Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Лента новостейRSS | Архив новостей ]
29 июня 2007, 15:40 Распечатать

МОНИТОРИНГ СМИ: Стирание граней между нормальным богословием и экстремизмом. Запрет книг Саида Нурси представляет умеренных мусульман экстремистами


Несмотря на то, что на вердикт о запрете книг богослова Саида Нурси подана апелляция в Московский городской суд, сотни мусульман в России рискуют оказаться под уголовным преследованием за популяризацию книг этого популярного в прошлом столетии умеренного турецкого богослова. "С вступлением вердикта в силу, всякий, кто будет издавать или распространять его труды в России, подлежит уголовному наказанию" –объявил "Форуму-18" Валерий Кузьмин – следователь по особо важным делам прокуратуры Татарстана, инициировавшей разбирательство по книгам.. Адвокат ответчиков Сергей Сычев со своей стороны опасается, что подобное решение спровоцирует репрессии в советском духе, на что он также указал в беседе с корреспондентом Форума.

Сергей Сычев 26 июня также сообщил, что апелляция была подана 24 июня, однако слушания в Мосгорсуде начнутся, вероятно, не раньше августа. Если она будет отклонена, то всякий в той или иной форме популяризующий содержание труда Нурси "Рисале-и-Нур" ("Послания света"), представляющий собой комментарий к Корану, состоящий из 41 главы, может быть лишен свободы на срок до 4 лет, согласно статье 282 Уголовного кодекса. По оценке Сычева, сегодня около миллиона экземпляров "Рисале и Нур" –популярного вероучительного текста – имеют хождение по России.

"Форум 18" спросил следователя Кузьмина, откуда исходит инициатива расследования по содержанию книг Нурси. "Я принял решение о начале следственного производства на основе анализа, сделанного специалистами Академии наук, указавшими на негативное содержание книг Нурси, – ответил следователь, – но все предварительные материалы были собраны ФСБ Татарстана. Именно ФСБ собрало все свидетельства, на основе которых и было возбуждено уголовное дело". Кузьмин даже назвал имя сотрудника ФСБ, который вел предварительное следствие – Ильдар Галиев. "Форуму 18" удалось дозвониться до Галиева, но тот категорически отказался отвечать на вопросы. "Я не уполномочен и не обязан давать какие-либо комментарии" – ответил сотрудник ФСБ.

В интервью информационному агентству Росбалт в апреле нынешнего года, Кузьмин заявил, что прокуратура действует также в ответ на жалобы родственников тех, кто попал в "общину нурсистов". Таковых в Татарстане оказалось около 200 человек, которых, по словам Кузьмина, заставили оборвать все прежние социальные связи, что свидетельствует о том, что" нурсисты" действуют как тоталитарная секта " подобно свидетелям Иеговы или Богородичному центру". Следователь привел пример, когда муж одной из "нурсиситок" скончался, поскольку жена специально решила не вызывать медпомощь, а на его похороны она просто не пришла. Указывая на то, что в ходе следствия не прибегали к помощи психиатров, Кузьмин отверг обвинения в том, что этот случай символизирует также возрождение карательной психиатрии советского типа.

Коптевский районный суд Москвы вынес свой вердикт 21 мая. 14 июня его текст был предан гласности. В нем в частности цитируется определение экстремизма, содержащееся в Законе о противодействии экстремистской деятельности, когда отмечается, что мотивацией для решения суда было то, что "cодержание (Рисале-и-Нур) нацелено на возбуждение религиозной вражды, пропаганду исключительности, возвышение одних и унижение других граждан по их отношению к религии, а также обоснование и оправдание подобной деятельности".

Данный запрет основывается исключительно на анализе работ Нурси, проведенном психологами и лингвистами из Российской академии наук.Как отмечается в вердикте суда, эти эксперты пришли у выводу, что содержание "Рисале-и-Нур" представляет собой "попытку повлиять на психику читателя, подсознательно используя механизмы религиозного верования, то есть происходит формирование сознательных ценностей и убеждений на иррациональной основе", что приводит к "нарушению религиозного равенства, выражающегося в формировании негативного, агрессивного отношения среди целевой аудитории, в отношении представителей других конфессиональных групп" и "пропагандирующая вражду между мусульманами и неверующими".

Судебные слушания проходили за закрытыми дверями из-за телефонных угроз, якобы поступивших в адрес одного из академических экспертов. Следователь Кузьмин сообщил, что решение о закрытии процесса было принято лично судьей. Он также поддержал вынесенный вердикт. Заметив при этом, что решение было вынесено судом самостоятельно. "Я удовлетворен им" – сообщил он "Форуму 18". Кузьмин также отверг обвинения со стороны мусульманских организаций, утверждающих, что суд принял решение исключительно на основе экспертных оценок. "У мусульман есть общепризнанные тексты, например Коран, а рассматриваемые труды не являются его частью. А лично я ничего против мусульман не имею".

Если запрет вступит в силу, он коснется не только печатных публикаций. На вопрос, что будет с теми многими веб-сайтами, на которых доступны тексты Нурси по- русски, Кузьмин ответил: "Не знаю, что с ними случится, но подобная публикация так или иначе запрещена. Без сомнения, определенные интернет-провайдеры будут наказаны."

Еще одним основанием для судебного разбирательства в Москве, стали, по мнению Кузьмина, высказанному в апрельском интервью Росбалту, подозрения в том, что деятельность последователей Нурси финансируется из Турции. Хотя качество образования в семи турецких лицеях Татарстана, созданных последователями Нурси (коренное население республики- татары говорит на одном из тюркских языков), имеет очень высокую репутацию, проблема "преподавания идей, не соответствующих принципу государственной безопасности России остается" и, по мнению, Кузьмина судебный запрет "Рисале-и-Нур" заложил "механизм законного решения подобных проблем". На взгляд Кузьмина, организаторы подобных лицеев, имеют своей целью "усилить роль тюркского фактора и в меру возможностей противостоять российскому влиянию. В Косово и Боснии это удалось на 90%, в Крыму на 70%, а мы хотим остановить этот процесс".

Отвечая на утверждения своих оппонентов о том, что привлеченные по этому делу эксперты, не являлись специалистами в области религии, Кузьмин заявил Росбалту: "Нашей целью было проверить эффект воздействия этих текстов на простого, не очень образованного человека, незнакомого с историей и учением ислама".

Длившееся целый год следствие о возможных экстремистских действиях "неопределенных лиц" в Татарстане было закрыто в марте 2006 года, после того как не удалось установить прямого умысла, направленного на разжигание религиозной вражды теми, кто публиковал, читал и распространял труды Нурси. В том же месяце, однако, прокуратура Татарстана обратилась с гражданским иском в Коптевский районный суд г. Москвы, по месту пребывания издателя трудов Нурси, о признании их экстремистской литературой. Участвовавшие в издании книг московский фонд "Нуру-Бади", а также Совет муфтиев России предстали перед судом как заинтересованные стороны. А в Набережных Челнах ФСБ неоднократно задерживало около 50 женщин, образовавших группу читательниц книг Нурси.

Выходец из семьи последователей суфизма, турецкий богослов Саид Нурси (1876-1960) предпринял попытку интеграции мусульманской и современной ему философской мысли. Известный своей принципиальной оппозицией последствиям для общества атеистической идеологии, он однажды даже написал письмо в Ватикан, с предложением объединить усилия католиков и мусульман в борьбе с этим. Из-за противостояния секулярному режиму Ататюрка, Нурси провел много лет в тюрьме и ссылке. Однако сегодня его труды свободно распространяются в Турции, где существует организация последователей Нурси – "Нурджулар", имеющая собственные фонды и мечети.

Уполномоченный по правам человека в России раскритиковал этот процесс еще до вынесения вердикта: "Ни в какой форме в этих книгах и брошюрах не содержится какого-либо разделения граждан по принципу их отношения к религии, и совершенно нет призывов к религиозной вражде и нетерпимости, – пишет Владимир Лукин в своем открытом письме в Коптевский суд от 8 мая нынешнего года. – Крайне важно не допускать вторжения в сферу убеждений и верований миллионов наших сограждан под плохо обоснованным, неподтвержденным предлогом борьбы с экстремизмом, ибо в реальности это приводит к масштабным нарушениям их прав на свободу вероисповедания". Омбудсмен также обратил внимание на негативный опыт советских времен. "Необходимо избегать повторения запретов и преследований в отношении носителей иных убеждений и вероисповеданий, характерных для недемократичных, тоталитарных государств".

Широкий круг мусульманских лидеров и ученых, также критиковали этот судебный процесс. Равиль Гайнутдин, возглавляющий Совет муфтиев России, в недавно направленном на имя президента Путина открытом письме охарактеризовал запрет трудов Саида Нурси как "грубое нарушение принципа свободы совести в нашей стране". Беседуя в конце марта с корреспондентом "Форума 18", Марат Муртазин – заместитель Гайнутдина – также настаивал на том, что работы Нурси не являются экстремистскими: "При желании экстремизм можно найти в любой религиозной литературе. Мне известны куда более проблемные моменты в сочинениях других авторов, – говорит Муртазин, являющийся также ректором Московского исламского университета и добавляет – Конечно под запрет должны попадать высказывания типа:"Убей, убей русского или еврея!". Но если подобных прямых призывов к насилию нет, то текст не подлежит запрещению".

Рафик Мухаметшин, ректор Российского исламского университета, заявил на пресс-конференции в Москве 17 мая, что подобный запрет "ведет к стиранию граней между экстремизмом и нормальным богословием".К последнему он относит и работы Нурси. Глава фонда "Нуру-Бади" Ибрагим Ибрагимов заявил, что за 15 лет распространения книг Нурси по России не было не одного случая, чтобы кто-то, прочитав их, совершил что-нибудь преступное. Шейх Нафигулла Аширов, возглавляющий Духовное управление мусульман Азиатской части России, обеспокоен возвращением практики советских времен: "Хотя времена Главлита ушли в историю, цензура возрождается под лозунгом борьбы с экстремизмом". Кстати, в прошлом году, одна московская правозащитная организация была вынуждена удалить со своего сайта заявление Аширова, содержащее критику решения властей, признающего "Хизб ут- Тахрир" террористической организацией.

24 апреля, эксперты из Татарстана, также психологи и лингвисты, вынесли заключение по которому ссылка Нурси на кораническое пророчество о втором пришествии Христа, во время которого исполнятся законы шариата "дискредитируют религиозные ценности христианства как религии", а фраза богослова о "мече крепкой веры" истолкована как "идея противостояния и войны, могущая привести к оборонительному поведению"(?). Критика Нурси влияния атеистической идеологии, в частности утверждения о том, что "материалисты не в силах воспринять постулаты веры в силу своего вялого и духовно ограниченного равенства и мертвых, разрушенных сердец" истолкована ими как эмоционально негативно окрашенное представление об атеистах как социальной группе.

Критикуя этот анализ, Совет Муфтиев России в своем заявлении за август 2006 года отметил, что подобные эксперты "смешивают, эксклюзивность, превосходство и уничижение граждан по их отношению к религии, с концепцией истины и исключительности коранического учения". В советский период, когда любая религия провозглашалась "пережитком прошлого", подчеркивают мусульманские эксперты, атеистические психиатры подобным образом описывали механизмы религиозного воздействия на психику.

Первая попытка осудить за книги Нурси была предпринята в городе Омске в отношении Джамбула Исамбаева, распространявшего книгу Нурси "Плоды веры". Тогда в заключении, сделанном местными экспертами, говорилось, что в ней содержатся призывы к превосходству верующих над неверующими. Но в ответе на это экспертов Совета муфтиев говорилось, что это на самом деле позиция характерная для любого верующего любой религии – утверждать, что только его исповедание обладает полнотой истины и является действительно верным.

Мусульманская литература в России, впрочем, давно находится в фокусе внимания властей. В стране запрещена, например. книга Мухаммада ибн абд уль-Ваххаба "Книга Единобожия". А фотожурналист из Таганрога Михаил Нолтин рассказал в своем "живом журнале", как 30 мая местный ОМОН устроил выставку конфискованной экстремистской литературы, одним из экспонатов которой был…Коран.

Джеральдин Фейган

"FORUM 18", 27 июня 2007 г.

© Перевод с незначительными сокращениями "Портала-Credo.Ru"


    В сюжете:

30 сентября 2010, 15:00  
МОНИТОРИНГ СМИ: Все запретить. Антиэкстремистское законодательство сформулировано в России в широких и неопределенных терминах
29 сентября 2010, 16:25  
МОНИТОРИНГ СМИ: "Дойти до победного конца". Мусульмане будут оспаривать решение о признании книги С.Нурси экстремистской
24 сентября 2010, 13:00  
Российская милиция арестовала узбекского нурсиста, которому грозят тюрьма и пытки в случае экстрадиции на родину
23 сентября 2010, 11:54  
Красноярский суд признал "экстремистской" книгу исламского богослова Саида Нурси "Десятое слово о воскресении из мертвых"
09 июля 2010, 11:55  
Нижегородский мусульманин арестован за размещение в Интернете произведений Саида Нурси
Ваше
имя:
Ваш
email
Тема:
 
Число:
 
Чтобы оставить отклик, пожалуйста, введите число, нарисованное на картинке.
Текст
 


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования