Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"ЗАПАДНО-ЕВРОПЕЙСКИЙ ВЕСТНИК": О том почему Московская Патриархия является «Красной Церковью». Мнение епископа Дионисия (Алферова) (РИПЦ)


От редакции:

Вопрос Предания, поднимаемый Вл. Дионисием есть центральный вопрос христианского учения, ибо христианство является в первую очередь передаваемой верой, зиждущейся на Боге-СЛОВЕ, отчего, в частности, устное предание занимает такое важное место и резко отличает христианство от других монотеистских религий – иудаизма и ислама. Эта характеристика христианства точно звучит на ухо русского человека. По-французски, наоборот, предание переводится как "традиция", часто понимаемой, как "старая запылённая привычка", что нередко вводит современных французов в заблуждение, превращая предание в нечто ветхое, отжившее, не относящееся к сегодняшнему дню. А тем не менее, слово "традиция" происходит от латинского глагола tradere, что именно и значит "передавать". Итак, истинное христианство есть та самая вечно живая вера и учение, которые передаются из поколения в поколение от апостольских времён. Поэтому, даже если в принципе не следовало бы говорить о сосуществовании в Церкви различных – в смысле противоположных – преданий, тем не менее нам приходится в частности говорить о Зарубежном предании и о предании МП, как о двух несовместимых понятиях. На чём основана их разница, в чём они разнятся ? Ответ однозначен – в том, что является краеугольным камнем, на котором основано патриархийное предание, т.е. – в сергианстве. И это далеко не есть одна только "Декларация о лояльности" 1927 г., которую можно было бы признать ошибочной и без труда отменить. Это целый дух, вытекающий из неё и создавший новое мiровоззрение и мiровосприятие. Что касается Зарубежного предания, оно основано на отвержении богоборческой революции и нечестивого союза между правдой и ложью, светом и тьмой, порождённого пресловутой Декларацией м. Сергия. Тогда как борьба с ложью является вечным учением и достоянием Церкви, то сергианская соблазнительная "ложь во спасение" есть новое, неизвестное и совершенно недопустимое понятие в лоне истинной Церкви. Как образно пишет Вл. Дионисий о принятии Зарубежной Церковью патриархийных постулатов, это не просто пересадка чужого органа, а пересадка в другое тело порочного, больного и заражающего принципа. Митрополит Антоний говорил о м. Сергии, что он вероятно надеялся первое время перехитрить большевиков, но противоестественное заразное учение быстро распространилось на всё патриархийное тело и стало уже нормой для его преемников. О диаволе говорят, что его самая большая удача в том, что человечество всё меньше верит в его существование. А мы скажем, что самая большая удача сергианства в том, что многие думают, что его больше нет.

О том почему Московская Патриархия является "Красной Церковью"

Важнейшим вопросом, разделяющим христианские конфессии, является вопрос церковного Предания. Например, Предание Католической Церкыи сильно отличается от Предания Православного, протестанты отрицают богодухновенность Предания. При этом, как отмечают православные богословы, Предание Церкви отличается от Священного Писания не только тем, что передавалось устно, а было записано позже, но и тем, что полностью вообще не может быть записано. В состав Предания входит и учение церковных учителей, и литургические традиции и пастырская практика, и отношения с государством и с мiром, и народно-церковные обычаи, и многое другое. Предание постоянно обогащается и мистическим опытом, и текущей церковной жизнью. В церковном народе оно живёт на уровне подсознания, религиозного чувства, выражается в разных формах, но до конца не может быть формализовано, ибо касается иррациональной сути религии. В разных национальных Церквах есть местные предания, отличные друг от друга, образовавшиеся за века религиозной жизни разных народов.

Предания Зарубежной Церкви и Московской Патриархии, около 80 лет шедших разными путями сильно отличаются друг от друга. Вопрос сергианский является центральной частью особого предания МП, сложившегося за эти годы. Конечно, он не сводим только к Декларации 1927 года и к сотрудничеству иерархов МП с КГБ – это только каноническая и нравственная сторона вопроса. Вопрос стоит глубже и шире – отношение Церкви к богоборческой революции 1917 года, к явлению большевизма и большевицкому режиму. Предание МП, хотя и с оговорками, принимает эту революцию как "выражение воли народа" и даже, как "проявление воли Божией". Уже отсюда вытекают практические выводы сергианства: пресловутые "ваши радости - наши радости" и "мы с нашим народом и нашим правительством". Предание Зарубежной Церкви имело центром отвержение богоборческой революции, сочувствие борцам с большевизмом и противостояние ему.

Как отмечал в своей работе видный историк РПЦЗ протоиерей Лев Лебедев, советский народ – "совки" –, составляющие основу церковного народа МП, воспитан на принятии переворота 1917 года и советского строя, как "народного" и "нашего". Белое Движение времен Гражданской войны однозначно не принимается большинством прихожан МП, как "анти-народное" и "противное воле Божией". "Правое крыло" МП, критикующее своих иерархов за экуменизм и модернизм, еще более резко отрицает Белое Движение как "промасоненное", "анти-монархическое" и т. д.

Тем более отвергается патриархийным церковным народом и антибольшевицкое движение времён Второй Мiровой войны. Напротив, с полным доверием воспринимаются разные мифы о мнимых чудесах от икон Божьей Матери на советских фронтах, о "глубоко верующем маршале Жукове" и "тайно верующем" вожде Сталине и тому подобная ерунда.

Этот "церковный патриотизм" в свое время выражался в виде славословий советских патриархов Сергия и Алексия Сталину. Но сейчас он живёт уже в сознании и в религиозном чувстве множества патриархийных верующих, опирается на авторитет иерархов и старцев, почитаемых за святых. Литургическим выражением этого предания МП являются ежегодные возложения во многих местах к "вечному огню" венков дцуховенством МП 23 февраля и 9 мая во главе с самим патриархом Алексием Вторым, служение там же панихид и прочие "церковно-патриотические" мероприятия, которые никого не возмущают.

Показательно, что в недрах "правого крыла" МП родился кощунственный термин "православный сталинизм" и целая апологетическая литература по этому поводу. Через призму этого "православного сталинизма" эти люди смотрят и на русскую историю. Их шумиха по поводу канонизации царя Ивана и идеализация "опричнины" показывает, что они под этим понимают. Грозный в их сознании – это Сталин своего времени, а Сталин – это Грозный ХХ века. Малюта Скуратов – это глава царского НКВД, а чекисты – это советские опричники. Не случайно, что вслед канонизации Грозного предлагается и канонизация Сталина. Хотя за этими пропагандными кампаниями и чувствуется провокационная рука спецслужб, к сожалению, они находят отклик в больших массах патриархийного народа, воспитанного на советском церковном предании.

В состав этого предания МП входят и такие апокрифы, как нашумевшая в свое время книга "Отец Арсений", вроде бы повествующая о священнике в сталинских лагерях, но в которой неожиданно часто випечаются "хорошие, тайно верующие" коммунисты и чекисты в противопоставлении с "палачами-власовцами". К подлинной Катакомбной Церкви, например группе митрополита Иосифа Петроградского, патриархийное Предание относится отрицательно, опирясь на авторитет своих старцев, например митрополита Иоанна (Снычева).

Понятие о привилегированной Церкви в анти-христианском государстве, благословляющей правителей на все их дела; и сотрудничество с мафией и общий аморализм в сочетании с православной обрядностью и "благолепием" также входят в состав общего предания МП. По многим из этих вопросов нет четких постановлений Синода МП, или даже есть пропагандные заявления, осуждающие негативные явления, идущие вразрез с подлинным Православным Преданием. И тем не менее, именно патриархийное предание, вобравшее в себя все темное и больное, определяет реальную жизнь большинства прихожан, приходов и епархий.

Предание Церкви всегда мистично, оно не довольствуется одним хранением ранее принятого, но живёт духовным опытом. И патриархийное предание тоже мистично, опирается на откровения разных "старцев" и "блаженных", особенно умножившихся в последние годы. Целая волна нездоровой духовности и явной прелести заливает собою среду церковного народа МП – и входит в состав общего предания МП.

Для христианина, воспитанного в традиции Зарубежной Церкви, в её Предании, объединение с МП – это отречение от своего и принятие чужого и враждебного предания. Такая процедура не может не быть мучительной, подобной пересадке органов, причем больных вместо здоровых. Может быть это и имел в виду митрополит Кирилл Гундяев, когда в прошлом году в одном интервью по поводу объединения с РПЦЗ несколько раз повторил: "мы не хотим наносить новых ран" (если не иметь в виду "ран" с точки зрения спецслужб).

Интересно, что эти рассуждения о глубокой разнице между преданиями РПЦЗ и МП мне впервые пришлось услышать от архиепископа Марка и протоиерея Николая Артемова в 1993 году. Пропасть отделяющую Патриархию, её народ и духовенство, от Зарубежной традиции, они видели достаточно хорошо. Как случилось, что эти люди, при всем своем понимании проблемы, пошли против своих прежних убеждений? Вряд ли мы точно узнаем когда-либо об этом. Может быть понять нам поможет поведение митрополита Сергия, который, несомненно, был одним из самых ученых и опытных иерархов Русской Церкви и тем не менее стал её предателем и могильщиком. С давнего времени в МП стало модным выражение "безкровное мученичество митрополита Сергия". Несмотря на фальшивый демагогический оттенок, в нём все же, видимо, есть крупица истины. Человек, воспитанный в предании Русской Церкви, не мог чувствовать духовного комфорта, будучи соучастником разорения Церкви. Какие-то мучения совести, по крайней мере вначале, митрополит Сергий, наверное, испытывал. Но эти внутренние мучения не были результатом подвига за Христа и за правду и потому были чужды благодатного утешения – того, которое имели Новомученики Российские. Это действительно были мучения совести, подобные мучениям у Иуды ("согрешил я, предав кровь невинную"). И концом этих мучений было не вечное блаженство, а новый этап мучений, уже вечных.

Митрополит Сергий стоял на переходном этапе от Русской к Советской Церкви, иерархи которой в основном уже не испытывали никаких угрызений совести. Поэтому те из Зарубежников, которые идут путем митрополита Сергия могут испытывать внутренние мучения, подобные ему. Это сходство "безкровного мученичества" может быть помогает им понять "особую мудрость" основателя сергианства – ту, которую они, пребывая в РПЦЗ, раньше не понимали. И убедить сомневающихся в сергианстве они могут лишь одним путем – приобщив их к своему греху, к своему духовному состоянию "безкровных мучеников" за ложь.

Не дай, Господи, попасть на этот путь предательства и лжи, вкусить горьких плодов сергианского "безкровного мученичества", предначинающего мучения вечные!

+ ДИОНИСИЙ, епископ Новгородско-Тверской,
"ЗАПАДНО-ЕВРОПЕЙСКИЙ ВЕСТНИК" (из газеты "Наша Страна", № 2805)

14 октября 2006 г.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования