Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
БиблиографияАрхив публикаций ]
 Распечатать

Инокиня Марфа. Протоиерей Георгий Эдельштейн. Записки сельского священника (М.: РГГУ, 2005) (История и память: Очевидцы) 369 с.


Книга отца Георгия Эдельштейна, настоятеля Воскресенской церкви с. Карабаново Костромской епархии РПЦ МП, представляет собой сборник статей 1988–2000 годов, посвященных внутренней жизни и проблемам Московской патриархии. В предисловии автор рассказывает, как 1979 г. тогда еще архиепископ Курский и Белгородский Хризостом, рукоположив его во иерея, послал на приход, сказав в напутствие, что священник должен не просто уметь "махать кадилом", но "сегодня должен быть всем, чего потребует от него Церковь". "А лгать для пользы Церкви можно?" — спросил новорукоположенный и услышал в ответ: "Можно и нужно". "Двадцать пять лет, — пишет автор сборника, — размышляю я над этими словами. Все, что написано в этой книге, — результат этих размышлений" (с. 6).

В книге три раздела: "На приходе", "Обращаясь к отвергнутым заветам", "Смиренной молитвою, покаянием и любовью…". Автор нелицеприятно описывает внутреннюю жизнь РПЦ МП в советское время — систему тотального государственного контроля над Церковью, всеобщий страх пред властями, произвол чиновников, препоны на пути организации нормальной церковной жизни на приходе, нежелание архиереев отстаивать права Церкви перед власть имущими. Автор критикует и членство МП в "конгломерате христианских направлений, толков и сект, именуемых каким-то "Всемирным Советом Церквей": "Церковь — это Тело Христово. Сколько же у нас нынче Церквей и сколько у нас нынче Христов? Почему "Журнал Московской Патриархии" никогда не употребляет слово "еретик"?" (с. 52). Отец Георгий критикует и малодушие современных иерархов МП, неспособность их встать во главе духовного возрождения, оторванность их не только от простого народа, но и от рядового духовенства. "Церковь, – пишет он, – и сегодня в добровольном сладком плену. Она и в сей год в той же мере лишена духовной свободы, как в любой из предыдущих шестидесяти лет. Наши иерархи и сегодня состоят в штате придворных льстецов и панегиристов…" (с. 71). Подвергает критике о. Георгий и превращение храма в "дом торговли": "Самое страшное дело, которое мы в Православной Церкви сотворили, — мы превратили каждое таинство в товар, все по строгому прейскуранту идет" (с. 63). Касаясь расхожего в МП мнения, будто "заезжие проповедники" сманивают потенциальную паству РПЦ за счет "подачек", о. Георгия пишет: "Главная скудость Московской Патриархии не в мошне, а в духе, мы слишком долго и слишком искренне братски целовались с генерал-лейтенантами МГБ-КГБ. Оттого и уповаем сегодня не на камень веры, а на "черемуху", на дубинки ОМОНа, да на все новые запретительные статьи Закона о свободе совести" (с. 83).

От страницы к странице, от статьи к статье сила критики нарастает. "Коренной порок Московской Патриархии, — пишет автор, — в том, что мы, усвоив сергианскую доктрину, неизбежно превратились в интегральную часть эсэсэсэровской государственности, стали колесиком и винтиком в дьявольской машине. … И естественно, став совслужащими, функционеры утратили способность к различению добра и зла, правды и лжи. Отсюда — спасение Церкви бесстыдной ложью, отсюда лжесвидетельства о Новомучениках…" (с. 125).

Говоря о путях преодоления разделения между РПЦ МП и РПЦЗ, он пишет: "Рядовые верующие предлагают начать преодоление раскола с того, в чем архиереи видят его завершение, — с восстановления евхаристического единства. Без братской любви, без молитвы и без покаяния. Нечто в православии неведомое и немыслимое: единство не просто при отсутствии единомыслия, но при явно выраженном разномыслии" (с. 241). О. Георгий говорит о полном отсутствии у иерархии РПЦ МП покаяния за прежние злодеяния и ложь, допущенные в советское время; более того, опираясь на собственный немалый опыт общения с епископами МП, он говорит, что эти люди в принципе не способны к такому покаянию. Вот итог его наблюдений за жизнью РПЦ МП:

"Никаких актов публичного покаяния не было, нет и не будет. … Никаких чисток (имеется в виду очищение РПЦ от недостойных священнослужителей. — И. М.) не было, нет и не будет. Кстати, и "настоящих церковных судов" тоже нет. Просто потому, что чистку необходимо начать с самых высокопоставленных, со Священного Синода, именно там сидят лица, "наиболее запятнавшие себя нравственно, политически и духовно".
Подлинная соборность восстановлена не была и не будет. Соборность нашим нынешним иерархам — что нож острый.
…Роль рядового духовенства и мирян в Московской Патриархии сведена к нулю. Никаких "подлинных Соборов, без помпы, без сроков закрытия" не было, нет и не будет. … "Подлинные Соборы" никому не нужны"
(с. 258)

Конечно, надо отдать должное автору за его смелость и нелицеприятие. Однако при чтении книги постепенно нарастает недоумения: почему же о. Георгий считает эту организацию — Церковью? Организацию, которая, по его же собственным словам, прогнила (особенно на верхах), в которой нет истинного покаяния, нет и намека на соборность, нет признаков истинного духовного возрождения, и главное — "нет и не будет". А ведь он не только считает РПЦ МП истинной Христовой Церковью, но еще и обижается на епископа Симферопольского и Крымского Агафангела (РИПЦ), который не признает МП таковой. Какой же логикой руководствуется автор, продолжая оставаться в РПЦ МП и считая ее Церковью?

Отец Георгий замечает, что не следует быть "слишком строгими" к МП, поскольку и у других "ветвей Русской Церкви" — РПЦЗ и катакомбников — не все в порядке: "Кто кается, кто собирает подлинные Соборы, кто прислушивается к мнению мирян, где торжествует принцип соборности?" (с. 258). Примерно то же самое он пишет и в ответ на упреки епископа Агафангела: "У каждой ветви Православной Российской Церкви есть свои грехи, свои болезни, которые можно лечить только одним средством — покаянием и соборным разумом. Но ни одна ветвь каяться не желает, ни одна не стремится решать проблемы Церкви на Всероссийском Поместном Соборе … Каяться тяжело, нужно смириться, проявить духовную силу и мужество, нужно стать перед Богом. А ругать других очень легко и просто, тут не смирение, а гордость нужна, тут и христианином быть вовсе не обязательно" (с. 328). Автор книги с одобрением отзывается о тех епископах РПЦЗ, которые стремятся к переговорам с РПЦ МП и к совместному решению церковных проблем.

Напротив, о. Георгий очень не одобряет тех, кто считает и считал МП "безблагодатной" — в частности, третьего Первоиерарха РПЦЗ св. митрополита Филарета (Вознесенского): эти люди, по мнению автора, "много лет пытаются добиться объявления Московской Патриархии "безблагодатной". … В доказательство подобных теологуменов вытаскивается из нафталина "теория" о "безблагодатности" католиков, которые "такие же еретики, как и мусульмане" (не шучу, это цитата, автор — архиерей). Апостольская-де преемственность — это только форма. Оболочка, шелуха, а "истинно-православный архиерей" (например, грек старостильник) непременно должен наполнить эту оболочку содержанием"; подобное учение о. Георгий называет "сектантским" (с. 330).

Увы, нужно признать, что, несмотря на всю критику существующих в РПЦ МП порядков, несмотря на понимание причин того, почему под руководством МП не состоялось в России подлинное духовное возрождение, — автор книги остается плотью от плоти той самой системы, которую он так горячо критикует. Он оперирует понятиями нецерковными, и даже покаяние, о котором он так много говорит, понимает совсем не так, как понимает его Православная Церковь. Ведь, например, если человек состоит в общении с ересью, его покаяние должно состоять вовсе не просто в личном признании того, что "ересь это плохо", но в разрыве церковного общения с еретиками. Но в глазах о. Георгия нет никакого различия между прегрешениями "аскетического" плана или каноническими и нарушениями в области догматики — именно поэтому ему непонятно, почему истинно-православные считают еретиков, таких как католики или экуменисты, находящимися совершенно вне Церкви, и почему они не желают садиться с ними "за стол переговоров". Понятия о Церкви у о. Георгия взяты не из православия, а от тех же католиков, — это хорошо видно из его рассуждений об "апостольском преемстве", которое, оказывается, не утрачивается даже при принятии ереси, — учение, св. отцам Православной Церкви абсолютно неведомое.

Чего хотел достичь о. Георгий своей книгой? Очевидно, заставить задуматься своих собратьев по церкви, призвать к покаянию. Но читатель может резонно спросить: к чему все эти призывы каяться, коль скоро РПЦ МП все равно является Церковью? К чему все эти обличения архиереев и "кгбшника"-патриарха, коль скоро сами обличители продолжают поминать этих архиереев и считать их благодатными пастырями "стада Христова"? К чему все эти сетования на "духовную немощь" РПЦ МП, коль скоро таинства в ней, по мнению сетующих, все равно совершаются? О. Георгий с горечью пишет, что "чем дальше, тем нелепее звучит даже призыв к покаянию. Со всех сторон я слышу: "Нам не в чем каяться" (с. 6). Но его собственная позиция приводит, в сущности, к выводу еще более радикальному: иерархии и рядовым членам РПЦ МП не "не в чем", а незачем каяться, — ведь Церковь-то все равно остается Церковью, а что еще нужно?.. Именно поэтому книги, подобные сборнику статей о. Георгия, представляя собой фактический интерес — как собрание документов эпохи, как иллюстрация психологии и верований духовенства современной РПЦ МП, — духовной ценности, к сожалению, не представляют и вряд ли могут вызвать те серьезные перемены в умах и сердцах, которых чает о. Георгий.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-16 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования