Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"НОВАЯ ПОЛИТИКА": Консервативный реванш: иранский вариант


Итоговый – второй тур президентских выборов в Иране привел к неожиданному для многих результату. Вопреки большинству прогнозов победу одержал представитель откровенно консервативных кругов – мэр столицы Тегерана – Махмуд Ахмади Нежад. Как получилось, что вопреки всем результатам опросов во второй тур вышел отнюдь не очевидный фаворит от лагеря консерваторов – Калибаф, а именно Нежад, шансы которого на победу оценивались весьма скромно?

Возможно, что ключ к ответу, объясняющему ситуацию, – довольно прост. Он кроется именно в особенностях дня, когда проводились иранские выборы. Эти дни выпадали на пятницы, которые в соответствии с исламскими традициями являются особыми днями недели. В Иране пятничные молитвы в мечетях стали эффективно использоваться в целях политической пропаганды с начала 60-ых годов прошлого века. Тогда последний иранский шах Мохаммед Реза Пехлеви начал серию общественных реформ, названных "белой революцией", которые имели четкий антиклерикальный компонент и поэтому были встречены в штыки шиитским духовенством Ирана. Против светской шахской власти с ее спецслужбами и армией духовенство нашло вполне эффективное оружие – мусульманскую проповедь. Мечети стали центром политической оппозиции, а отдельные духовные лидеры, и, прежде всего, Хомейни постепенно через яркие пятничные проповеди проложили стране путь к исламской революции 1979 года.

Причем проповеди эти главным образом были направлены на традиционные круги иранского общества: крестьянство, уклад жизни которого подвергался постоянным ударам вестернизированных начинаний шаха, и торгово-ремесленных слоев небогатых городских кварталов, консерватизм которых свойственен отнюдь не только странам исламского мира. В конце концов проповеди духовенства блестяще сделали свое дело.

В современном Иране эта ситуация повторилась. Формальные запреты на прекращение предвыборной агитации за сутки до начала голосования главным образом касались лишь самих политиков, муллы же в мечетях реально продолжали наставлять иранцев в вопросах о том, что есть истинный долг правоверных. Возможно, именно их усердие и принесло неожиданный на первый взгляд успех Махмуду Ахмади Нежаду.

Однако списывать все на духовенство было бы все же неправильным. Ведь Нежад победил очень серьезного противника – бывшего президента Ирана Али Акбар Хашеми Рафсанджани. Их политический опыт просто несопоставим. Но Рафсанджани в глазах иранцев – это преуспевающий представитель верхушки иранского общества, тогда как Нежад позиционировал себя совершенно иначе. Нежад в своих речах обращался к простым иранцам не словами о демократии и правах человека, он упирал на другие сферы. Сын кузнеца апеллировал к беднякам, обещая им установить более справедливые порядки, он критиковал коррупцию и обличал олигархов. "Иранская нефть – должна служить всему обществу, а для этого надо перераспределить доходы от ее продажи", -  вот один из тезисов его предвыборной платформы.

Иными словами Нежад эксплуатировал все тот же популизм, но ловко завернутый в мусульманскую упаковку. Его часто обвиняли в религиозном ультраконсерватизме, стремлении возродить средневековые порядки. Особенно западным политикам и журналистам не нравились высказывания Нежада о том, что женщины и мужчины должны ездить отдельно даже в лифтах и том, что истинный мусульманин не должен брить своей бороды. Кто-то поспешил увидеть в последнем аналогии с печально знаменитыми декретами афганских талибов.

Но Иран – это не Афганистан, а Нежад – это отнюдь не мулла Омар. На посту губернатора провинции Ардебиль и будучи мэром Тегерана Нежад был вовлечен в реализацию планов иранского политического класса, куда входит и верхушка шиитского духовенства. Эти планы предусматривали превращение Ирана в мощную региональную державу. Сделать же это путем возврата к временам средневековья невозможно, что прекрасно понимают те же иранские аятоллы, поскольку это люди весьма и весьма образованные. Поэтому представляется, что консервативная риторика Нежада – это все-таки ответная реакция на беспрецедентное внешнее давление на Иран со стороны тех сил, которые хотели бы всенепременно устроить здесь очередную революцию любыми путями, в том числе и через военную интервенцию.

Победа Нежада, как ни парадоксально, – это немалой степени заслуга Соединенных Штатов. В самом деле: Вашингтон последовательно год за годом окружает Иран своими военными базами. На восточной иранской границе – в Афганистане американские войска хозяйничают скоро четыре года подряд, на западе Ирана – в Турции американские базы находятся уже несколько десятилетий, а Ирак американцы "умиротворяют", утюжа бомбами и ракетами с вертолетов, тоже явно с прицелом на создание там плацдарма для вторжения в соседний Иран. На юге – в Персидском заливе корабли Североатлантического альянса фактически получили постоянную прописку. Только на севере Ирана кольцо еще полностью не сомкнулось. Азербайджанское руководство продолжает лавировать, хотя фактически в этой стране как-то весьма кстати уже реконструированы аэродромы, с которых могут быть нанесены авиа удары по Ирану. Остается Туркменистан с его формальным нейтралитетом и экзотическим президентом Ниязовым, который в своей внешней политике, как всем известно, может быть весьма непредсказуем.

Тем самым, Соединенные Штаты своим наглым и циничным давлением на политический режим Ирана только спровоцировали сплочение части иранского общества перед внешней опасностью вокруг фигуры того политика, который иранцам показался более решительным, молодым и готовым дать отпор, если понадобится, внешнему врагу. Нежад на эту роль подходил наилучшим образом. Он был в числе революционных исламских студентов, которые вдохновленные идеями Хомейни, в далеком декабре 1979 года захватили посольство США в Тегеране и удерживали его длительный срок. Тогда Вашингтон так и не смог найти адекватного ответа на эту пощечину: попытки при помощи десанта освободить американских дипломатов-заложников потерпели позорный провал.

В период ирано-иракской войны Нежад вступил добровольцем в части басиджей – иранского ополчения. Миллионы иранцев и сегодня состоят в этих формированиях. И они, безусловно, голосовали за своего коллегу. Наконец, Нежаду – 49 лет и он выглядел более приспособленным для активной борьбы, чем семидесятилетний Рафсанджани.

Интересно, что компромат на Нежада, появившийся в мировых СМИ во время предвыборной кампании, сыграл как раз на руку этому политику. Нежада обвиняли в причастности к подготовке покушения на получившего скандальную известность писателя Салмана Рушди – автора книги "Сатанинские стихи". За эту свою книгу, содержащую, по мнению мусульман, непристойную критику и нападки на учение пророка Мухаммеда, Рушди был приговорен иерархами мусульманского духовенства к смерти. Но этот приговор так и не смогли привести в исполнение, поскольку Рушди скрывается на Западе. В глазах радикальных мусульман любой, кто отомстит Рушди, – совершит тем самым богоугодный поступок.

В итоге иранский избиратель свой выбор сделал в пользу Нежада. За него проголосовало 62 % избирателей, а за Рафсанджани – только около 36 %. Консервативный реванш состоялся. Соединенным Штатам и России придется искать пути к выстраиванию контактов с новым иранским лидером, который вполне может занять в своей внешней политике более жесткую линию, чем его предшественник.

Аждар КУРТОВ
"Новая политика"


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования