Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"НОВАЯ ГАЗЕТА": «Здравствуйте, братья, я бывший алкоголик». Батюшка навещает спонсоров на велосипеде, а джипы не любит


Наш герой, оговорюсь сразу, просил не называть ни имени, ни места. Его нужно понять: он ведь священник — а вдруг его церковному начальству что-нибудь да не понравится? Поэтому начну так: в сегодняшней России, в Подмосковье, на берегу Москвы-реки стоит красавец храм, подворье одного известного на всю Россию монастыря. Это теперь. А двенадцать лет назад к руине, заросшей поверху березовой порослью, ноги принесли новоиспеченного священника, назначенного служить в разоренную, давно разграбленную и брошенную церковь.

Надо было хоть с чего-то начать. Выпросив рулон рубероида и несколько досок у мужичка, живущего по соседству, наш поп приколотил рубероид поверх свода, а из досок соорудил что-то вроде дверки, полиэтиленом завесил оконные проемы, чтоб не задувал вольный ветер, да и начал служить.

Долго ли, коротко ли, подсобрав буквально с шапкой по кругу немного деньжат и обзаведясь на грядущую зиму буржуйкой и охапкой выпрошенных у соседей дров, наведался он на соседний военный завод. Директору визит попа-попрошайки не понравился, но хоть и не хотел сначала, однако разговорились.

"Мне стыдно, что красота, построенная предками, превратилась в убогую руину и стоит нам на позорище, — сказал поп директору, — а вам не стыдно?". На том и сошлись. "Проси верблюда — получишь барана", — напутствовал директор нового друга. И от слов своих не отказался, стал помогать батюшке.

Прошло четыре года. Монастырь вспомнил о своем возрожденном подворье, и наш батюшка, отец семи детей, считая, что семейному священнику неудобно служить в монастырском храме, в котором к тому времени появились откомандированные туда монахи, выпросился у начальства строить храм в соседнем заводском поселке на пятнадцать тысяч жителей, где своей церкви не было.

Пришел он в чисто поле, поставил крест, выпросил у военных большую армейскую палатку да и начал службу. Вначале, надо сказать, многие из тамошних жителей были против: боялись, что вот явился поп охмурять ихних женщин и обогащаться. Однако с годами мнение изменилось, и теперь люди сами приходят просить у нашего батюшки прощения за то, что плохо о нем думали.

В феврале палатка сгорела: занялась от упавшей свечи и полыхнула — насилу выскочили. Однако это не остановило службу. По весне поставили временный навес и продолжали служить на лоне, так сказать, природы: без окон, без дверей да и без стен тоже. Как земля оттаяла, люди всем поселком вышли копать котлован. За лето залили фундамент, перекрыли цокольный (подвальный) этаж — и получилась "катакомбная" церковь, на которую сверху приладили тот самый вначале установленный крест. Туда батюшка и перебрался служить и служит там до сих пор, а на этом цоколе потихоньку за прошедшие восемь лет выстроил настоящую каменную церковь, в которой, правда, пока нет "ни окон, ни дверей", но верится: когда-нибудь будут. Жить же он устроился в дряхлом маленьком домике, оставленном ему умершей слепой старушкой. А по делам стройки, по банкам и спонсорам разъезжал на велосипеде: подоткнет рясу и крутит себе педали.

И стали его уважать люди, начали помогать. В чем? Да не перечислить.
Притащили списанный, распиленный пополам пассажирский вагон, поставили буквой "г" и в нем устроили воскресную школу для ребятишек, драмкружок, библиотеку, турклуб и автомотосекцию. Здесь же — столовая, в которой кормят нищих, а раз в неделю собирается попить чайку неформальная группа "анонимных алкоголиков и наркоманов", перед которыми, начиная встречу, батюшка встает и говорит: "Здравствуйте, братья, я — как и вы, бывший алкоголик".

"Катакомбный" храм по воскресеньям полон. Особенно в нем много молодых мам с детьми самого разного возраста. Вообще, ребята в своем батюшке души не чают: он их в походы водит на катамаранах, рыбу учит ловить (сам — заядлый рыбак), разучивает с ними церковные песнопения да и светскими песнями не брезгует: поет с ребятами и под гитару, и под старенькую фисгармонию, которую нашел на помойке и сам отреставрировал. Вот только теперь уже сам машины с кирпичами, как вначале, не разгружает — возраст дает о себе знать и не позволяет сорванная раз и навсегда спина. Ну да это не беда — теперь в помощниках недостатка не бывает, всем миром церковь достраивают — и достроят, будьте уверены. Да всего не перескажешь.

Убедившись, что я выключил диктофон, наш герой сказал: "Я тут виделся с одним высокопоставленным монахом, и он посетовал, что раньше священников почитали, место уступали, а теперь они людей стали раздражать. Почему, мол, это? Хотел я ему сказать, что вы, мол, джипы свои с глаз долой уберите, а потом не стал, как-то неудобно показалось. Только ты не пиши об этом". Что ж, я его просьбу чту и выполняю — не стану я писать об их джипах.

Олег Чекрыгин, Калужская область

"Новая газета", 8 апреля 2004


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования