Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Лента новостейRSS | Архив новостей ]
17 сентября 2013, 14:54 Распечатать

МОНИТОРИНГ СМИ: Третья книга отца Павла Адельгейма. "В этой церкви не остается места для Христа..." - в день сороковин убиенного пастыря


Надо, позарез надо понять, что и почему с нами произошло в тот вечер 5 августа в доме на Красногорской, когда встретились нож и сердце. Уже тогда, во вздыбленный горем день, когда громоподобную, несуразную, непостижную ни для какого сознания весть невозможно было вместить и хоть как-то увязать с жизнью, – уже тогда мерещилось, что есть в этом какой-то скрытый высший смысл. Словно Господь пустил в ход последнее средство, чтоб мы поняли. Ведь не после тяжелой и продолжительной, и даже не в результате острой сердечной или какой другой недостаточности, а именно чтоб мы содрогнулись и опомнились, что живем совсем не так, как хочет от нас Бог. Теперь, в канун сорокового дня, кажется, можно попробовать подобрать слова…

"Истина сделает вас свободными"

На днях побывал в Питере и увидел шедевр: алтарь нижнего храма собора Федоровской иконы Божией Матери работы архимандрита Зинона. Гармония, лаконичность, простота, радость. Та самая, о которой говорил Христос в одной из сведенных в одно слово заповедей: "Радуйтесь!".

В центре композиции – причащение апостолов, идущих к Спасителю, стоящему в центре над разделением хлеба и благословляющему их и нас, отважившихся причаститься.

Не Тайная Вечеря в привычном для нас смысле, но образ ее, где в каждом апостольском лике тот, кто оставил всё и последовал за Ним. Где слово и дело в слитном – без зазора – единстве, где слова: "Иго Мое благо и бремя Мое легко" (в которых "иго" и "благо", "бремя" и "легко" рядом), – поняты и приняты буквально.

Вместо глухой стены иконостаса – открытое алтарное пространство в прозрачных серо-розовых тонах. Над престолом – сень на тонких, словно растворенных в воздухе, розового мрамора колоннах. Колонны, горнее место и другие мраморные детали изготовлены в греческих Салониках по эскизам о. Зинона.

В разговоре он настойчиво рекомендует побывать здесь на Литургии. И не зря. Алтарь так задуман, что обретает законченность только с присутствием в нем священнодействующих, а перед ним предстоящих в молитве ныне живущих нас. Это пронзенное Духом Истины пространство властно предлагает: войди – и ты станешь продолжением Того, по образу и подобию Которого создан.

А вот икона апостолов Петра и Павла, верных первостроителей Церкви Христовой, которую врата ада не одолеют (Мф. 16.18.). И снова будто слышишь: "И познаете истину, и истина сделает вас свободными". (Ин. 8, 32). Их двойной портрет – именно так хочется назвать икону – словно воплощенный замысел Бога о человеке, зримый образ красоты свободы во Христе.

Той свободы, в которой жил и к которой вел свою паству вырванный из земной жизни 40 дней назад иерей Павел Адельгейм.

Просто иерей

Именно иерей. Существует иерархия наград для священства и строгий их регламент, почти как у офицерских звезд, но о. Павел всю жизнь старался их избегать. Дослужился до креста с украшениями, который, по свидетельству матушки Веры Михайловны, надевал два или три раза в жизни, а от митры, когда зашла о ней речь, категорически отказался. И подписывался всегда "иерей", либо "священник", и никак иначе.

В ответ на недоумение, почему не "протоиерей", только посмеивался: "Какая разница. "Прото–" – это просто "старший"… Главное, что "иерей", священник, а остальное совершенно неважно". Этим "иерей" подписаны и обе его книги – "Догмат о церкви в канонах и практике" (2002) и "Своими глазами" (2010).

В последние года два я то и дело заводил с ним разговор о необходимости третьей книги: о нынешней жизни церкви, о бедственном ее отходе от евангельской истины, о причинах и возможных последствиях внутрицерковных заблуждений и ослеплений. По моему разумению, такую книгу мог написать только отец Павел.

Основных доводов было три.

Во-первых, личный опыт: в его жизни оставили отметины все перемены и повороты в жизни церкви за последние полвека, отразились все ее контрасты, – опыт поистине уникальный.

Во-вторых, исторические и богословские познания в сочетании со способностью к анализу, т. е. умение видеть то или иное явление в контексте исторических закономерностей.

И, наконец, несомненный литературный дар, позволяющий о самых сложных вещах говорить образно, ярко, доходчиво.

Не пускали повседневные заботы.

Помимо храмовых богослужений и проповеди, еженедельные библейские чтения, участие в различных конференциях, в том числе за границей, на каждую из которых надо было ехать с готовым докладом.

В Московском Свято-Филаретовском институте, где о. Павел был членом Попечительского совета, он читал лекции и вел семинары, к которым всегда тщательно готовился.

А еще был Живой Журнал в интернете [ 1], где постоянно, раз в несколько дней, а бывало, и ежедневно появлялись его заметки, проповеди, статьи, вокруг которых порой занимались бурные дискуссии, в коих о. Павел тоже участвовал.

А еще суды, начавшиеся практически сразу после Указа архиепископа Евсевия 22 февраля 2008 года о снятии протоиерея Павла Адельгейма с должности настоятеля храма святых Жен Мироносиц [ 2]. Последний иск, о восстановлении изгнанных указами архиерея членов Приходского собрания, он отправил в Европейский суд по Правам человека где-то в начале июля. Уведомление о том, что иск принят к рассмотрению, пришло уже после смерти.

Я бывал, может быть, неумеренно настойчив, он, бывало, сердился. Но, в конце концов, принимались обсуждать план будущей книги. Она не была написана. И это тоже предстоит понять – почему.

Противостояние

В моей церковной жизни были две главные встречи, два авторитета, для которых недопустимость зазора между словом и делом была непререкаемым условием жизни ради Бога и по-Божьи. Помимо о. Павла – архимандрит Зинон.

Каждый из них относился к другому с неизменным глубочайшим почтением. Вот и теперь, в последнюю встречу, о. Зинон подтвердил: "Мы с отцом Павлом были полные единомышленники, и никаких противоречий у нас с ним не было".

И тот, и другой всегда настаивали на постоянном чтении Евангелия, в котором есть ответы на все вопросы. Есть в нем и слова Иисуса, в которых, на мой взгляд, названа причина отторжения этим миром священника Павла: "Мое время еще не настало, а для вас всегда время. Вас мир не может ненавидеть, а Меня ненавидит, потому что Я свидетельствую о нем, что дела его злы". (Ин. 7. 6-7.)

И свидетельство это было для о. Павла в стоянии в правде – кротком, твердом, бесповоротном. Впрочем, последовательным было и сжитие его со свету князем мира сего в лице правящего архиерея и иже с ним. О разных этапах этого противостояния подробно писалось в "Псковской губернии" [ 3].

Архиепископ (с 2008 г. митрополит) Евсевий, благочинный Пскова настоятель Свято-Троицкого собора протоиерей Иоанн Муханов и весь "архиерейский двор" были возмущены, когда о. Павел в книге "Догмат о церкви в канонах и практике" поведал о том, как архиерей отобрал построенный о. Павлом храм св. целителя Пантелеймона на территории областной психиатрической больницы, затем снял его с настоятельства в храме в Писковичах, крайне осложнив тем самым социальную работу в созданном там батюшкой приюте для сирот-инвалидов.

- Это безумие! Это кощунство – так отзываться о владыке! – говорил мне отец благочинный в его кабинете после выхода книги. – И – что значит отобрал? Этот храм что – собственность отца Павла?! Владыка сам решает, где кому быть настоятелем…

Не собственность, конечно. Храм в Богданово о. Павел построил (начиная от насыпного холма под храм и рубки леса) на деньги, собранные под этот проект прихожанами Евангелической церкви в Голландии, тоже воодушевленными планами батюшки.

Дело даже не в "отобрал", а в том, что архиерей разрушил работу пастыря, его пастырский замысел. В одном из интервью, снятом у стен этой дивной деревянной церковки в канун Троицына дня два года назад, о. Павел рассказывает, как начинались отношения с детишками – пациентами больницы. Как привозил их в Писковичи, где их крестили, причащали, угощали чаем с пирогами, как служил в самой больнице, как зародилась мысль о необходимости здесь храма. Как привозил в эту больницу немцев, голландцев, как они выходили со слезами на глазах.

- Это, конечно, место скорби… И чтобы сердце не очерствело, такие места посещать каждому человеку необходимо. …Когда освящали храм, мне разрешили принять участие в первой литургии. Потом архиерей сказал: "Всё, ты не можешь служить в нескольких храмах – уходи. Сдай ключи, все документы, и чтоб больше тебя здесь не было". …Вон как тут деревья поднялись!.. Раньше были маленькие кустики, а теперь целый лес вокруг! Жаль только, что церковь совершенно не работает на больницу. Можно было бы очень многое здесь сделать…

Тот разговор с благочинным продолжился вдруг на одном из наших бурных приходских собраний уже после снятия о. Павла с настоятельства в Мироносицах (сохранилась аудиозапись). Напомнив о. Иоанну ту встречу, я продолжил:

- А это не безумие – говорить с соборного амвона владыке в день его юбилея: "Вы – правая рука Бога"? Это – не кощунство?

На что благочинный невозмутимо подтвердил:

- Я и сейчас так считаю. И правая, и левая.

Та первая книга о. Павла привела архиепископа Евсевия в ярость. Он публично назвал о. Павла слугой сатаны, со стороны приспешников посыпались обвинения в лжи и клевете.

Стенограмма обвинительного заседания епархиального совета опубликована в "Благодатных лучах", официальном – по благословению архиерея – печатном органе Псковской епархии (№ 2 (66), 2003 г).

Но вот "странность": ни один из фактов, приведенных о. Павлом в книге, опровергнут не был. Даже упомянут не был. Всё "обсуждение" (за исключением двух воздержавшихся от осуждения выступлений) вылилось в пустословную ругань.

С того времени каждое Прощенное воскресенье о. Павел писал архиерею письма, в которых просил прощения за "невольно причиненные обиды". Ответа не последовало.

И только когда Общецерковный суд в мае 2010 года настоятельно рекомендовал сторонам встретиться и примириться, и о. Павел во исполнение решения суда вновь написал письмо, митрополит ответил, что готов. И – выдвинул неприемлемые условия. Примерно те, к которым принуждали незаконно репрессированных режимом Сталина: полностью признать свою вину даже при полном ее отсутствии. Последствия таких признаний хорошо известны: мол, раз признал, значит виноват, а раз виноват – …

Как-то вдруг случилось, что архиереево письмо появилось в интернете прежде, чем дошло до адресата. "Протоиерею Павлу Адельгейму. Ваше Высокопреподобие отец протоиерей, – писал митрополит. – Получил Ваше обращение о якобы Вашем намерении примириться со мной за нанесенные обиды. Но как смотреть на это? …Уж если примиряться, нужно признать свою сатанинскою клевету, изложенную в Вашей книге "Догмат о Церкви", где Ваша черная, ядовитая клевета в мой адрес распространяется в книгах и в интернете на весь мир. Вот Вы теперь заявите на весь мир о том, что это была Ваша клевета на правящего архиерея. Ведь в Вашей книге ни одного слова правды нет. Ведь только осознанная раскаянность и просьба о прощении может быть основанием для примирения, иначе это будет просто формальность. …Так вот только после признания своей клеветы, посредством СМИ против своего архиерея, да и всех архиереев РПЦ, может быть взаимное прощение и примирение, и я готов простить и примириться с открытым христианским сердцем. Ожидаю Вашего согласия. Божией помощи Вам, МИТРОПОЛИТ ПСКОВСКИЙ И ВЕЛИКОЛУКСКИЙ ЕВСЕВИЙ" [ 4]. (Стиль и пунктуация письма сохранены.)

Только что стало известно (из достаточно достоверного источника), что в Псковскую епархию был звонок от управляющего делами Московской Патриархии митрополита Варсонофия с пожеланием, чтобы владыка Евсевий сам совершил чин отпевания священника Павла Адельгейма, как это и должно быть. И это было бы понято и принято всеми как знак примирения иерея и епископа перед Богом и вечностью. Но нет, не хватило. Хватило только на скупую телеграмму матушке и в несколько строк формальное послание, оглашенное во время отпевания. О прощении там – ни слова.

В этой церкви не остается места для Христа

Чем ближе становилась роковая дата, тем жестче и бескомпромисснее формулировал о. Павел свои мысли о происходящих в РПЦ МП переменах. Процитирую две видеозаписи:

- Самое страшное, что из церкви ушла любовь, а вместо любви вся эта бюрократическая начинка пришла. Патриарх – он по духу своему чиновник, и он этот бюрократизм в церкви насаждает. Выстраивает вертикаль власти. Он думает, что этим создаст мощную организацию, которая на него будет работать. Но мне кажется, что он глубоко заблуждается, и итогом всего этого будут похороны РПЦ. Он, конечно, похоронщик РПЦ. Началась она при Сергии (Страгородском – В. Я.) и, видимо, при Кирилле она закончится. (Июнь 2011).

- К сожалению, церковная жизнь в России гаснет. И сколько бы в Патриархии ни говорили про золотые купола, к сожалению, золотые купола выражают только силу церковной власти и рост церковного бюджета за счет государственных доходов, не больше. А духовная жизнь разрушается и уничтожается, причем уничтожается она, конечно, целенаправленно самой Московской Патриархией. Она создает свое материальное благополучие, но разрушает духовную жизнь. …Фактически получается, что в этой церкви не остается места для Христа: имя Его все реже и реже главами церкви упоминается. …Теперь православие и христианство совсем не одно и то же. Потому что под словом "православие" больше понимается национальная идеология, а вовсе не христианская вера. (Июль 2013).

Долее князь мира сего терпеть не мог. Само поведение убийцы – как метание крупной рыбы, попавшейся на крючок. Бог попустил дьяволу это убийство, дело было за исполнителем. И вот он нашел. И повел его. "Нельзя безнаказанно пожать руку дьяволу", – сказано Антонием Великим. Видимо, когда-то это рукопожатие случилось, и он попался.

Он старался вырваться, убегал, терялся в городе. Но звонил какой-то таксист ("Вот тут ваш гость"), выяснял адрес и возвращал его. Он снова убегал, звонил, и сам батюшка садился за руль и возвращал его в свой дом. Потом приехал его отец и увез домой, в Москву. И почти довез. Но на станции Пола в Новгородской области тот сбежал из поезда и вновь оказался в доме на Красногорской. Он честно пытался вырваться, увернуться, но силы были неравны. И вот в его руку вложен нож…

Но как, как эта "жидконогая козявочка-букашечка", этот тщедушный юноша, одним ударом, да еще через стол свалил насмерть далеко не слабого и не беспомощного человека? Чья сила была в его руке? Сомнений нет, во всяком случае, для меня. Уже после смертельного удара закричал: "Сатана! Сатана!" И выбежал, и побежал по улице: "Я убил святого человека!". Бес и кричал.

Он думал, это его победа, но опять нарвался на поражение: в сонме мучеников Христовых прибыло. Потом, совсем как Иуда, убийца попытался лишить жизни себя, да Бог не дал. Смилостивился, оставив время для покаяния. Бог ему судья. Как и псковскому архиерею.

А всего-то надо было не мешать

"А счастье было так возможно, Так близко!..", – приходит на ум Пушкинская строка. Эти два священника – отцы Павел и Зинон – могли бы составить славу и бесспорное достоинство Псковской епархии перед Богом и людьми. А всего-то надо было не мешать.

Не мешать отцу Павлу, и в Пскове возник бы духовный центр с православной школой с полным циклом обучения, с приютом и свечной мастерской, с богословским центром. От желающих приехать отбоя бы не было! И сейчас, все последние годы, автобусы с паломниками один за другим ехали в Псков к о. Павлу. В последний раз 40 человек из разных мест – от Чукотки до Крыма – приезжали 1 августа, чтобы поздравить батюшку с 75-летием. После снятия с настоятельства в Мироносицах, видимо, чтобы собраться с мыслями и разобраться в происшедшем, в наброске с кратким названием "Беда" о. Павел записал:

"Пытаюсь снова и снова осмыслить происходящее. Лишение настоятельства обрекает мой приход на расхищение и разорение. Отнестись к этому можно по-разному.

У меня была концепция Прихода как космоса, бытие которого сочетает триединое служение Богу: молитву, просвещение и милосердие. Молитву, по преимуществу, созидал круг суточных, седмичных и годовых богослужений. Просвещение осуществлялось в храме средствами икон, хора и проповеди. Внехрамовое общение продолжалось в форме "Библейских чтений". Просвещение в школе регентов – посредством обучения и воспитания школьников. Задачу милосердия выполнял приют для сирот-инвалидов. Служение Богу выполняли эти три направления приходской жизни… Такая концепция местной церкви, как мне казалось, выражает замысел Божий.

Но, может быть, я ошибался, и это был лишь мой собственный замысел, для которого ещё не пришло время: не готово общество и не созрела церковь?..".

Если бы архиерей не помешал отцу Зинону, сейчас в Пскове был бы мощный центр православной иконописи. В 1994 году именно "под Зинона" музейщики согласились передать церкви комплекс Спасо-Мирожского монастыря, где и была открыта иконописная школа. Но осенью 1996 г. архиепископ Евсевий запретил отца архимандрита в богослужении, двух его монахов в причащении Святых Тайн и выгнал всех из Мирожи.

Позже, в книге "Догмат о церкви…", в разделе "Дело архимандрита Зинона с братией", отец Павел доказал правовую каноническую несостоятельность наложенных архиереем прещений.

А тогда, в последние дни ноября, они покинули монастырь – в зиму, в никуда. В следующем году купили в деревне дом с землей, стали обустраиваться и, спустя четыре года, на участке вырос дивной красоты небольшой каменный храм в строгом романском стиле – как раз к тому сроку, когда патриарх Алексий II "через голову" епархиального архиерея Указом от 21 декабря 2000 года все прещения снял.

О. Зинон работал не покладая рук – дома, в Европе. Но в 2006 году все же покинул Псков окончательно. В списке работ мастера – иконостасы в Печорах, в Даниловом монастыре в Москве, в Троицком соборе в Пскове, фрески в монастырях в Бельгии, на Афоне, множество икон. В 2008 завершена роспись Никольского соборе в Вене – с этого времени собор включен в туристические маршруты австрийской столицы. И вот теперь – Петербург.

Смысл внутренней свободы

Сегодня, в канун сороковин, мне вдруг подумалось, что Третья книга отцом Павлом все же написана. Надо только суметь ее прочесть. Она написана его жизнью, его кровью, его трудами и страданием, его исповедничеством. Она написана в сердцах сотен и тысяч тех, кто хоть однажды встретился с ним глазами или услышал его проповедь, его лекции, его улыбчивые рассказы. В этой книге есть захватывающие места и поразительные сюжетные повороты. Она понятна и желанна в чтении, потому что написана языком любви.

Как-то зашел разговор о том, что теперь многие молодые священники идут в церковь за карьерой и благополучием.

- Батюшка, а тогда, в 1959-м, принимая иерейский крест, каким представлялось вам будущее служение? Предполагали ли вы, что придется понести какие-то скорби?

- Конечно, конечно! Мы так и думали, что нас могут посадить, и мы будем как остальные, как все порядочные люди. Нет, желания такого, конечно, не было, просто мы должны были быть к этому готовы, в любой момент, – что нас и посадят, и расстреляют, и все, что угодно, сделают…

И это – тоже страница книги.

Но самое поразительное в ней то, что она продолжается.

В прошлый вторник к матушке Вере Михайловне пришла мать убийцы. Еще во дворе упала перед ней на колени – и, в слезах: "Простите, простите…".

Та ее с трудом подняла (кроме матушки, мне рассказала об этом присутствовавшая в доме прихожанка), провела в дом, напоили чаем. Светлана стала рассказывать, как они трудно жили, как их бросил отец Серёжи, когда ему было шесть лет, как и чем Серёжа болел, – рассказала всю свою жизнь. Потом стала извиняться, что много времени отняла.

- Мы никаких претензий не имеем, я и следователю говорила, – сказала матушка.

- Все равно мы виноваты, – сказала гостья.

- Вам гораздо тяжелее, чем мне, – говорит Вера Михайловна.

Тогда прихожанка (не та, другая), говорит:

- Мы молимся за вашего сына как за убийцу.

А матушка поправила:

- Мы молимся за вашего сына как за такого же грешника, как и мы сами.

Вот оно – слово священника Павла Адельгейма. И – новая, но далеко не последняя страница его Третьей книги.

+ + +

Мы сидим с отцом Зиноном на лавочке в храме перед его алтарем. Говорим об отце Павле и не только. С внутренней радостью слушаю его неспешные рассуждения о внимательном чтении Евангелия. "Наверное, – думаю про себя, – в словах "да будет воля Твоя" молитвы Господней и кроется настоящий смысл внутренней свободы, которая обретается в немалых духовных трудах по освобождению себя от всякой зависимости, кроме зависимости от Бога".

Прошу его сказать об отце Павле несколько слов для всех.

- Отец Павел – великий страдалец, – отзывается батюшка, по-прежнему глядя куда-то под низкие алтарные своды. – Я его таким почитаю и всем об этом говорю. Последние годы его жизни были отравлены архиереем, и это очень прискорбно.

Христианство – оно не для всех, потому что Христос в этой жизни Своим последователям ничего хорошего не обещал, а только гонения, преследования и даже смерть. Это – путь Христов, Он и сам этот путь прошел. Таким путем шли все святые Его, которые всегда претерпевали, и прежде всего, от своих. Потому такая смерть о. Павла есть свидетельство того, что он истинный последователь Христа. Вечная ему память.

Виктор Яковлев,
председатель Приходского совета церкви свв. Жен Мироносиц в Пскове в 1989-2010 гг.,

"ПСКОВСКАЯ ГУБЕРНИЯ", 11-17 сентября 2013 г.

1 - Живой журнал о. Павла Адельгейма: http://adelgeim.livejournal.com/

2 - См.: Е. Ширяева. Вот и я восхожу на свою маленькую Голгофу// "ПГ", № 8 (377) от 27 февраля – 4 марта 2008 г

3 - См.: В. Яковлев. Сжитие со свету священника Павла Адельгейма // "ПГ", № 49 (368) от 19-25 декабря 2007 г.; Е. Ширяева. Вот и я восхожу на свою маленькую Голгофу // "ПГ", № 8 (377) от 27 февраля – 4 марта 2008 г.; В. Яковлев. По заповедям Блаженства // "ПГ", № 30 (399) от 30 июля – 5 августа 2008 г.; Е. Ширяева. Сын за отцом // "ПГ", № 39 (408) от 1-7 октября 2008 г. и "Без изменения, без удовлетворения" // "ПГ", № 47 (416) от 26 ноября – 2 декабря 2008 г.; В. Яковлев. Век русской Церкви: от гонений до крови до объятий до смерти // "ПГ", № 32 (453) от 26 августа – 1 сентября 2009 г.; Спустя 35 лет. Авторское предисловие о. Павла Адельгейма к книге "Своими глазами" // "ПГ", № 39 (510) от 6-12 октября 2010 г.; В. Яковлев. Глазами, сердцем, душой, разумением... // "ПГ", № 39 (510) от 6-12 октября 2010 г.; В. Яковлев. "Я, обвиняемый, священник Павел Адельгейм…"// "ПГ", № 23 (545) от 15-21 июня 2011 г.

4 - См.: Письмо в редакцию / "Религиополис", 27.06.2010. http://www.religiopolis.org/publications/668-pismo-v-redaktsiju-pskov-20062010.html


    В сюжете:

06 августа 2015, 16:18  
ИНТЕРВЬЮ: Два года беды: беседы Елены Волковой с ВЕРОЙ МИХАЙЛОВНОЙ АДЕЛЬГЕЙМ, вдовой убитого 5 августа 2013 г. в Пскове священника Павла Адельгейма. Часть вторая
05 августа 2015, 20:48  
ИНТЕРВЬЮ: Два года беды: беседы Елены Волковой с ВЕРОЙ МИХАЙЛОВНОЙ АДЕЛЬГЕЙМ, вдовой убитого 5 августа 2013 г. в Пскове священника Павла Адельгейма. Часть первая
01 августа 2015, 14:42  
ИНТЕРВЬЮ: Автор книги «Отец Павел и его Вера» психолог АНАТОЛИЙ ОСНИЦКИЙ о судьбе книги, спекуляциях на памяти священника и о том, чем можно помочь ему. 1 августа – 77 лет со дня рождения о. Павла Адельгейма
20 марта 2015, 12:39  
МОНИТОРИНГ СМИ: В Воронеже открывается выставка «Свидетель эпохи: священник Павел Адельгейм». Родные дяди священника – Роберт и Рафаил Адельгеймы – были известными артистами и служили в местном театре
17 февраля 2015, 00:25  
МЫСЛИ: Тамерлан Демидов. ВО ИМЯ БРАТСТВА И ЛЮБВИ. У о. Павла Адельгейма появился преемник: студента Киевских духовных школ отчислили за правду
Ваше
имя:
Ваш
email
Тема:
 
Число:
 
Чтобы оставить отклик, пожалуйста, введите число, нарисованное на картинке.
Текст
 


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования