Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Лента новостейRSS | Архив новостей ]
08 января 2018, 22:05 Распечатать

“РЕЛИГИЯ. ВРЕМЯ. МИР” (авторская рубрика Валерия Емельянова): Религии-2017: взгляд авраамического монотеиста. Часть вторая, российские мусульмане: «ваххабиты» против «коранитов»


(Часть первая – ЗДЕСЬ)

Если в православной среде принято ставить Предание над Писанием, то в российской мусульманской умме (точнее, в ее тюркско-татарском сегменте) идет противоположный процесс: в ушедшем году там раздались призывы критически посмотреть на Сунну (исламское Предание), признав источником веры один лишь Коран и лишь то Предание, которое, по мнению сторонников такого подхода, не противоречит Корану. Это явление в обиходе получило название «коранизм», а его сторонники были названы «коранитами».

Необходимость единства российских мусульман – это уже давняя проблема, которая с годами уходит от своего решения все дальше и дальше. Если раньше дело было в сугубо организационных вопросах (создание мусульманских структур, объем их властных компетенций и полномочий), то последние два года эти трения перешли и в «богословскую» сферу. В 2016 году возник конфликт из-за предложений чеченских мусульман принять всей российской умме взгляды некоторых местных суфийских наставников прошлых времен, на что татарская часть мусульман ответила отказом. В году 2017-м мощный богословский скандал-диспут разгорелся уже среди самих татар.

Инициировал его бывший первый заместитель председателя Духовного управления мусульман Татарстана Рустам Батров. Это личность довольно известная в российской умме. Батров – ученик российского профессора-востоковеда Тауфика Ибрагима, известного своим либеральным подходом к интерпретации Корана, в котором он видит образец демократического и гуманного мировоззрения, впоследствии искаженного более поздними интерпретациями (интервью с ним наш Портал опубликовал в 2006 году). Сам Батров является автором сборника статей «Вместо реформы», в которой в целом предлагает внесение определенных изменений в мусульманскую практику без затрагивания основ веры.

Весной ушедшего года Батров опубликовал в казанском издании «Бизнес для всех» (своеобразный татарстанский аналог «Коммерсанта») статью о том, что «мазхабом Абу Ханифы следует считать лишь то, что написал или сказал сам Абу Ханифа», а все его более поздние интерпретации суть воплощение средневековой тьмы и невежества.

Здесь, видимо, следует пояснить читателю, что такое мазхаб. Это слово на русский язык можно перевести как «пошаговая инструкция» - специфический метод, на основе которого используются источники мусульманского права (Коран, Сунна, суждения ученых, имевшие место ранее прецеденты и т.п.) для решения практических задач. Причем мусульманское право имеет универсальный характер, охватывая как сферу сугубо религиозную и «богослужебную», так и широкий круг вопросов общественного и хозяйственного плана. Можно сказать, что «мазхаб» - это неполный аналог христианского понятия «конфессия» в рамках единой религии. Названы четыре ныне существующих в суннитском исламе мазхаба по именам ученых имамов, стоявших у их истоков (Абу Ханифы, аш-Шафии, Малика ибн Анаса и Мухаммада ибн Ханбала). Большинство мусульман мира, в том числе и поволжские тюрки, принадлежат к мазхабу Абу Ханифы.

Своим противопоставлением изначального мазхаба и его дальнейших интерпретаций Батров заложил фундамент дискуссии, в рамках которой он, в конечном итоге, пришел к жесткому противопоставлению Корана и дальнейшей традиции в религии Ислама в целом. Хотя экс-заммуфтия должен был как юрист по второму образованию знать, что в прецедентном праве, каковым, по определению, является право исламское (фикх), традиция и ее опыт, наряду с правовыми нормами, являются необходимым источником для принятия решения. При этом необязательно, чтобы такое решение основывалось исключительно на том, что г-н Батров определяет как средневековую тьму и невежество.

Хотя уже первая публикация вызвала явное неудовольствие мусульманской аудитории, на ней, однако, автор не остановился. Вскоре с его стороны последовал «вброс» о возрасте жены Пророка Айши, которую он будто бы взял в жены до достижения половой зрелости. Болезненно, но и этот батровский вброс был проглочен, поскольку многие современные научные исследования вполне корректируют возраст Айши в сторону увеличения, и проблема, таким образом, снимается. Но Батров не унимался и, в конце концов, поставил вопрос о достоверности всего исламского предания (Сунны), что имело своим следствием «оргвыводы»: его, в конечном итоге, сняли с должности заммуфтия, и в настоящее время бывший священнослужитель выступает как колумнист издания «Бизнес для всех», а по последним данным, устроился на работу в Академию наук РТ.

Пикантность ситуации заключалась в том, что очень скоро стало очевидным: вся эта «академическая» дискуссия Батрова по ключевым вопросам исламского вероучения и практики - лишь фасад, за которым скрывается межличностная полемика с ректором недавно образованного религиозного вуза Республики – Булгарской академии - Рафиком Мухаметшиным. Неизвестно, какими мотивами руководствуется в этой дискуссии брутальный «реформатор», но всякий раз, когда он переходит на личность Мухаметшина и Булгарскую академию, «научность» дискуссии куда-то пропадает, уступая место чему-то похожему на «публицистику» желтой прессы. В его интерпретации академия предстает «рассадником арабского мракобесия», носителями которого представляются приглашенные преподавать в нее ученые из арабских стран, пропагандистом использования свиных ингредиентов в пищевой промышленности и т.п. При этом, как только очередная батровская «сенсация» опровергается, он тут же подкидывает другую, не связанную с предыдущей, провокативно подцепляя: «А что вы об этом думаете?»; «А как относитесь вот к этому?» При этом, те, кто не согласен с его позицией, тут же получают ярлык «ваххабитов». Этим г-н Батров очень напомнил т. Троцкого, активно навязывавшего ВКП(б) в трудные времена разнообразные и оторванные от жизненных реалий дискуссии. Можно предположить, с учетом стиля дискуссии, что она мотивирована исключительно карьерными соображениями самого Батрова и его личными обидами, возникшими на этой почве. Только вот эволюция от принципиального обсуждения имеющихся проблем к межличностному междусобойчику явно девальвировала это действо в глазах мусульман.

Новый виток эта проблема получила с выступлением подмосковного имама, также имеющего не религиозное, а светское гуманитарное образование, Арслана-хазрата Садриева. В июне 2017 года он дал интервью все той же казанской «Бизнес-газете», в котором подверг критике четкие установления размеров закята (обязательного налога с верующих, являющегося одним из «столпов веры» в исламе) и «садака»  (добровольного, благочестивого приношения). Но главное – молодой имам подверг сомнению необходимость соблюдения едва ли ни ключевого положения мусульманской религии – ежедневной пятикратной молитвы-намаза. Садриев сформулировал что-то вроде принципа «Не человек для молитвы, а молитва для человека», высказав мнение, что время молитвы привязано к жизненному циклу человека, и потому он должен молиться после того, как проснулся утром, после того как ушел на дневной перерыв, закончил работу или отходит ко сну. Он также счел возможным соединение в течение дня двух молитв в одну и сокращения их количества, таким образом, до трех. Этим молодой имам подверг сомнению два незыблемых момента молитвенной практики мусульман-суннитов: четко установленное время для молитвы и обязательность ее пятикратного совершения. Объединение молитв существует в мусульманской практике, но только у шиитов, а отнюдь не суннитов.

Садриеву была дана жесткая отповедь. Во-первых, богословская. Действительно в Коране есть аяты, на первый взгляд, указывающие на трех-, а не пятикратную молитву: «Славьте же Аллаха, когда для вас наступает вечер и наступает утро… Славьте его после полудня и в полдень» (Сура «ар-Рум», 17-18). Но в данном случае речь напрямую идет лишь о времени суток, предназначенном для молитв, а вовсе не об их количестве, на что Садриеву указал муфтий Татарстана Камиль Самигуллин. Со стороны председателя Совета муфтиев России Равиля Гайнутдина последовала отповедь административная: Садриев был уволен с должности имама.

И основание для столь жесткой реакции вполне понятно. Дискуссия в деловом издании республиканского масштаба теперь перерастала в «мозготрясение» для всего мусульманского сообщества, прежде всего, его татарской части. И это в то время, когда с властью особенно тесной смычки нет, отношения скорее нейтральные, а в православной и околоправославной среде, которой, очевидно, в нынешней России даются определенные преференции, растут, в силу объективных причин, националистические и антимусульманские настроения. Поэтому еще одна фитна, еще одно внутреннее нестроение в российском мусульманском сообществе вполне реально может свести его и без того небольшой запас прочности к нулю. Надо сказать, что глава СМР Равиль Гайнутдин применяет сегодня все «искусство возможного» для поддержания единства и сбалансированности среди российских мусульман. Причем не только по территориальному, но также и профессиональному, а где-то и мировоззренческому принципу. Так, например, он сбалансированно разграничил компетенцию в СМР среди своих заместителей. За издательскую деятельность и публичные мероприятия и конференции отвечал в большей степени ориентирующийся на светскую науку и философию муфтий Дамир Мухетдинов, международные связи (экономические, в том числе) находились в компетенции «прагматика» муфтия Рушана Аббясова, а «богословием», «ортодоксией» ведали братья Аляутдиновы – Шамиль, как председатель Совета улемов при СМР, и Ильдар, являющийся председателем Духовного управления мусульман Москвы. Оба брата, кстати, единственные в окружении Гайнутдина, кто получил полноценное богословское образование в египетском университете аль-Азхар. И вот теперь вся эта с трудом гармонизированная конструкция рискует разрушиться из-за того, что как изнутри мусульманского сообщества, так и извне, раздаются утверждения, что «под покровительством Гайнутдина действует секта коранитов».

В качестве «заметки на полях» отметим, что в данной ситуации еще раз продемонстрировал свою некомпетентность специалист по этногеографии и этнодемографии, в СМИ почему-то именующий себя «исламоведом», Роман Силантьев. Он за последние годы потратил немало сил и места на страницах медиа, чтобы доказать, что СМР во главе с Гайнутдином и близкими ему сотрудниками является «средоточием ваххабизма», но события 2017 года показали, что в московском муфтияте сидят никакие не «ваххабиты», а их полная антитеза – «реформисты-кораниты». То есть предсказывал наш «синоптик-исламовед» жару, а грянули морозы.

Но вернемся к нашему повествованию. В российской умме все более звучали призывы дать оценку деятельности «секты коранитов», в которую входили, если использовать известную нам из советской истории формулировку, «Тауфик Ибрагим, Рустам Батров, Арслан Садриев» и «примкнувший к ним» муфтий Дамир Мухетдинов. Почему в этих рядах оказался Дамир Мухетдинов? Во-первых, он активно способствовал изданию и пропаганде трудов профессора Тауфика Ибрагима, организовывал его участие в конференциях. Во-вторых, он никогда не скрывал своих симпатий к «джадидизму» (обновленческому течению, возникшему в тюркском исламе на рубеже позапрошлого и прошлого столетий) и ряду его представителей. В частности, он организовал серию конференций, посвященных личности известного татарского религиозного философа Мусы Бигиева (1875-1949), многие идеи которого интересны и полезны, однако, одновременно, представляют собой вызов даже не религиозному фундаментализму, а религии как таковой, как социальному и культурному феномену. В частности, Бигиев, вслед за средневековым исламским мыслителем Ибн Араби, предлагал идею о всеобщей милости и всеобщем спасении от Аллаха для всех людей, вне зависимости от религии. Понятно, что вторым шагом при таком подходе должен стать фактический отказ от какой- либо религии. А ведь именно в вызове исламу в его традиционной форме и обвиняют «коранитов».

В декабре 2017 года прошел V cъезд Совета муфтиев России, в значительной мере посвященный проблеме «коранизма». На нем было оглашено обращение «Мусульмане против секты коранитов», подписанное 74 имамами, руководителями духовных управлений из регионов Поволжья, Сибири, Приуралья, Ингушетии, Северной Осетии и Дагестана, а также общественными деятелями. Среди них – муфтий Азиатской части России Нафигулла Аширов, журналист, сын покойного философа Гейдара Джемаля Орхан и другие. В результате съезд согласился с критической позицией по отношению к «коранитам». «Мы категорически не приемлем попытки некоторых современных околоисламских деятелей отвергнуть Сунну, - сказал на съезде председатель СМР Равиль Гайнутдин. - Мы призываем не поддаваться на провокации деструктивных сект, организаций и отдельных людей, которые хотят расколоть нашу общину и посеять вражду между единоверцами». А первому заместителю председателя ДУМ РФ, председателю ДУМ Санкт-Петербурга и Ленинградской области Дамиру Мухетдинову, присутствовавшему на съезде, было предложено разъяснить свою позицию по данному вопросу. «Дамир-хазрат, Вы видный деятель мусульманского сообщества России. И чтобы эти слухи не стали реальностью, Вам нужно высказать свою позицию по отношению к так называемым "коранитам". Привнесенные сирийским философом проблемы нам здесь не нужны, у нас и своих нерешенных вопросов очень много», - сказал, выступая на съезде, глава Духовного управления Поволжья Мукаддас-хазрат Бибарсов, обращаясь к Мухетдинову.

Итак, накануне нового 2018 года, каким-то образом удалось снять напряженность вокруг дилеммы «кораниты-ваххабиты», из виртуальной ставшей реальной. Если же кратко сформулировать позицию автора этих строк, то она будет следующей. Так называемые «кораниты» выдвигали много интересных и, по-своему, ценных идей. Но идей философских, которые не всегда соответствовали устоявшимся традиционным принципам ислама. И все бы ничего, если бы они распространяли их в философском и вообще думающем сообществе. Но, к сожалению, эта группа мусульман пошла иным путем, выставив свои идеи как жесткую альтернативу сложившейся религиозной традиции. Кстати, автор беседовал на эту тему с тем же Рустамом Батровым, но тот упорно стоял на своем, будто бы не слыша собеседника.

Ну, хорошо, пойдем тогда путем эмпатии. Абстрагируемся от Сунны, читаем только Коран. Сура «Пчелы», аят 44: «Мы отправляли посланников с ясными знамениями и Писаниями. А тебе Мы ниспослали Напоминание для того, чтобы ты разъяснил людям то, что им ниспослано, и для того, чтобы они призадумались». Вот это «разъяснение ниспосланного» и составляет суть Предания. Сунны, то есть.

 

Пожалуйста, поддержите "Портал-Credo.Ru"!


    В сюжете:

12 января 2018, 17:19  
МОНИТОРИНГ СМИ: Итоги года в РПЦ [МП]: точка зрения синодалов. "Количество упоминаний ключевых слов в журналах Священного Синода РПЦ: Иисус – 0 упоминаний, Патриарх – 59 упоминаний"
10 января 2018, 14:08  
МОНИТОРИНГ СМИ: Чистые танцы. "Две самые нашумевшие премьеры года — кинематографическая («Матильда») и театральная («Нуреев») — были связаны с балетом" и... с епископом Тихоном (Шевкуновым)
08 января 2018, 22:05  
“РЕЛИГИЯ. ВРЕМЯ. МИР” (авторская рубрика Валерия Емельянова): Религии-2017: взгляд авраамического монотеиста. Часть вторая, российские мусульмане: «ваххабиты» против «коранитов»
05 января 2018, 23:25  
МОНИТОРИНГ СМИ: От "Матильды" до Исаакия: как РПЦ влияла на культурную политику в 2017 году
03 января 2018, 15:19  
“РЕЛИГИЯ. ВРЕМЯ. МИР” (авторская рубрика Валерия Емельянова): Религии-2017: взгляд авраамического монотеиста. Часть первая, РПЦ МП: «Этнофилетизм 2.0», или «Матильда, Чаплин и т.д.»
Ваше
имя:
Ваш
email
Тема:
 
Число:
 
Чтобы оставить отклик, пожалуйста, введите число, нарисованное на картинке.
Текст
 


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-18 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования