Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"НЕЗАВИСИМАЯ ГАЗЕТА": Диакон Андрей Кураев: Не надо бояться святого Валентина.
Было бы естественно для Церкви пойти навстречу тем, кто празднует день покровителя влюбленных


Об авторе: Диакон Андрей Кураев - профессор Московской духовной академии.

Вот уже десять лет, как в середине февраля в церковной периодике и в приходских проповедях появляется особая тема: тема предостережения от празднования Дня святого Валентина. Не наш, мол, праздник.

Странно: сам праздник назван не "днем стахановца" и не "днем леса". Он носит церковное название и напоминает о христианском святом – а Церковь призывает его не праздновать…

Св. Валентин жил в итальянском городе Терни в III веке и был казнен 14 февраля 270 г. "Наш" он святой или католический?

Наш. Все святые, совершившие свой подвиг в Западной Европе до 1054 года, то есть до даты разрыва Православия и Католичества, – это наши, православные святые.

Но может, хоть и жил он в православные времена, но только католики осознали его святость и святым он является лишь по католическим, но никак не православным критериям?

Нет, Валентин в лике святых был прославлен задолго до разрыва Запада и Востока. Обычно говорят, что эту канонизацию совершил Римский Папа Геласий в 494 г.

Возможно, что Валентин, воспоминаемый 14 февраля, уже известен нашему календарю – как священномученик Валентин Интерамский (или Италийский); память его совершается 12 августа по новому стилю (30 июля по старому).

Но вполне может статься, что это другой человек, о котором мы до сих пор ничего не знали.

Ничего странного в этом нет: даже в почитании самого знаменитого святого – Николы Чудотворца – произошла "накладка". В тексте его жития соединены эпизоды из жизни двух несомненно разных людей, один из которых жил на рубеже III–IV веков, а другой – в середине VI столетия..

В последние десятилетия в богослужебный календарь Русской Православной Церкви перешло немало дней памяти святых, которые жили в западном мире в первом христианском тысячелетии. Еще недавно ничего не знали наши календари о св. Турвоне Лангонийском – а сейчас его имя там стоит.

А 15 января 2003 г. в рабочей резиденции Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II в Чистом переулке состоялась передача в дар Русской Православной Церкви частицы мощей святителя Валентина Интерамского. Поблагодарив епископа Терни монсиньора Винченцо Палью за этот дар, Патриарх Алексий II сообщил, что ковчег с частицей мощей святителя Валентина будет пребывать в храме Христа Спасителя, где каждый верующий сможет помолиться перед этой святыней древней неразделенной христианской Церкви.

Примеры и прецеденты

Может ли Православная Церковь принимать праздник, рожденный не в ней? И на этот вопрос наша история уже дала положительный ответ.

В нецерковной истории советской России родился День Победы – 9 Мая. Определением Архиерейского Собора Русской Церкви в 1994 году установлено совершать в День Победы ежегодное поминовение усопших воинов и всех страдальчески погибших в годы войны.

Кроме того, в Русской Православной Церкви празднуется "вешний Никола" – праздник, который знаком только итальянским католикам, но которого нет у православных греков. Он установлен в честь переноса мощей св. Николая из города Миры Ликийские в город Бари.

Наконец, чтобы выяснить – может ли быть иным, неполемичным отношение Русской Церкви к Дню святого Валентина, надо поставить и вопрос о том, может ли Церковь взять не католический и не светский, а языческий праздник и реформировать его, наполнив привычную дату своим содержанием?

И на этот вопрос церковная история дает положительный ответ. Именно такова история нашего праздника Рождества Христова.

Древнейшая христианская Церковь слишком остро переживала тайну Пасхи, чтобы обращать внимание еще и на Рождество. Пасха – это переход (таково буквальное значение этого еврейского слова). Христиане воспринимали мученическую смерть как пасху, как исход. Оттого дни памяти мучеников – это дни их рождения в вечность, то есть дни земной смерти. А потому дни земного рождения не отмечались. До IV столетия Церковь не отмечала даже день рождения Христа.

Впервые Рождество празднуется в правление Римского Папы Юлия (337–352 гг.) – 25 декабря. На Восток этот праздник приходит полустолетием позже (при св. Григории Богослове).

Почему была избрана именно эта дата? В Риме (откуда она и пришла) к этому времени заканчивалось празднование Сатурналий (11–23 декабря). Завершались они гладиаторскими боями (форма завуалированных человеческих жертвоприношений). За этим следовал праздник "непобедимого солнца" – он был приурочен ко дню зимнего солнцеворота. Именно культ Солнца в середине IV столетия активно насаждался императором Юлианом Отступником. Культ Солнца стоял и в центре митраизма – религии, которая была серьезным конкурентом христианства.

День зимнего солнцеворота – это грань, сочленение. Религиозное чувство всегда ощущает такие переломные моменты как потенциально опасные, грозящие прорывом в наш мир сил хаоса (помните о Древнем Ужасе, который пробудили толкиновские гномы, перейдя границу в пещерах Мории?). Это чувство опасности взывает о необходимости освящения пограничных минут. Поэтому основные ритуалы в самых разных религиях совершаются на границе света и тьмы (утренние или вечерние молитвы и жертвоприношения), на границе времен года, на границе человеческих возрастов.

Церковь не стала спорить с этой человеческой потребностью: через молитву соединять перепады времен. Она просто исправила образ этих молитв. Вместо бога солнца – Митры – она предложила в этот переломный день, день возрождающегося света, молиться "солнцу правды" – Христу.

Корни февральского праздника

Итак, даже языческие праздники Церковь смогла подбирать и переосмыслять (а языческие храмы – переосвящать).

Да и сам День св. Валентина был установлен для того, чтобы "перебить" языческие привычки. В эти дни в Риме праздновались так называемые "луперкалии" (от lupus – волк). В святилище, устроенном в пещере на склоне Палатинского холма и называемом Луперкал, совершалось жертвоприношение: жрецы-"луперки" закалывали козу (животное, самое приятное на вкус для волка) и собаку (животное, наиболее ненавидимое волком). Затем к алтарю подходили двое обнаженных юношей (они тоже назывались луперки), и каждый из двух жрецов, совершивших жертвоприношение, прикладывал окровавленный нож ко лбу одного из луперков, а потом вытирал его белой шерстью козы. Потом закланных животных свежевали и из их шкур нарезали узкие ремни, называемые "фебруа". Оба луперка подпоясывались таким ремнем, зажимали в руках связки остальных ремней, выбегали нагими из пещеры и начинали ритуальный бег вокруг Палатинского холма, стегая ремнями всех попадавшихся на их пути. От этих ударов не только никто не уклонялся, наоборот – женщины и девушки с веселым смехом подставляли луперкам спину, плечи и грудь: считалось, что это дает удачу в любви, делает счастливым брак и гарантирует обильное потомство.

Между прочим, от названия священных ремней луперков – "фебруа" – произошло и название месяца, в середине которого происходило празднество (и в середине которого будет отмечаться Валентинов день): "фебруарий" – февраль.

Уже во времена Цезаря никто не мог толком объяснить, что такое луперкалии и связанные с ними обряды. Поэтому, как всегда в таких случаях, все удовлетворялись легендой. Рассказывали, что праздник луперкалий учредили основатели Рима Ромул и Рем – в честь вскормившей их молоком в пещере волчицы и что они же были первыми луперками. Возможно, что этот культ восходит к почитанию Фавна – бога-покровителя стад. Одним из прозвищ Фавна было Луперк, что буквально означало "охраняющий от волков", и сам бог часто изображался в виде волка. Жертвоприношения Луперку и праздник в его честь происходили в середине февраля, когда начиналось спаривание скота, и бога молили о том, чтобы он благословил размножение стад и охранил их от волков.

Итак, у февральского праздника в Риме древние корни. В любых его вариантах рядом шли любовь и страх, смерть и боль. Неудивительно, что в конце концов и память о христианском мученике оказалась пронизана всеми этими сюжетами.

Реальность веры

Действительно ли именно Папа Геласий назначил праздник св. Валентина на 14 февраля – неясно. Несомненно, что именно этот папа положил конец празднованию Луперкалий в Риме. И все же я боюсь, что нет документов, которые позволяли бы утверждать, что в 496 г. папским указом Луперкалии преобразованы в День всех влюбленных, а Валентина, отдавшего за любовь свою жизнь, причислили к лику святых.

Более определенно можно судить о рассказе о том, что св. Валентин тайно венчал влюбленных. Это уж точно не более чем легенда: во времена св. Валентина (в III веке) просто еще не существовало особого обряда церковного венчания брака.

Но в религии есть закон: то, во что люди верят, становится реальностью. Может быть, апостол Андрей не ходил по берегам Днепра и не доходил до Валаама. Но на Руси всегда верили, что это именно так – и, значит, апостол Андрей действительно породнился с нашей землей. Наши молитвы к нему и его молитвы о нас создали между нами связь более прочную, нежели чисто "историческая".

Есть и закон логики: "Из лжи следует все что угодно". То есть из неправильной посылки можно получить даже верный вывод. Если люди считают, что св. Валентин был казнен потому, что покровительствовал влюбленным, и если эти люди молятся Валентину о своих любимых – то даже если это их представление исторически недостоверно, все равно св. Валентин и в самом деле молится о них.

Интересно, что когда "не нашему" Валентинову дню пробуют противопоставить какой-либо православный праздник, который можно было бы представить как "праздник святых – покровителей влюбленных", то обычно предлагают вспомнить о святых Петре и Февронии Муромских. Но в их официальном житии за общими словами ("будучи оба святыми и праведными людьми, любили чистоту и целомудрие и всегда были милостивыми, справедливыми и кроткими... оба приняли монашество и скончались в один день") никак не проступает история их любви. Зато есть дивный памятник древнерусской литературы "Повесть о Петре и Февронии" (начало XVI века). Вот она как раз наделяет своих персонажей прекрасными и понятными человеческими чертами. Но эта повесть осталась в разряде апокрифов и в круг церковного чтения не была включена.

В итоге ситуация получилась очень даже похожей на историю культа св. Валентина на Западе: и здесь и там в основе культа лежит память о реальных людях, почитаемых Церковью как святые. И здесь и там эта память была расцвечена в фольклорные тона, и здесь и там народные предания подчеркнули в этих святых их человеческую влюбленность. Но эта фольклорная преувеличенность не помешала собственно церковной памяти о Петре и Февронии как о святых, любивших друг друга. Вот и вера современных людей в св. Валентина как покровителя влюбленных есть несомненный факт, не зависящий ни от каких источниковедческих штудий.

Переубеждает ли Церковь людей, верящих в то, что от зубной боли надо молиться именно святому Антипе, а от головной боли – святому Иоанну Крестителю? Так отчего же Церковь должна разрушать убеждение людей, которые хотят молиться нашему святому о чем-то гораздо более важном, нежели зубная или головная боль?

"Валентинов призыв"

Итак, с формальной точки зрения празднование святого Валентина именно 14 февраля вполне может быть воспринято Русской Православной Церковью. Вопрос в том, нужна ли подобная рецепция.

14 февраля – это День влюбленных. Разве это плохо с точки зрения православия? Разве наша Церковь состоит только из монахов? Разве только монашеский путь считается у нас спасительным и дозволенным? Разве влюбленность не должна сопровождаться молитвой?

Понимаю, что большинство из тех, кто празднует День святого Валентина, именно молиться-то Валентину и не помышляют… Но вот тут-то и уместно было бы слово Церкви: как же так, в день-то Валентина и не поставить свечку Валентину, не помолиться ему?! Поскольку традиция эта в России еще только-только рождена, она изменчива и пластична. И Церковь могла бы оказать влияние на ее формирование не брюзжанием, а чем-то иным.

В идеале (миссионерском идеале) можно было бы сказать: настоящие "валентинки" – это те, что приобретены и освящены в храме. А начать хотя бы с того, чтобы 14 февраля служить молебны св. мученику Валентину об умножении любви. Для этого не нужно даже ждать разрешения Синода: мы же в любой день можем служить молебен св. Николаю или Георгию – а не только в дни их календарной памяти.

На этих молебнах можно было бы пояснять молодым людям, что любовь самого Валентина была прежде всего – ко Христу. Что любовь и похоть – не одно и то же. Что "любить" и "использовать" – это антонимы.

Этот праздник может быть светлым. Хотя бы для некоторых людей, некоторых пар. Для кого-то он останется поводом к смакованию очередной порции грязи. Но соотношение тех и других зависит и от нашего миссионерского усилия. В конце концов и на православную Пасху кто-то упивается до свинского состояния. Что же нам – отказаться от нашей Пасхи? Кто-то ждет Рождества только ради скидок на рождественских распродажах. Но мы ждем Христа.

Не надо излишнего смиренничанья, не надо поспешных капитуляций, не надо оставлять наши святыни, если к ним прикоснулась чья-то нечистая рука. Не оставлять надо наши праздники в руках язычников и лавочников, а бороться за сохранение (или возвращение) их христианского смысла.

От нас требуется ведь немного. Просто сказать, что в День святого Валентина храмы ждут тех, кто любит и желает быть любимым. Улыбнуться пришедшим. И помолиться вместе с ними.

От нас требуется всего лишь добрый взгляд. Ни денег, ни реформ, ничего такого эта миссионерская программа не требует. Достаточно просто объявления на церковных дверях: "14 февраля. Молебен св. Трифону и св. Валентину Интерамскому". Молодые прихожане уже сами разнесут эту весть по окрестным школам и университетам. И еще хорошо бы батюшке подежурить этот день в храме – в ожидании "валентиновцев", чтобы с ними поговорить и, быть может, снова помолиться…

Ничем не обижая и не смущая своих традиционных прихожан, нисколько не меняя их уклад жизни и веры, через этот день можно привести в Церковь несколько молодых людей.

Даже если таких новичков "Валентинова призыва" окажется всего пять человек – неужели этого мало?

"НЕЗАВИСИМАЯ ГАЗЕТА"
15 февраля 2005 года


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования