Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Лента новостейRSS | Архив новостей ]
06 декабря 2008, 20:00 Распечатать

ИНТЕРВЬЮ: Председатель Архиерейского совещания РПАЦ епископ Петроградский и Гдовский Григорий (Лурье) о своем общении с Алексием II, о его «экуменизме» и отношениях с властью


"Портал-Credo.Ru": Признаете ли Вы право на существование за версией о том, что смерть Патриарха могли ускорить какие-то "внешние" обстоятельства? Кому, в таком случае, это могло бы быть выгодно?

Епископ Григорий: Это особый церковно-параноидальный стиль мышления. Право на его существование я, разумеется, вынужден признавать.

В церковной среде многие люди с неустойчивой психикой легко переходят от простой веры в промысел Божий к параноидальной (а то и параноидной, то есть психотической) вере в обусловленность всего плохого сознательной деятельностью каких-то могущественных злых сил. Поэтому версии о убийстве Патриарха в церковной среде должны появиться обязательно, как они всегда появлялись и раньше. В конце концов, "глубоко воцерковленных верующих" никто не отменял!

Но вот о чем можно рассуждать без всякой паранойи, так это о реакции части церковного общества. Неожиданная и, во всяком случае, не вполне благостная (коль скоро о ней не стали рассказывать в подробностях официальные представители патриархии) кончина Патриарха после его анафематствования епископом Диомидом и последующих действий против епископа Диомида - для кого-то, несомненно, "знак свыше".

- Вы лично знали Алексия Второго. Можете ли поделиться с нами какими-нибудь назидательными случаями из истории вашего общения?

- Мое личное общение с ним продолжалось почти 10 лет (1987 - 1997), хотя и не было особенно интенсивным. Но получилось так, что я сразу узнал его с одной из лучших сторон, и мне ни разу не пришлось разочароваться в нем как личности. Разочаровался я в нем только как в епископе Православной Церкви, но это уже совсем другая история.

С его благословения и, более того, с его активной поддержкой состоялось мое вхождение в мир большой науки - патрологии (учение отцов Церкви, моя главная научная специальность). Потом он все годы радовался моим успехам, при встречах всегда говорил что-то доброе и написал мне благодарственное письмо за мои книжки, которые я, разумеется, посылал ему в подарок.

А началось все с того, что в феврале 1988 года в Санкт-Петербурге намечалась большая международная конференция по патрологии, приуроченная к 1000-летию Крещения Руси. Было понятно, что для моего научного дебюта это идеальное место (как оно и оказалось впоследствии), но времена стояли еще советские (шел 1987 год), и к участию в конференции допускались только церковные номенклатурщики. К тому же, я тогда имел вдрызг испорченные отношения с ленинградскими властями (из горкома КПСС даже требовали, чтобы директор института, где я работал, меня приструнил). Но я решил действовать формально. А с формальной точки зрения я был мирянином РПЦ МП, который по роду своих занятий вполне мог и даже должен был принять участие в конференции. Тогда я решил обратиться к своему правящему архирею, а им и был тогда будущий Патриарх. К тому времени мне уже было хорошо известно, что митрополит Алексий вовсе не трепещет перед уполномоченным (так называлась должность советского куратора религиозных организаций) и в любой ситуации постарается сделать так, чтобы его обойти.

Тут еще одно характерное обстоятельство. В среде духовенства считалось, что попасть к митрополиту Алексию на прием по собственной инициативе невозможно: священники ждали у него в приемной сутками, да и то дожидались далеко не всегда. Но я уже и тогда откуда-то знал, что за этим стоит отношение митрополита Алексия не к пастве, а лишь к основной части подчиненного ему духовенства. Духовенство он держал в строгости, и вообще относился к нему несколько брезгливо (и тут трудно не понять его отношения). Но зато паству - любил. Прямым путем к нему была вовсе не приемная, а номер телефона, к которому он, бывало, сам подходил, или его звали. Если тебе было что сказать, то общение могло быть вполне продуктивным.

Поэтому я использовал комбинированную методику. Написал митрополиту Алексию подробное письмо - с моей просьбой и сведениями и себе, не утаивая своих плохих отношений с правившей коммунистической организацией. А спустя несколько дней позвонил ему лично, в надежде, что письмо он прочитал. Он поговорил со мной хорошо, но сильно обнадеживать не стал; однако твердо сказал, что постарается для меня сделать, что может. После этого я неоднократно звонил в назначавшиеся им сроки, то по петербургскому номеру телефона, то по московскому (который он сам мне дал), а его ответы все еще не были окончательными. Тем временем 1987 год стал подходить к концу. Вдруг, в очередном телефонном разговоре, митрополит Алексий говорит мне, что вопрос о моем участии был рассмотрен на заседании Синода (вот так, не меньше! - сейчас смешно об этом вспоминать), и теперь я должен подать официальное прошение на имя председателя оргкомитета конференции митрополита Минского Филарета. Само собой разумеется, что дальше все прошло гладко.

Конференция и в самом деле оказалась для меня очень важной, а митрополит Алексий остался мной очень доволен, о чем с удовольствием мне сказал в конце конференции.
Между прочим, подобные случаи моего общения с иерархами РПЦ МП (не только с Патриархом) позволяли мне отчасти почувствовать, в условиях какого давления они работают, пытаясь отстаивать церковные интересы. Разумеется, это относилось не ко всем иерархам РПЦ МП, и их понимание церковных интересов не очень совпадало со святоотеческим, но уважение это внушало. Косвенным, но очень для меня важным последствием этого уважения к некоторым иерархам РПЦ МП стало неуважение к большинству епископов Зарубежной Церкви: уж слишком бросался в глаза контраст, насколько последние были капризны и не выносили даже самых слабых болевых ощущений.

Пожалуй, будет честно признать, что общение с почившим Патриархом (и, добавлю уж заодно, с еще двумя архиереями РПЦ МП, ныне здравствующими) очень сильно повлияло на мои представления о том, каким должен быть епископ. (А общение с архиереями РПЦЗ - на представления о том, каким не должен).

- Согласны ли Вы с тем, что почивший Патриарх был сознательным экуменистом и нанес ущерб истинно-православному движению?

- О том, что он нанес ущерб истинно-православному движению, спорить не приходится. Разумеется, нанес. Но надо различать войну и военные преступления. Война в армии противника, даже в чине фельдмаршала, - это не военное преступление, даже если воюешь на стороне несправедливости. Как фельдмаршал вражеской армии Патриарх Алексий был вполне хорош, а военных преступлений я за ним не знаю ни одного. Эффективность его в качестве фельдмаршала оказалась помноженной на неэффективность лидеров российских ИПЦ и РПЦЗ, особенно в 1990-е. Так что, если резюмировать, то "на зеркало неча пенять...".

Сказать, что Патриарх был сознательным экуменистом, по-моему, нельзя. К сожалению, нельзя. По-моему, лучше бы он был сознательным экуменистом, так как это было бы все же ближе к христианской вере. А так я бы сказал, что он, подобно лучшим из своих коллег по епископской корпорации "мирового православия", был сознательным деистом. Он несомненно веровал, что Бог есть, но не особенно углублялся в детали.

- Как изменятся отношения РПЦ МП и Кремля с уходом Алексия Второго?

- О деталях можно гадать, но суть можно определить уже сейчас. До сих пор важнейшей составляющей этих отношений были личные отношения Патриарха с Путиным и Медведевым. Они чувствовали, что этому человеку можно доверять лично (и они не ошибались). Но теперь, кто бы ни сменил Патриарха на его посту, нельзя будет избежать контраста: на фоне прежнего Патриарха любая новая фигура будет выглядеть бледно. Патриарх задал слишком высокий стандарт "личного качества". В церковной среде знают, что это, на самом деле, никакой не стандрт, а сильное превышение требований стандарта. Возможно, умом это понимают и в Кремле. Но только умом. А не неофитским мироощущением. Поэтому разочарование и охлаждение в отношениях с РПЦ МП неизбежно.

- Какие политические и общественные структуры могут воспользоваться и как периодом "междуцарствия" в РПЦ МП для того, чтобы изменить ее "позиционирование" в современном российском обществе?

- "Междуцарствие" будет очень важным периодом для внутренней борьбы в РПЦ МП и для взаимной борьбы связанных с различными кланами в РПЦ МП коммерческих интересов. Но едва ли какая-то светская структура успеет что-то серьезно сделать для изменения положения РПЦ МП как целого. Ни у одной из подобных структур, как мне кажется, нет для этого ни политической воли, ни, тем более, разработанных планов действий. Положение РПЦ МП в обществе будет продолжать меняться, и эти изменения сейчас ускорятся, но процесс по-прежнему будет, в основном, стихийным.

Беседовал Александр Солдатов,

"Портал-Credo.Ru"


    В сюжете:

23 января 2009, 17:50  
МОНИТОРИНГ СМИ: И дым, и слезы, и любовь. Почитание Патриарха Алексия II принимает все более причудливые формы
12 января 2009, 11:12  
Мемориальная доска, увековечивающая память Патриарха Алексия II, будет установлена на Патриаршем мосту рядом с храмом Христа Спасителя в Москве
29 декабря 2008, 13:15  
МОНИТОРИНГ СМИ: Уход Патриарха. Тайные знаки
15 декабря 2008, 18:47  
ДОКУМЕНТ: Письмо супруги президента РФ Светланы Медведевой о роли Патриарха Алексия II в жизни страны
15 декабря 2008, 16:32  
ДОКУМЕНТ: Памяти Патриарха Алексия II. Заявление Московского бюро по правам человека
Ваше
имя:
Ваш
email
Тема:
 
Число:
 
Чтобы оставить отклик, пожалуйста, введите число, нарисованное на картинке.
Текст
 


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-22 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования