Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
БиблиотекаАрхив публикаций ]
Распечатать

Св. Григорий Палама. Беседа в праздник Святых и Верховных Апостолов Петра и Павла


Святитель Григорий Палама
Беседа произнесенная в праздник Святых и Верховных Апостолов Петра и Павла

Память всякого Святого, делающая его день праздником, является предметом общей радости и для народа, и для городов, и для граждан и правителей, и бывает доставительницей величайшей пользы для всех празднующих ее. Потому что "память праведного с похвалами", говорит мудрый Соломон (Притч. 10, 7); "похваляему же праведному, возрадуются люди". Потому что как ночью зажженный светильник являет свет для удобства, и удовольствия всех присутствующих, так и богоугодное житие каждого из Святых и соответствующая сему блаженная кончина, и за чистоту жизни даемая ему от Бога благодать, как некий светлый светильник, внесенный памятью в нашу среду, дает собравшимся общую радость и пользу. И как при хорошем урожае земли не только земледельцы, но и все люди радуются: потому что от плодов земли бывает общая для всех радость; так и плодоприношение, путем добродетели, которое приносят Святые Богу, радует не только Земледелателя душ, но и – всех нас, как нечто предложенное в общее наслаждение и пользование, поскольку и находясь в сей жизни все Святые являют собою побуждение к добродетели для всех разумно слушающих и взирающих на них: потому что они являются одушевленными образами добродетели, торжественными возвестителями всего прекрасного, живыми и вещающими книгами о том, что направляет на лучший путь, и перенося нас чрез воспоминание тех прекрасностей в них, из здешней жизни, подают нам от себя бессмертную пользу. Память же их доброделания является их похвалой, долженствующей им от нас за их бывшую ранее помощь, которая и ныне нам полезна, вследствие той помощи, которая и теперь проистекает нам от них.

Напоминая их дела, мы ничуть не преувеличиваем их добрые качества, потому что как бы это могло быть, когда мы даже не в силах представить всю добродетель их? Ибо и стремились они к почести неизреченных обетованных от Бога наград, и должны были явить, насколько это возможно для человеческой природы, соответствующий образ жизни; т.е. – превосходящий всякое слово. Итак, восхваляя их, мы не приумножаем присущие им награды, - прочь самая такая мысль! – но приумножаем блага, проистекающие от них на нас, на нас, которые простираемся к ним как бы к неким богосеянным Светочам и показанную ими силу доброжелания осознаем и все больше и больше воспринимаем. Если же память всякого Святого, как мы сказали, совершается нами с гимнами и соответствующими восхвалениями, то насколько более – память Петра и Павла, самого Верха Корифейства Апостольского лика, - которые являются общими Отцами и Вождями всех нареченных именем Христовым: Апостолов, Мучеников, Преподобных, Священников, Иерархов, Пастырей и Учителей, а также всех пасомых и учимых, - как сущие Архипастыри и Строители общего всем Благочестия и добродетели; и как Светила слово жизни в мире содержащие, настолько надосиявающие просиявающих в добродетелях, насколько солнце – иные светила; или – как небеса небес, возвещающие в вышних славу Божию, настолько превосходящие величину небес и красоту звезд и скорость того и другого и порядок и силу, насколько они возвещают и то, что превышает материальный мир, относясь к области сверх-небесных и сверхмирных откровений, и являют Свет, Которому нет смены или преложения тени, не только выводя из мрака в этот чудный Свет, но и раздачей его делая участниками и чадами совершенного Света, так чтобы каждый из них во время будущего Пришествия во славе и явления Светоначальника, и Богочеловека Слова, мог просиять, как солнце. Таковые Светила вместе друг с другом восшедшие для нас сегодня, озаряют Церковь: ибо сочетание их не затмение производить, но – переизбыток света; ибо отнюдь дело не обстоит так, что одно, обходя, помещалось бы выше другого, в то время как другое совершало бы течение ниже его, так чтобы на своем ходу могло бы покрыть тенью другие; ни – то, что бы одно было светило днем, а другое ночью, так чтобы на противоположной стороне совершая течение, подпасть под тень; и – ни то, что бы одно испускало свет а другое воспринимало бы оттуда испускаемый свет, так чтобы на основании сего подвергаться измерениям (фазам), то так то иначе получая свет, по мере расстояния между ними; но оба в равной степени причащаяся Христа, Сего Приснотекущего Источника вечного Света, они возобладали и равной высотой и славой и сиянием. Поэтому это сочетание является взаимным сцеплением этих Светил, доставляющее душам верных сугубое озарение.

Но первый отступник (диавол), который привел к тому, что первый человек отступил от Бога, видя как Создавший Адама, отца человеческого рода, теперь снова создает – Петра, следующего Отца рода истинных почитателей Бога, да и не только видя, но и слыша, как Он говорит ему: "Ты еси Петр, и на сем камени созижду церковь Мою" (Мф. 16, 18); узнав это, началозлобный наводит то же самое самоубийственное зло Петру, Родоначальнику Богопочитателей, что и некогда Адама, Родоначальнику рода человеческого. Зная же, что Апостол Петр украшен благоразумием и пламенеем любовью ко Христу, он не дерзает напасть напрямик, но как бы с флагнов, и то – с правых, и великим обманом водя его в заблуждение, устрояет его устремиться на то, что превышает должно: так во время Спасительной Страсти, когда Господь сказал Своим Ученикам: "Вси Вы соблазнитеся о Мне в нощь сию", он, не веруя сему, возразил. И не только это, но и поставил себя выше остальных, говоря: "Аще и вси соблазнятсЯ, но не аз (Мф. 26, 33. Мк. 14, 29): выставляет себя в сравнении с остальными, как бы, вследствие дерзости, сбитый с пути, дабы и более прочих (затем) смирившись, со временем явиться более светлым; не как Адам, который подвергнувшись искушению и вместе с тем быв побежден, был окончательно уничтожен, но – подвергнувшись искушению и на короткое время быв побежден, затем победить искусителя. Каким образом: - Немедленным осуждением себя и великой печалью и покаянием, и сильнейшим врачеством для умилостивления Бога – слезами; ибо – "сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит" (Пс. 50, 19); и: - "печать боя же по Бозе покаяние нераскаянно во спасение соделовает (2 Кор. 7, 10); и: - "сеющий в слезах" - молитву, "в радости пожнет" - отпущение грехов.

Исследовав предмет, можно увидеть, что он не только довлеющее излечил, путем покаяния и тяжкой скорби, то отречение, в которое был увлечен, но и далеко отстранил от своей души порок дерзости, вследствие которого поставил себя выше других. И желая всем показать это, Господь, после Своей во плоти Страсти ради нас и по тридневном Восстании из мертвых, говоря ныне читанными в Евангелии словами, обращается к Петру: "Симоне Ионин, любиши ли Мя паче сих" (Ин. 21, 15 сл.); т.е. Моих Учеников? Это, заметь, ради того, чтобы обратить его к большему смирению; потому что раньше, не будучи вопрошен, он оставил себя выше прочих, говоря: "Если и все (соблазнятся), но не – я", а теперь вопрошаем: - больше ли он любит (Христа, чем прочие), - он подтверждает свою любовь, но то – что (любит) больше других, это пропускает, говоря: "Ей, Господи, Ты веси, яко люблю Тя". Что же – Господь? – Поскольку Петр показал, что он не отпал от любви к Нему, и к тому же восприял в добавление к сему смирение, открыто исполняет обещание, некогда данное ему, и говорит ему: "Паси агнцы Моя"; потому что когда Он пожелал собрание верующих в Него назвать "зданием", то тогда Он возвещает, что положит его основанием сего: "Ты еси", говоря, "Петр, и на сем камне созижду церковь Мою" (Мф. 16, 18). Когда же слово было о рыбной ловле, то Он творит его ловцем человеков: "Отселе", говоря, "будеши человека ловя" (Лк. 5, 10); когда же именует Своих "овцами", делает Петра Пастырем: "Паси", говоря, "агнцы Моя, паси овцы Моя".

На основании же сего долженствует обратить внимание, братие, каким великим желанием Господь хочет нашего спасения: оно до такой степени велико, что ничего иного не требует Он от любящих Его, как то – чтобы направляли нас на пастбище и в ограды спасения. Пожелаем же и мы также нашего спасения и делом и словом окажем послушание выводящим нас в оное. Потому что достаточно каждому из нас пожелать постучаться в двери, ведущие ко спасению, как немедленно явится проводник, уготованный общим Спасителем, и руководитель ко спасению, который, исполненный человеколюбия, весьма и весьма – готов, как бы сам явившийся без зова, а лучше сказать, как сам просящий. Три же раза Христос вопрошает Петра, дабы и три раза отвещавая, он исповедал доброе исповедание, и через троекратное исповедание исправил троекратное отвержение, и трижды поставляет его Пастырем Своим агнцам и овцам. Предлагая Петру также и три чина спасаемых: рабство, наменичество и сыновство, т.е. – девственность, целомудренное вдовство и честный брак.

Но Петр, снова и затем опять будучи вопрошаем: любит ли Он Христа, - огорчился, говорится, вследствие повторения вопрошения его, полагая, что ему не верят. Зная же, что он любит Христа, и неведая и то, что Вопрошающий лучше знает его, чем даже он сам себя, как бы отовсюду стесненный, исповедует: не только, что он любит, но и возвещает, что Любимый им является Богом всего. Сотворившего же от души такое исповедание Господь не только рукополагает Пастырем и Архипастырем всей Своей Церкви, но и обещает опоясать его такой силою, что и даже до смерти, и то смерти крестной, он будет твердо стоять; тот, который прежде, чем обладал этой силой, не вынес вопроса и спора с одной девицей. "Аминь, аминь глаголю тебе", говорит ему Христос, - "егда был еси юн" и в телесной и духовной молодости, "поясался еси сам", т. есть пользовался своими собственными силами, "и ходил еси, еси, аможе хотел еси", двигаясь по своей воле и живя согласно присущему твоей природе образу жизни; "егда же состареешися", достигнув крайнего и телесного и духовного возраста, - "воздежеши руце твои"; этими словами означая смерть чрез крест и свидетельствуя, что протяжение на нем не будет для Петра недобровольным; итак, "воздежеши руце твои, и ин тя пояшет", т.е. укрепит, "и ведет, аможе не хоцеши", как это свойственно людям, поскольку естественно не хочет своего разрушения, производимого смертью; этими словами показывает связь нашего естества с жизнью и что мученичество Петра превосходит естество; ибо это ты добровольно перенесешь ради Меня и ради свидетельства о Мне, будучи укреплен Мною, потому что естество не рождено таким, чтобы желать того, что превосходит естество.

Но таков, вот, Петр, как на основании малого можно было познать. Что же Павел, и какой язык, лучше сказать – какие и коликие языки могли бы хоть частично представить его стойкость за Христа даже до смерти? – Павел, который ежедневно умирал, лучше же молвит – всегда предывал мертвым, уже живя не себе, как он говорит, но имя живущего в нем Христа! По причине любви ко Христу, он не только все настоящее считал за уметы (отбросы), но и будущее занимает у него второе место при сравнении с любовью, ибо он говорит: "Известихся бо, яко ни смерть, ни живот, ни настоящая, ни грядущая, ни высота, ни глубина возможет нас разлучити от любве Божия, яже о Христе Иисусе" (Рим. 8, 38, 39). Имел же он такую ревность о Бозе так чтобы сделать, чтобы и мы ревностью ревновали о Бозе. И кому из всех, разве лишь только Петру, он уступит в тождественном качестве души? Но каков он по смирению? – Снова послушай, что он сам о себе говорит: "Аз есмь мний Апостолов: иже несмь достоин нарещися Апостол" (1 Кор. 15, 9). Итак, что же из этого следует? Поскольку он тождественен с Петром в отношении исповедания, ревности, смирения и любви, то разве не получил он и тождественные воздаяния от Того, Который все уплачивает согласно весам и мерам и стандартам совершенной справедливости? и какое было бы соотношение между ними? Так, Господь Петру говорит: "Ты еси Петр, и на сем камне созижду церковь Мою" (Мф. 16, 18) А о Павле, что Господь говорит Анании? – "Сосуд избранный Ми есть, пронести имя Мое пред языки и царьми" (Дн. 9, 15). Какое это имя? – Конечно, имеющее отношение к нам – Церковь Христову, которую, как основание держит Петр. Видите, значение и равенство чести у Петра и Павла, и что как бы на них обоих держится Церковь. Посему ныне Она и воздает им обоим единую и ту же честь, совершая сегодня праздник в равно для них обоих чести.

Но мы, внимательно обдумывая их достижение, будем подражать их образу жизни, и если не иному чему, так, по крайней мере, их исправлению, путем смирения и покаяния. Потому что иныя великия и возвышенныя дела – и великим (людям) отвечают и приводят великих к подражанию; а, в равной мере, есть и такия дела их, которыя и для всех – неподражаемы; но исправление, путем покаяния, больше нежели им, отвечает нам, которые, каждый из нас, настолько много ежедневно грешим, что отнюдь у нас иначе и не было бы надежды на спасение, если бы мы не снискивали его непрестанным покаянием. Покаянию же предшествует осознание своих грехов, что является великим поводом к умилостивлению (Бога). Ибо Пророк Псалмопевец говорит Богу: "Помилуй мя, яко беззаконие мое из познах" (Пс. 50, 1, 1); он осознание своих грехов преклонил Бога к милости, и исповеданием и самопорицанием восприял полное прощение. Ибо говорит: "Рех: исповем на мя беззаконие мое Господеви, и Ты оставил еси нечестие сердца моего" (Пс. 31, 5). Потому что за осознанием своих грехов следует осуждение себя, а за ним – печаль о грехах, которую Павел назвал "печалью ради Бога". Из этой печали ради Бога рождается исповедание с сокрушенным сердцем и молитва к Богу с обещанием отстраниться в дальнейшем от грехов; а это и есть покаяние.

И по сей причине Манассия оный был освобожден от кары за свои грехи, хотя он впал в бездну многих и великих грехов и погряз в них на длительный период лет. Давиду же, по причине его покаяния, Бог не только простил грехи, но ни дара пророческого от него не отнял. И Петр, воспользовавшись покаянием, не только восстал от падения и получил прощение, но и получил в удел водительство Христовой Церковью. Ты найдешь, что и Павел заботился о покаянии даже и после своего обращения и преуспения и превышающей всех близости к Богу. Потому что покаяние, если воистину происходит от сердца, убеждает стяжателя его больше уже не предаваться грехам, больше уже не приобщаться к погибающим, больше уже алчно не бросаться на неблагодарные услаждения, но – презирать настоящее, держаться будущего, бороться со страстями, стараться о делании добродетелей, во всем быть воздержанным, бодрствовать в молитвах к Богу, отказаться от неправедных прибылей, быть милостивым к своим обидчикам, быть благосклонным к просителям, к нуждающимся в его помощи, быть готовым помочь чем только может – словами, делами, издержками, - от души быть услужливым всем, дабы человеколюбием стяжать человеколюбие и за любовь к ближнему восприять любовь к себе Божию и снискать к самому себе Божественное благоволение и получить вечную милость и приснопребывающее Божие блгословение и благодать, что да будет всем нам получить благодатию Единороднаго Сына Божия, Которому подобает слава, держава, честь и поклонение со Бозначальным Его Отцем и Пресвятым и Благим и Животворящим Духом, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Перевод архимандрита Амвросия (Погодина)

Святитель Григорий Палама. Беседы. Т. II. М. 1994, сс.31-38


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-17 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования