Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"НОВЫЕ ИЗВЕСТИЯ": Солженицын здесь не живет. Разгорается скандал вокруг родового гнезда писателя в Краснодарском крае


В городе Новокубанске Александр Солженицын жил совсем недолго – когда был маленьким мальчиком. В 1997 году особняк, принадлежавший его деду, последний владелец передал православной общине. Одну половину особняка сегодня занимает храм, другую, пустующую, предполагалось превратить в музей. Неожиданно появились новые претенденты на здание, числящееся в памятниках архитектуры. Ситуацию не смог разрешить даже губернатор Кубани Александр Ткачев.

Вот что рассказала вчера "Новым Известиям" президент Русского общественного фонда Солженицына, жена писателя Наталия Дмитриевна: "В доме Захара Федоровича Щербака, своего деда, Александр Исаевич провел младенчество и, естественно, самой усадьбы не помнит, но знает о нем со слов матери. И дом, и судьба деда, которого несколько раз арестовывало ГПУ, откуда он в последний раз так и не вернулся, весьма подробно описаны Солженицыным в "Августе 1914-го" и в "Октябре 1916-го". В 64-м Александр Исаевич вновь побывал в этом доме по дороге на юг, в свои родные места. В Новокубанск он тогда приехал инкогнито и в дом деда зашел, как простой прохожий. Это ему потом очень помогло, при работе над "Красным колесом", когда он описывал этот дом, и парк, и сад, хотя и от парка, и от сада почти ничего не осталось.

Через 30 лет, в сентябре 94-го, мы с ним там вдвоем были, по приезде на родину. В дом нас тогда не пустили, сказав, что у них нет ключа. Так ли это было или нет, не знаю, но мы побродили по запущенному парку, и Александр Исаевич был очень растроган... А спустя несколько лет нам прислал письмо отец Дионисий, который там организовал приход, о чем мы раньше не знали и не имели к этому никакого отношения.

Когда мы были там, нам предложили заявить о своих правах на этот дом, но Александр Исаевич сказал во всеуслышание, что никогда этого делать не будет. Время от времени отец Дионисий нам писал, мы помогали его приходу материально, а потом, как у каждого прихода сегодня, у них начались проблемы. Дело в том, что владелец помещения, к ним благоволивший, заключил с приходом фиктивный договор об аренде. То есть договор был, а денег реальных с них не брали. И теперь отец Дионисий попросил Солженицына помочь, чтобы эту часть дома за ними законно закрепили. Вся эта история взволновала Александра Исаевича, и он сам, своей рукой, не прося помощников, сотрудников фонда, написал несколько писем разным главам администраций, и городских, и районных... И вы знаете, ни от кого ни разу не получил ответа. Пока не обратился к губернатору Ткачеву, который откликнулся, к нашему удивлению, очень быстро, потом и сам к нам приехал, и казалось, что вся эта печальная история наконец-то позади..."

Дом без хозяина

Оказалось, что не совсем. Усадьба – несколько гектаров на окраине станицы Новокубанская – была приобретена Захаром Щербаком в самом начале прошлого века, красивейший двухэтажный особняк построили в смутном 1905-м. Деревья для парка завозились из Крыма, в оранжерее цвели олеандры и пальмы, а перед домом был разбит настоящий английский газон. Семье Щербаков недолго пришлось вкушать плоды цивилизации. Дед Захар, разъезжавший по станице на собственном "Роллс-Ройсе", попал под "красное колесо". В национализированный особняк вселились новые владельцы. На протяжении 75 лет всевозможные конторы сменяли одна другую. Дом ветшал, парк приходил в запустение. По городу ходили слухи: то дом собираются разобрать, дабы продать старинный кирпич, то отдать особняк под казино. Между тем еще в 1981 г., когда имя Солженицына опасно было произносить вслух, особняк его деда попал в список памятников архитектуры федерального значения. По закону никто не имел права ни сломать его, ни перестроить, но сам вид здания все красноречивее свидетельствовал: памятник, равно как и внук его первого хозяина, здесь никому не нужен.

Дело сдвинулось с мертвой точки в годы перестройки, когда очередной владелец – НИИ тракторостроения – передал его опытно-производственному хозяйству "Ленинский путь". ОПХ, несмотря на свое обязывающее название, понятия не имело, как распорядиться усадьбой: оно и без того едва сводило концы с концами. Но тут в затхлые комнаты особняка ворвались веяния времени: в 1997 году директор "Ленинского пути" Григорий Рогинский по зову ли сердца, по трезвому ли расчету решил обратиться к местной православной общине.

Дорога к храму

"Рогинский предложил нам занять половину дома, – рассказывает "НИ" отец Дионисий Пономарев. – Мы оформили договор безвозмездной и бессрочной аренды. Строили всем миром. И посмотрите, как стало красиво!" Храм и впрямь радует глаз. Отец Дионисий лелеет мечту восстановить дом деда Захара в первозданном виде: "Конечно, английские газоны и оранжерею вряд ли осилим, но парк нужно привести в порядок. Может, тогда еще многие другие жители нашего города смогут открыть для себя дорогу к Храму...".

К сожалению, на дороге к храму в Новокубанске возникли ухабы и канавы. Выяснилось, что ОПХ "Ленинский путь" не имело права бесплатно пускать в здание православный приход, поскольку ОПХ не владелец, а лишь балансодержатель. В силу чего предприятие обязано брать с храма арендную плату в размере 15 тыс. рублей ежемесячно. Узнав о таком повороте событий, отец Дионисий обратился в управление муниципального имущества Новокубанского района с предложением передать часть особняка в собственность прихода. Сделать это оказалось непросто: имущество-то федеральное! Пришлось опять обратиться за помощью к Солженицыну, чтобы тот порадел за храм перед начальством. Весть о том, что сам батька Ткачев едет к писателю сообщить об окончательной и бесповоротной победе, привела новокубанцев в восторг. Но буквально назавтра после возвращения губернатора из Троице-Лыкова, где живет писатель, вокруг усадьбы начала твориться форменная чертовщина. В доме настоятеля отца Дионисия Пономарева по ночам стали раздаваться телефонные звонки, замогильный голос обещал батюшке "запалить церкву". Днем настоятеля начали одолевать кладоискатели, взбудораженные баснями кубанских СМИ о сказочных богатствах Солженицыных, якобы замурованных в стенах дома и закопанных в саду. Сам отец Дионисий считает, что кому-то из прежних владельцев не хочется расставаться с немалыми площадями. В довершение всего выяснилось, что злополучный особняк находится на балансе вовсе не Минсельхоза, с которым "утряс вопрос" г-н Ткачев, а, наоборот, Минимущества.

"Пусть это будет музей Захара Щербака"

Начальник управления муниципального имущества Новокубанского района Любовь Еремина считает, что проблему можно было бы решить в случае признания прав Солженицына на наследование дома: он мог бы оформить дарственную храму – и дело с концом. Но, как мы знаем, писатель заявлять о своих правах на дом деда не намерен...

По словам Наталии Солженицыной, семья писателя вовсе не собиралась создавать в усадьбе его музей: "Нужно подчеркнуть, что о создании музея писателя в доме его деда не идет. Когда там жил Захар Федорович Щербак, там была часовня, не домовая церковь, как в те годы у многих, а часовенка, но с куполком на крыше. Промыслительным образом приход отца Дионисия как раз там, где была часовня, расположился. Кроме того, в доме хорошо сохранилась такая романтическая "комната Ксении". То есть это она в романе Ксения, а в жизни – Таисия Захаровна Щербак, мать Александра Исаевича. Комната – рядом с местом, где они сегодня молятся, и они сами предложили в ней сделать маленький музей. И музей должен быть именно Захара Щербака, человека, пришедшего на Кубань босиком из Таврии батрачить и ставшего крупным хозяином. И широким, и умным – таким, какие сегодня так нужны России. А после революции Захара Федоровича 12 лет кормили его бывшие батраки и рабочие, когда у него отняли все и он жил у старшей дочери, на хуторе, без средств к существованию. Как говорит Александр Исаевич, попробовал бы какой-нибудь директор колхоза, чтобы его кормили. В общем, храм есть, и слава Богу, а что касается мемориальных комнат в доме – это должен быть музей трудовой русской семьи. Так мы понимаем, так и Ткачев понимает. Когда мы обратились к Ткачеву, и он у нас был, мы ему все бумаги, все письма, все наши несчастья, связанные с домом и изложенные на бумаге, в копиях предоставили, подробно рассказали всю эту историю, к которой оказались причастны, и после этого все быстро сдвинулось. Мы верим, что новые трудности временные, что и храм в доме останется, и музей будет создан. Жаль, что все дается таким трудом. И уж тем более огорчительна для нас шумиха, поднятая вокруг дома. В одной из московских газет уже съерничали, что жена писателя перевозит в Новокубанск вещи... Знаете, у нас действительно есть одна-единственная вещь матери Александра Исаевича, которую мы с радостью туда отдадим: ее маленький туалетный столик. Плюс книги и фотографии. Важно, чтобы такой музей сегодня был в России. Достаточно прочитать "Август 1914-го", чтобы понять, какой дед Захар был могучий и красивый человек. И очень яркий пример для сегодняшнего дня: вот это в нашей стране когда-то было. И значит, может снова быть..."

Сергей Перов, Краснодарский край, Михаил Поздняев

"Новые известия", 28 июля 2004


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования