Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"ОТКРЫТАЯ РОССИЯ": Худший марш в истории, и революция, которой не могло быть. Плохие новости из черного ноября русского национализма


Для русских националистов марш 4 ноября стал самым малочисленным в истории. При этом на акцию «ватной» части правых пришло больше людей, чем на «Русский марш» в Люблино. Правые активисты со стажем связывают кризис с усилившимся давлением спецслужб и с тем, что у националистов сейчас нет харизматичных лидеров. Результаты акции 5 ноября оказались еще более плачевными.

Рост «кураторских акций»

Это был самый странный «Русский марш» за всю историю этого политического бренда. Оба главных идеолога националистической акции — Иван Белецкий из незарегистрированной «Партии националистов» и Владимир Басманов из Комитета «Нация и свобода» («КНС») — в своих заявлениях накануне марша заклеймили политпроекты друг друга как «кураторские». «Кураторский марш», «кураторская организация» (то есть созданные и управляемые кураторами из спецслужб) — такие выражения вообще стали ходовыми и модными в русской правой среде, где параноидальность и шпиономания усиливаются по мере ослабевания националистических структур.

И Белецкий, и Басманов призывали соратников вставать каждый под своими знаменами, подробно описывая расцветку этих флагов — и «Партия националистов», и «КНС» являются новыми, малочисленными группировками, и их символика не знакома большинству «уличных» националистов. Следует отметить, что «Партия националистов и «КНС» были на «Марше» центром притяжения других мелких групп — например, с «КНС» в союзе были «Черный блок» и «Правая альтернатива», а в союзе с «Партией националистов» — «Непримиримая лига» и «Русская правозащитная лига». Ни одно из этих названий еще несколько лет назад ни о чем бы не сказало завсегдатаям «Русского марша».

Хорошую порцию фантасмагории в происходящее добавляло то, что и Белецкий, и Басманов призывали своих сторонников при помощи YouTube выходить на «Русский марш» из-за границы: Басманов уже несколько лет живет в эмиграции в Европе, а Белецкий недавно уехал в Киев.

Интересно, что Белецкий в своем видеообращении призвал выходить не только на «Русский марш» 4 ноября, но и на анонсированную Вячеславом Мальцевым акцию протеста 5 ноября. Причем призыв протестовать 5 ноября Белецкий адресовал не только националистам и прочим оппозиционерам, но и «кавказцам» — чем дал повод Басманову употребить в свой адрес выражение «путинцы и любители кавказцев».

На самом марше сторонники и союзники Басманова сразу же поссорились с полицией из-за баннеров, которые им запретили проносить через «рамки», и объявили об отказе участвовать в мероприятии. Это дало повод полиции и омоновцам сразу же перекрыть вход на «Русский марш» и приступить к задержаниям активистов.

В итоге в марше приняли участие только две сотни активистов «Партии националистов», которые успели пройти через металлоискатели и построиться колонной. Эта небольшая колонна в двести человек, шагавшая в плотном окружении сотрудников МВД и Росгвардии — все, что осталось от былых величия и мощи «Русских маршей», насчитывавших когда-то до 25 тысяч участников.

«Ватники», количественно победившие «заукраинцев»

В 2017 году, впервые со времен начала «украинского раскола русского национализма» (2014 год), альтеративное, «государственническое» шествие ультраправых собрало больше людей — в марше от Октябрьского поля до Щукино приняло участие от шестисот до тысячи человек. Большинство участников этого шествия выглядели, мягко говоря, болезненно и говорили об «иудейской оккупации России». Но цифры — вещь упрямая. На северо-западе Москвы людей маршировало в несколько раз больше, чем на юго-востоке.

Напомним, с 2014 года националистическое движение переживало кризис из-за разных оценок происходящего на востоке Украины. Часть националистов поддержала сепаратизм Донбасса (и, соответственно, военную операцию России на востоке Украины), часть выступила в поддержку украинской революции и против ДНР-ЛНР как кремлевского проекта. Некоторые националистические лидеры (в том числе Александр Белов и Дмитрий Демушкин) пытались удержаться на позициях нейтралитета. В любом случае, традиционный марш в Люблино закрепили за собой «нейтральные» и «проукраинские» националисты, а те, кого они называли «ватниками», начали собираться в дни «народного единства» на Октябрьском поле.

И хотя с 2014 года численность «Русского марша» в Люблино постепенно сокращалась, мероприятие на юго-востоке Москвы по-прежнему оставалось главным маршем ультраправых. И вот теперь с главенством люблинского марша покончено.

Пришло третье поколение националистических лидеров, а четвертое будет еще хуже

Казалось бы, украинская проблематика ушла из актуальной политической повестки и стала даже не вчерашним, а позавчерашним днем. Но кризис националистического движения никуда не делся. Движение продолжает раскалываться — точнее, крошиться как хлеб.

Русские ультраправые никогда не отличались единством — в этом смысле они похожи и на русских левых, и на русских либералов. Но все же был один день — 4 ноября — когда забывались тысячи междоусобных конфликтов. Этот праздник, придуманный кремлевскими политтехнологами для замены годовщины Октябрьской революции в качестве главного политического торжества, уже в 2005 году был эффектно захвачен ультраправыми. С тех пор день 4 ноября напоминал ежегодно том, что ни у кого в России нет стольких молодых политических солдат, сколько есть у националистов. Когда же во второй половине 2000-х власть не санкционировала марши, устраиваемые в ответ в центре города беспорядки были весомым и убедительным ответом.

В итоге марши кое-как закрепились в Люблино. Численность им обеспечивала, как ни странно, идеологическая и эстетическая приемлемость для огромного количества самых разных людей. По улице Перерва шли хоругвеносцы, увешанные крестами и портупеями, молодые субкультурщики-«боны» в одежде правых брендов, православные фундаменталисты, языческие жрецы, безумные неряшливые «клиники» любых мастей, сдержанные и аккуратные национал-либералы, бабушки с иконками, бабушки с маленькими флажками СССР, постаревшие скинхеды 90-х с женами и детскими колясками. И, конечно же, обычные москвичи, которых трудно как-то стилистически выделить, но которые симпатизировали базовым националистическим лозунгам.

После 2014 года часть националистического электората находится в перманентной фрустрации, часть консолидировалась вокруг реакционного политического лагеря — именно они маршируют по Октябрьскому полю в опереточной форме партии «Великая Россия», с флагами «Новороссии» и портретами Николая II. С ядром же «националистического движа» по-прежнему происходили неутешительные метамарфозы.

«Тут дело не только в украинских событиях, — говорит один из старых участников националистического движения, попросивший не называть его имени. — У националистов меняются поколения лидеров, и каждое новое поколение хуже предыдущего. Первое поколение националистических лидеров было представлено яркими и творческими людьми, прорывными идеологами. Начиналось все с Дмитрия Васильева (лидер Общества „Память“) — интеллектуала, актера, игравшего во МХАТе. Был Александр Иванов-Сухаревский (лидер Народной национальной партии) — тоже актер, кинорежиссер, яркий оратор, харизматик. Был Эдуард Лимонов (экс-лидер запрещенной в России НБП) — талантливый писатель и поэт. Даже Александр Баркашов (лидер РНЕ) занимался каким-то самообразованием, писал статьи. Потом первое поколение как-то иссякло, интеллектуально выродилось, и пришло второе поколение — Александр Белов, Дмитрий Демушкин. Это уже были не интеллектуалы, а больше организаторы-практики. Но их обоих посадили и пришли люди, которые еще ниже на ступень — брат Саши Белова Владимир Басманов, Иван Белецкий и Юрий Горский. Они и не интеллектуалы, не идеологи, и с организаторскими способностями у них так себе. К тому же все трое еще и в эмиграции сидят».

Однако, по мнению собеседника Открытой России, Басманов и Белецкий именно из-за вынужденной эмиграции не удержат реальное лидерство, и им на смену придет четвертое поколение лидеров — «каких-то совсем уж неразумных детей и серых подозрительных личностей».

Нельзя не отметить, что помимо «историко-мистического» и философского факторов, регрессу правого движения способствовало и усиливающееся полицейское давление. Так называемое «второе поколение лидеров» (Белов и Демушкин) было арестовано в рамках политически мотивированных дел. Последовательно запрещались и крупнейшие организации националистов. Сперва были запрещены «Движение против нелегальной эмиграции» Белова и «Славянский союз» Демушкина, а когда Белов и Демушкин создали движение «Русские», власти запретили и это движение тоже.

Оценивая итоги «Русского марша-2017», многие националистические активисты безутешны. «Мы видим, что Басманов кого-то вывел на марш, и Белецкий вывел. Но вместе они этот марш провалили и закопали», — говорит еще один ветеран «правого движа». По словам активистов, двести участников — это политический смертный приговор проекту. «Впрочем, даже если бы за сторонниками Белецкого пошли и сторонники Басманова, это ничего бы принципиально не изменило. Ну, было бы не двести, а пятьсот участников — не велика разница».

Скептически отзываются о происходящем в ультраправом лагере и другие оппозиционеры. «То, что Белецкий отказался сотрудничать с Басмановым из-за того, что кто-то где-то там „подментованный“, — это глупо и неконструктивно, — говорит в беседе с Открытой Россией оппозиционный политик Ольга Курносова. — Во многих структурах есть всякие подментованные люди. И это никогда никого не останавливало в создании оргкомитетов. Если бы это останавливало, никогда бы ни одного оргкомитета не создалось».

По мнению Курносовой, «спецслужбы всегда пытались играть на амбициях лидеров, чтобы расколоть любую движуху, поэтому у всех все и расколото».

«У русских националистов нет лидера, который мог бы объяснить, зачем вообще нужен русский национализм, почему важно создание русской политической нации, почему важно строить национальное государство после империи. Нет никого, кто внятно бы отвечал на актуальные политические вопросы. И когда нет серьезных идеологов, движение становится особенно склонным к упадку и уязвимым. Почему возник Вячеслав Мальцев, почему Алексей Навальный периодически заигрывает с националистической средой? У националистов нет своего лидера — значит, есть соблазн у людей из других идеологических ниш поработать в националистическом поле. Может быть, и неплохо было бы, чтобы появился национал-популист, который говорил бы какие-то вещи, интересные более широкой публике, чем посетители «Русских маршей», — говорит Курносова.

Вячеслав Мальцев и пополнение баз оперативного учета

Взлет популярности видеоблогера Вячеслава Мальцева, возможно, действительно был связан с тем, что националисты несколько лет не могли представить своим сторонникам не то что стратегии победы, но даже «дорожной карты» для выхода из перманентного кризиса.

После того как странная стратегия протеста под условным названием «Революция 5 ноября» закончилась массовыми задержаниями и нешуточными уголовными делами по особо тяжким статьям УК, скепсис у «правого движа» удвоился. О Мальцеве все чаще говорят как о «провокаторе», указывая на абсолютную непродуманность и крайнюю рискованность его действий и призывов.

«Кончилось все тем, что к ментам и к ФСБ „на карандаш“ попали сотни людей, которые раньше ухитрялись быть незасвеченными в результате традиционного „винтилова“ на акциях либеральной оппозиции. Они на такие акции просто не ходили, а вот Мальцеву почему-то поверили, купились на псевдорадикальную риторику. Силовики Мальцеву вполне могут быть благодарны, они существенно пополнили свои базы оперативного учета», — с горечью говорит Открытой России один из многолетних участников «Русского марша».

Роман Попков,

"ОТКРЫТАЯ РОССИЯ", 7 ноября 2017 г.

 

Пожалуйста, поддержите "Портал-Credo.Ru"!


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-17 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования