Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"THE WASHINGTON POST": Человек слишком слаб, чтобы помнить об Аушвице


 Не так давно принц Гарри, которому для восшествия на британский трон достаточно, чтобы что-нибудь приключилось с наследником, появился на карнавальной вечеринке в костюме наци. А мы узнали об этом лишь потому, что кто-то сфотографировал его, и это фото прорвалось в английские таблоиды. На пару дней это отвлекло газетчиков от действительно серьезных и важных дел, вроде сексуальных похождений министров Кабинета. Но вот с делом Гарри им нужно было бы повозиться подольше, ибо наш недалекий принц - не более чем дитя нового века, которого, похоже, не волнует ничего из того, что случилось в веке предыдущем.

Сегодня наступила шестидесятая годовщина одного из важнейших событий прошедшего столетия - освобождения Аушвица (Auschwitz). На этой неделе Организация Объединенных наций уже уделила этой дате должное внимание, но большинство людей в большинстве стран мира им совершенно не прониклись, а, даже если им и напомнили о нем, то они так и не поняли, зачем. И я их понимаю. Аушвиц, не говоря уже о холокосте - настолько огромная глыба жестокой памяти, что человеческий мозг практически не в состоянии объять ее. Даже просто думая об Аушвице, на момент забываешь думать о Боге.

Уже давно Аушвиц медленно, но верно уплывает от нас - его еще помнят на официальном уровне, но упорно забывают на личном. И рассказы о нем, и книги, и фильмы встречают одно и то же усталое бормотание: да знаем, знаем, отвяжитесь.

Так и инфантильное воображение Гарри, принца нашего королевства, сделало с ним то, что, надев нацистскую форму, он ни на йоту не ощутил ни стыда, ни беспокойства - будто холокост, подобно графу Владу Дракуле, Сажающему-на-Кол, превратили из исчадия ада в популярный комикс. А по-другому с этим слишком трудно справиться.

Память об Аушвице всегда остается со мной. Я был там и читал литературу об этом месте. Однако, даже если бы я этого не делал, сама мысль о том, что есть на земле место, где евреев и людей других национальностей убивали миллионами, всегда вторгалась бы в сознание, когда кто-нибудь упоминал бы при мне, как благосклонно провидение и как милосерден Господь Бог наш к людям. И с самого детства я не переставал обращаться к раввинам в церковной школе: почему это произошло? как это могло случиться? объясните! - просил я. Но не давали они ответа.

Многие задавали себе такие же вопросы после недавнего разрушительного цунами. Кое-кто упорно пытался найти решение с точки зрения Закона Божьего: Как же Он мог допустить такое? Ведь погибли дети. Младенцы. Что же это за Бог Всемогущий? Но эти вопросы будут постепенно сходить с уст людей, подобно тому, как статьи сначала сходят с первых полос газет, а потом и вовсе пропадают из печати. Через некоторое время цунами превратится просто в часть истории.

Кроме этого, в том, что произошло, есть что-то от высокой и непробиваемой для простых смертных науки - геология, вулканическое давление, тектонические плиты - и смертельная быстрота действия. Может быть, просто Господь повернулся к нам спиной.

Однако холокост вовсе не был спонтанно возникшим событием. Холокост длился годами. В его пасти погибло шесть миллионов, десять миллионов, Бог знает сколько миллионов человек - евреев и неевреев, но среди них точно был миллион еврейских детей. Младенцев. Их уничтожение не имело ничего общего ни с лавой, ни с движением тектонических плит, ни с какими другими вещами, понять которые под силу только большим ученым. Нет, Аушвиц сделали люди, и сделали на совесть - разбросанные там и тут на огромной территории лагеря и заводы. Все построено рабами, обреченными здесь же и умереть. Человеческое существо могло превратиться из доктора, музыканта, матери, ребенка в кучку пепла в течение буквально двух часов. Это уже не геология. В тайне Аушвица нет ничего научного. Это тайна религиозная, и поэтому я так ее боюсь.

Я боюсь ее потому, что мы не можем понять для себя, что есть Аушвиц, и потому что Аушвиц лежит огромным камнем на пути к нашей вере во всемилостивого Бога - как сказал президент в своей инаугурационной речи, 'в справедливого Бога'. Мы постоянно помещаем его туда, где ему легко выскользнуть из памяти или превратиться в такую память, как мимолетное воспоминание о далекой войне - а, может, и не войне, - навеянное старым памятником на городской площади.

От тех, кто напоминает о нем, будут отмахиваться, как от надоедливых мух, и, когда умрет последний выживший в Аушвице (хотя те, кто выжил там - невероятно крепкие люди), вместе с ним уйдет в прошлое и наша обязанность помнить.

Какое облегчение, скажут все оставшиеся! И тогда, часть за частью, Аушвиц будет угасать в умах людей и станет неким событием, случившимся когда-то там в прошлом веке с людьми, которым и так ничего другого не светило - с евреями всякими, цыганами, гомосексуалистами. . . в основном с ними. Для большинства людей Аушвиц станет - да и сейчас уже становится - слишком тяжелой исторической ношей, невыносимым бременем правды не только о том, какими хотим стать мы, люди, но и о том, какими мы можем стать. Принц Гарри просто взял и отбросил эти мысли. Придет день, и, я боюсь, мы все сделаем то же самое, и тогда, как уже было в Руанде и Сребренице - это повторится снова. И снова.

Ричард Коэн (Richard Cohen), 27 января 2005
"The Washington Post"
ИноСМИ.Ru

[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования