Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"CIVITAS": Урок для митрополита. Обращение Леонида Гозмана к митрополиту Кириллу оказалось единственной официальной реакцией со стороны российских политиков на беспрецедентную декларацию высокого церковного чиновника


Открытое обращение заместителя председателя Политсовета СПС Леонида Гозмана к митрополиту Смоленскому и Калининградскому Кириллу оказалось единственной официальной реакцией со стороны российских политиков на беспрецедентную декларацию высокого церковного чиновника на Всемирном Русском Народном Соборе (ВРНС). Сейчас пока невозможно предположить, какое развитие получит, да и получит ли вообще, эта инициатива. Однако, то, что идеолог правых совершил тот шаг, который подобало сделать кому-то из высокопоставленных представителей государственной власти, сомнений не вызывает. Поэтому молчание государственных мужей справедливо считать знаком согласия с открытым покушением клерикалов на обладание правом регламента в области конституционных норм государства. А заодно и нежеланием государства защищать интересы общества, которое оно именует гражданским.

В письме Леонида Гозмана, оперативно опубликованном информационными агентствами, вопросы, которые он предлагает к обсуждению, вполне конкретны и отвечают интересам всего общества, не зависимо от социальной и какой-либо иной ориентированности людей. Политик сразу замечает, что "не стал бы писать" представителю РПЦ, если бы громкая декларация митрополита была адресована "только своим прихожанам", а не "всей стране", подчеркивая, таким образом, невмешательство с его стороны во внутренние дела религиозного объединения.
Совершенно справедливо и замечание Гозмана о том, что "говоря о необходимости соотнесения поведения человека и законов государства с нравственными нормами", митрополит обходит проистекающий отсюда вопрос о том, кто же будет это определять. "По-видимому, Вы считаете, что это является естественной прерогативой Церкви, а фактически, ее иерархов, - пишет Гозман. Вопрос о нравственных ограничителях стоит и в либеральной традиции, только там это задача самого человека и тех, кто волею людей, а не церкви или государства, приобретают статус моральных авторитетов и личным примером показывают людям, как следует жить, для чего использовать данные им или завоеванные ими свободы. Для многих из нас таковыми были Андрей Сахаров и Дмитрий Лихачев, для кого-то – это Александр Солженицын, для кого-то, наверняка - иерархи РПЦ. Но в любом случае это личный выбор, директивы и самоназначения здесь неуместны".

С этого, собственно, и начинаются все многочисленные вопросы к корпорации РПЦ МП, которые касаются откровенности ее политической активности в стремлении получить влияние над всеми институтами светского государства и российского общества. Разумеется, всего множества этих вопросов ни Гозману, ни кому бы то ни было еще сформулировать в одном обращении невозможно. Тем более, что каждое из направлений, в котором по усердию крупнейшей религиозной организации страны отмечается развитие клерикалистских тенденции дробится на массу конкретных проблем, каждая из которых, в свою очередь, достойна отдельного и обширного обсуждения. Однако, ключевые вопросы от лица общества поставлены Леонидом Гозманом и корректно, и справедливо.

Прежде всего, это идеологическая работа по установлению абсолютного тождества между "народом России и российским государством с одной стороны" и исключительно паствой Русской Православной Церкви, с другой. Неверующему еврею Гозману, как он говорит, "трудно с этим согласиться". Впрочем, с таким тождеством трудно было бы согласиться и всем прочим гражданам - верующим и неверующим, в том числе православным христианам, не входящим в юрисдикцию Московской Патриархии, последовательно стремящейся к монополии на "религиозном рынке". Софистика, посредством которой митрополит смешал в своем памятном выступлении на ВРНС совершенно разнородные и разноуровневые понятия из области гражданского права и религиозно-нравственной доктрины Русской Православной Церкви, была вполне способна на некоторое время загипнотизировать непосредственных слушателей. Тем не менее, понятия прав человека и пристойности, понятия свободы (свободного выбора) и строгого соответствия нормам религиозной доктрины - никак не могут быть тождественны, так как относятся к разным материям. Результаты же гармоничного соответствия людей всем этим условиям вместе, оцениваются и вообще "третьей материей" - нормами законодательства.

Поэтому, если верующий или неверующий человек, осуществлением своих свобод наносит ущерб другим, то он обязан отвечать по закону. В частности, и по такому, который учитывает применение любого насилия, оправданного с религиозной или антирелигиозной точки зрения, что оговорено и в УК РФ. Именно против такого положения вещей и направлена инициатива, озвученная митрополитом Кириллом.
Актуализируя тему политической экспансии конкретной религиозной корпорации под предлогом проповеди ею религиозно-нравственных ценностей, Гозман, быть может, и сам того не подозревая, оказывает немалую услугу религии, как таковой. То есть, не тому, что принято иметь в виду под этим словом в его вульгарном смысле, когда религия связывается с блеском куполов, богатством религиозных учреждений и внешней обрядовой стороной, но совершенно другому. А именно, тому свойству "ре-лигио" (religio), которое связывает с ощущением Высшей ценности любого человека - крестьянина, ученого, православного или неверующего. Тех нравсотвееных ориентиров, которыми руководствуются в своем творчестве и ординарные люди, и гениальные. Однако, то обстоятельство, что ни митрополит Кирилл, ни РПЦ, вероятно, не горят особым желанием заниматься этой стороной человеческой и общенародной жизни, и заставило по всей видимости Гозмана попытаться восполнять этот досадный пробел. Что и делает он, кстати говоря, не без успеха.

Не скрывая своей личной антипатии к отдельным меньшинствам, политик разграничивает личное отношение и понятие о справедливости, которая предполагает право на место под солнцем для всех. С помощью двух контрастных примеров таких меньшинств, Гозман хорошо иллюстрируют не обязательность для всех маргиналов соответствия того, что они декларировать и что представляют собой в действительности. С одной стороны, это гей-сообщество, которое варится в условиях своей субкультуры и подвергается дискриминации, а с другой - православные экстремисты, которые безапелляционно диктуют другим свои условия, но закон на их хулиганства должным образом не реагирует. В данном случае, нельзя отказаться от признания принципиального сходства между православными, которые ломают выставочные инсталляции и мусульманскими фанатиками, жгущими автомобили и громящими магазины.

Нетрудно понять, что говорить обо всем этом в первую очередь полагалось бы не столько политику Леониду Гозману, сколько высокому церковному иерарху митрополиту Кириллу. Ведь, восприятие в наше бурное время той тонкой границы между теми состояниями, заканчивается человек разумный и человеческое общество, и начинается уже "нелюдь" - это из области нравственности. На которую, кстати, так много и упорно ссылался митрополит, как на сферу, входящую исключительно в компетенцию РПЦ.
Но отчего же тогда все, что декларировал владыка, по существу, прямо противоположно таким первостепенным христианским идеалам, как сочувствие, любовь, стремление к миру и правде? Чем сумел бы оправдать он не только былое сотрудничество своих коллег-иерархов с антихристианским и античеловечным режимом коммунистов, но и нынешние разрушительные для веры и церкви тенденции его религиозного ведомства? Если, конечно, подобное и вообще можно оправдать чем-либо с точки зрения религиозной нравственности...

Иными словами, может быть и грубо, но справедливо в применении к столь тонким материям выглядит выражение Ильфа и Петрова, подметившим, что иной раз и "яйцам приходится учить зарвавшуюся курицу". Но после даже той малой толики вопросов, возникающих к декларации от имени РПЦ, понятно, сколь низки шансы на принятие митрополитом приглашения к открытому обсуждению. Тем более, что тот факт, что политик уделил серьезное внимание процессу, в котором государством и РПЦ широко используется религиозный фактор, говорит о его высокой осведомленности о той области, где и определяются реально векторы политического манипулирования.

Михаил Ситников

18 апреля 2006 г.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования