Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"МОСКОВСКИЙ КОМСОМОЛЕЦ": Молчание Mосквы. Париж славит русских мучеников


На переднем плане (слева направо): Юрий Скобцов, мать Мария, священник Дмитрий Клепинин. 1939 г.

 

Второго мая в Париже состоялось торжественное причисление к лику святых священников Алексея Медведкова (1867—1934) и Дмитрия Клепинина (1904—1944), монахини Марии Скобцовой (1891—1945), ее сына Юрия Скобцова (1921—1944) и, наконец, Ильи Фондаминского (1880—1942). Самое удивительное — к лику святых русских подвижников причислил Константинопольский патриархат. Московский патриархат, уклонился даже от участия в торжествах. Гость "МК" — православный священник Сурожской епархии, профессор русской истории и литературы Сассекского университета, редактор русской службы Би-би-си Сергей Гаккель. Благодаря его книге о матери Марии, которая увидела свет в Англии в 1965 году, началось движение, приведшее к ее канонизации.

— Отец Сергий, как готовилась эта канонизация?

— Необходимо было собрать достоверные данные об их подвиге. Это был нелегкий труд. Значительную роль сыграла, как меня часто уверяли, моя книга о матери Марии. Кстати, она вышла и на русском языке. Но особое значение сыграл ее перевод на греческий язык в 1998 году.

— Как вы считаете, почему?

 — В 1998 году я встречался со Вселенским патриархом Варфоломеем. И подарил ему экземпляр только что вышедшей книги. Дело в том, что с 1930 года парижская епархия находится в ведении Константинопольского патриарха, и он, конечно же, знал о подвиге матери Марии. Несколько лет спустя после нашего разговора он благословил работу по канонизации российских мучеников.

 — Откликнулась ли синодальная комиссия Русской церкви?

 — Парижскую инициативу поддержал покойный митрополит Сурожский Антоний (Блюм). Он обратился с личным письмом к митрополиту Ювеналию. Письмо было доставлено вместе со сборником материалов в сентябре 2000 года. Никакого отклика не последовало ни от председателя комиссии, митрополита Крутицкого и Коломенского Ювеналия (Пояркова), ни от других членов. Поэтому последовало обращение к Константинопольскому патриарху Варфоломею.

— Как отнесся Московский патриархат к решению Константинопольского патриархата?

 — Очень странно. В прошлом году митрополит Кирилл (Гундяев), председатель Отдела внешних церковных связей Русской церкви, заверил патриарха Алексия II, что он приложит все усилия для объединения разрозненных зарубежных православных епархий в единую западноевропейскую митрополию. Более того, написал хвалебное предисловие к книге о матери Марии, которая увидела свет в этом году в Санкт-Петербурге. Однако его представитель в Париже, архиепископ Корсунский Иннокентий, категорически отказался участвовать в прославлении новых святых.

— Означает ли это, что Московский патриархат оспаривает их святость? Или митрополита Ювеналия смущает то, что Илья Фондаминский был евреем и принял крещение только в концлагере?

— Молчание митрополита Ювеналия весьма многозначительно. Но жизнь прославляемых эмигрантов более убедительно раскрывает их святость, чем любое обсуждение. В последние месяцы жизнь Ильи Фондаминского заслужила редкую оценку матери Марии: "Из такого теста святые делаются". Он был человеком редкого великодушия и беспредельной любви. Он мог уехать в США. Но остался в Париже. Он принял мученическую смерть в Освенциме, разделяя судьбу своего народа. Мученическую смерть приняли сын матери Марии — Юра и его учитель, священник Дмитрий Клепинин. Они спасали в оккупированном Париже евреев и советских военнопленных. Оба погибли в нацистском концлагере Дора. Отца Дмитрия нацисты готовы были освободить, если он впредь не будет помогать евреям. "А этого еврея вы знаете?" — сказал отец Дмитрий и показал на свой наперсный крест. Тем самым подписал себе смертный приговор.

— В чем особый подвиг матери Марии?

— Процитирую слова митрополита Кирилла: "Ее свобода была в безвозмездном служении нищим, убогим, отчаявшимся. Именно здесь обреталось высшее призвание служения матери Марии". Она живо откликалась на страдания евреев во время немецкой оккупации Парижа. В концлагере поддерживала окружающих. Она заменила солагерницу, отправившись вместо нее в газовую камеру. Что можно оспаривать в ее жизни и подвиге? Неужели антисемитизм еще жив в Русской церкви? Во всяком случае, его нет в Константинопольском патриархате.

Беседовал Сергей Бычков

7 мая 2004 г.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования