Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"ВЕДОМОСТИ": "Наша "Шинель" — Библия". Знаменитый израильский писатель Меир Шалев испытал в России ностальгию


Почетный гость проходящей в ЦДХ ярмарки интеллектуальной литературы Non/fiction — Израиль. Cреди приехавших в Москву авторов — русскоязычные прозаик Светлана Шенбрунн, поэты Леонид Шваб и Александр Бараш, пишущие на иврите молодые авторы, а также мировая знаменитость — прозаик Меир Шалев. Его густонаселенные романы-саги, теплые и поэтичные, полные увлекательных семейных историй, отголосков библейских сюжетов и древнегреческой мифологии, переведены на 20 языков. "Русский роман" и "В доме своем в пустыне", а также пересказ Ветхого Завета "Библия сегодня" — на русский. Но о русских волках и снеге Меир знал уже в раннем детстве — от бабушки и дедушки.

— Вы приезжаете в Россию во второй раз, а до этого слышали о ней от ваших родных. Образ страны, который соткался из их рассказов, совпал с реальным?

— Да, мои бабушка и дедушка по материнской линии с Украины, мой дед по отцовской линии — из Белоруссии. Мое представление о России сложилось не только из их рассказов, но и из книг — я очень люблю Булгакова, Бабеля, Гоголя. Когда я приехал сюда впервые, да и сейчас происходит то же — я легко угадываю черты этого литературного и отчасти сложившегося в детстве образа страны. Я узнаю ту самую русскую страсть, то русское величие, о которых читал и слышал. Еще я ведь вырос на русской кухне, мальчиком ел борщ, который варила бабушка. Я с детства знал, что такое "селедка" (Меир произносит это слово по-русски. — "Ведомости") и "водка". Когда я приехал сюда, я испытал ностальгию, потому что сразу узнал знакомые запахи, вкусовые ощущения. Хотя я очень люблю и нашу израильскую кухню.

— Среди ваших читателей в Израиле много эмигрантов из России?

— Да, в залах, перед которыми я выступаю, читаю лекции, их всегда не меньше трети. Они подписывают у меня книги, причем и на русском, и на иврите. Знаю, что многие, положив рядом русский вариант и оригинал, учат по моим книгам иврит. Мне это очень приятно и лестно. Многих я знаю лично, да и у сына моего друзья сплошь из семей русских эмигрантов.

— Ваш первый роман так и назывался — "Русский роман". В нем, да и в других ваших вещах очень подробно и точно воспроизводится быт и атмосфера, узнаваемые детали, приметы времени. Вы могли бы назвать себя историческим писателем, писателем, которому важно запечатлеть определенное историческое время?

— Нет, история всего лишь фон моих романов, задник. На сцене происходят не исторические события, мне важнее другое — любовь, ревность, зависть, разные семейные истории. Хотя обязательно провожу исследования, когда пишу о временах Первой мировой или Второй мировой войны, например, но всегда повторяю — не изучайте историю по моим книгам.

— В ваших книгах существует и другой постоянный фон, уже культурный, — это библейские персонажи, сюжеты. На русский была переведена и ваша книга "Библия сегодня", вы автор пересказов Библии для детей — почему Ветхий Завет необходимо пересказывать?

— Потому что это бесценный литературный и исторический памятник! Для евреев Библия — это вообще первоисточник всего, собственно, источник нашей культуры. И этот источник не иссяк, библейские темы, сюжеты до сих пор органичная часть нашей культуры.

— Но существует оригинал, почему бы не читать его?

— Потому что оригинал был создан слишком давно — три, четыре тысячи лет назад. Для современного восприятия язык этот слишком труден. Не стоит забывать, что многие евреи сегодня — люди нерелигиозные, уверенные, что Библия — это нечто из области ортодоксального иудаизма, им не хочется ее даже открывать. Но когда ты просто рассказываешь им истории, отдельные библейские сюжеты — они вдруг понимают, как много там интересного, значительного, столько там великой поэзии, что это часть культуры. Как русские вышли из "Шинели" Гоголя, так мы — из Библии.

— Вместе с тем вера, религия должна существовать автономно от государства?

— Безусловно! Религия лишает государство демократичности, поскольку религия сама по себе не демократична. Выбор религии — вопрос глубоко интимный, это личное дело каждого, верить или нет, подчиняться или нет религиозным законам. Государство же всего лишь инструмент, и не более того. Инструмент, который позволяет людям сосуществовать друг с другом, понимать друг друга.

— Все это справедливо, но отчего-то кажется, что государственность именно еврейского народа отделить от религии сложно.

— И все же делать это необходимо — смешивать религию и политику крайне опасно. Самое страшное, когда на политику начинают влиять фанатики, люди, которые не хотят слушать логических доводов, которые упрямо повторяют, что все в воле Божией, мы не можем идти на компромиссы, потому что взгляните, что написано в Библии, что нам обещано… Возможно, однажды Мессия придет. Но, положим, реальная израильская армия не должна руководствоваться этим в своих действиях, а должна жить в сегодняшнем дне.

— Ваш вечер, который только что прошел в Москве, вела Людмила Улицкая. Ее последний роман "Даниэль Штайн, переводчик" посвящен связям между иудаизмом и христианством. На ваш взгляд, диалог между этими религиями возможен?

— Я уверен, что возможен. Христос не хотел создавать новую религию, это апостол Павел основал христианскую церковь и религию. А Христос повторял то, что говорили древние пророки — Илия, Иезекиль, и только поправлял искажения, которые были допущены тогдашним религиозным истеблишментом в понимании веры. Иудеи должны были принять, а не отвергать Христа — то, что его отвергли и казнили, было большой ошибкой. Он ведь говорил справедливые и важные вещи. Мне очень нравятся слова Иоанна Павла II, сказавшего, что иудаизм — это старший брат христианства. Не мать, а старший брат.

— Современная израильская литература прекрасно интегрирована в мировой книжный рынок — ее много переводят по всему миру, что является причиной ее успеха?

— Потому что мы едва ли не самые древние. Мы все еще пишем на языке Библии. Конечно, иврит с тех пор изменился, и все же это тот же язык, мы пишем на языке, история которого уходит почти в бесконечность. Конечно, китайский язык еще древнее, но вокруг, в Европе, ничего подобного нет. Вы можете мне показать произведение, которое написано на английском, немецком, французском, русском, пусть древнерусском, языке два-три тысячелетия назад? А мы имеем дело с книгами, словами, предложениями очень, очень давно. Писать — наша профессия. Мы не слишком сильны в архитектуре или живописи — конечно, у нас есть несколько великих художников, но их буквально два-три, в отличие от Италии и России, где их десятки. Наша профессия быть писателями.

— Вы еженедельно пишете колонки в газету — с какой целью?

— Ну, во-первых, это способ самовыражения: мне хочется выразить свои мысли о политике, культуре — и сделать это быстро. В своих романах я стараюсь никогда не обсуждать политических вопросов — а в колонке делаю это постоянно. К тому же это дает мне средства к существованию. Романы пишутся долго, у меня на них уходит по три-четыре года, пока они сочиняются, я должен как-то жить.

— Вы хотите сказать, что, хотя вы автор бестселлеров, литературного труда недостаточно?

— В Израиле есть несколько авторов, живущих исключительно на гонорары, но я сознательно этого избегаю. Мне важно сознавать, что мои литературные занятия никак не связаны с моими заработками, как-то не хочется заниматься творчеством ради хлеба насущного. Я хочу быть свободным. Я рад, что мои книги прекрасно продаются, но это не значит, что я должен стать поставщиком привлекательного "товара".

Беседовала Майя Кучерская

1 декабря 2006 г.

Фото с сайта e-slovo.ru


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования