Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"КИЕВСКАЯ РУСЬ": Киноразбойник как предтеча «русского мира». Сценарий "Новороссии" придумал актер-священник РПЦ МП Охлобыстин?


Война в Украине идет уже больше года, но украинцам до сих пор трудно осознать и представить, откуда у столь внушительного количества россиян или даже их собственных соотечественников с Донбасса проснулась такая кровожадность. Носители "русского мира" не просто с радостью и жестокостью убивают и пытают себе подобных, но и выдают свои действия за "священную войну", прикрывают грабежи и убийства иконами и хоругвями, и вообще с легкостью смешивают преступления с христианской риторикой. Как получилось, что вчерашние искренние верующие, исправно ходящие на исповеди и причастия, сегодня берут оружие и, размашисто крестясь, идут убивать своих единоверцев?

Оказывается, подобное дикое на первый взгляд сочетание возникло не вдруг, а довольно давно присутствовало в массовом сознании россиян, активно продвигаясь через средства массовой культуры. Больше всех здесь отличился одиозный актер — запрещенный в служении священник Иван Охлобыстин, еще в конце 2012 года представивший публике свою авторскую картину "Соловей-разбойник".

Этот фильм по замыслу сценариста, видимо, должен был олицетворять собой "русский дух" во всей его прелести и необузданности, где "бессмысленный и беспощадный" русский бунт смешивается с трогательной романтикой, море крови — с глубокой религиозностью, а убийства — с философскими рассуждениями.

Главный герой Севастьян Соловьев (Иван Охлобыстин) убивает главу фирмы, в которой работал, и совместно с подельником-бухгалтером (Евгений Стычкин) сколачивает банду, чтобы убивать тех, "кого душа его мятежная пожелает". Впоследствии к банде присоединяется бывший кузнец (Сергей Бадюк) — богатырь с грозной кувалдой — и оперная певица Изабелла Юрьевна (Оксана Фандера). Вдоволь награбивши и наубивав, лихая компания оседает в деревне Клюево, где становится любимцами местных жителей, выступает на Дне колхозника, а в конце до последнего защищает деревню, из которой собираются выселить жителей и открыть там казино.

Так вот, то, что творит главный герой на протяжении всего фильма, один в один совпадает с поведением лихих носителей "русского мира" на территории Украины. Банда Соловьева убивает налево и направо с поразительной легкостью, с огоньком и особым шиком. Они грабят, выжигают целые дома и попутно рассуждают на философские темы, а создатель картины уверен: он представил зрителю героя, являющегося выразителем исконно русского сознания. В частности, в декабре 2012 года сам Иван Охлобыстин на встрече с журналистами в Екатеринбурге отмечал по поводу своего нового детища:

"7 лет назад церковь разрешила мне сниматься в кино, и я написал беспроигрышный сценарий. О легендарной личности. Ну, а какие одиозные личности мы знаем? Вот, Соловей-разбойник — проявление стихии, русской вольности… Я — разбойник. Вы знаете, мир всегда был несправедлив, и время от времени, наверное, как проявление сверхсознательного, появлялся тот или иной персонаж, который становился разбойником", — пояснил он.

И образ Соловья-разбойника действительно предстаёт в фильме как некая "легендарная личность". Им восхищаются дети, мечтающие вступить в его банду, на него надеются жители деревни, его не берут даже спецназовские пули. "Современный Робин Гуд" разъезжает по сельской местности в типично хипстерском стиле: белом пальто из телячьей кожи, с золотыми маузерами и с причёской в стиле типичного стиляги с Уолл-стрит, что, впрочем, не мешает остальным видеть в нём "исконно русского героя". За его бравой неустрашимостью, приправленной тарантиновскими дозами крови, зритель предпочитает не замечать, что убийство, как бы оно ни романтизировалось, всё равно остаётся убийством.

Гибнут в фильме действительно многие, и не только те, кого Соловей-разбойник прочно занёс в ряды "дураков и предателей". Десятками погибают здесь простые полицейские и солдаты — такие же обычные русские люди, выполняющие свой долг и виноватые лишь в том, что именно им был дан приказ ликвидировать банду. Умирают инкассаторы, сопровождавшие машину с деньгами, а бандит-бухгалтер, добивая последнего из них, злится, что промочил в реке дорогие импортные ботинки. Тем временем на фоне этого убийства романтично сидит Севастьян Соловьёв и рассуждает с Изабеллой Юрьевной о религиозных убеждениях, не вспоминая о том, что у невинно убитых им людей где-то есть дети и семьи.

Именно кровавое месиво предстает в фильме как проявление "загадочной русской души", а под предлогом борьбы за справедливость романтизируется самое настоящее убийство, заканчивающееся, как и любое другое убийство, только одним — самой настоящей смертью. И следует признать, что еще тогда, в мирное и довоенное время, замысел Охлобыстина достиг своей цели – "Соловей-разбойник" получил в основном положительные отзывы критики.

"Это довольно бардачное, но дерзкое, наглое, абсурдное, хамски обаятельное, непочтительное к власти, ужасно энергичное, дико смешное и совершенно необузданное кино", — отмечали на одном из сайтов. "В этом порой безжалостном по отношению к зрителю мире, чистый жанр кажется долгожданным подарком к празднику. Словно кинематографисты вдруг решили порадовать тебя, наполнив кадр бесшабашным весельем, погонями и перестрелками", — вторил ему другой. "Это картина о дерзком романтике Севастьяне Соловьеве, ступившем по зову крови на лихую стезю русского разбоя. Он грабит, убивает, но не потому, что он злой, а потому, что жаждет справедливости в родных краях. Его не может поймать и обезвредить никто — даже наша бравая киношная полиция", — писал третий.

Прошло меньше полутора лет — и "сказка стала былью", а романтизированное зло воплотилось в реальность именно в том кощунственном виде, в котором и было представлено в фильме: с жестокостью и необузданностью, с приданием кровавым расправам налета героизма и полной сакрализацией происходящего. И, что особенно показательно, для того, чтобы принять такую модель, россиянам вовсе не нужны были сказки про "фашистов-бандеровцев" – когда на экраны вышел "Соловей-разбойник", киселевской пропаганды на эту тему еще не было. Что в очередной раз доказывает: страсть к жестокости невозможно породить пропагандой там, где ее изначально нет, пропаганда лишь завершает картину, прорастая на уже подготовленной почве.

Ксения Кириллова,
"КИЕВСКАЯ РУСЬ", 28 мая 2015 г.

Пожалуйста, поддержите "Портал-Credo.Ru"!


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования