Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"МБХ МЕДИА": «Путин — президент войны, президент мести. А война и месть — это темные энергии, которые его погубят». "Православный президент" на второй седмице Великого поста с гордостью рассказал об оружии, способном уничтожить мир


Политолог Станислав Белковский — о послании Владимира Путина Федеральному собранию, во время которого президент много и с удовольствием говорил об оружии большой войны.

— Владимир Путин, выступая с посланием к Федеральному собранию, беспрецедентно большое внимание уделил новейшим видам вооружения, которые, по его словам, сейчас разрабатываются. Это и баллистические ракеты «Сармат», и крылатые ракеты с ядерными двигателями, и подводные беспилотники. Возможно, Верховный главнокомандующий настолько болезненно пережил разгром американцами наемников ЧВК «Вагнера» в Сирии, что решил ответить США в доступной ему угрожающей форме?

— Я думаю, что сам текст послания готовился еще до катастрофы 7 февраля под Хишамом, и я не стал бы связывать эти два события воедино. На мой взгляд, контекст несколько глубже.

Путин — президент войны, у него нет другого занятия кроме войны, он обуреваем войной. Когда человек погружается в психологию войны, выпасть из нее он уже не может, он будет постоянно стремиться воевать.

Само президентское послание было разделено на две неравные по эмоциональной составляющей части.

Первая часть — это «забота о человеке» в духе Леонида Ильича Брежнева. Причем все это звучало у Путина так, будто страну на протяжении 18 лет возглавлял другой человек — то есть абсолютно отстраненно по отношению к результатам собственной деятельности. Грубо говоря, Путин обещал сделать все то, чего он не делал на протяжении 18 лет. И что ему мешало все это делать раньше — непонятно.

Вторая часть — эти картинки и рассказы про вооружение. Тут Путин воодушевился. Причем у меня есть сомнения, что все показанное Путиным является правдой. Возможно, это компьютерные «стрелялки». По-настоящему новых разработок у ВПК нет с распада Советского Союза, наш ВПК технологически отстал от американского минимум на два десятилетия.

Но Путин окончательно решил, что единственной формой легитимации его бесконечного пребывания у власти является война: он «спасает Россию от внешней агрессии», и кроме него спасти Россию от внешней агрессии некому. Это было оправданием «рокировки» 24 сентября 2011 года. В то время действительно серьезно обсуждался вопрос о том, что Дмитрий Медведев пойдет на второй срок, а Путин окончательно отползет от власти. Но на Ближнем Востоке началась «арабская весна», и Путин решил, что такая же «весна» может случиться в России. При этом, по мнению Путина, такие события, конечно же, будут инспирированы Соединенными Штатами — никакие объективные предпосылки «арабской весны», внутренние предпосылки, приведшие к революциям в арабских странах, Путин анализировать не стал. Но решил, что в условиях надвигающейся революции Медведев ситуацию не удержит, а он, Путин, удержит.

Так что это вновь самолегитимация через войну. А поражение в Хишаме для Путина — это мелкий эпизод. Причем мы ведь не знаем даже, как Путин этот эпизод воспринимает. Может быть, ему все доложено по-другому: о том, что «погибло три человека». Путин является полным заложником справок и субъективного мнения своих советников, которые прекрасно понимают, что расстраивать вождя нельзя, это может для них плохо кончиться. Именно поэтому Путин верит во все эти «Сарматы», которые якобы преодолевают любую систему противоракетной обороны.

Нужны психология и философия войны, как единственное топливо для консолидации нации вокруг Путина. В этом весь смысл президентского послания. Пока есть война — есть Путин, нет войны — нет Путина. Причем война поглощает огромные ресурсы, не отвечает национальным интересам России, способствует ее самоизоляции, ее катастрофическому отставанию в экономической и технологической сферах.

— Вы ранее неоднократно говорили, что для Путина критически важно быть членом некоего мирового «клуба господ», и он очень сильно хочет перестать быть изгоем, в этот «клуб господ» вернуться. И нет ли здесь губительного для Путина противоречия: желать входить в мировую элиту и при этом оставаться президентом войны?

— Нет, тут нет противоречия. Путин сперва хотел быть членом «клуба господ» по-хорошему и долго пытался им стать. Его знаменитая «мюнхенская речь» 2007 года была именно об этом: мы идем к вам с деньгами, не заставляйте нас идти к вам с танками. Но потом, после свержения Виктора Януковича, после аварийной посадки вертолета в феврале 2014 года в Сочи и всей этой череды событий, Путин решил, что по-хорошему с Западом нельзя. Но можно по-плохому, и через это плохое можно стать членом элитного «клуба господ». Как Сталин, с которым за одним столом сидели Рузвельт и Черчилль. А почему они сидели за одним столом с ним? Потому что Сталин обладал огромной военной мощью и возможностью уничтожить Европу.

Путин очень хочет вернуться в этот ялтинско-постдамский мир, и поскольку у него нет позитивных аргументов, он использует аргументы негативные: «Если я по-хорошему не заставил вас сидеть со мной за одним столом, значит, заставлю по-плохому». Но это абсолютная утопия, потому что мир со сталинских времен кардинально изменился: сегодня человечество управляемо не военной силой, а идеями и технологиями, которых у России нет. А военная сила у нее еще есть, она базируется в основном на низкой цене человеческой жизни: считается допустимым закидать трупами любую проблему, чего США и Европа не могут себе позволить. Кстати, именно поэтому я думаю, что разгром в Хишаме не очень беспокоит Путина. Даже если допустить, что он владеет всей информацией об этом событии. «Ну, а что такое триста трупов? Мамки еще нарожают».

Путин накапливает энергию ресентимента, мести Западу, которая в русском народе существует. Он — президент войны, президент ресентимента, мести. А война и месть — это очень темные энергии, которые его погубят. Вопрос — когда?

— Вы упоминаете о ялтинско-постдамской системе мира, в которую хочет вернуться Путин. Но ведь могущество и влиятельность СССР в те времена были обусловлены не только его вооруженными силами, но и тем, что СССР нес некую идеологию, альтернативную западной модели, идеологию, которая для многих на планете в то время выглядела привлекательно…

— Да, были советский проект, советская мифология. В Европе это особо не приживалось, но для стран Азии, Африки, Латинской Америки этот проект выглядел привлекательно.

— А путинской России в этом плане предложить особо нечего. Путин понимает такое важное качественное отличие его режима от Советского Союза?

— Нет, Путин в таких категориях не мыслит, потому что психотипически он — человек, лишенный идеологии. Он не верит в наличие идеологий, он верит только в наличие соотношения сил. Он так воспитан.

Раньше Путин считал, что наличие огромных российских денег (в том числе нелегальных и криминальных) поставит Запад на колени — потому что когда западному чиновнику предлагают взятку в 10 000 долларов, он может перед ней устоять, а когда ему предлагают взятку в миллион долларов наличными, он зачастую устоять не может. На этом построены отношения Путина с некоторыми бывшими западными лидерами.

Но потом Путин решил, что деньги не всесильны и должны быть подкреплены силой оружия, а главное — готовностью применять это оружие и готовностью пускать в расход свой народ. А в США и Европе такой готовности абсолютно нет.

Роман Попков,

"МБХ МЕДИА", 1 марта 2018 г.

 

Пожалуйста, поддержите "Портал-Credo.Ru"!


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-18 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования