Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Лента новостейRSS | Архив новостей ]
23 марта 2005, 18:55 Распечатать

ИНТЕРВЬЮ главного редактора «Портала-Credo.Ru» с протоиереем Димитрием Смирновым, председателем Синодального отдела Московского патриархата по взаимодействию с вооруженными силами и правоохранительными учреждениями. Полная версия


- В СМИ появились сведения о Вашей причастности к налету членов некоего "православного братства" на Центр русской духовности, принадлежащий Церкви Божией Матери Державная (шире известной как "Богородичный центр"). Каково Ваше отношение к этому инциденту?
- Может быть, "богородичники" хотят себя попиарить. Воспользоваться известностью нашего "бренда"?
Но если серьезно, при нашем храме есть и братство, и сестричество милосердия. Братство занимается исключительно поддержкой наших социальных программ, распространяет духовную литературу, торгует очень качественным лампадным маслом. Если бы Вы увидели этих людей, Вы бы поняли, что они не боевики. Это зрелые интеллигентные люди, чей возраст приближается к 50 годам, и там просто некому заниматься налетами. Сестричество ухаживает за тяжелобольными одинокими людьми.
Когда ко мне пришел представитель "Богородичного центра", который, как я потом выяснил, приходится зятем самому Береславскому, я ему заявил: конечно, я сочувствую народному антисектантскому движению и предпочел бы, чтоб вас тут не было. Но экстремистские выходки не в моих правилах.

- Вы однозначно осуждаете акцию по разгрому центра?
- Безусловно, ведь мы различаем сектантство как явление, как вредоносное заблуждение, и самих сектантов. Можно бороться с раком, но не бороться с самими онкологическими больными. В сектах такие же люди. Когда ко мне приходил представитель "богородичников", ясмотрел в свое сердце и с радостью увидел, что никаких антагонизмов к нему не питаю. Просто он, как все сектанты, немного зашоренный и не готов к диалогу. Представился "священником", хотя среди своих именуется "епископом", выпалил все, что хотел, и ушел.
Однажды у меня был контакт с Береславским, лет 10 назад. Нас свел один журналист, который хотел, чтобы в прямом эфире мы обсудили проблемы взаимоотношения сектантства и православия. Береславский стал что-то кричать, впал в истерику, испугался. Помню, кричал: "Зачем вы пригласили православного?" Я вышел из студии и предложил ведущему выступить отдельно от Береславского и прокомментировать то, что он будет говорить.
Что мы и сделали. Надо сказать, к большому неудовольствию "богородичников".

- Но Вы говорите, что добиваетесь ликвидации этой "секты"?
- Ну, естественно желать исчезновения таких явлений, как, например, СПИД и туберкулез, проституция и торговля детьми. Секты, особенно тоталитарные, стоят в этом же ряду. Попавший в секту тяжело заболевает психически и становится потерянным для общества.

- И какие действия для этого Вы предпринимаете?
- К сожалению, у меня нет на это ни времени, ни сил. Ликвидировать секты можно только путем просвещения. Хотя, разумеется, их деятельность должна быть также поставлена вне закона путем разработок соответствующих правовых норм. Я считаю, что и в школьных программах каждого региона должна быть дисциплина, может быть, входящая в ОБЖ, в рамках которой детям бы рассказывали, какие секты действуют в их регионе. Каждой секте уделять, допустим, 15 минут. Чтобы дети хотя бы помнили названия сект и их характерные признаки. Потому что многие из них теперь маскируются под РПЦ. Наши вот "богородичники" пишут объявления у метро: "Православный просветительный центр - приходите к нам". Они не пишут, что это "основанная инвалидом по психиатрическому заболеванию Береславским секта, которая 4 раза меняла название, сам он самозванец". Они же этого не говорят. Обманывают.

- Вы считаете "сектами" в первую очередь те организации, которые называют себя православными. А если организация не маскируется и выступает открыто, называя себя пятидесятнической или адвентистской, это уже не "секта"?
- Секты бывают разных направлений. Бывают секты рационалистические, мистические, тоталитарные. Некоторые именуют себя христианскими, но таковыми не являются в силу искажения в них христианского учения. Есть отколовшиеся, вышедшие из православной Церкви. Есть секты, вышедшие из католицизма, протестантизма. Есть самоизмышленные: саентология, иеговисты, кришнаиты. Они придуманы искусственно. В силу того, что нам приходится реабилитировать часть людей, которые пожили в этих сектах, я знаю, какое разрушительное воздействие оказывается на психику. Если эту противосектантскую работу не выполняют правоохранительные органы, то хотя бы Церковь должна стараться вести просветительскую деятельность. Но создавать какую-то структуру, чтобы громить их, - бессмысленно. Это только укрепит сектантство. Поэтому я даже стал подозревать, как бы это не они сами придумали идею с погромами.
Как-то в наш храм пришла группа во главе как бы со священником. Он знал молитвы, произносил их вслух, вошел в алтарь. А мне потом одна женщина подала записочку, что этот человек - проходимец и его видали в других храмах. С ним пришло человек 6 "мордоворотов". Что же мы сделали? Мы заперли всех их в храме и вызвали милицию.
Если на "богородичников" напали настоящие разбойники - почему же они не приняли меры? Надо запереть помещение, подпереть снаружи, сфотографировать злоумышленников. Что за проблема?

- Они оказались не такими сообразительными...
- Сочувствую. Сочувствую и народному движению против сект. Но действоватьс помощью погромов, совершенно ни к чему, ибо бесполезно.

- Ваши община, братство предпринимают какие-то целенаправленные шаги к тому, чтобы работать с "богородичниками"? Раз они находятся в зоне, так сказать, вашей пастырской ответственности…
- К сожалению, мы не сделали ни одного шага.

- Может быть, этим Вы и создали почву для такого радикального выяснения отношений?
- Нет, я свою паству знаю прекрасно, хотя у нас в храме большое количество людей. Может быть, мы и занялись бы такой противосектантской работой, если бы у нас появились люди, имеющие вкус к этой деятельности. Потому что все наши структуры - детский дом, гимназия, издательство, загородный детский дом - все, что у нас есть, - создано вокруг людей, которые появились у нас в общине. Вот, например, музыкальная просветительская деятельность - то, что мы постоянно камерные концерты устраиваем. Есть музыканты в приходе? Давайте. Так дело и пошло. А вот людей, которые бы возлюбили антисектантскую деятельность, их, вообще, к сожалению, немного в Москве. Когда бывали какие-то конференции в других городах, приходилось действовать самому, потому что в этом направлении в нашем многотысячном приходе, к сожалению, у менянет ни одного помощника. А если бы был - конечно, мы бы создали какой-то антисектантский духовно-просветительский центр.
"Богородичники" все эти годы вели себя так тихо, что никаких слухов до меня никогда не доходило. Никто на них никогда не жаловался. Они вели себя тише воды - ниже травы.

- В этом смысле к ним не было никаких претензий?
- Абсолютно.

- Каково Ваше отношение к разгрому выставки "Осторожно, религия!", который внешне, по форме, напоминает то, что произошло с "Богородичным центром"?
- Очень положительное.

- Отличается Ваше отношение к этому погрому от отношения к случившемуся в "Богородичном центре"?
- Конечно. Я жалею, что не поучаствовал в разгроме этого кощунства. Хотел бы, чтобы меня тоже отдали под суд за это, - я разгромил бы, наверное, еще более основательно.

- А сейчас как раз идет судебный процесс. Не хотите поучаствовать?
- Я знаю и участвую, косвенно. То, что сделали эти нелюди, больше чем просто возбуждение религиозной ненависти. У меня, например, все кипит внутри. Они возбудили во мне такие чувства, что мне, человеку самой мирной профессии, хочется просто автомат взять. Я взрослый человек, и автомат не возьму. Но я понимаю, в скольких людях они возбудили такие же чувства. Зачем? С какой целью?

- Вы знаете ответ на этот вопрос?
- Нет, не знаю. Только знаю, что ими руководила ненависть к тому, что для меня свято, глумление. Я думаю, что они хотели свою безнаказанность показать.
Тем более что один из этих художников уже по физиономии получил в Манеже. Значит, он делает это специально? Знаете, голландца убили – режиссера? Он что, не знал, что Европа западная - уже давно мусульманская страна? Мусульмане там составляют от 10 до 15 % населения. Ведь надо же лирой добрые чувства возбуждать!

- Вы не допускаете, что "Богородичный центр" своими акциями, иконами весьма своеобразными, выступлениями на тему предательства МП тоже мог оскорбить чьи-то религиозные чувства до той же степени, до которой Ваши чувства оскорблены выставкой "Осторожно, религия"? Можно провести здесь подобную параллель?
- Может быть, люди, которые пришли громить "Богородичный центр", слышали где-то проповедь Береславского или видели какие-то книжки и тоже почувствовали оскорбление своих религиозных чувств.
Возможно, но маловероятно. Дело в том, что книжки, которые издает Береславский, к нам попадают. Во-первых, они малограмотны. Во-вторых, они всегда мимикрируют под православие. Поэтому в чем их опасность душевная? В том, что человек путает их россказни с доброкачественной православной литературой. Но в них нет желания взорвать, намеренно оскорбить в самых лучших чувствах.
А здесь - намеренное измывательство над самым святым. Если бы мы жили в Российской империи, каторга кощунникам была бы обеспечена.

- Но нынешняя Россия – светское государство...
- Спросите у любого среднестатистического жителя России - про светское, про духовное. Есть ощущение, есть сознание, есть менталитет. А "светское государство"... Три мужика в Беловежской пуще собрались, выпили - раз, и пятая часть территории отлетела. Еще два человека соберутся - раз, подписали - присоединилась. Это не имеет отношения к народной жизни, это адвокатские дела. Для народа малоинтересно, что там наверху происходит. Вы приезжаете в Донецк, и там говорят: "Что вы там в Москве смотрите"? Что они - другое государство, пока не понимают. Чтобы привыкнуть, надо 50 лет. Поэтому я тоже вполнесветский человек, я не монах. Я хожу в церковь, служу там. Что это меняет? У меня образование получено в светском учебномзаведении. Что я, вышел из пещеры?Кто мне растолкует, что значит отделение "еркви от государства, если я гражданин России, если я плачу налоги?
Я вчера в Думе был. Законодательство, которое разрабатывается по поводу социальной адаптации заключенных, вышедших из тюрьмы, касается меня непосредственно, - я очень болею за наших заключенных, меня беспокоит рецидив постоянный. Что значит отделение Церкви от государства, если я участвую в разработке законов этого государства? Это бред французской коммуны, который нам искусственно навязан, как клише. Вы хотите, чтобы у нас было демократично? Тогда надо убрать из нашей жизни театр абсурда.

- А бить художников - это не значит укреплять воинствующий атеизм?
- Нет. Я тоже могу сообразить и создать такую инсталляцию, что мир содрогнется. Разные национальные группы, самые даже могущественные, охнут - у них волосы вылезут от того, какую штучку можно создать. Над православием глумиться можно, а над какой-то другой религией нельзя?

- Надеюсь, Вы не выступаете за то, чтобы у всех были равные права глумиться над другими религиями?
- Спасибо за доверие. Нелюдям объяснить, доказать ничего нельзя - их можно только судить. С ними диалог невозможен. Они делают это намеренно и играют в непонимание. Они говорят: "Мы не хотели никого оскорбить". Говорю: "Я, протоиерей Дмитрий Смирнов, глубоко оскорблен, первый раз в жизни, до такой глубокой степени, как никогда". Мне уже, может, на пенсию скоро пора. Но это впервые в жизни, хотя я всю жизнь жил в идеологии, которая с детского сада для меня не приемлема. Но такого хамства еще не видывал!.. Даже большевики, взрывая храмы, так не глумились.

- Если суд оправдает организаторов выставки "Осторожно, религия!", что Вы будете делать?
- Не знаю. Если я узнаю, что еще раз будет такая выставка, я приеду и разгромлю ее, сам, лично, возьму какое-нибудь орудие. Я уже староват драться. И пусть меня судят за очередной разгром. Это стерпеть невозможно, это невыносимо. Это как сердечная боль - надо сразу лекарство принимать. И аналогичное чувство испытывают все, только степень разная. Может быть, это потому, что я тоже когда-то был художником и для меня это слишком глубоко, серьезная рана под воздействием искусства.

- Значит, это все-таки было искусство?
- Я видел только фотографии. Это искусство концептуальное. Оно мне совершенно не близко. Я в этом направлении немного пробовалработать когда-то. Совершенно понятно, что там декларируется. И совершенно понятно, что это сделано именно с целью вызывать гневные чувства. Для меня, как художника, это понятно. Например, когда человек пишет обнаженную натуру, утрируя какие-то эротические моменты, - он хочет вызвать либо сексуальные чувства, либо протест. Так же и здесь - это вполне определенно. Художник приглашает к размышлению над тем, что происходит в его голове. А в голове - ненависть ко Христу, Евангелию, Церкви, русской культуре, России...

- Во всяком случае, они не равнодушны к христианству. Это уже их выделяет из общей массы художников...
- Знаете, апостол Павел тоже был неравнодушен к христианству - гнал христиан, сажал их в тюрьму, участвовал в побивании камнями. Это совершенно другое. Одно дело - равнодушие или неравнодушие какого-то идеологического плана, в рамках исторического процесса. Вполне может быть, что христианская культура для кого-то окажется неприемлема. Я все это допускаю. Но здесь - используются священные изображения, святые символы. Вот в чем дело. Это как педофилия, направленная на младенцев. Не на отроков 12-летних, а на младенцев грудных. Это искусство вызывает похожие чувства, как у психически здорового человека, когда он слышит в новостях о французском судебном процессе.
Эти художники - скоты, которые плюют на самое дорогое - на веру, что дороже даже Родины.

- Отец Димитрий, а почему же Ваше взаимодействие с правоохранительными учреждениями не приводит к тому, что ваши религиозные чувства защищают. Почему, несмотря на то, что Вы их окормляете, работаете с ними, создаете факультеты, кафедры различные - почему они не защищают Ваши религиозные чувства?
- Они много защищают, процесс идет - но это очень долго. Мы же все, даже и я, который никогда не был идейно советским человеком, порождение своей эпохи. Система такая, наследство. За 15 лет невозможно выработать другой менталитет.
Ведь, например, процесс против организаторов выставки "Осторожно, религия!" идет, я наблюдаю за этим процессом. Там, по-моему, кощунники проигрывают.

- Сегодня же Ваш профессиональный праздник в некотором роде [интервью записывалось 23 февраля]. Что же Вы его не отмечаете?
- Буду отмечать. Возлагать венок к Могиле Неизвестного Солдата. Панихиду служить по павшим воинам.

- Вас не смущает, что венки возлагаются к пентаграммам, из которых вырывается огонь?
- Меня это не только смущает. Меня это возмущает.

- Как же Вы на это идете?
- Во-первых, я иду за послушание. Мы на это смотрим как на лампаду, смиренно стоящую на земле. А вообще, конечно, это сатанинский символ. Вдумайтесь - вечный огонь. Но символ может быть наполнен разным содержанием. Томский создал эту скульптурную группу... Кто надоумил большевиков? Думаю, тот, кто ими владел. Сами мрачные духи, которые двигали революцию, создали эти страшные символы.
Святейший Патриарх возлагает венок всегда в форме креста. Мы смотрим на этот крест и молимся, глядя на него, и думаем не о вечном огне, а о вечной славе русского солдата и о Царстве Небесном для него.

- Какой-то компромисс в этом есть…
- Безусловно. И, слава Богу, что он есть. А что Вы предлагаете? Взять дубинки и размозжить этот монумент?

- Но если эта пентаграмма ничем не лучше кощунственных изображений, которые были на той выставке...
- Нет. Это совершенно другое. Те, кто устраивали советские монументы, не хотели кощунствовать, хотели возвеличить. Но они были одержимы определенными духами. И что получилось - то получилось. Это определенная психология искусства. Недаром изобразительное искусство фашистской Германии очень похоже на советское искусство. Духи одни и те же, вещи одного порядка.

- Расскажите, пожалуйста, о Вашем отделе. Сколько здесь работает человек, сколько духовенства, есть ли региональные, епархиальные подразделения?
- В каждой епархии - свой отдел. Административной власти Синодальный отдел над ними не имеет. В отделе - 50 человек. Из них дюжина священников.

- А сколько полковых священников сейчас?
- Всего священников, трудящихся в армии, около 2000 человек.

- А есть среди них капелланы - те, что не служат на приходах, а занимаются только окормлением военнослужащих?
- Нет, все священники приходские.

- Вы выступаете за создание института капелланов?
- Капелланского - нет. А за институт военного духовенства - да.

- А как Вы себе представляете военное духовенство, если это не будут капелланы?
- Как это было в России. Капеллан встроен в структуру государства. Я считаю, что для русской армии было бы полезно, чтобы священник был человеком Церкви, а не от армии.

- А кто будет финансировать таких священников?
- Государство. Священники постепенно снизят уровень дедовщины, суицида, дезертирства, поднимут христианский дух. Это польза? Польза. У нас количество военных психологов больше, чем в американской армии. А результат?

- Но ведь где человек получает деньги, там он и служит. Если они будут иметь государственную зарплату…
- Государство перечисляет средства Православной Церкви на эту работу, а Церковь на каждого приходского священника возлагает дополнительную нагрузку. У нас определенное количество священников, которые реально служат раз в неделю в приходе, а остальное время занимаются хозяйственной деятельностью и так далее. Есть даже такие места, где невозможно вести какую-то социальную деятельность. А окормлять полк, тюрьму - это замечательно.

- Ваша инициатива находит какое-то понимание у власти, военачальников?
- Находит, конечно.

- Скоро ли Ваши идеи будут обсуждаться на законодательном уровне?
- Понятия не имею.

- В Думе никто пока не готов поддержать Вашу инициативу и облечь в форме законопроекта?
- Сейчас сама Церковь не готова к этому - у нас недостаточно еще кадров. Нужно, чтобы в армии, особенно в тюрьме, трудились энтузиасты.

- Неужели все те 2 000 - энтузиасты? Нет среди нет таких, которым просто "в нагрузку" архиерей поручил окормлять воинскую часть?
- Есть, но мало. Много священников - бывших военных. Армию они любят, она для нихродная стихия, у них хорошо получается.

- А Вы сами не чувствуете себя там "инородным телом"? Вы интеллигент, человек искусства, в армии не служили. Как Вы находите общий язык с этой очень специфической средой, которая даже говорит на своем сленге?
- Я русский. А Русь - это значит военная дружина. У нас в генах любовь к армии. Для нас война - священная война. У меня дедушка служил в гусарском полку. Я мог бы стать военным. Просто советская действительность была душевно неприемлема, а служба в армии была заидеологизирована до крайности.

- Как, по-Вашему, нынешняя армия сильно отличается от советской?
- Нет, не сильно.

- Идеология сейчас сильно отличается?
- Кроме идеологии православия, русской государственности и патриотизма, другой идеологии для России нет. Раньше была коммунистическая идеология - это было совершенно невозможное дело, просто до тошноты.

- Получается, что Ваше воздействие на армию во многом противоположно воздействию нынешней политической, экономической среды. Вы боретесь с дедовщиной, с суицидальными настроениями, а жизнь реальная их наоборот провоцирует все больше. Идеологический вакуум в армии тоже их провоцирует. Не выглядят ли Ваши усилия как Сизифов труд?
- Когда Христос вышел на проповедь, разве это не был Сизифов труд? Он Один - а перед Ним весь мир, который вообще не знает ничего духовного. Маленький Израиль знает что-то о Едином Боге, а остальное - ужас язычества. Проходят 2000 лет, и мы с вами обсуждаем духовные проблемы за тысячи верст от Палестины и понимаем друг друга. Вот оно. Во-первых, все русские люди крещеные. У нас 84 % крещеного народа в стране. Поэтому когда мы говорим "Церковь", "Христос", меня все понимают - и начальник, и солдат. Даже наши мусульмане.

- Не опасаетесь ли Вы, что если посещение храма, окормление священника будет внесено в распорядок жизни воинской части, то представители других конфессий, те же мусульмане, будут вынуждены этому распорядку подчиняться и получится абсурдная ситуация. Ведь действительно, православного духовенства сейчас большев армии, чем какого-то иноверческого.
- Иноверческого вообще никакого нет.

- Значит, православные вынуждены опекать и мусульман?
- В армии больше двоих всегда ходят строем. Не только в церковь, но и в столовую. Солдаты не могут ходить не строем. У нас в армии представлено только две религии - православие и ислам. Мусульман 5-7 %.
В нашу методику подготовки священника, трудящегося в армии, входит тема взаимоотношений с мусульманами. Они должны быть подчеркнуто любовные. Если мусульманину нужна какая-то помощь - священник должен помочь. В том числе и духовная помощь. Если мусульманину нужно пообщаться с муллой, то священник с помощью своего ресурса должен ему это обеспечить. Поэтому если у нас и будет когда-то православное духовенство, то православно-исламское духовенство будет у нас еще тем более нескоро.

- Может и протестант попасться...
- Вы знаете, что протестанты за редким исключением присягу не принимают. Их будет человека 4 на армию - для этого заводить капеллана не представляется возможным. Потом всегда, конечно, если кто-то не хочет участвовать в молитве, достаточно ему об этом сказать. Никакого насилия невозможно даже помыслить, ибо это убьет всякую возможность христианской миссии в армии.

- Но Вы сами говорите, что в армии всегда ходят строем. Как мусульманину покинуть строй и не пойти в церковь?
- Да очень просто. Если в храм идут строем несколько человек, то это не значит, что это есть обязательное посещение. Выделяется определенное свободное время. В это время каждый человек может идти, куда угодно. Но если солдаты идут группой в храм, они должны идти строем. Это все давно отрегламентировано. И в Европе, и у нас. Не надо изобретать телегу, надо ее лишь приспособить к современным условиям. Сто лет назад у нас в России даже было иудейское военное духовенство - было несколько человек раввинов в дореволюционной российской армии. А военных мулл было куда больше. Все трудились на пользу земного отечества. А что, сейчас это невозможно?
Ко мне приходил раввин, который хочет окормлять еврейских юношей в армии, даже если они не религиозные. И он пришел ко мне, я ему сказал, что нужно делать, он уже обратился в Министерство обороны. Никаких проблем.

- Какова сейчас законодательная база для работы духовенства в армии?
- Просто закон о свободе вероисповедания. Священник пришел - его пустили. Он спрашивает: "Можно побеседовать с солдатами?" - "Да, пожалуйста".

- Есть ли какие-нибудь антицерковно настроенные люди среди командиров?
- Есть командиры, которые препятствуют этому: "У меня в части этого никогда не будет". Мы жалуемся. Неверующий - не надо. Но дай людям-то!

- Существуют ли у Вас контакты с вооруженными силами других стран, которые входят в каноническую территорию РПЦ МП? Например, на Украине есть автономная Церковь- мы ее не берем. А другие страны? Белоруссия, Прибалтика, Закавказье, Средняя Азия?
- Дело в том, что везде есть отделы по работе с армией и наша структуравзаимодействует с ними и со священноначалием. И с европейским командованием НАТО.

- Есть русские священники в западноевропейских воинских частях?
- Есть русские. Например, предыдущий главный священник европейского командования НАТО был русский православный. Мы с ним очень продуктивно общались.

- С какой из стран СНГ возникают наибольшие проблемы?
- У нас вообще нет проблем, ни одной проблемы. Мы относимся к нашим действиям не как к решению проблемы, а как к некому полю, которое нужно засеять. У нас конечное количество семян, конечное количество светового дня и конечное количество сезонного времени. Мы так трудимся. А там уж - что вырастет. В остальных странах СНГ, кроме Украины и Белоруссии, я пока не бывал, никто не приглашал. Но я много езжу - то в Питер, то в Сибирь, то на Чукотку. Если какая-то нужда будет - съезжу.

- Как сейчас финансируется Ваш Отдел? На такие поездки и на 50 сотрудников нужно иметь немалые средства. Вряд ли они в церковном бюджете есть.
- Постоянного церковного бюджета нет. Но все-таки Московская патриархия нас снабжает. Еще бывают частные пожертвования - на оргтехнику, например. Один раб Божий подарил нам автомобиль.

- Существуют ли сейчас специальные воинские части для православных?
- Таких частей нет и быть не может по закону .

- Несколько лет назад был какой-то эксперимент в поселке Арсаки Владимирской области...
- Туда призывают, в эту часть, православных в числе всех остальных. Потому что там рядом существует действующий монастырь..

- А чтобы часть для семинаристов создавалась?
- Нет. Такого нет, некая недоговоренность рождает какие-то слухи. В рамках закона это нельзя назвать православной частью. Там просто наибольшая концентрация воцерковленных людей. Так исторически сложилось, потому что часть близка к Лавре. Когда забирали семинаристов, они служили здесь. Сейчас семинаристов не забирают, а традиция осталась. Для армии это возможно. А православную часть - юридическиневозможно оформить в нашем юридическом поле. Тут нужно вводить дополнительные нормы, которых нет.

- Есть ли у Вас специальные учебные заведения, которые готовят военное духовенство?
- Пока нет. В Российской Империи были. Это произойдет тогда, когда государство возьмется за финансирование этого.

- А когда оно возьмется? Есть ли какие-то прогнозы?
- Трудно сказать. Если Россия будет интегрироваться в НАТО и ЕС, то ее заставят. Даже непобедимая эстонская армия имеет капелланскую службу. Там нет регулярных войск, но капелланская служба есть.

- Значит, в этом смысле Вас можно считать сторонником интеграции России в НАТО и европейские структуры?
- В НАТО - это потеря всякой самостоятельности. А в европейские структуры – необходимость. Никуда не денешься, Россия - европейская страна. Они нас не любят, боятся, мы им неприятны - но мы все равно Европа. До Хабаровска, Владивостока. Это европейская страна, европейская культура, восточно-христианская цивилизация.

- Должно быть, Вы рады за Украину, которая начинает сейчас активно интегрироваться в европейские структуры?
- Это Ющенко интегрируется, а Украина-то - она как Россия. Большинство живущих на Украине еще не осознали, что они не Россия. Галичина - рада. Восточная часть вообще их не понимает, чему они радуются.

- Характерно, что и центральная теперь рада, не только Галичина…
- Не знаю, не уверен. Что в мире делается, это абсолютно понятно. Кто автор этой пьесы - тоже, и дирижер, и исполнитель. Настолько это все тривиально, не интересно. Я, разумеется, недостаточно компетентен, чтобы ющенковскую политику обсуждать. Есть из МИДа граждане, вот пусть они....
Есть понятие "церковная политика" - создавать условия для распространения слова Божия, общаться слюдьми. Это интересно.

- Кажется, позавчера был пикет православной общественности против посягательства на ядерный суверенитет России. Вы бываете в воинских частях, знакомы с ракетными войсками как декан академии РВСН. Насколько надежно охраняются ядерные объекты? Действительно ли там есть коррупционные опасности?
- Это очень легко проверить. Пускай самая лучшая подготовленная диверсионная группа из США попробует туда попасть.

- Диверсионная группа из США, может быть, не обладает нужным менталитетом, а какие-нибудь постсоветские люди с Кавказа таким менталитетом обладают и знают, как договариваться с командирами частей...
- Это настолько наивно! Ну, пусть попробуют!
Я знаю, как это охраняется, у меня есть опыт. Ну хорошо - человек туда проникнет, дальше что? Что он будет там делать?

- Проникать нет смысла. Есть смысл договориться с командованием о продаже маленькой ракеты.
- Ракеты большие, их не унесешь. Маленькие ракеты уже не на вооружении. Это серьезные аппараты, которые могут уничтожить всю эту Америку, Англию, Европу, Африку, всё. А потом - ядерная зима. Я понимаю, что некие люди хотят взять под контроль русские ядерные силы. Я не понимаю, что они так спешат. Не успели с Афганистаном разделаться - уже Ирак. Не успели с Ираком - уже Иран встал в очередь, Корею отодвинули - бомбу испугались. Куда они спешат?
То, что общественность выступила, - это нормально. Американцы - наивные, они думают, что вот прям щас все будет так, как они сказали. Пока есть РВСН, мы какое-то время поживем так, как мы хотим. Если этого рода войск не будет - придется кланяться.

- А есть опасность, что придется?
- Понимаете, политика... Была большая Россия - ее сократили. Могут и виды войск сократить.
Но это еще не все. Есть "фактор" Господа Бога. Даже жизнь отдельного человека - она в Его руках, а не в руках того, кто целится из пистолета. А люди этого не учитывают.

Александр Солдатов, "Портал-Credo.Ru"


    В сюжете:

31 января 2013, 12:48  
Балтфлот примет на службу в 2013 г. восемь войсковых священников
23 января 2013, 11:10  
Приказом министра обороны РФ Сергея Шойгу в военные гарнизоны Калининграда и Северодвинска назначены войсковые священнослужители
16 января 2013, 11:12  
Молельные комнаты РПЦ МП откроются во всех полицейских подразделениях Ставрополья
16 июля 2012, 12:03  
МОНИТОРИНГ СМИ: Отсрочка от Бога. Священнослужители РФ получили право на отсрочку от призыва в армию
21 июня 2012, 21:23  
МОНИТОРИНГ СМИ: Минобороны не хватает святости. Некомплект служителей РПЦ МП в войсках составляет 90 %. Патриархия в недоумении
Ваше
имя:
Ваш
email
Тема:
 
Число:
 
Чтобы оставить отклик, пожалуйста, введите число, нарисованное на картинке.
Текст
 


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования