иерарха (см. приложение, с. 63).

Для урегулирования взаимоотношений между государством и Церковью 14 сентября 1943 года постановлением Совнаркома, председателем которого являлся Сталин, был организован Совет по делам Русской Православной Церкви в составе 20 человек (из которых более половины — технические работники и обслуживающий персонал) под председательством ответственного сотрудника НКВД по церковным делам Георгия Григорьевича Карпова (2б). В руководство входил также его заместитель К. А. Зайцев (27).

По крупным административным подразделениям страны были назначены т. н. уполномоченные Совета по делам РПЦ, причем по Москве и области с 1943 года был назначен Трушин Алексей Алексеевич, 1912 года рождения, член партии с 1942 года (28).

Сталин, как известно, предложил Карпову проявить "большевистские темпы" в созыве [Архиерейского] Собора, а иерархам — сразу открыть духовные семинарии и академии (в то время как они хотели ограничиться пастырскими курсами ввиду отсутствия кадров), митрополиту Сергию — составить список духовенства, находящегося в заключении (29). В списке правящих архиереев за подписью управделами Московской Патриархии протопресвитера Николая Федоровича Колчиц-кого на 8 декабря 1943 года значилось уже 25 епископов (на 15 августа 1944 года — 27 епископов в Православной и 6 — в Обновленческой Церквах).

28 ноября 1943 года постановлением СНК разрешалось открыть в Москве трехгодичный Православный богословский институт для лиц со средним образованием и богословские пастырские двухгодичные курсы для лиц с неполным средним образованием (пока только в Москве).

С первых же дней своего создания Совет по делам РПЦ в лице Г. Карпова или его заместителя обязывал своего уполномоченного по Московской области (и городу) А. А. Трушина проводить выборочные проверки деятельности церковных советов по следующим лунктам:

1. Когда и из кого выбраны церковный совет и ревизионная комиссия.

2. Как они исполняют свои обязанности по договорам об использовании церковных зданий.

3. Не расходуют ли средства на запрещенные цели (например, на помощь кому-либо, как явствует из других инструкций).

4. Своевременно ли вносятся платежи и налоги.

5. Какую патриотическую работу и помощь оказывают.

6. Каковы взаимоотношения церковных советов с членами причта и т. п.

При этом указывалось, что "беседы можно проводить в облисполкоме, райсовете и сельсовете" — "осторожно, дабы не создавать у членов церковных советов неправильного представления о проверке", а говоря без обиняков, чтобы прихожане не видели вмешательства государственной власти в дела прихода.

К тому же все или почти все инструкции уполномоченным шли под грифом "секретно", "только для служебного пользования", с запретом знакомить с ними духовенство и верующих (30).

В инструктивном письме от 20 апреля 1944 года уполномоченным Совета, в том числе и А. Трушину, Карпов приводил недопустимые с точки зрения советской власти деяния "церковников":

— Наличие в некоторых местах "черных касс" для оказания помощи нуждавшимся.

— Непосредственное распределение причтами внесенных пособий и подарков семьям военнослужащих или раненым в госпиталях — "для усиления своего влияния на массы".

— "Открытые выступления" — как например, архиепископа Антония (Романовского) в Ставрополе, который призывал верующих усилить религиозное воспитание детей и даже организовал богословские курсы, не имея на то разрешения; а Тамбовский архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий) (...) допустил даже клеветническое заявление о том, что "в прошлые годы духовенство (...) подвергалось гонениям советскими органами" (...) и добивался разрешения на "реставрацию мощей".

— Со стороны некоторых райисполкомов была проявлена готовность "к удовлетворению всякого рода незаконных притязаний религиозных организаций, привлечение представителей Церкви к участию в деловых советских совещаниях", как-то: в одном райисполкоме в присутствии верующих (!!) было принято, по словам Карпова, "принципиально неверное решение":

"Удовлетворить ходатайство верующих и разрешить открыть церковь.

 Обязать церковный совет производить церковные обряды в соответствии с правилами, установленными Св. Синодом.

Обязать председателей колхоза и председателей сельсовета немедленно произвести очистку церкви".

Карпов напоминал еще раз, что по Декрету от 20 января 1918 года Церковь является частным обществом, не пользующимся правом юридического лица и деятельность ее ограничивается рамками религиозного культа... все вопросы к ней относящиеся решаются только уполномоченными Совета по делам РПЦ. "Законными мотивами отклонения ходатайств верующих об открытии храмов являются:

а) Отсутствие здания для богослужебных собраний.

б) Невозможность освобождения бывших церковных зданий.

в) Непригодность его по заключению тех. надзора.

г) Фальсификация сбора подписей"(31).

В инструктивном письме (№ 3 от 14 сентября 1944 г.) указывалось на недопустимость без разрешения уполномоченных деятельности при епархиальных управлениях проверочно-экзаменационных комиссий для кандидатов в священники, которые являются своего рода богословско-пастырскими курсами (и обнаруженная в Ростове такая комиссия была закрыта архиереем по указанию Совета). Упоминалось и о том, что попытки церковников давать взятки должны пресекаться засвидетельствованием этих фактов и передачей нарушителей органам правосудия.

Самоуправство местных властей по части закрытия храмов и молитвенных домов получило некоторое ограничение в Постановлении СНК от 1 декабря 1944 года (за № 1643-486с), которым предусматривалось, что изъятие церковного помещения под школы и т. п. у церковных общин может происходить лишь по предоставлении им другого помещения или подыскания самой общиной пригодного для них. Пункт 3-й Постановления разрешал Совету по делам РПЦ удовлетворять ходатайства значительных групп верующих об открытии храмов или молитвенных домов, если поблизости нет таковых, и уполномоченные не могли отклонять ходатайства без уважительных причин.

На основании постановления СНК СССР от 22 августа 1945 года церковные приходы (с разрешения уполномоченного) имели право приобретать жилые дома (для причта) и сторожки (32). Слом и разборка церковных зданий допускались лишь в исключительных случаях, указывал Г. Карпов в циркуляре уполномоченным от 15 декабря 1944 года (33).

Перед началом Поместного Собора РПЦ 1945 года, избравшего Патриархом Московским и всея Руси митрополита Алексия (Симанского) и принявшего новое "Положение об управлении Русской Православной Церковью"), Г. Г. Карпов в особом циркуляре предлагал уполномоченным Совета по делам РПЦ оказать содействие в проезде в Москву делегатам Собора от епархий — епископам, клирикам и мирянам.

В инструктивных письмах 1945 года Карпов предупреждал уполномоченных:

— о недопустимости "пьянства, использования своего служебного положения в личных целях, сращивания с духовенством и церковниками и даже взяток...", (...) т.к. всегда найдутся лица, могущие "умышленно спровоцировать уполномоченного, а затем принять меры к его дискредитации...";

— о недопустимости обращений любых Советских учреждений в церковные и епархиальные органы с просьбами об оказании какой-либо помощи;

— о недопустимости выдачи церковным организациям копий постановлений Правительства и других документов в отношении Церкви;

— о недопустимости ссылок на инструкции уполномоченным, которые также являются секретными (34).

В июне 1949 года А. Трушин просил свое руководство (Совет по делам РПЦ), основываясь на постановлении Правительства от 8 апреля 1929 года о том, что религиозные шествия, обряды и церемонии под открытым небом допускаются с особого каждый раз разрешения гор(обл)исполкомов или гор(рай)исполкомов в деревнях и по инструкции уполномоченных Совета по делам РПЦ (номер не назван), что их вообще допускать не следует... Дать указание Нарофоминскому райисполкому (в пределах которого председатели колхозов давали разрешение совершать по просьбе крестьян молебны под открытым небом) запретить подобные "нарушения" (35).

Видимо, с целью составления тайных досье на возможных "нарушителей закона" председатель Совета по делам РПЦ Г.Карпов 7 июля 1949 года просил А. Трушина лично и его секретарей к 1 сентября заполнить приложенные 380 карточек на всех зарегистрированных в действующих приходах лиц, при этом "духовенство об этом в известность не ставить и с вопросами к нему не обращаться" (36).

Уполномоченный по Москве и Московской области А. А. Трушин, как, очевидно, и остальные уполномоченные, составляли ежеквартальные и ежегодные отчеты (или доклады), которые отсылались на имя председателя Совета по делам РПЦ Г. Г. Карпова, а в копиях — председателю Мособлисполкома и секретарям обкомов или горкомов, а также "пасхальные" и "рождественские" докладные и разные справки, которые содержат довольно интересные сведения о состоянии Русской Церкви, ее деятелях и клириках, о деятельности Совета и т. п. Рассмотрим "пасхальные" докладные, которые дают некоторые представления о численности православных в Москве.

Во всех церквах Москвы (30 православных и 1 обновленческая) ориентировочно присутствовало 115-120 тыс. человек, из них 25-30% мужчин, 25-30% молодежи. Службы прошли без происшествий. Лишь в Павшино в Николаевской церкви группа хулиганов во время выхода с крестным ходом закрыла двери и объявила, что в церкви пожар — в результате паники 5 человек получили ушибы, из коих двое отправлены в больницу (37).

Выборочные данные о числе посетителей храмов Москвы на Пасху 15/16 апреля 1944 года выглядят следующим образом:

Название храма

Всего

Мужчин

Военных

Нищих

(%)

(чел.)

(чел.)

1

Иоанна Воина на Якиманке

5500

30

40

60

2

Богоявленский Елоховский собор

6000

35

15

16

3

Св. Троицы на Пятницком кладбище

3000

15

10

25

4

Ризоположения на Донской ул.

3000

20

12

20

5

Негра и Павла в Лефорюво

4000

25

15

10

6

Петра и Павла на Яузе

2500

25

10

25

7

Воскресения Слову щего (Брюсов пер.)

2500

25

15

14

8

Единоверческая (Рогожское кладбище)

5000

25

20

30

9

Воскресения Словущего (Ап. Филиппа) на Арбат е

2000

30

5

10

10

Знамения (} Крестьянской засгавы)

3500

30

20

60

11

Церковь Даниловского кладбища

8000

20

10

30

12

Иоанна Предтечи на Пресне

6000

25

200??

15

13

Богородицкая (г Черкизово, Мытищинского района)

7000

10

10

50

Пасхальным службам предшествовало указание Г. Г. Карпова через уполномоченных усилить патриотическую деятельность в храмах (чтение патриотических обращений Патриарха Сергия, сбор средств на оборону), принять меры к соблюдению порядка и светомаскировки, "крестные ходы" разрешить около храмов (38).

На Пасху в ночь с 5 на 6 мая 1945 года, по оценкам "органов", было 130-140 тыс. молящихся.

На Пасху 21 апреля 1946 года в г. Москве функционировали все 33 церкви, в области — 167 церквей; все они были переполнены, присутствовало примерно в 3 раза больше по сравнению с нормальной вместимостью (т. е. тут учитывался и народ, стоявший в ограде и на улице), и во всех храмах Москвы ориентировочно присутствовало (якобы) около 200 тыс. человек, в области — около 400 тыс. (конечно, среди них было много любопытствующих).

Наблюдалось снижение доходности в сравнении с 1945 годом; причина в том, что из-за тесноты тарелочный сбор не мог быть произведен, многие покупали свечи в керосиновых лавках и на рынке (39).

По докладной А. Трушина от 14 апреля 1947 года на празднике Пасхи в ночь с 12 на 13 апреля в 177 церквах области были службы, как и в 33 церквах Москвы, где было ориентировочно 180-200 тыс. человек (в Москве) и, в частности, в 11 церквах при вмещаемости от 2 до 3 тыс. человек было 5-7 тыс.

В трех церквах с вместимостью в 5-6 тыс., как в Елоховском соборе, Пименовской церкви и Воскресения в Сокольниках, от 11 ч. 30 мин. до 1 ч. 30 мин. в зданиях и около них было от 10 до 12 тыс. чел. (это, конечно, сильное преувеличение. — С. Г.).

Среди верующих было большое количество молодежи, девушек и школьников.

Церковь Николы в Кузнецах была радиофицирована, наружу были выведены репродукторы, и "...весь ход службы был слышен на большом расстоянии".

Около ряда церквей можно было услышать недовольство тем, что в Москве осталось мало церквей. Так, в ограде церкви Иоанна Воина одна женщина обращаясь к другой говорила: "...Что же это такое делается! Ни на один большой праздник не попасть в церковь. Неужели нашему правительству это неизвестно?...". Вторая отвечала. "Партийцы в церковь не ходят, им это не нужно, а мы вот не просим..." . (40)

...Происшествий не было. В некоторых церквах в связи с переполнением были случаи обморочного состояния".

Более объективными и квалифицированными, на наш взгляд, были отчеты последующих лет.

Так, в деле № 25 за 1956 год, содержащем расписания богослужений на Рождество, Крещение и Пасху и отчеты уполномоченного А. А. Трушина о том, например, что в таких-то храмах были ночные службы, что все церкви были заполнены молящимися и т. д., было правильно отмечено, "что если плотность посетителей не превышала 4 человек на 1 кв. м, то можно сказать, что в Елоховском соборе было около 4 тыс., в церкви Пимена — около 3 тыс., что подавляющее большинство присутствующих... составляли преимущественно женщины пожилого и престарелого возраста, детей же школьного возраста... почти совершенно не было" (41).

Велось наблюдение и за молодежью, но пока только статистическое...

"В рапорте же о пасхальном освящении куличей в 1956 году было отмечено, что "к Ризоположенской церкви" на Донской улице подошла группа (10 человек) девочек в возрасте 14-15 лет и, оживленно беседуя между собой, все вместе встали в очередь...

...В 16 ч. 30 мин. около церкви на Даниловском кладбище в одной из очередей стоял молодой человек в военной форме младшего лейтенанта медицинской службы...

Если учесть, что размер всех церковных зданий (36 церквей) составляет 13,5 тыс. кв. м, то при плотности 4 человека на 1 кв. м на них свободно может разместиться одновременно свыше 50 тыс. человек.

...Общее число посетивших с куличами и присутствующих на ночных службах было на уровне прошлой Пасхи...".

Интерес представляет сохранившиеся у Трушина сводки начала служб на большие праздники в те годы по ряду московских храмов.

Так в 1953 году на Рождество имеем следующую картину.

Храмы

6 января Всенощная

7 января, утреня

Ранняя литургия

Поздняя литургия

Храм Св. пророка Ильи в Черкизово

18.00

7ч.

9ч.

Рождества Христова в Измайлово

18.00

Зч.

5ч.

9ч.

Храм Воскресения в Сокольниках

18.00

2 ч. +литургия(?)

7ч.

10 ч.

Преображенская площадь

18.00

9ч.

Прсображенское кладбище

18.00

5 ч.

10 ч

Спаса Преображения в Богородском

18.00

5ч.

7ч.

10ч.

Храм 1 1окрова Б. М. на Землянке

18.00

3 ч.

6ч.

Храм Петра и Павла в Лефортово

18.00

6ч.

9ч.

Храм Петра и Павла на Яузе

1830

5 ч. 30 мин.

7ч.

10ч.

Храм Св. Николая единоверческий

17.30

5 ч.

7ч.

9 ч. 30 мин.

Успения Б. М. (Болгарское подворье)

18.00

2 ч. +литургия(?)

7ч.

10ч.

Антиохийское подворье

16.00 и 19.00

1 ч.

Зч.

7ч.

Храм Св. пророка Ильи Обыденный

16.30 и 19.00

6 ч. + литургия

10ч.

Храм Св. Пимена Великого

18.00

Зч.

5ч., 7ч.

10ч.

Храм Св. Николая в Хамовниках

18.00

1 ч. + литургия

7ч.

9ч.

Естественно, что народ, одержавший победу над немецкими оккупантами, ожидал от центральной власти, повернувшейся вроде бы к Церкви, удовлетворения самого насущного вопроса — о возвращении отнятых у него храмов, дабы в городских храмах не стоять в крайней тесноте, а в селах иметь возможность посетить богослужение.

Какова же была позиция государственных органов, явно и неявно контролирующих Русскую Православную Церковь, в этом вопросе? Оно было разным и, в общем, весьма сдержанным, очень мягко выражаясь. И какова была численность храмов?

Так, в докладной Трушина т. Карпову от 20 апреля 1944 года отмечалось, что по состоянию на 1 апреля 1944 года в Мосгорисполком и Исполком Мособлсо-вета поступили 208 заявлений об открытии церквей (из коих 7 — по Москве), из них лишь по трем разрешено открыть три церкви (в области).

Не было фактов нарушения Закона об отделении Церкви от государства и Церкви от школы, жалоб на действия представителей органов власти и финансовых органов. Были только случаи незаконного открытия храмов:

— в селе Киясово Михневского района в сентябре 1943 года открыта церковь, закрытая в 1939 году;

— в селе Селенском Высоковского района, где бывшим председателем церковного Совета был приглашен неизвестный священник Иван Смирнов в сентябре 1943 года, скрывшийся в декабре, после чего был приглашен зарегистрированный священник;

— имелись случаи самовольного со стороны местных исполкомов разрешения на открытие храмов, в том числе и временное;

— были случаи, когда "по разрешению сельских советов, а иногда и незаконно, группы верующих проводили собрания, где обсуждают вопрос об открытии церкви и производят выборы церковного Совета" (42).

На 1 апреля 1944 г. в Москве и в области уполномоченным было зафиксировано: 4 епископа (1 —обновленец), 218 священников (из них 3 — обновленцы), 43 диакона (из них 2 — обновленцы) и 6 псаломщиков (из них 1 — обновленец).

В период с 1 апреля по 1 июня, согласно докладной Трушина, было рассмотрено 60 заявлений (об открытии церквей), из которых лишь по четырем было направлено положительное заключение в Совет по делам РПЦ (но они пока не действовали).

Но уже не было самовольного открытия храмов. Зато отмечены случаи совершение молебнов "под открытым небом" или по домам и даже в общественных учреждениях без разрешения на то соответствующих органов (которые, конечно, вряд ли бы осмелились дать таковое).

Некоторые исполкомы "продолжали повторять прежние ошибки" — предлагали верующим проводить ремонт закрытых храмов, собирать собрания верующих, выдавать на руки верующим копии решений Мособлисполкома об отклонении их ходатайств об открытии храмов (по инструкциям лишь уполномоченные могли кратко ответить, что ходатайство отклонено или не могло быть удовлетворено).

Отмечалось, что продолжала проводиться церковно-патриотическая работа — чтение воззвания Патриарха Сергия и местных священников и сбор средств на нужды Красной Армии и что с июня 1941 года 31 московский храм внес 9 693 624 рублей, а 152 областных храма — 2 235 966 рублей, но не во всех храмах проводится эта работа.

На 1 июля 1944 года в Москве и области уже было 244 священника (3 — обновленца), дьяконов — 44 человека.

В обширном докладе за III квартал, где отмечалась активизация верующих по открытию храмов, А. Трушин находил возможным открыть в Подмосковье 21 храм, в том числе в Куркино Химкинского района (43), в Домодедово, в Раменском и других местах (44).

В отчетном докладе в апреле 1945 года Трушиным было указано, что им были "написаны заключения на открытие храмов в селе Беседы (45) Ленинского р-на, в селе Язвищи Волоколамского района, в селе Сабурово Загорского района, но председателем исполкома МОС (Мособлсовета) они не были подписаны, т. к. наличие действующих церквей в этих районах составляет от 3 до 6 церквей".

Первичных заявлений на открытие храмов в Москве не поступало, но по отклоненным было получено 5 жалоб с просьбой о пересмотре.

При пересмотре заявлений по жалобам Трушин написал заключения на открытие церкви Св. митрополита Филиппа на 2-й Мещанской улице и Всехсвят-ской на Ленинградском шоссе, но эти заключения опять-таки не были подписаны председателем Московского городского исполкома.

В Москве на 1 апреля 1945 года было по-прежнему 30 патриарших церквей и одна [Пименовская] обновленческая церковь.

В 67 подмосковных районах было всего 145 церквей в 17 районах их не было.

В патриарших храмах

В обновленческих храмах

в Москве

в области

в Москве

в области

Епископов

3

-

1

1

Священников

73

179

2

2

Диаконов

28

16

3

Псаломщиков

5

6

Всего

109

201

6

3

К 1 июня 1945 года открыты: в Москве— 1 церковь у Сокола, в области — 12 церквей. В IV квартале 1945 года открыты приходская церковь при Богословском институте в бывшем Новодевичьем монастыре и 3 церкви в области.

Всего в Москве к концу 1945 года стало 33 церкви, в области — 160 церквей.

Из 1216 недействующих церквей в области не заняты 288:

Под культурно-хозяйственные цели занято 928 храмов.

А. Трушин отмечает резкое увеличение потока заявлений об открытии храмов после проведенного Собора архиереев РПЦ (46).

В докладной от 28/29 июня 1945 года он отметил, что в связи с "Положением об управлении Русской Православной Церковью, принятом на Соборе 1945 года, когда настоятель храма стал по положению председателем Церковного Совета (4-м членом), в ряде приходов возникла необходимость смены состава церковных Советов, причем в некоторых храмах началась ожесточенная борьба за церковный ящик".

Так, некто "Плотицын — председатель исполнительного органа с. Черкизово Мытищинского района заявил А. Трушину, что "наше Правительство сделало большую глупость при изменении своей политики к Церкви, дали большие права Патриархии и попам, которые отплатят тем, что все деньги будут класть себе в карман". После снятия Плотицына с регистрации и предложения ему сдать дела, тот заявил, что "он всех пропустит через свой труп, но ящика никому не отдаст".

В Кашире некая Воронкова (председатель Церковного Совета и казначей) схватила настоятеля храма Левочкина (47) за шиворот и начала кричать: "Граждане православные, не допускайте попа к управлению церковью. Он хочет нас отстранить...", — а ночью она подослала своего сына, который забросал комнату священника камнями (48).

Тяжелые баталии разгорелись и в Переделкино (Лукино). Приводим справку от 15 апреля 1948 года от Трушина Г. Г. Карпову по делу общины церкви села Лукино Кунцевского района (ст. Переделкино):

До 17 января 1946 года настоятелем был протоиерей Константин Васильевич Косьминский (1865 г. рождения) — уволенный за штат; на его место был назначен священник Сергей Николаевич Соколов (1895 г. рождения). В церковном совете были:

староста — Никишин Александр Григорьевич (1895 г. рождения); помощник старосты — Абрашин Александр Васильевич (1914г. рождения)  (49);

казначей — Никишина Мария Андреевна (1895 г. рождения), председатель ревизионной комиссии — Комаров Иван Никифорович (1891 г. рождения) и др.

30 января 1947 года Патриархия из-за борьбы "за ящик" между Комаровым и Соколовым снимает последнего и назначает священника Николая Гавриловича Шумова (1872 г. рождения), которого авантюристка Романова взяла под свое влияние и сняла Комарова 31 марта 1947 года. В октябре 1947 года священник Шумов был убит, а на его место был назначен священник Иван Васильевич Скворцов (1884 г. рождения).

Штатным священником в с. Лукино к церкви "Иоанна Грозного" (50) зарегистрирован М. А. Андреев (51).

Согласно докладной А. Трушина Карпову от 08 апреля 1946 года, в Москве было зарегистрировано на 1 апреля 1946 года уже 132 священнослужителя.

Из них окончили

Духовную академию

-- 31 чел.

Семинарию

— 52 чел.

Училище

— 23 чел.

Низшее общее образование

— 26 чел.

По возрасту

25 - 35 л.

4 чел.

35 -45 л.

12 чел.

45 - 55 л.

28 чел.

55-65 л.

46 чел

25 -35 л.

4 чел.

В области за I квартал 1946 года открыто 6 церквей.

За II квартал — 14 церквей (в том числе в с. Сабурово Загорского района и в с. Стромынь Ногинского района).

Из общего числа 374 человек на апрель (132 + 242 = 374 (52)), по данным А. Трушина, ранее репрессированных было 66 человек (14,3% = каждый седьмой) (53) .

На фронтах Отечественной войны из них служили 20 человек, из коих 6 отмечены правительственными наградами, а именно:

1. Протодиакон А. Е. Зверев (54), 1903 года рождения, образование — низшее, в прошлом 12 лет служил диаконом; в 1934-1941 годах работал чернорабочим. Имел 4 медали (в 1955 г. уволен за штат. — С. Г.).

2. Диакон Ф. С. Мошно, 1900 года рождения, в прошлом 25 лет был диаконом. В 1931-1941 годах был в заключении. Имел 1 медаль.

3. Священник А. В. Соллертовский  (55), 1900 года рождения, окончил ДС, в прошлом 25 лет был священником. В 1933-1941 годах — бухгалтер, имел 2 медали.

4. Диакон И. Т. Устин, 1904 года рождения, в прошлом 7 лет был диаконом, в 1930-1941 годах — бухгалтер. Имел две медали.

5. Диакон Е. М. Хитров  (56), 1895 года рождения, низшее образование, в прошлом 16 лет был диаконом, в 1931-1941 годах— в ИТЛ и работал чернорабочим.

Имеет 4 медали.

6. Диакон И.И.Соловьев, 1902 года рождения, образование низшее, в прошлом служил диаконом 11 лет, в 1938—1941 годах — чернорабочий, имеет 1 медаль.

17 человек награждены медалями "За оборону Москвы" (57).

Из среды духовенства (374 человека) выявлено 29 человек неблаговидного поведения, в том числе:

1. Введенский Андрей Александрович 1918 года рождения — священник Пименовской церкви, очевидно, из обновленцев, сын их лидера — пьяница и скандалист, на которого 18 сентября 1945 году группа верующих из 25 человек принесла жалобу, что он во время службы падал, выражался нецензурно, устраивал дебош со своими сослуживцами, особенно с диаконом Озеровым, которого обвинял в присвоении денег.

2. Цветков Дмитрий Павлович 1890 года рождения, настоятель Петропавловской церкви в Лефортово ... устраивал скандалы, присваивал деньги  (58).

3. Любимов Александр Васильевич 1887 года рождения, диакон той же церкви.

4. Черников Федор Викторович 1893 года рождения, священник храма на Ваганьковском кладбище. Ранее он служил в Загорске, и одна из его жен просила, чтобы его перевели служить в Москву (59).

Отмечалось, что Патриархия переводит их с прихода на приход, и за 3 месяца совершено 40 переводов (но, очевидно, не ко всем это относилось).

Священники, отличившиеся в годы войны сбором средств на патриотические цели:

1. Алексеев Косьма Александрович — из церкви Иоанна Воина на Якиманке.

2. Бажанов Николай Павлович — из церкви Воскресения в Брюсовском пер. (60).

3. Лепехин Павел Николаевич — из Никольской церкви в Хамовниках (61).

4. Марков Стефан Маркович — из Знаменской церкви.

5. Пономарев Аркадий Константинович — из Петропавловской церкви у Яузских ворот (62).

6 Романков Василий Филиппович — из церкви на Пятницком кладбище (63).

7. Филонов Петр Дмитриевич — из церкви Нечаянная Радость.

8. Успенский Павел Степанович — из церкви на Даниловском кладбище И другие (не упомянутые Трушиным).

Упомянуты 6 священников, уклонявшихся от сбора средств; среди них: Цветков Дмитрий Павлович, Павлов Иван Дмитриевич из Иоанно-Предтеченской церкви, Подобедов Владимир Григорьевич из Тихвинской церкви, Сухих Дмитрий Семенович из Никольской церкви и другие — из области  (64).

По докладной Трушина от 13 июля 1946 года, за период с 1 января 1944 года по 1 июля 1946 г. поступило в Исполком Московского Областного Совета 358 заявлений, очевидно, об открытии храмов, рассмотрено 342 и удовлетворено всего 17.

Через Совет по делам РПЦ, Президиум, Совет Министров и депутатов на решения МОИК поступило 667 повторных заявлений (жалоб) с просьбой пересмотреть отказы и открыть 179 храмов.

При пересмотре было удовлетворено 31 ходатайство и, таким образом, было разрешено открыть 48 церквей по Московской области (включая Москву?).

Всего за первое полугодие с ходатайствами было принято 885 человек.

Трушин отмечал, что "представители групп верующих на приемах проявляют недовольство и нездоровые интересы", они заявляют, что: "у нас в стране только пишут и говорят о свободной религии, а на самом деле ее нет". Одни из них говорят, что надо бросить работу в колхозе, другие — писать в иностранные посольства — "тогда "может быть" быстрее откроют". Поэтому Трушин просил "указаний со стороны Секретаря МК ВКП(б) Г. М. Попова, Председателя МОИК П С. Тарасова и Председателя Совета по делам РПЦ Г. Г. Карпова".

Трушиным приложена справка о 78 храмах, в отношении открытия которых верующие настойчиво хлопочут, в том числе:

По справке А. Трушина от 30 декабря 1946 года, за все 3 с лишним года из 54 ходатайств об открытии в Москве в общей сложности 18 храмов было удовлетворено в отношении только Всехсвятской церкви (на Соколе. — С. -Г.) в мае 1945 года (отклонено было 02 сентября 1944 г.). Среди тех, о которых хлопотали были: кладбищенская церковь на Лазаревском кладбище, церкви Филиппа-митрополита, Большого Вознесения, Всех скорбящих Радосте, Благовещения на Красноармейской ул., Сергиевская на Ульяновской ул., Тихвинская на Тихвинской ул., Мартина-исповедника и др. (68)

По данным Трушина, в IV квартале 1945 года в Москве было подано 4 ходатайства об открытии храмов, 3 осталось от III квартала; рассмотрено 5, но ни одно не было удовлетворено. По области было подано 43 ходатайства, рассмотрено 13, но ни одно не удовлетворено.

Использовались любые причины, чтобы отказать в ходатайстве: "неправильное" оформление ходатайств, отсутствие нужного числа подписавших или указаний мест их проживания, наличие расположенных недалеко храмов — 10-15 км, хотя и это расстояние советскими органами уменьшалось в отказах до 5-6 км (на что даже обращалось внимание Трушиным в докладах Карпову), ветхость церковных зданий, невозможность освобождения храмов, переоборудованных под производственные или культурные цели.

Так, было отклонено ходатайство об открытии в Москве закрытой в 1931 году церкви на бывшем Семеновском кладбище (снесенном в 1956 г.), используемой под ремонтно-механические мастерские (69).

Местные власти часто проявляли самоуправство, не допускали, в частности, и разрешенные законом требы на дому. В одной местности сотрудник районного КГБ запугивал подавших заявление об открытии храма, и те взяли свои подписи назад (70).

Трушину приходилось выезжать на места и пресекать подобные явления.

В Загорском районе об открытии храмов из 7 ходатайств 2 удовлетворено — в Слотино и Сабурово. Особенно энергично хлопотали об открытии церкви в селе Выпуково, где церковь не используется, колхозники М. Е. Исаев и Евсеев (71).

Кстати говоря, забегая может быть немного вперед, и в 1947 году тщетно хлопотали об открытии храма в селе Выпуково, жители которого писали жалобу на имя депутата Верховного Совета СССР Леонова, другие — на имя Сталина... "Дорогой Вождь народа, дайте указание об отмене решения МОИК, по которому отказано в открытии нам церкви...".

Трушин отмечал, что местные органы при отказе верующим идут на фальсификацию данных о состоянии церковного здания, о расстоянии до близ расположенных храмов, производят перестройку церковных зданий и т. п.

В таких условиях некоторые ходатаи об открытии храмов решались и на авантюру. Так, один из активистов по открытию второй церкви в г. Коломне, учитель ремесленного училища А. А. Нестеров, 1912 года рождения, в мае-июне 1949 года направил в Коломенский горсовет ложную телефонограмму, в которой от имени председателя Совета по делам РПЦ Карпова указывалось, чтобы местные власти до 12 часов 24 апреля передали Успенский собор верующим.

В один из приемов у Трушина А. Нестеров прямо обвинил Правительство в несоблюдении Сталинской Конституции ("которая только на бумаге"...), за что, видимо, и поплатился: А. Трушин в письме к секретарю МК ВКП(б) и к председателю исполнительного комитета Мособлсовета писал в заключении, что А. Нестерову не место работать преподавателем ремесленного училища (72).

Трушин отмечал также, что ходатайства верующих часто поддерживаются Московской Патриархией и лично митрополитом Николаем, который часто справляется о прохождении ходатайств (73).

С другой стороны, в своих докладных Г. Г. Карпову А. Трушин отмечал как недопустимые явления, когда в нарушение Декрета 1918 года руководители колхозов и сельсоветов обращаются к храмам за материальной помощью либо дают разрешение на проведение молебнов под открытым небом или лошадей священнику для поездки по требам.

Из отчета следует, что в 1946 году в Московской области было 169 храмов (11 ушло за счет причисления Горловского, Михайловского, Октябрьского, Скопинского и Чапаевского районов в состав Рязанской области). По данным на 1 июля 1946 года, в области насчитывалось 1126 церковных зданий недействующих храмов, из коих 906 закрыты решением МОИК, а остальные 220 не закрывались, при этом: 878 занято под культурно-хозяйственные цели, а 248 — ничем не заняты и большинство находится в распоряжении бывших церковных Советов (т. е. ключи от храмов у них).

Согласно докладной А. Трушина (74) о количестве служителей культа в Москве и ее области, на 1 января 1947 года значилось:

По состоянию на 1 апреля 1947 года было церквей:

В Москве

33 действующих

174 недейств

из них занято 171

свободно 3

В области

1771 действующих

1118 недейств

из них занято 870

свободно 248

В 1948 году патриарху удалось добиться открытия двух церквей в Москве.

Так, 7 апреля А. Трушин предписал председателю исполкома Куйбышевского райсовета в трехдневный срок заключить с Московской Патриархией договор "О передаче последней в бесплатное бессрочное пользование двух церковных зданий, бывшей церкви "Гавриила Архангела" (Меньшикова башня) по Телеграфному пер., 15а — для организации в нем храма-подворья, и церкви "Федора-Тирона" (75) — для переоборудования под жилой дом (первая находилась в ведении Библиотеки им. Ленина в качестве хранилища газет, а вторая — у завода "Ремкузов" — под общежитием); а если таковые здания в настоящее время полностью не освобождены, принять необходимые меры к их освобождению" (76).

Храм стал Антиохийским подворьем (77), что, очевидно, и явилось мотивом для передачи этих закрытых здании церкви (78).

Вторая церковь, открытая в 1948 году, — "Преображения Господня", более известная как "Всех скорбящих Радосте" на Ордынке, построенная известным архитектором Осипом Бове, закрытая в 1933 году и отданная тогда Третьяковской галерее под склад (79). Ее возвращение Церкви было совершено по личной просьбе Патриарха к Сталину (80). Она была приходским храмом Симанских и имеет придел Варлаама Хутынского, а Патриарх в свое время был епископом Хутынским.

В храме стал служить протоиерей Михаил Зернов, впоследствии — архиепископ Киприан (+ 1987), который отлично поставил богослужение и проповедь. Пел замечательный хор под руководством известного регента Николая Васильевича Матвеева (+ 1992), имевшего и архитектурное образование.

В 1949 году Патриархии удалось получить Малый Донской собор, где под спудом был захоронен Патриарх Тихон, что, очевидно, и послужило поводом для ходатайства о передаче храма Церкви. Храм поступил в ведение настоятеля (с 1944 года церкви Ризоположения на Донской улицы епископа Макария (Даева) (81).

В 1949-1963 годах здесь служил известный московский духовник отец Николай Голубцов (82).

Однако в Москве после открытия 5 храмов в 1945-1949 годах их число (36)  оставалось неизменным до 1961 года (83)

Если церковное здание сохраняло свой внешний вид, то обычно в первые послевоенные годы передачу его под клуб или производственные цели А Трушин считал "несвоевременным", в противном случае, разрешалось передача храма или его снос (84).

Так, 8 сентября 1949 года А Трушин извещал, что Совет по делам РПЦ 25 июня 1948 года " принимая во внимание, что здание церкви в селе Гольяново (Балаши-хинского района, с 1960 г в черте Москвы) сохранило внешний церковный вид и верующие настойчиво ходатайствуют об ее открытии", — не дал своего согласия на использование этого здания для производственных целей (артелями Третьей пятилетки для организации в ней красильного и другого производств) (85).

Но часто бывало и по-другому В ответ на запрос от 2 февраля 1948 года от "Росглавснаба" Министерства соцобеспечения РСФСР А Трушин не возражал против переоборудования интерьера "церкви Флора и Лавра" (на Зацепе) (86).

Долго, но безрезультатно боролись верующие за открытие бывшей Горбу-новской (Алексеевской) церкви близ станции Хотьково Она была закрыта в 1935 году, и якобы передана на баланс Горбуновской текстильной фабрике В 1945 году группа верующих начала ходатайствовать об ее открытии, но их просьба решением МОИК № 323 от 3 марта 1945 года была отклонена (87).

Группа верующих свое ходатайство продолжила в 1948 году "Здание церкви в настоящее время, — писал Трушин в 1948 году, — никем не занято, но требует ремонта Ближайшая действующая церковь — на расстоянии 8-10 км" (88).

17 мая 1948 года последовал запрос Трушина дирекции фабрики:

1) Какое переоборудование в церкви будет произведено?

2) На каком расстоянии она находится от фабрики?

3) Прислать ее фотографию.

3 июня 1948 года последовал запрет со стороны А. Трушина директору фабрики на разборку церкви (без разрешения Совета по делам РПЦ) — в результате жалоб от представителей верующих в Правительство (89). 13 июля А. Трушин направил решение Совета по делам РПЦ с отказом в разрешении переоборудовать Горбуновскую церковь под клуб (а также церкви в селе Синьково Коммунистического района под молокозавод). Верующие даже обратились к одному из членов иностранной делегации, прибывшей на празднование 500-летия автокефалии Русской Церкви.

Но фабрика продолжала свою разрушительную работу, с августа 1948 года были разобраны 3 средних купола, подготовлен снос главного, и Трушин поставил перед Советом вопрос о разрешении продолжить эту работу, т. к, затрачено фабрикой много средств (90).

В апреле 1953 года по поводу Горбуновской фабрики писали (вновь) Борис Денисович Зубов (Хотьково, 2-я Лесная ул., д. 12) и другие подписанты: "Мы с 1948 г. получили второе такое же (слепое) сообщение от 27.03.1953 г. С 10 марта по 20-е сломали главу на колокольне Горбуновской церкви, (которая) по своему устройству не годится переоборудовать ее под клуб, т. к. она внутри делится на три небольших отделения кирпичными арками, на них стоит вся церковь; кроме того, под зданием этой церкви похоронены семья — три человека русских благодетелей, которые строили эту церковь и имели богадельню (приют на 50 коек для бедных престарелых людей, которых содержали на свои средства; их память народ чтит). Нельзя позволить на их грудях танцевать. В 1948 г. Комиссией запрещено ломать Горбуновскую церковь...".

Зубов писал лично Ворошилову, Маленкову, Хрущеву, Карпову, но ответа от них не получил. Все пересылалось в Совет по делам РПЦ.

А. Трушин сообщал в Совет по делам РПЦ свой разговор с директором Горбуновской текстильной фабрики, что переоборудование под клуб намечено закончить к 7 ноября 1953 года (91).

9 сентября 1949 года А. Трушин дал разрешение на переоборудование под клуб церкви в селе Стогово Малининского сельсовета, закрытой в 1937 году, хотя здание и сохранило церковный вид, но в связи с тем, что "последнее расположено от населенных пунктов на расстоянии 1-2 км, ни под какие цели не используется и без надзора — кровля крыши пришла в негодность, кресты и купола грозят обвалом, оконные и дверные переплеты выломаны, кирпичные печи и полы выламываются посторонними лицами, (а) в Загорском районе действуют четыре церкви, ближайшая — ее. Слотино в 2 км от Стогово" (92).

В отношении церкви на станции Ситня Ступинского района (закрытой в 1930 г.) для передачи под клуб психиатрической больнице им. Ганнушкина А. Трушин ответил отказом в августе 1948 года на том основании, что она сохранила внешний церковный вид (хотя ходатайств о ее открытии не было).

А церковь в селе Трубино (Щелковского района) Трушин разрешил отдать под молокозавод, но отказал баптистам в передаче Успенской церкви в Серпухове, об открытии которой они ходатайствовали (93). 16 января 1950 года А. Трушин не возражал против передачи бывшего церковного здания в селе Зюзино артели "30 лет Октября" для использования его под цех резиновых изделий без переоборудования наружного вида (94) .

В том же году в ответ на запрос Отдела архитектуры при исполкоме Мособл-совета, не требуется ли в какую-нибудь церковь неиспользованная утварь церкви села Косино и в церкви села Тропарево (отданной под склад колхоза), А. Трушин ответил, что с этим вопросом нужно обращаться в райфинотделы, т. к. они имеют постановление СНК СССР от 17.04.1943 г., № 404 и инструкцию Нар-комфина от 31.05.1943 года, № 311 с дополнением пункта "И" (95) о предметах религиозного культа (СНК СССР от 30.06.1944 г., № 301).

15 апреля 1952 года А. Трушин направил свое заключение и проект решения по вопросу о переоборудовании бывшей Петропавловской церкви в Загорске на имя помощника Председателя исполкома Мособлсовета Н. Н. Кириченко (96).

Летом или осенью 1953 года Исполком Мособлсовета решил передать на баланс Загорскому Райпромкомбинату здание бывшего Покровского собора в Хотькове (в бывшем Хотьковском монастыре) ввиду того, что этот комбинат использует это здание с 1940 года под свои производственные цеха и на его переоборудование истратил 195 тыс. рублей, в том числе:

1) Устройство перекрытия и входа на второй этаж — 62 тыс. руб.

2) Устройство перегородок, штукатурку, химические цеха, склады и прочее — 36 800 рублей и проч. (97)

Большей частью на ходатайство верующих об открытии храмов следовали стандартные бессердечные отписки типа: "...Нет оснований пересматривать наше прежнее решение" или "...Вашу просьбу в настоящее время удовлетворить не представляется возможным".

Финансовая сторона деятельности Церкви и получение доходов священниками и другими клириками, в частности, хористами, все больше становилась предметом пристального внимания и орудием давления на священнослужителей.

Если 19 мая 1949 года А. Трушин в ответ на запрос председателя одного из исполкомов сообщал, что "Церковь в Советском Союзе отделена от государства и является как бы частным обществом, а поэтому где и как они хранят свои средства, это их личное дело... [и] я не имею никакого права давать указания церквам, чтобы последние сдавали деньги в отделение Госбанка или сберкассу" (98), то такая позиция была, по-видимому, больше декларативной даже в первые послевоенные годы.

Получение все больших доходов от Церкви было одним из главных направлений в деятельности государственных органов. И политика в этом направлении, как мы увидим далее, со временем все больше ужесточалась. В первые послевоенные годы хорошим орудием была "добровольно-принудительная" подписка на "Государственные займы восстановления и развития народного хозяйства".

Интересны "Сводки о ходе подписки на 4-й и 5-й "Государственный заем восстановления и развития народного хозяйства" по московским церквам.

Учреждения и храмы

На 4-й в 1949 г

На 5-й в 1950 г.

1 . Московская Патриархия

1 100000

1 000 000

2. МДС и ДА

204 500

181 220

3. Богоявленский собор в Елохове

100500

235 200

4. Храм Воскресения в Сокольниках

41 650

43000

5. Храм Даниловского кладбища

45800

56000

6. Храм Ваганьковского кладбища

40000

40000

7. Храм св. Пимена Великого

30000

28000

8. Храм Покрова в Лыщиковом пер.

29700

28830

9. Храм на Преображенской пл.

25300

38 125

Подписка продолжается .

(ЦГАМО, ф. 7383, оп. 5, д. 3, лл. 75, 76)

За "финансовыми операциями" духовенства органы пристально следили через своих людей в приходских советах, как об этом говорят сведения, полученные А. Трушиным:

Так, Трушину донесли, что настоятель церкви Ваганьковского кладбища Федор Павлович Казанский в октябре 1947 года купил священническое облачение у гражданина В. В. Денисова. А настоятель Алексеевской церкви (село Алексеев-ское) священник Петр Александрович Турбин купил митру у Александра Федоровича Попова (99).

28 апреля 1948 г. А. Трушин предписал начальнику финансового управления г. Москвы В. Е. Михееву обложить подоходным налогом незарегистрированное духовенство, которое "производит все религиозные обряды и требы на дому у верующих, а главное — на Ваганьковском и других кладбищах г. Москвы", в частности:

1. Черникова Федора Викторовича (1893 г. рождения).

2. Введенского Андрея Александровича (1918 г. рождения).

3. Янковского Аркадия Иосифовича.

4. Борисова-Орлова Григория Андреевича.

5. Верховцева Сергея Александровича,

а начальнику управления милиции г. Москвы А. Н. Полукарову — принять необходимые меры к ним (Трушин указал еще 4 лица). "Некоторые из них в прошлом судимы, а в настоящее время не имеют постоянного жительства в г. Москве" (100).

В тяжелые послевоенные годы Совнарком за личной подписью его председателя И. В. Сталина выделял фонды материалов по просьбе Патриархии. В частности, в 1947 году — для ремонта Елоховского Богоявленского собора (101).

9 декабря 1948 г. Министерство торговли СССР дало на места указание об отпуске продуктов питания в порядке мелкого опта для столовой МДА и МДС на 217 человек (102). 17 апреля 1952 года А. Трушин направил указание начальнику Управления электростанций и электросетей Немировской о бесперебойном снабжении электроэнергией зданий Троице-Сергиевой лавры и Духовной академии на время Конференции в защиту мира (проходившей с 9 по 12 мая 1952 г.) (103).

Распоряжением СНК за подписью Сталина от 6 октября 1951 года за счет средств Московской Патриархии Центральным проектно-реставрационным мастерским Академии архитектуры СССР поручалось выполнение проектно-изыска-тельских работ в связи с деформациями Успенского собора в Лавре (104).

В августе 1952 года Государством были переданы две легковые машины (105) типа ЗИМ (Патриарху и ленинградскому митрополиту), а 18 ноября — земельный участок площадью в 2,3 га под патриаршую дачу (очевидно, в Переделкино).

Но отношения между государством и Церковью не были безоблачными и в первые послевоенные годы, уже к 1950 году открытие некогда закрытых храмов было практически приостановлено, а в 1948-1950 годах последовала даже волна ссылок духовенства, до сих пор, официально не известно кем инициированная (106).

Среди высланных были известные священники о. Виктор Жуков и о. Иоанн Крестъянкин из Измайловского храма (последний даже попал в исправительно-трудовой лагерь, как повествует Краснов-Левитин в одном из своих произведений), иеродиакон о. Порфирий (Бараев) (107) из того же храма, о. Михаил Годунов и о. Валериан Николаев из Пименовского храма и целый ряд других священнослужителей из других московских храмов. В основном, это были лица, ранее уже репрессированные и вновь проявившие себя активной церковной жизнью.

В документах у Трушина нам встретилось лишь несколько имен, лишенных тогда регистрации. В августе 1948 года нарсуд 2-го участка Кировского района осудил священника Колчева Александра Ивановича (1896 г. рождения) по ст. 60 части II УК РСФСР за неуплату подоходного налога в сумме 57 118 руб. к исправительно-трудовым работам сроком на 1 год с вычетом 25% зарплаты и взысканием указанной суммы. Колчев обратился в Совет. Трушин затребовал финансовые документы (108).

В списках снятых с регистрации по разным причинам значится среди московских священников Максимов Павел Христофорович (109) из церкви "Нечаянная Радость", арестованный в ноябре 1949 года (110).

Также был арестован и Харьюзов Николай Александрович из села Загорное Раменского района; выслан отец Василий Александрович Виноградов из села Стромынь, а назначен на его место отец А. К. Усков.

Кстати, отслеживались и снимались с регистрации и "проштрафившиеся" в том или другом отношении лица из духовенства. Некоторые из них попадали под запрет в священнослужении или переводились из Москвы в провинцию. Но, надо заметить, что иногда священноначалие или уполномоченные вводились в заблуждение клеветническими наветами на тех или иных служителей Церкви, вызванными самыми различными причинами — завистью, ревностью, местью, ненавистью. Разобраться в них часто было невозможно (111).

К 1948-1949 годах отношение Сталина к Церкви стало, видимо, более равнодушным (по внешнеполитическим мотивам, как отмечают историки), но, по словам покойного ныне журналиста-международника Анатолия Сергеевича Гаранина (часто посещавшего Пименовский храм в 1970-1980 годах), трижды встречавшегося со Сталиным, отношение его оставалось якобы даже благожелательным, и что, поживи Сталин еще года два-три, Рождество и Пасха были бы объявлены праздничными днями.

Смерть Сталина стала поворотной вехой в жизни государства и Церкви. С одной стороны, последовало возвращение из тюрем и ссылок многих епископов и клириков (112), а с другой, усилилась позиция атеистов в ЦК КПСС. Так, уже 7 июля 1954 года по инициативе Н. С. Хрущева было подготовлено постановление ЦК КПСС "О крупных недостатках в научно-атеистической пропаганде и мерах ее улучшения", которое, как и ряд подобных последующих постановлений, ознаменовало наступление на религию и на Церковь (113).

Усилился контроль за финансовой и социальной стороной церковной деятельности.

Обеспокоенный ростом доходов московских церквей, А. Трушин докладывал в Совет по делам РПЦ в марте 1958 года, в частности, что учтенные доходы, например, в церкви Пимена составили: у священника Монаховича, 64 180 руб. (налог 34 513 руб.), у протодиакона Владимира Прокимнова — 42 250 руб. (налог 19 602 руб.). На Ваганьковском кладбище у священника Преображенского — 79 010 руб. (налог 45 944 руб.), что церкви тратят много на оборудование и ремонт. Например, церковь Пимена — 680 тыс. руб., а в селе Алексеевском Тихвинская церковь истратила 1 млн. руб. за 1955-1956 годы.

На содержание Московской Патриархии и в ее пенсионный фонд церковь Пимена отчисляет — 480 тыс., церковь Всехсвятская — 600 тыс., церковь Всех скорбящих — 300 тыс. руб. (114).

В мае 1959 года А. Трушиным в адреса МГК КПСС, Исполкома Моссовета и Совета по делам РПЦ, Г. Карпову, была составлена докладная ("О составе хоров певчих в церквах Москвы"). В ней говорится, что им, Трушиным, были затребованы через благочинных "списки, в которых наряду с другими сведениями нужно было указать, где и кем работают они помимо церкви. При составлении требуемых нам списков многие лица отказались дать свои данные и ушли из состава церковных хоров...". По данным на 1 мая 1959 года в 36 московских церквах состояло 895 человек штатных певчих, в том числе мужчин 355 (40%) и 540 женщин. Они подразделялись по возрасту:

от 18 до 30 лет— 27 чел.;

от 30 до 40 лет — 51 чел.;

от 40 до 50 лет— 150 чел.;

старше 50 лет — 667 чел.;

по социальному положению:

работающих в Советских учреждениях — 205 (23%);

пенсионеров— 150 (17%);

нигде не работающих — 540 (60%).

Из числа работающих:

57 человек — артисты и певцы театров, хоров, ансамблей, в том числе 10 человек из ВТО.

29 человек из НИИ (в т. ч. Болховитин Вячеслав Борисович, 1931 года рождения, инженер), Ноев Николай Алексеевич 1910 года рождения, Батурин Олег Георгиевич, 1930 года рождения (115).

10 человек из Государственного комитета по радиовещанию и телевидению, в т. ч. Шибалкин Алексей Иванович, 1909 года рождения (116).

50 человек с заводов и фабрик;

10 человек из министерств и ведомств;

50 человек из разных учреждений.

Все эти лица и места их работы в докладной (считай — доносе) указываются.

Совершенно недопустимым А. Трушин почему-то считал оплату труда пенсионеров на церковном поприще (117).

Тогда же А. Трушин собрал и передал "наверх" следующий "компромат" на протопресвитера отца Николая Колчицкого — настоятеля Елоховского собора, богослужение в котором притягивало тысячи людей.

"Настоятель Богоявленского собора о Николай Колчицкий. является управляющим делами Московской Патриархии. Человек он очень хитрый и имеет большое влияние (не только) на ряд работников церковного центра, но и на окружающее население

Перед посетителями собора часто выступает с проповедями и усиленно заботится об их религиозно-нравственном просвещении.

Однажды в Елоховском соборе молодая женщина, рассказывая группе верующих свои впечатления о службе, заявила: "Я люблю посещать собор, т. к о. Николай является непрестанным пламенным проповедником слова Божия и умеет зажигать своими поучениями сердца слушателей" [зафиксировано, очевидно, агентами Трушина или им самим] (118).

Колчицкий приложил и прилагает большое усилие к благоустройству прихода.

Наставляя свой иерковный совет [где у А. Трушина были, видимо, свои "уши"], который бы проявлял свое активное действие к благоустройству храма [ну и стиль!], Колчицкий заявлял: "Благолепие храма нам нужно не только потому, что у нас бывают заграничные гости, часто служит Патриарх и другие обстоятельства, но нам надо помнить: там, где все чисто, уютно, тепло, светло и великолепно, — туда люди охотно устремляются и оттуда не уходят " (119).

Большое усилие Колчицкий проявил к созданию хорошего и мощного хора, который в настоящее время также немало привлекает к себе верующих и некоторых, других лиц, объясняющих свое посещение собора желанием послушать хор певчих..."  (120)

Ренегат А. Осипов, бывший профессор Ленинградской духовной академии, в доносе уполномоченному Совета по делам религии писал: "С Патриархом (Алексием I) ладит Управделами Патриархии протопресвитер Николай Колчицкий. Это очень умный и осторожный дипломат, крепко преданный интересам Церкви (121). На Патриарха имеет осторожное, но сильное влияние".

----------------

* Статья составлена в основном по архивным документам советских органов.

1 Служивший здесь рядовым священником его брат Николай Арсеньев был тогда же переведен в другой храм. См.: Голубцов Сергей, протодиакон. Московское духовенство в преддверии и начале гонений. М., 1999, С.120, 154.

2 М. Михайлов, как сказано в его анкете от декабря 1930 г., ранее служил в Уфе, Омске, Казани и Москве. В Москве (вероятно, с 1924 г.) он служил сначала в Даниловом монастыре, а затем вскоре был приглашен в церковь Василия Кесарийского. Как правило, он служил с патриархом Тихоном вместо скончавшегося в 1923 г. протодиакона Константина Розова. Подробнее см.: Голубцов Сергий, протодиакон Храм преподобного Пимена Великого. М., 1997. С. 100.

3 См.: Центральный государственный архив Московской области (далее: ЦГАМО), ф. 4570. 1. д 1 и 192-е (лл 1 и 25); д. 189. лл. 44 и 45 (за 1934 г.)

4 Паламарчук Петр. Сорок сороков. М., 1992-1995. Т. III. С. 377.

5 О деле А. В. Лебедева вкратце см. в нашей статье о композиторе Извекове в Трудах Московской регентско-певческой семинарии, выход издания ожидается в 2005 г.

6 См.: Крылова Т О История Дорогомиловской ямской слободы и церкви Богоявления Господня. М., 1997. С. 139

7 Точная дата переноса неизвестна Вероятно, в 1938-1939 гг. Митрополит Сергий часто служил в храме Покрова на Красносельской ул.

8 См. о нем: Голубцов Сергий, протодиакон Протопресвитер Н. Ф. Колчицкий. Жизнь и деятельность // Церковно-исторический вестник. № 10. М.. 2003, и в отдельной одноименной брошюре (М., 2004).

Во главе этого храма с марта 1876 г. стоял протоиерей Иоанн Яковлевич Березкин, окончивший Вифанскую ДС (1858) и МДА (1862). после чего преподававший в ряде семинарий (в МДС в 1873-1876 гг.). После него с 1918 г — профессор-протоиерей Николай Иванович Боголюбский (выпускник МДА 1880 г., магистр богословия (1887 г ), преподававший в Московском университете, митрофорный (с 14.04.1919 г.) настоятель ее Татьянинской церкви, принимавший активное участие в церковно-общественной жизни столицы, уклонившийся в обновленчество в 1922 г., скончавшийся 01.10.1926 г. и похоронен на Семеновском кладбище В 1914 г. в штате храма значились, помимо настоятеля, 2 иерея (с 1896 г —Архангельский Иоанн Иванович, 52 лет, окончил МДА в 1886 г., и с 1911 г. — Смирнов Николай Николаевич, 35 лет) и 2 диакона — с 1896 г Доброхотов Иоанн Александрович, 51 года, окончил Вифанскую ДС (1883), и Крылов Николай Иванович, 35 лет, окончил МДС (1900) [Центральный исторический архив Москвы (далее: ЦИАМ) 203.744.2615. ч. 1 и 2]. См. также. Любартович В Патриарший Богоявленский собор. М., 2004.

9 ЦГАМО, ф. 2157. 2. 60, л. 5.

10 Государственный архив Российской Федерации (далее: ГАРФ), ф. 5263, д. 1151, л. 58.

11 ЦГАМО, ф. 2157. 2, д. 60, лл. 53-54.

12 Паламарчук Петр Сорок сороков. М., 1992-1995. Т. III. С. 83-84, со ссылкой на статью Ро-манюка С. в Московском журнале. 1992. № 4.

13 Возможно, что ходатайство Центральных государственных реставрационных мастерских (директор — Лидак) спасло от сноса этот первоклассный памятник середины XVIII в. с его уникальным художественным убранством. 10 августа 1932 г ВЦИК СССР согласился с решением МОИК о ликвидации храма, переходом верующих в церковь Иоанна Предтечи или в храм Богоявления в Елохове и передаче здания Военному ведомству для организации курсов противовоздушной обороны (ЦГАМО, ф. 4570.1.32, лл. 66-79).

14 Окончив МДА (1879), преподавал в Архангельской ДС, затем служил в московской церкви Преп. Сергия у Рогожской засгавы. был благочинным 2-го отделения Ивановского сорока. Было напечатано несколько его слов и стихотворений, в частности, "Природа и война" (Московский церковный вестник. 1917, № 9-10. С. 81-82). Имея весьма колоритную внешность, он был изображен художником Кориным на одном из эскизов к "Уходящей Руси" — в профиль, в скуфье и жезлом в руке.

15 Государственный архив Российской Федерации (далее ГАРФ). ф. 5263, д. 1151, лл. 59-60.

16 ЦГАМО, ф. 4570.1.189, л. 25.

17 Этот поступок о. Доронкина вполне вписывается в негативную его характеристику, данную А. Б. Свенцицким, когда тот состоял настоятелем храма Благовещения на Бережках и был благочинным еще с начала 20-х годов. См.: Свенцицкий А Б Они были последними? М., 1997. С. 145.

18 См.: ГАРФ, ф. 5263. д. 1151. лл. 38-40.

19 Судя по таблице Пасхалии, это 1930-й или, скорее всего, 1936 г.

20 ГАРФ, ф. 5263, д. 1149, л. 17(33)

21 ГАРФ. ф. 5263, д. 1149.

22 Включая, очевидно, и обновленческие храмы.

23 Каждый исследователь считает по своей классификации и потому приводит свои данные. Например, по состоянию на 1917-1920 п. значится 8 соборов (в Кремле и на Красной площади), 201 домовая церковь и 354 православных приходских церкви, куда входят: 1)228 обыкновенных приходских церквей (13 — в Китайском сороке, 43 — в Ивановском, 39 — в Замоскворецком, 38 — в Сретенском, 37 — в Никитском, 43 — в Пречистенском, 15 — "пригородных" (т. е. находившихся за Камер-коллежским валом), 2) 2 кремлевских бесприходных церкви; 3) 8 на кладбищах. Лазаревском, Миусском. Ваганьковском. Пятницком, Даниловском, Калитниковском, Семеновском, Дорогомиловском (не упомянуты иноверческие: Рогожское, Преображенское, Немецкое); 4) 2 единоверческие. 5) 12 приписных; 6) 102 монастырских храма. См.: Александровский М Указатель московских церквей. М., 1996. С. 57-59.

24 В том же деле приложена другая справка без всяких пояснений: из 3132 православных церквей открыто 1634, из 169 старообрядческих — 108, из 47 инославных — 11 (см. лл. 14-18 и 22).

25 Перечень московских храмов на 1936—1941 гг. даем в приложении.

26 Полковник, начальник 4-го отдела III Управления НКВД — см.: Цыпин Владислав, протоиерей История Русской Церкви, 1917—1997. С. 293.

27 Карпову была назначена персональная зарплата в 3900 руб., Зайцеву — 2850 руб. Для сопоставления отметим, что бухгалтер этого Совета получал 800 руб., машинистка — 500 руб. (ГАРФ, ф. 6991. оп. 2, д. 1, л. 13).

28 В 1953 г. имел жену и двоих детей 14 и 2 лет. Проживал по адресу: ул. Арбат, 30. кв. 13. Служебное помещение сначала было в Б. Черкасском пер., д. 2/10, а с 9 октября 1947 г. — новое, на Неглинной ул., д. 13., куда Совет перехал в феврале в 1948 г. (ЦГАМО. д. 1, л. 3. 15).

29 Подробнее см. в статье: Гордун Сергий, священник Русская Православная Церковь в период с 1943 по 1970г. (Журнал Московской Патриархии (далее: ЖМП), 1993. №№ 1-2. С. 40). В предлагаемой статье даются сведения, отсутствующие в указанной статье.

30 ЦГАМО, ф 7383, оп 1. д 3, л. 1-3 (от 10 января и 14 марта 1944 г.)

Известны такие случаи. 5-6 июня 1949 г председатель исполкома Мособлсовета П. Бурыличев высказал упрек председателю исполкома Верейского райсовета Н.Шохину за то, что последний выдал на руки представителям верующих, ходатайствовавшим об открытии церкви в с. Абакумове, полный протокол решения райсовета, что " ..является неправильным и незаконным", т к. согласно постановления СНК СССР № 1325 от 28 11.1943 г., рассмотрение заявлений верующих... об открытии церквей принадлежит только облисполкомам, о решении которого (они) уведомляются устно через уполномоченного Совета по делам РПЦ

Во избежание повторения отмеченного нарушения Исполком Мособлсовета предлагает строго руководствоваться постановлением СНК № 1325, о котором были информированы 7 декабря 1943 г № 79-10/12656 (ЦГАМО, ф. 7383, оп. 5, д. 2, л. 125).

В мае 1953 г приказом председателя Совета по делам РПЦ Карпова за нарушение подобной "бдительности" были наказаны (или поставлено им на вид) сотрудники аппарата уполномоченных:

— По Одесской области т. Иноземцева, только за то, что она поставила в известность архиеп. Никона (Одесского) о том, что уполномоченному по Сталинской обл. т Черноморченко была объявлена благодарность и выдана премия за хорошие показатели в работе.

— По Херсонской области т. Данилевская (уволена) за то. что сообщила священнику и представителям церковной общины пос Цюрупинска содержание письма Совета о целесообразности временно воздержаться от изъятия у общины разрушенного здания собора (д. 6, л. 70).

31 ЦГАМО, ф. 7383. оп. 5, д.1, л. 1.

32 Там же. Л. 24.

33 ГАРФ, ф. 6991, оп. 1, д. 1, л. 12.

34 ЦГАМО, ф. 7383. оп. 5. д. 4, л. 1-4.

35 Там же Д. 2, л. 138.

36 Там же Л. 167.

37 Там же. Оп. 1. д. 2, лл. 6, 7.

38 ЦГАМО, ф. 7383, оп. 1, д. 3, л. 5.

39 Там же. Д. 8, л. 15.

40 Действительно, по отчетам А. Трушина, по области во II квартале 1947 года было подано 84 заявления, в III кв — 72 заявления об открытии 54 храмов, а по Москве — ни одного [л. 16]

41 ЦГАМО, ф. 7383, оп 5, д. 25, л 33.

42 ЦГАМО. ф. 7383, оп. 1. д. 2, лл. 9-П.

43 Храм был открыт только в 1947 году.

44 ЦГАМО, ф. 7383, оп. 5, д. 2, лл. 30-31 и др.

45 Но. судя по докладу от 9 октября 1945 г., храм в Беседах все же был передан, т. к. Трушин жаловался, что верующие не делают ремонт [л. 37].

46 ЦГАМО, ф. 7383, оп 5. д 5. лл 3-4

47 Возможно, это иерей, затем возглавлявший храм на Воробьевых горах.

48 ЦГАМО, ф 7383, оп. 5, д 5, лл 27-28

49 Впоследствии был там священником, в 1962 г был переведен в храм Пимена Великого, в 1968 — в Лианозово, затем в Марьину Рощу Участник Отечественной войны (см ЖМП № 5, 1998)

50 К Ивану Грозному эта церковь, воздвигнутая в середине XVII в., не имеет никакого отношения, просто с Лукино принадлежало боярам Колычевым

51 ЦГАМО, ф. 7383, оп 5,д 1,лл 77-79,105

52 К 1 июля было уже 391 человек, на 1 октября 1947 г. —уже 444 человек (включая псаломщиков).

53 Интересно, что в ответ на запрос некоего В Ф. Бордонова о снятии судимости канцелярия Президиума Верховного Совета УССР в октябре 1950 г ответила, что, на основании пункта "в" ст 15 УК УССР и Постановления 27 Пленума Верховного Суда СССР от 1929 г . "Вы считаетесь несу-димым, если в течение 6 лет после освобождения из-под стражи Вы не совершили нового преступления В этом случае, на основании приказа № 79 НКЮ СССР от 19.08.1937 г Вы имеете право в документах на вопрос о прошлой судимости отвечать "не судился" [д. 3, л 187].

54 Очевидно, тот, что служил в Успенском храме бывш Новодевичьего монастыря

55 Из некролога (ЖМП №4, 1985) следует, что Александр Васильевич Соллертовский (+ 1984) находился на фронте в 1942-1943 п. и был ранен До войны, по словам А Б Свенцицкого, был настоятелем Иоанно-Богословской церкви на Тверской (на Бронной), после — церкви Иоанна-Воина и с 1953 ? года Тихвинского храма в Алексеевском. Получил митру в 1961 г.. и даже орден св Владимира 1-й степени (1982).

56 В конце 40 — начале 50-х гг служил в храме Пимена Великого — С Г

57 Список охватывает далеко не всех фронтовиков, даже из служивших в Москве Надо упомянуть, хотя бы таких лиц, как :

— митрополит Калининский Алексий (+ 07 10 1988). а тогда в миру — Виктор Александрович Коноплев, бывший на передовой рядовым и дважды раненным. По получении духовного образования служивший в 50-х годах иереем в Троицкой церкви на Воробьевых горах:

— протоиерей Впадимир Евгеньевич Елховский (16 07.1896-31 07 1977), участник трех войн, майор, принявший сан иерея в ноябре 1946 г, в 1948-1974 гг. служил в храме Воскресения Словущего в Брюсов-ском пер. (ул. Неждановой), с 1955 г — настоятелем Был членом и затем председателем ХОЗУ,

— архимандрит Леонид, в миру Илья Христофорович Лобачев (28.07 1896—28.07.1967), родом из крестьянской семьи в Подмосковье, служивший в сане иеромонаха с 1925 г в Рыбинске и приходах Ярославской области; арестованный в 1930 г., провел около 4-х лет в ИТЛ. По освобождении в 1934 г. работал в сфере питания в Центральном морском управлении, а с 1937 г — в Управлении пароходства. В Отечественную войну с 1942 г. участвовал в боях в качестве рядового артиллериста. Ранен в 1943 г. Гвардии старшина Лобачев был награжден орденом Красной Звезды и многими медалями, в том числе "За оборону Москвы". "За оборону Сталинграда", "За взятие Будапешта", "За взятие Вены". После войны служил в ряде московских храмов, в 1948-1950 гг. возглавлял Русскую Миссию в Палестине. 7 июня 1953 г. хиротонисан во епископа Астраханского и Сталинградского. Затем был еще на ряде кафедр (см. Голубцов Сергий, протодиакон. Храм преподобного Пимена Великого. М., 1997. С. 92; Федотов А А Архипастыри земли Ивановской // Церковно-исторический вестник. № 10, 2003. С. 101);

— протоиерей Анатолий Васильевич Новиков (1925-1993). В 1943 г. мобилизован в армию, добровольцем ушел в десантники. Заслужил орден ВОВ II ст , орден Солдатской славы III ст. и ряд медалей. Вернулся в Москву, окончил МДС. с 1955 г. — иерей. 27 лет был благочинным Преображенского округа Похоронен близ алтаря храма Петра и Павла в Лефортово, где был настоятелем (ЖМП. №9-10. 1995);

— протоиерей Борис Сергеевич Писарев (04.06 1905-23.04.1981). служил регентом до войны, вернулся с орденом Красной Звезды и поступил в семинарию, по окончании которой в 1948 г принял сан священника. Служил в ряде храмов, в т ч настоятелем храма Пимена Великого в 1958-1975 гг., церковный композитор (см в нашей кн. "Храм Пимена Великого", М., 1997),

— протоиерей Николай Колосов (1916 г.. рождения), многолетний клирик храма Ризоположе-ния на Донской улице:

— протоиерей Петр Раина (1921-1994), уроженец Брестской обл., вместе со своими родителями — боец партизанских отрядов, награжденный тремя орденами. Последние годы был настоятелем храма в Аксиньино. С 1951 г. в сане иерея. В 1967 г окончил МДА (ЖМП. № 9-10, 1995).

— протоиерей Александр Абрашин (см. выше).

58 Отчасти возможен и поклеп. Он — священник с 1922 г. (был офицером до 1917 г., затем у Дзержинского). В 1944 г. назначен полковым священником (в звании майора) в югославскую воинскую часть, созданную в России. В 1957 г. с Патриархом Алексием посетил Югославию. Годы жизни: 1893-1958 (см.: С Голубцов, протодиакон Введенское кладбище. 2003).

59 Тогда он был среди обновленцев. В 1942 г. Александром Введенским введен в качестве временного члена в состав его Московского епархиального управления. См : "Обновленческий" раскол Материалы для церковно-исторической и канонической характеристики / Сост. И. В. Соловьев. М., 2002. С. 573. "Морально разложившийся человек" — по словам Трушина в другом месте (ЦГАМО. ф 7383, оп. 16, д. 8, л 22).

60 О Бажанове и Маркове см нашу книгу "Храм Пимена Великого", 1997

61 О Лепехине см в книге А К Светозарского о храме в Хамовниках и в нашей книге "Московское духовенство в преддверии и начале гонений " М , 1999

62 О Пономареве см в брошюре "Введенское (Немецкое) кладбище", 2003

63 В Ф Романков (05 02 1891-01 03 1963) — настоятель указанного храма с ноября 1939 г по декабрь 1962 г, когда его сменил Николай Сергеевич Недумов, прослуживший там 13 лет Романков упомянут и в рассказе Владимира Петровича Седова о явлении ему московского митрополита Филарета с просьбой о восстановлении заброшенного захоронения своей матери 64 ЦГАМО, ф 7383, оп 1,д 8, лл 19-23

65 Храм Успения, открыт в 1946 г // Справочник "Православная Москва" 2001

66 Все Косинские храмы закрыты в 1939 г , храмы возвращены в начале 1990 гг — см тот же справочник Косино отошло к Москве в 1984/85 г

67 Согласно тому же справочнику, храм закрыт в 1937 г и открыт в 1947 г Куркино отошло к Москве в 1984 г.

68 ЦГАМО, ф 7383, оп 1,д 8, л 82.

69 Храм возвращен в 1997 г., богослужения начались в 1998 г. Храм находится на стыке Б. Семеновской улицы и Измайловского шоссе (д. № 2). ЦГАМО, ф. 7383, оп. 1, д. 8, л. 4.

70 ЦГАМО, ф. 7383, оп 5, д. 8, л. 33.

71 Там же. Оп. 1, д. 8, л. 86.

72 Там же. Д. 2, лл. 115-117.

73 Там же. Д. 11, лл. 64-88.

74ЦГАМО, ф 6991,оп 1,д 1,лл 88-89

75 Имеется в виду церковь Феодора Стратилата, которая действительно первоначально была храмом Феодора Тирона и у которой потом был придел Федора Стратилата

76 ЦГАМО, ф 7383, оп 5, д 1.

77 В 1948 г. не закрывавшийся храм Успения в Гончарах (у ст. метро "Таганская") стал Болгарским подворьем, где стали служить представители Болгарской Церкви. Они, по словам протоиерея Виктора Ипполитова, только возглавляли соборное богослужение по праздникам, живя в дипломатическом доме на шоссе Энтузиастов и не вмешиваясь в административные и хозяйственные дела, которыми ведали настоятели и хозяйственники. Последние отчитывались перед Патриархией, в основном, перед Данилой Андреевичем Остаповым. Так продолжалось до известной реформы 1961 г., передавшей почти всю власть старостам. Тогда болгарские представители взяли в свои руки бразды правления. Видимо, такая же ситуация была и на Антиохийском подворье.

78 06.04.1948 г. Госинспекцией по охране памятников было отказано Патриархии в ее просьбе передать иконостас из церкви Митрополита Филиппа на 2-й Мещанской ул. для храма "Архангела Гавриила" (Антиохийского) подворья (Меньшикова башня), т. к. оба здания состоят на учете как памятники 1-й категории. Вопрос встал, очевидно, в связи с подготовкой или открытием последнего храма. Но богослужебные книги из этой церкви как "бесхозные" были безвозмездно переданы Патриархии (д. 1, л. 67). В храме Архангела Гавриила был сооружен кое-как новый иконостас, который в 1964 г., по словам А. Б. Свенцицкого, был заменен на иконостас из разрушенного тогда Преображенского собора на Преображенской площади.

79 По сообщению от 01.03.1948 г. в храме Воскресения в Сокольниках подвальное помещение № 1 заняло МГБ (пл. 137 кв. м), № 2 заняла Государственная Третьяковская галерея (пл. 181 кв. м) (д. 1, л. 32). Оставшуюся часть фондов из запасников ГТГ в Скорбященском храме Трушин рекомендовал разместить в церкви Митрополита Филиппа (занятой отчасти дирекцией "Выставок и панорам") (д. 1, л. 38).

Золоченый иконостас храма Николы — Большой Крест, хранившийся в Скорбященском храме, протоиерей Виктор Жуков, стоявший тогда во главе ХОЗУ, сумел вывезти в Лавру, где он занял место утраченного в 20-х гг. иконостаса в Трапезном храме преп. Сергия. См. в кн.: Свенциц-кий А. Б Они были последними? М., 1997.

80 Сведения А. Б Свенцицкого.

81 Архиепископ Макарий (Даев Сергей Константинович), 1888 г. рождения, окончил Вифанскую семинарию, был сельским учителем в Куровском районе Московской обл., с 1912 г. — священник, с 1944 г.—настоятель Ризоположенской церкви С 14 мая 1944 г.— епископ Можайский, с 25 февраля 1951 г. — архиепископ, + 13 января 1960 г.). ". Очень скромный и замкнутый человек, как викарий всецело зависит от митрополита Николая Особым авторитетом и уважением среди духовенства и верующих не пользуется Политическими вопросами интересуется мало, к нашим рекомендациям прислушивается. А Трушин. 18 января 1956 г." (ЦГАМО, ф. 7383, он. 5, д. 25, л. 44).

82 Об о Николае есть несколько публикаций, в их числе книги крещенной о Николаем дочери Сталина Светланы Аллилуевой ("Только один год", М , 1990), где о Николаю уделено несколько страниц (256-259), О Н Вышеславцевой ("Пастырь во времена безбожия", 1994) и автора этой статьи ("Сплоченные верой, надеждой " М , 1999, гл 7)

83 В 1960-1961 гт к Москве отошли находившиеся в пригородной зоне следующие населенные пункты со своими открытыми храмами

село Вешняки с одноименной станцией по Казанской ж д , село Ивановское Балашихинского р-на, село Алтуфьево Краснополянского р-на, село Лукино Кунцевского р-на, село Коломенское Ленинского р-на, село Бирюлево Ленинского р-на, город Бабушкин церковь Андриана и Натальи, село Медведково Мытищинского р-на, село Аксиньино Химкинского р-на

Таким образом, в Москве стало 45 храмов, каковое число сохранялось до 1983 г, когда открылся Данилов монастырь с рядом храмов в нем .
Перечень московских храмов на 1950-й год см в Приложении

84 ЦГАМО, ф 7383, оп 5,д 2, л 114в и123

85 Там же Л 203

86 Там же Д 1,л 11

87 Там же Л 120

88 Там же Л 163

89 ЦГАМО, ф. 7383, оп 5, д. 1, лл. 100, 109.

90 Там же. Лл. 140, 148, 150, 162, 163.

91 Там же. Д. 8, лл. 75-80, 93-110.

92 Там же. Д. 2, л. 208.

93 ЦГАМО, ф. 7383, оп. 5, д. 1, лл. 113, 157.

94 Там же. Д. 2, л. 22.

95 Пункт "И": "...предметы религиозного культа передаются безвозмездно зарегистрированным религиозным общинам... и вносятся в инвентарную опись культового имущества" (ЦГАМО, ф. 7383,оп. 5,д. З.лл. 31-32).

96 Но содержание в этом документе не указано (ЦГАМО, ф. 7383, оп. 5, д. 5, л. 34).

97 ЦГАМО, ф 7383, оп. 5, д. 6, лл. 133-141.

98 Там же. Д. 2, л. 104.

99 Но, может быть, при этом отслеживался и похититель церковной утвари в 12 храмах Москвы и Московской области (в течение 2 лет). Подозрение пало на бывшего диакона Попова (его инициалы не указаны) (Письмо А. Трушина от 12 02.1948 г ) (ЦГАМО, ф. 7383, оп. 5, д. 1, лл. 28, 39).

100 ЦГАМО, ф. 7383, оп. 5, д. 1, л. 85.

101 Решение от 9 августа 1947 г. (ГАРФ, ф. 6991, оп. 2, д. 44, л. 23).

102 Видимо, до этого момента обеспечение продовольствием осуществлялось за счет инициативы учащих и учащихся, особенно до отмены в 1947 г. карточек, как упомянул в радиопередаче, посвященной истории МДА, Марк Харитонович Трофимчук (ЦГАМО, ф. 7383, оп. 5, д. 1, л. 236).

103 ЦГАМО, ф. 7383, оп. 5, д. 1, л. 38.

104 ГАРФ, ф. 6991, оп. 2, д. 44, л. 64.

105 Но к этому времени у Патриарха, церковных учреждений и у ряда клириков уже были машины. Так, по состоянию на ноябрь 1951 г. автомашины были:

1. В Московской Патриархии—4 легковых (2 — ЗИС 110 и 2 — ЗИС 101) и одна грузовая (ГАЗ-51).

2. В МДА и МДС — 2 грузовых (ГАЗ-51) и 2 легковых ("Победа" и "Мерседес").

3. В монастыре Троице-Сергиевой лавры — 2 грузовых (ГАЗ-51).

4. В Елоховском соборе — 1 грузовая (ГАЗ-51).

5. В церкви на Ваганьковском кладбище — 1 легковая ("Победа").

6. В церкви Пимена — 1 легковая ("Победа").

7. В церкви Даниловского кладбища — 1 легковая ("Победа").

8. В Сокольнической церкви — 1 легковая ("Победа").

Личные:

1. У Патриарха Алексия — "Победа".

2. У митрополита Николая — иномарка.

3. У о. Николая Колчицкого — "Победа" и "Москвич".

4. У о. Всеволода Шпиллера (Николокузнецкий храм) — "Москвич".

5. У о. Григория Ивановича Разумовского (Новодевичий монастырь) — "Победа".

6. У о. Павла Ивановича Цветкова — "Победа".

7. У о. Стефана Марковича Маркова — "Победа".

8. У о. Михаила Зернова — "Москвич".

9. У о. Александра Владимира Оранского (на Калитниковском кладбище) — "Виллис".

10. У диакона Сокольнической церкви Александра Александровича Введенского — "Москвич".

11. У о. Игоря Малюшицкого — "Победа".

12. У о. Леонида Лобачева (Пименский храм) — "Победа".

(Д. 4, лл. 79 -80)

106 По данным О. Ю. Васильевой, секретарем ЦК КПСС с 1947 г. атеистом М. А. Сусловым (1902-1982), которому Сталин по своему болезненному состоянию практически передал бразды идеологического правления в стране.

107 Бараев Прокопий Федорович, 1900 г. рождения, русский, из крестьян с. Пичманды в Мордовии. По окончании церковно-приходской школы в 1911 г. крестьянствовал, женился из послушания родителям, а вскоре после смерти жены ушел в Сэров, где был в силу хороших музыкальных способностей и опыта назначен канонархом. В 1927 г. стал служить псаломщиком в родном селе. 19 декабря 1933 г. стал диаконом в селе Измайлово Реутовского района (в 1935 г. вошедшем в состав Москвы), через год принял монашество с именем Порфирия. В 1938 г. по 58-й статье сослан на 5 лет в Коми АССР, в 1943-1945 гг. был в армии тыла. В 1946-1949 гг вновь служил в Измайлове, в 1949-1954 гг. был в ссылке в Северо-Енисейске, где, как и в 1938-1943 гг., работал печником. 7 августа 1954г. управделами о.Николай Колчицкий, согласно резолюции патриарха Алексия, просил А. А. Трушина зарегистрировать иеродиакона Порфирия в состав причта Богоявленского собора, а 4 января 1955 г. — уже в сане иеромонаха Сохранились копии договоров от 1961 и 1962 гг. церковного совета за подписью старосты (по фамилии Российский) уже с игуменом Порфи-рием о вознаграждении в размере в 5000 рублей в месяц. Указами Патриаршего Местоблюстителя митрополита Крутицкого и Коломенского Пимена от 24 и 28 июля 1970 г. уже в сане архимандрита о. Порфирий был уволен из-за тяжелой болезни за штат и на пенсию. Скончался 28 января 1972 г, торжественно отпет в соборе Патриархом и двумя иерархами и похоронен на Преображенском кладбище. За год до смерти принял схиму с именем преп. Серафима (Некролог с фото — ЖМП 1972, № 4, № 28, а его дело № 1, в фонде Уполномоченного № 3004 в ЦМАМе).

108 ЦГАМО, ф. 7383, оп. 5, д. 1, л. 157.

109 Его, очевидно, родной брат свящ. Александр Христофорович Максимов проходил по процессу Самарина-Кузнецова в 1920 г. (см.: Голубцов Сергий, протодиакон Московское духовенство в преддверии и начале гонений М., 1998).

110 ЦГАМО, ф. 7383, оп. 5, д. 3, л. 7.

111 Так было, например, с Василием Изюмским в начале 50-х гг. (ЦГАМО, ф. 7383, оп. 5, д. 2, л. 214).

112 В частности, летом 1953 г. священник, служивший в Пименовском храме — Скворцов Василий Иванович, был возвращен из-за штата, а Крылов Иван Александрович, служивший ранее там же, переведен из Гусь-Хрустального Владимирской области в Москву (д. 6, л. 108).

113 Подробнее см.: Владислав Цыпин, протоиерей. История Русской Церкви, 1917-1997. С. 363

114 ЦГАМО, ф. 7383, оп. 5, д. 27, лл. 40-42.

115 Болховитин — ведущий группы теноров хора Комарова, при регенте Денисенке перешел в храм в Сокольниках, о Ноеве см кн "Храм Пимена Великого". М., 1997; о Батурине — в статье о церкви Илии Обыденного в "Московском журнале" № 6 за 2003 г.

116 Шибалкин — альтино и прекрасный канонарх. См в кн . "Горе, имеем сердца", или в "Московском журнале" № 6. 2003 г , а также в брошюре о Колчицком

117 ЦГАМО, ф. 7383, оп 5, д 28, лл 81-87.

118 В квадратных скобках наши ремарки. — С. Г.

119 Действительно, так было в этом храме, "маленькая деталь": слева на солее в кадке стоял, кажется, фикус — целое дерево, под которым стояли люди — духовные дети о Николая и работники Патриархии. Потом, через некоторое время, уже при патриархе Пимене, убрали и фикус, и людей.

120 ЦГАМО, ф. 7383, оп. 5, д. 29, л. 19.

121 Подчеркнуто нами как очень сильное свидетельство об о. Николае.

Окончание следует

Опубликовано в журнале "Церковно-исторический Вестник", № 11, 2004


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-17 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования