Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Лента новостейRSS | Архив новостей ]
08 июня 2007, 17:32 Распечатать

РЕПОРТАЖ: Юриспруденция как служанка "сектоведения". В Институте государства и права РАН защищена диссертация по ущемлению свободы вероисповедания


Позор российской юридической науки. Такой неутешительный вывод можно сделать по итогам недавней защиты Куприяновым Федором Алексеевичемдиссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук.

Как уже сообщал сообщал "Портала-Credo.Ru" за диссертацию, в которой предлагается, вопреки Конституции РФ, жестко ограничить религиозную свободу в России, присуждена учёная степень кандидата юридических наук. 24 мая 2007 года в Институте государства и права (ИГП) Российской академии наук состоялась защита диссертации на тему "Государственный контроль за религиозными объединениями в Российской Федерации (административно-правовые аспекты)". Работа выполнена в секторе административного права Института государства и права РАН. Научный руководитель - доктор юридических наук, профессор Гришковец Алексей Алексеевич. Ведущая организация - Московский городской университет управления Правительства Москвы. Официальные оппоненты - доктор юридических наук, профессор Гуринович Александр Георгиевич; кандидат юридических наук Балытников Вадим Владимирович.

Приведем вкратце суть диссертации Ф.А. Куприянова. Вначале он вбросил необоснованные и ничем не подкреплённые обвинения в адрес ряда религиозных организаций в шпионаже и сепаратистской деятельности. При этом "классиком" эмпирических данных у него выступает в основном "профессор" А. Дворкин, который, как известно, в такие святцы как Конституция РФ не заглядывает.

После демонизации и обвинений в криминальности ряда религиозных организаций, диссертант предложил ужесточить механизмы контроля за религиозными объединениями и их деятельностью, для чего поделить организации на традиционные и нетрадиционные с приданием им разного статуса и прав и ужесточить религиоведческую экспертизу, которая должна сопровождать религиозное объединение на протяжении всего периода его деятельности. Для этого создать специальный контролирующий орган при Федеральной регистрационной службе.

К тому же, диссертант предлагает "усилить контроль за новыми "нетрадиционными" конфессиями и другими религиозными объединениями по аналогии с таможенным законодательством", т.е., по его мнению, "следует установить для них разные режимы контроля". Таким образом, Ф.А. Куприянов предлагает обращаться с универсальными правами человека, к коим относится свобода совести и вероисповедания, как с товаром. Но ведь это же не вино и фрукты из Грузии или Молдовы – это нормы международного права!

Далее Ф.А. Куприянов выдвинул идею введения в Федеральный закон "О свободе совести и о религиозных объединениях" (1997 г.) нормы, согласно которой при совершении со стороны руководителей религиозных организаций деяний, наказуемых в уголовном порядке, последние должны нести ответственность как руководители преступных сообществ. Хотя подобное в современной науке решается отрицательно.

Подобный правовой нигилизм, слабая религиоведческая подготовка, низкий общекультурный уровень и элементарная безответственность при защите диссертаций, так или иначе касающихся религиозной проблематики ранее наблюдались только в Российской академии государственной службы при Президенте РФ (РАГС) и Академии управления МВД РФ. А теперь вот, благодаря диссертационному совету Д.002.002.02, бациллой антинауки оказался заражённым ИГП РАН. Правда, в отличие от Академии МВД и РАГСа, куда либо не допускали критиков, либо грубо просто "затыкали рот", в последнем все происходило вполне корректно и педантично. Но и здесь не обошлось без недоразумений. Пришедшие на защиту в официально назначенное время – ровно в 16:00 были удивлены тем, что защита уже в полном разгаре. Диссертант заканчивал своё выступление. Но даже и того, что можно было услышать из его уст - "больше чем достаточно" для того, чтобы убедиться в полнейшей некомпетентности соискателя. Поэтому и неудивительно, что диссовет пошёл на грубое нарушение правил ВАК и регламента защиты диссертации, начав её на 30 минут раньше объявленного срока: "дабы дурь не видна была". Но даже услышанного оказалось вполне достаточно для неутешительных выводов.

Выступившие вслед за ним официальные оппоненты произнесли лестные отзывы и дали положительную характеристику работе и сделали вывод о безусловной возможности присуждения соискателю степени кандидата юридических наук.

Так, первый оппонент А.Г. Гуринович похвалил диссертанта за то, что он "использовал оригинальную литературу и ввёл в научный оборот ранее не использовавшиеся труды отечественных ученых (видимо имел ввиду А.Л.Дворкина? – прим. авт.), что значительно обогатило работу". Оппонент отметил, что "диссертация содержит элемент научной новизны", в ней "выявлена необходимость регламентации государственного контроля за деятельностью религиозных организаций", а "теоретические положения и правовые нормы увязываются с примерами", "положения и выводы сформулированы корректно и беспристрастно, они могут быть использованы в нормотворческой деятельности и в учебном процессе в системе образования", "работа может быть полезна для философов и религиоведов".

Не обошлось и без замечания. Оно касалось деления религий на "традиционные – нетрадиционные", что нарушает равенство граждан. Однако, по мнению оппонента, эти его замечания не влияют на качество работы в целом и носят не принципиальный, а лишь уточняющий характер.

Второй оппонент В.В. Балытников в своих оценках пошел дальше! Главным аргументом актуальности исследования, на его взгляд, было то, что "после эпохи государственного атеизма в последнее десятилетие ХХ века наступило время религиозной вседозволенности, когда у нас наступило не только религиозное возрождение, но и стали разрастаться всякого рода деструктивные религиозные движения. Эти движения не только ведут масштабную антиобщественную антигосударственную в целом антироссийскую пропаганду, но и нередко ведут экстремистскую деятельность, а некоторых регионах России занимаются терроризмом". Ведь "ни для кого не секрет, - констатирует В.В. Балытников, - такой религиозный радикализм характерен для всех религиозных течений, которые у нас сегодня в России существуют. Все мы знаем исламский экстремизм, но в последнее время радикальные антигуманные убеждения стали распространяться и среди определённой части маргинальных псевдоправославных. Протестантизм российский тоже не свободен от подобного рода псевдохаризматических тенденций. Строго говоря, это касается всех течений и здесь не будут исключением даже буддисты. Следовательно, в интересах безопасности народа и государства, нужен государственный контроль за деятельностью религиозных объединений…".

После такого "оригинального" изложения религиозной ситуации учёный юрист указал, что "сегодня полностью отсутствует административно-правовые разработка проблемы эффективного осуществления такого контроля". И вот наконец-то Куприянов Ф.А. "творчески исследовал формы и методы такого контроля, чему предшествовала глубокая теоретическая разработка проблем свободы совести и статуса религиозных объединений", и далее всё в том же духе, что "автор придерживался метода научного познания на единство теории и практики" и т.п. Критическая позиция была высказана та же, что и у первого оппонента, и она касалась деления религий на "традиционные" и "нетрадиционные".

Но при этом не обошлось и без ноу-хау оппонента, который предложил вместо деления на "традиционные" и "нетрадиционные" религии закрепить в системе права деление на мировые религии и все остальные. Можно представить, куда подобные юристы отнесут "альтернативных православных", "протестантов-харизматов", "исламских экстремистов" и др.? Ведь судя по диссертации и заключению официальных оппонентов, выше названные вероисповедания до мировых религий (в данном случае – христианства и ислама) не дотягивают.

Оба официальных оппонента отметили, что диссертация отвечает требованиям, предъявляемым к диссертациям на соискание ученой степени кандидата юридических наук, является творческим самостоятельным исследованием по актуальной научной теме, представляет собой научно-квалификационную работу, в которой содержится решение задачи, и вносит серьёзный вклад в науку.

После выступлений официальных оппонентов последовали вопросы диссертанту, и началась дискуссия. В числе вопросов были заданы следующие:

Чем вы мотивируете необходимость специального и более жёсткого контроля за религиозными объединениями и почему Вас не устраивает действующее законодательство? Каковы критерии контроля за религиозной деятельностью? Каковы правовые критерии "традиционности – нетрадиционности" религий? Почему в диссертации отсутствуют ссылки на многие диссертационные и монографические работы других исследователей, защищённые как в советское, так и в постсовесткое время, но при этом обильно цитируются сомнительные источники и литература? На каком основании Вы относите Русскую Истинно-Православную Церковь к иностранной религиозной организации и обвиняете религиозные объединения в шпионской деятельности, разжигании сепаратистских настроений?

На многие из этих вопросов не удалось услышать внятного ответа. Тем не менее, услышанное из уст диссертанта лишь подтверждает методологическую и методическую порочность исследования.

Куприянов Ф.А указал, что все свои суждения основывал на "источниках" - использовал книги Дворкина А.Л., в частности, его "Введение в сектоведение" и "Сектоведение. Тоталитарные секты, опыт систематического исследования", а сам Дворкин А.Л. "закончил американский университет и является кандидатом богословия" и ещё является каким то доктором… Но раз книги выдержали несколько изданий и не были опротестованы в суде, значит, по мнению диссертанта, изложенные в них сведения соответствуют действительности? Что касается отнесения Истинно-Православной Церкви и других организаций к иностранным, а также утверждения, что "Свидетели Иеговы", "Церковь Объединения", "Церковь Сайентологии" ("Гуманитарный центр Хаббарда"), "Истинно Православная Церковь", "Церковь Христа" ("Бостонское движение"), "Аум Синрике", "Церковь Иисуса Христа святых последних дней" (мормоны), "Новоапостольская церковь" и др. (всего более 700), используя религиозное прикрытие, образовательные и культурные инициативы, формируют разветвленные управляемые структуры, с помощью которых собирают социально-политическую, экономическую, военную и другую информацию о происходящем в России, разжигают сепаратистские настроения", так эта информация изложена в Комментарии к Федеральному закону от 26 сентября 1997 г. № 125-ФЗ "О свободе совести и о религиозных объединениях", автор - Пятин С.Ю. (М. Новая правовая культура. 2006. Справочная правовая система "ГАРАНТ").

После ответов на вопросы выступили четыре человека. Первым слово взял сопредседатель Совета Института свободы совести С.А. Бурьянов, который удивился самой постановке проблемы по поводу "специального" контроля за деятельностью религиозных организаций и выработке "религиозной политики", так как уже существует контроль за юридическими лицами, а в светском государстве не может быть религиозной политики, которая незаконна и антиконституционна. По его мнению, в светском, т.е. мировоззренчески нейтральном, государстве должна реализовываться политика в сфере свободы совести как свободы мировоззренческого выбора. Далее он подверг критике институт религиоведческой экспертизы, мотивируя это тем, что не существует правового определения религии, а в религиоведении их более двухсот, а потому эксперты определяют религию в соответствии с собственными представлениями о религии. Это предопределяет массовые нарушения прав людей на свободу совести и свободу вероисповедания и способствует коррупции. Отсюда, заключил неофициальный оппонент, нельзя религиоведческой экспертизе придавать расширительный статус.

Далее С. Бурьянов остановился на истории с попытками закреплении в системе права идеи придания разной статусности религиям – "традиционности – нетрадиционности" религиозных объединений, которая активно начала разрабатываться в 2001 году кафедрой религиоведения РАГС в виде концепций отношений государства с религиозными объединениями. Как известно, в итоге эти концепции так и остались на бумаге и не были утверждены руководством страны.

Другой сопредседатель Совета Института свободы совести С.А. Мозговой также поделился своим нерадостным ощущением от такой защиты в "храме юридической науки", где ранее всегда стремились серьёзно относиться к правовым исследованиям. В частности, его удивил вывод официальных оппонентов, по утверждению которых их собственные замечания по диссертации не носят принципиального характера, в то время как С.А. Мозговой увидел в предмете этих замечаний опасный прецедент по нарушению Конституции РФ и усмотрел в таком подходе опасную тенденцию клерикализации страны. По мнению, сопредседателя ИСС, прежде чем выдвигать свои антиконституционные тезисы, диссертант обязан был научно обосновать свою позицию относительно принципов свободы совести светскости государства, изложенных в Основном законе страны. Кроме того, следовало бы аргументировано опровергнуть научные взгляды и подходы многих российских учёных, включая сотрудников ИГП РАН, которые в десятках своих исследованиях обосновали необходимость строгого соблюдения прав человека, включая право на свободу вероисповедания, на которую покушается диссертант. Ведь, как известно, известный российский учёный и один из разработчиков российского законодательства о свободе вероисповеданий доктор юридических наук Ю.А. Розенбаум придерживался прямо противоположной точки зрения, чем та, которая изложена в труде Ф.А. Куприянова и поддержана его официальными оппонентами.

В связи с множеством правовых "ляпов", допущенных в диссертации, С. Мозговой был вынужден напомнить соискателю о том, какие организации согласно ФЗ "О свободе совести и о религиозных объединениях" являются иностранными (перечисленные диссертантом религиозные организации этим критериям не соответствуют и, следовательно, таковыми не являются), про конституционный принцип презумпции невиновности, о котором знают даже школьники, про научную дисциплину под названием "Источниковедение", благодаря которой студентов учат пользоваться достоверными источниками и критически анализировать литературу, так как не всё опубликованное в СМИ может являться достоверным источником, о необходимости обобщения широкого круга источников и научной литературы, без чего работу нельзя признать квалификационной и т. д.

Если же следовать логике диссертации Ф.А. Куприянова, то сведения о шпионаже и сепаратизме надо брать не из официальных источников, а из сектоведческой литературы. Ведь ни ФСБ РФ, ни Генпрокуратура РФ не предъявляют обвинений в противоправной деятельности религиозным объединениям, о которых пишет Ф.А. Куприянов со ссылкой на некого С.Ю. Пятина и А.Л. Дворкина. Отсутствуют подобные доказательства и у российского правосудия. Мозговой предупредил, что если Диссертационный совет сочтёт возможным в юридической диссертации опираться на недостоверную информацию, т. е. признает её достоверной, то по логике Совета это будет означать, что директор ФСБ Н. Патрушев и Генеральный прокурор РФ Ю.Чайка не владеют обстановкой и на их место следует назначить Ф.А. Куприянова.

В заключение он отметил, что представленное к защите диссертационное исследование не является научным, не соответствует требованиям, предъявляемым к диссертациям, а потому в соответствии с Положением о порядке присуждения ученых степеней Ф.А. Куприянову не может быть присуждена степень кандидата юридических наук. С.А. Мозговой посоветовал диссертанту, прежде чем писать диссертацию, сесть за парту и поднять свой образовательный уровень.

Следующим выступил представитель "Православной Церкви Божией Матери Державная" М.Н. Попов. Он выразил сожаление, что так и не получил адекватного ответа на свой вопрос, котрый был задан диссертанту. Ведь в своём исследовании Ф.А. Куприянов использует непроверенные сведения о его Церкви, ссылаясь на "Сектоведение" Дворкина. В частности, в автореферате автор приводит наименования общественных организаций (фондов), называя их почему-то наименованиями Церкви, религиозной организации, тем самым сознательно смешивая понятия. В частности, называется какая-то "Российская вселенская Мариальная Церковь", которой вообще никогда не существовало в природе…

Далее М. Попов напомнил, что А. Дворкин не имеет подтвержденной в России ученой степени, ссылаясь на то, что этот факт был установлен Кировским районным судом г. Ярославля 13.12.2006 г. Поэтому если здание диссертации строится на песке, на непроверенных данных, то и выводы, к которым приходит автор, не могут претендовать на научность. "Всё это может привести нашу страну к самым тяжелым последствиям. В прошлые века, называемые сегодня "темным средневековьем", говорили: "Наука – служанка богословия". Не хочется увидеть время, когда юриспруденцию будут называть "служанкой Церкви" или сектоведения!"

Последней выступила член движения молодежь за права человека Юлия Котова, которая рассказала о своём движении – "Церкви Саентологии" и борьбе за мир, подняла вопрос нравственности, отметив при этом, что диссертантом выполнена "очень неплохая работа, но хотелось бы, чтобы автор основывался на проверенных данных".

Выступившие на защите неофициальные оппоненты отмечали, что ни один серьёзный учёный не ссылается на опусы А. Дворкина (кроме как с обоснованной критикой), так как ссылка на ненаучные и ксенофобские труды в приличной научной среде считается "правилом плохого тона". Подобное цитирование "дворкиниады" допускают лишь малообразованные и некомпетентные люди.

В своём заключительном слове диссертант продолжал настаивать на своём: что, мол, раз книги А. Дворкина издавалась несколько раз и в суде не оспаривалась (как будто всякое чтиво должно рекламироваться в суде?), то значит там изложены достоверные факты. В связи с критическими высказываниями об антиконституционности диссертации, он сказал, что как юрист не призывает нарушать Конституцию РФ, а предлагает изменить её, естественно, в соответствии со своими "научными" изысканиями.

Со словами поддержки диссертанта и его диссертации, кроме официальных оппонентов, к собравшимся обратился председатель Диссертационного совета Ю.Л. Шульженко со словами, что "взаимоотношения государства и Церкви - сложнейшая материя и потому хорошо, что этим стали заниматься…В те времена, когда работал Юрий Розенбаум, подобные дискуссии по проблеме были невозможны. Вот об источниках здесь говорят, а раньше и источников не было. Сейчас, слава Богу, можно говорить, печататься… здесь вот высказывались претензии к непроверенности источников, но раньше и публиковаться было нельзя. Поэтому хорошо, что сейчас диссертант сделал такую работу и сослался хоть на какую-нибудь литературу, а на кого ему ссылаться – дело личное". Видимо, от таких слов своего бывшего коллеги известный юрист и правозащитник Ю.А.Розенбаум в гробу перевернулся. Разве мог он предположить, что в Институте государства и права РАН, научной деятельности в котором он отдал многие годы жизни, и где вместе со своими учениками и коллегами он работал над тем, чтобы заложить основы демократического российского законодательства в сфере свободы совести и свободы вероисповедания, вскоре наступит ревизия правовой науки?

Никто из присутствующих на защите, включая членов Диссертационного совета, не выступил в защиту диссертации, кроме официальных оппонентов и председателя этого Совета. Кроме того, никто не высказал каких-либо устных возражений против аргументированной критики со стороны неофициальных оппонентов. Тем не менее, члены Диссертационного совета единогласно проголосовали (при одном испорченном бюллетене) за присуждение диссертанту искомой степени кандидата юридических наук.

Таким образом, члены Диссертационного совета Д.002.002.02 Института государства и права РАН проявили свою научную и правовую некомпетентность, пренебрежение к судьбам людей и правам человека, безответственность за судьбу светского государства, а Куприянову Ф.А. была присуждена учёная степень за труд, в основу которого были положены измышления сектоведа Дворкина.

Весьма любопытно, что в сторонке скромно сидел и наблюдал за происходящим президент Евразийского отделения Международной ассоциации религиозной свободы (МАРС), существующей для защиты оной, Ю.Г. Носков, не проронивший за всё время защиты ни единого слова.

Николай Маринин,
для "Портал-
Credo.Ru"


    В сюжете:

29 августа 2008, 15:18  
"Слезинка сектантов вряд ли важнее приоритетов национальной безопасности", - считает директор Правозащитного центра ВРНС Роман Силантьев
14 августа 2008, 18:01  
В Дзержинске Нижегородской области мэрия препятствует строительству «Свидетелями Иеговы» лектория на приобретенном в собственность участке
13 августа 2008, 17:18  
ДОКУМЕНТ: Федеральный список экстремистских материалов (Дополнения на 4 августа 2008 г.)
05 августа 2008, 18:39  
Российский союз ЕХБ успел провести конгресс в Подмосковье, несмотря на закрытие судом лагеря, где он проводился
04 августа 2008, 17:25  
ДОКУМЕНТ: Протестантка из Сыктывкара обжаловала решение Правительства об объявлении воскресенья 4 мая рабочим днем. Пресс-релиз Правозащитной комиссии "Мемориал" Коми
Ваше
имя:
Ваш
email
Тема:
 
Число:
 
Чтобы оставить отклик, пожалуйста, введите число, нарисованное на картинке.
Текст
 


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-18 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования