"Портал-Credo.Ru": Михаил Олегович, в чем заключаются различия между российским и французским законодательством в их подходе к упорядочиванию деятельности религиозных объединений?

Михаил Шахов: Принципиальное отличие законодательства Франции от российского состоит в том, что создание религиозных объединений осуществляется в декларативном (уведомительном) порядке, то есть не существует системы государственного признания культов и религиозных организаций. Общественное или религиозное объединение считается созданным и пользуется правами юридического лица после того, как учредители объявили о его создании.

До принятия французского закона 1905 года об отделении Церквей от государства, который стал основанием светского государства во Франции, в стране существовало четыре "признанных" религии – католицизм, лютеранство, реформатство, иудаизм. Закон упразднил этот статус и провозгласил, что Французская республика не занимается признанием каких-либо культов или объединений в качестве религиозных. Считается, что светское государство некомпетентно судить о том, что есть религия, а что таковой не является.

Вместе с тем, отсутствие специальной системы государственного признания религиозных объединений не означает, что все без исключения могут получить привилегии и льготы, которые полагаются культовым объединениям, создаваемым в соответствии с законом 1905 г. (у католиков это епархиальные объединения). Культовое объединение имеет право заниматься только отправлением религиозного культа и не должно совмещать его даже с благотворительной или культурно-просветительной деятельностью. Если культовое объединение будет заниматься чем-то еще, то оно теряет право на налоговые льготы, на получение пожертвований и завещанного имущества.

- Одна из самых острых проблем для чиновников – как контролировать религиозные объединения (если вообще это нужно делать). Как это делается во Франции?

- Контроль за тем, какой деятельностью занимается религиозное объединение, осуществляется не в момент его учреждения, а когда оно начинает претендовать на статус культового, а точнее - на возможность пользоваться соответствующими льготами. Никакая государственная экспертиза вновь создаваемого культового объединения не предусматривается. Многие религиозные общины, как, например, значительное число мусульманских общин во Франции, действуют не как культовые, а как общественные объединения, согласно закону 1901 года об общественных объединениях. Такие общественные объединения могут заниматься не только культовой, но и просветительской и благотворительной деятельностью. Никто не будет контролировать это объединение на предмет того, является ли оно религиозным или же нет, но, соответственно, оно и не будет обладать налоговыми и иными льготами, предусмотренными только для культовых объединений.

В прошлом Государственный Совет Франции рассматривал споры, связанные с возможностью признать статус культовых объединений за отдельными общинами православных, Общества сознания Кришны и свидетелей Иеговы и некоторых других конфессий, которые осуществляют и иные виды деятельности, помимо отправления культа. Государство не входит в содержание исповедуемого вероучения. Власти лишь задаются вопросом – занимается ли объединение исключительно отправлением культа или же и иными видами деятельности. Важным условием является также то, что деятельность объединения не должна нарушать общественный порядок.

- Как конкретно проходит создание того или иного религиозного объединения во Франции?

- Для того чтобы создать объединение, учредителям необходимо предоставить в префектуру текст устава и получить расписку о том, что префектура получила документы. В официальном издании "Журналь офисьель" публикуется информация об объединении, и с этого момента оно считается существующим. Причем префектура не рассматривает содержание устава, то есть объединение считается официально созданным как юридическое лицо, даже если что-либо в уставе противоречит закону. Оспорить положения устава и потребовать ликвидации объединения можно только после его создания. В момент декларации префектура не может воспрепятствовать созданию объединения.

Если культовое объединение нарушает свой устав, то соответствующие решения принимаются также на уровне префектуры – администрация занимается всеми финансовыми, фискальными вопросами, а префект в зависимости от фактической деятельности объединения предоставляет ему налоговые льготы или нет. В некоторых случаях предусмотрен роспуск объединения, его ликвидация как юридического лица в судебном порядке.

- Многие "борцы с сектами" часто ставят французскую религиозную политику в пример, поскольку во Франции есть специальный орган, который борется с "сектами". Насколько общепринято понятие "секта" во Французской республике?

- Французское законодательство, как и российское, не знает такого понятия как "секта". Попытка ввести такое понятие в правовую систему привело бы к ограничению конституционных прав и свобод и к юридическому разграничению религий на "первый" и "второй" сорта. Таким образом, юридического определения "секта" нет, но в религиоведческой литературе оно используется. Однако, что самое интересное, структура, которая призвана контролировать деятельность "сект", во Франции существует. Впервые необходимость создания такого надзирающего органа была осознана властями после коллективного самоубийства членов одной "секты" в декабре 1995 года. Ранее этот орган назывался "Межминистерская комиссия по борьбе с сектами", а теперь он называется, если переводить дословно, "Межминистерская комиссия по бдительности и борьбе с сектантскими отклонениями" (французская аббревиатура - MIVILUDES). Она создана и действует на основании декрета президента Франции от 28 ноября 2002 г.

В отчете комиссии за 2006 г. особо подчеркивается, что, будучи органом светского государства, MIVILUDES не имеет права давать какие-либо оценки религиозным учениям, верованиям и доктринам, но должна заниматься разоблачением злоупотреблений и правонарушений, кем бы они ни совершались.

Важно пояснить, что французский термин "сектантские отклонения" ("derives sectaires") означает не только "исходящие от сект (новых религиозных движений)", но и "имеющие сектантский, антиобщественный характер". Поэтому "сектантские отклонения" могут иметь место в деятельности не только новых, но и вполне "традиционных" конфессий. Например, MIVILUDES ведет расследование в отношении общины мирян-католиков "Beatitudes", обвиненной в принуждении к разрыву семейных связей, использовании дарового труда послушников и т.п.

Задачами комиссии является сбор и анализ информации о религиозной ситуации в стране, координация действий органов власти в отношении "derives sectaires", а также консультирование госслужащих, ведение профилактической и информационной работы в обществе. Ежегодно комиссия представляет премьер-министру республики отчет, содержащий подробный мониторинг религиозной ситуации, возникающих в этой сфере проблем и конфликтов. В последнем отчете, за 2008 г., особое внимание уделено сатанизму во Франции и в других европейских странах.

Помимо комиссии, в органах власти Франции есть и другие структуры, занимающиеся государственно-конфессиональными отношениями. В Министерстве внутренних дел есть Бюро по делам религиозных культов. Однако, как это ни покажется странным для русского человека, у которого аббревиатура МВД вызывает вполне определенные ассоциации, его основная задача – быть посредником в диалоге государства с религиозными организациями. В частности, это проблемы организации деятельности мусульманских общин во Франции, где ислам является новой, недавно распространившейся вместе с иммигрантами религией. Значительную часть мусульманских общины окормляет несколько сот имамов, зарплату которым выплачивают иностранные государства - Турция, Марокко (по соглашениям с Францией) и Алжир (по договору Алжира с Большой мечетью Парижа). Урегулирование статуса и контроль за деятельностью этих имамов – одно из направлений деятельности Бюро. Совместно с MIVILUDES Бюро занимается проблемами "derives sectaires". Кроме того, в Альзас-Мозеле, находившемся до конца Первой мировой войны в составе Германии, доныне не применяется Закон 1905 г. об отделении Церквей от государства, существует система "признанных культов", государственное финансирование их деятельности и зарплаты священнослужителей. Эти вопросы также подведомственны Бюро.

- Есть ли у комиссии свои подразделения, как у Совета по делам религий в СССР?

- Это не совсем точная аналогия, местные структуры не являются подразделениями комиссии, они работают в партнерстве с ней. В департаментах (административная единица) Франции действовали "ячейки бдительности", занимавшиеся проблемами "derives sectaires" и оказанием помощи их жертвам. С 2005 г. они преобразованы в "департаментские советы по предупреждению преступности, помощи жертвам, борьбе с наркотиками, с derives sectaires и с насилием над женщинами", которые также сотрудничают с MIVILUDES и в которых представлены чиновники и сотрудники общественных организаций.

Само отношение к религии и вере оставляется на усмотрение граждан, которые свободны выбирать – верить им в католическую Церковь или в "зеленых человечков". В светском государстве, каким является Французская республика, личная жизнь граждан и жизнь религиозных объединений не должна быть объектом вмешательства властей, если она не входит в конфликт с законом.

- Как, по Вашему мнению, означает ли участие представителя французской комиссии в "антисектантской" конференции в Петербурге, что комиссия в принципе поддерживает "борьбу с сектами" на конфессиональной основе?

- В Петербурге 15-16 мая 2009 г. проходила отчетно-выборная ассамблея международной организации FECRIS (Европейская федерация информационных и исследовательских центров по проблемам сектантства), зарегистрированной во Франции и в значительной мере финансируемой Францией. Поэтому французский представитель не мог там не присутствовать. Другое дело, что российская сторона пригласила в Петербург президента MIVILUDES. Однако комиссия ограничилась тем, что делегировала своего советника, г-на Анри-Пьера Дебора. Я предполагаю, что после того, как стало известно, что с российской стороны конференцию организуют "сектоведы" во главе с Александром Дворкиным, комиссия приняла решение не посылать туда первых лиц. Так что мне кажется, следует говорить не о поддержке, а об определенном дистанцировании. Более того, от французских коллег я узнал, что негативная реакция российских протестантов на петербургское мероприятие весьма озаботила MIVILUDES, не имеющую никаких конфликтов с французскими протестантами, в том числе пятидесятниками.

Французские чиновники, работающие в MIVILUDES – это последовательные и жесткие сторонники светскости государства, которых можно скорее заподозрить в антиклерикализме, чем в особых симпатиях к "традиционным религиям". Для них сотрудничество с католической Церковью или с другими конфессиями в борьбе с "сектами" представляется чем-то невероятным. Более того, в отличие от России, где практически нет светских, не связанных с религиозными организациями борцов с "сектами", во Франции большинство негосударственных организаций, занимающихся помощью жертвам "сектантских" проявлений, имеют светский, конфессионально нейтральный характер.

- Есть ли религиозные движения, с которыми французская комиссия конфликтует в наибольшей степени? И составляет ли комиссия какие-нибудь списки "сект", как у нас делают представители РПЦ МП?

- Уже давно с комиссией конфликтует Церковь Саентологии, которая создала даже свой сайт, направленный против MIVILUDES, обвиняя ее в нарушении свободы совести. В мае 2009 года семь руководителей Церкви Саентологии во Франции предстали перед судом по обвинению в злоупотреблении доверием, но не по инициативе комиссии, а по жалобе частного лица, проходившего платное обучение у саентологов. В отношении Свидетелей Иеговы имели место судебные дела, связанные с запретом на переливание крови для последователей этого религиозного учения. Обязательным условием легального существования объединения во Франции является непричинение им ущерба общественному порядку, поэтому в ходе судебных разбирательств обсуждался и вопрос о том, причиняют ли установления Свидетелей Иеговы такой ущерб.
Конечно, несмотря на заявления, что комиссия интересуется не верованиями, а правонарушениями, объектами ее внимания чаще всего становятся новые религиозные движения, поскольку именно они проходят сложный период социальной адаптации и в связи с ними возникает наибольшее число конфликтных ситуаций. Социально опасными комиссия считает сатанистов, с их деятельностью связано множество случаев осквернения кладбищ и христианских культовых объектов, но зарегистрированных религиозных организаций сатанистов во Франции нет. Список "сект" составлялся в ходе парламентского расследования о "сектах", предпринятого после коллективного самоубийства "сектантов" в 1995 г. Однако ограничения в правах и санкции могут применяться к религиозному объединению не в связи с тем, что оно включено в какой-то список, а только в случае его конфликта с законом.

В то же время в фундаментальном научном труде "Трактат о французском законодательстве о религиях" (Traité de droit français des religions. P., 2003), написанном группой авторитетных юристов, социологов, религиоведов, в перечень религиозных движений, "спорных с общественной точки зрения", были включены последователи Муна, кришнаиты, Свидетели Иеговы, саентологи. Но эта оценка, данная учеными, не имеет никаких правовых последствий.

- Почему международные организации считают Францию страной, где не все в порядке с религиозной свободой и существует, по крайней мере, опасность дискриминации верующих из "нетрадиционных" конфессий? Принимались ли там какие-либо "антисектантские" законы?

- В 2001 году законом Абу-Пикар, были внесены поправки в действующее законодательство, которые установили или усилили ответственность за отдельные правонарушения, связанные с "derives sectaires", в том числе за осуществление психического насилия над личностью. Во французском обществе этот закон воспринимается неоднозначно. Некоторые юристы считают, что он вообще бесполезен – он не уменьшает на практике преступность в религиозной сфере, но провоцирует обвинения Франции в ограничении прав и свобод граждан, исходящие от правозащитных организаций. Руководство MIVILUDES полагает, что принятие закона 2001 года имело, прежде всего, профилактический характер, закон кое-кого удержал от совершения противоправных действий. Наряду с этим в специальном отчете, подготовленном в 2008 г. по поручению премьер-министра, был сделан вывод, что суды недостаточно умеют применять этот закон, а, кроме того, сложно найти доказательную базу по делам, связанным с психологическим насилием. Только в одном случае было вынесено и вступило в законную силу в 2005 г. решение суда, основанное на применении норм, введенных законом Абу-Пикар. В г. Нанте руководитель религиозной общины "Neophare" был признан виновным в самоубийстве и в трех покушениях на самоубийства, совершенных членами общины и приговорен к трем годам заключения.

- В России между собой спорят правозащитники и сторонники привелегированного положення "традиционных" религий. Ведутся ли во Франции общественные дискуссии такого рода?

- Применительно к обсуждаемой нами проблематике во Франции существует два идейных течения, которые постоянно спорят между собой. Сторонники более либерального подхода, в том числе многие представители университетской профессуры, говорят, что правоохранительные органы должны вмешиваться в религиозную жизнь, только когда есть факты правонарушений со стороны какого-либо религиозного объединения. Сторонники иного подхода полагают, что, помимо реакции на уже совершенные преступления, государство должно во имя их предупреждения отслеживать все потенциально опасное в религиозной жизни. Это две крайности, которые примиряются тем, что государство все-таки проводит мониторинг религиозной ситуации и профилактическую работу в этой сфере, но дебаты между сторонниками двух подходов не утихают.

Беседовал Роман Лункин,
для "Портала-Credo.Ru"

Фото "НГ-Религии"