Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"РУСТОРИЯ": "Москве необходимо самой предоставить независимость Украинской церкви". Андрей Кураев о том, что не потерять уже невозможно, вопрос только, как именно потерять



Андрей Кураев. Фото: RFE/RL

Дьякон Андрей Кураев, известный российский религиозный и общественный деятель, рассказал Кириллу Михайлову о том, каким образом Украинская православная церковь может добиться независимости о и возможных путях преодоления конфессионального кризиса на Украине. Подробней об истории вопроса читайте здесь.

Почему Украинской церкви не дали автокефалию в начале 1990-х?

— Изначально вся территория Киевской Руси находилась под церковным контролем Константинополя. Когда в середине XV века Москва объявила о своей независимости от константинопольского патриарха, новая автокефалия не распространялась на территории Речи Посполитой, то есть современной Украины и Прибалтики. К концу XVII века, когда большая часть нынешней Украины вошла в состав Московского царства, перед Константинополем был поставлен вопрос о том, чтобы церковная юрисдикция совпала с государственными границами. Константинопольский синод выдал московским послам грамоту, которая передавала эту территорию, выражаясь современным языком, «в аренду»: «назначаем брата нашего патриарха Московского и северных стран нашим наместником в Киевской митрополии». При этом было оговорено, что имя Константинопольского патриарха продолжает поминаться в храмах Украины. Обещания, данные Константинополю, вскоре были забыты, украинские епархии перешли под управление Москвы. Когда империя рухнула, началось движение к обретению церковной независимости, появился ряд расколов. Все это вместе с униатами в послевоенный период было выжжено железной сталинской рукой.

Причем, когда зашла речь о ликвидации униатских приходов, московская патриархия в некотором смысле выступила в их защиту. Властям был предложен мягкий вариант, не ликвидация, а смена вывески:«давайте мы эти приходы назовем нашими и возьмем на себя политическую ответственность за них». Люди ходили в тот же храм к тому же батюшке, только за службой переставало поминаться имя Папы Римского. При этом богослужение у униатов такое же, как и у православных. Через полвека, когда рушился Советский союз, тысячи этих приходов вспомнили о своей униатской идентичности и ушлииз-под омофора московского патриарха. Но я считаю, что они должны быть благодарны Русской церкви, что они дожили до этого времени, а не ругать ее.

До 2014 года исторически и культурно было шесть разных Украин: Закарпатская русинская Русь, Галичина, Волынь, Полтавщина, Новослободская харьковская Украина, Новороссия и Крым. Из этой мозаики и пробовали собрать государство по имени Украина.

Там были и разные религиозные идентичности. Русины — и православные, и униаты, и католики,по-разному бывает. Галичина — четко католическая, Волынь — православная, но они националисты. Полтавщина, Киев, Харьков и дальше — это уже традиционно православные регионы, там всегда были популярны идеи единства с Русской церковью и с Россией. После событий прошлого года эти идентичности сильно изменились.

Итак, Украина обрела новую идентичность, и та стабильность, которая сложилась на конфессиональной карте страны, теперь будет перекраиваться. Пока это незаметные сдвиги, за год только 20 приходов из УПЦ МП перешли к Филарету.

В 1992 году Филарета не поддержали прежде всего епископы. Проблемы, судя по всему, были не столько идейные, сколько личностные: за 30 с лишним лет в Киеве Филарет успел изрядно всем надоесть своим деспотизмом. Идея украинской автокефалии для украинских священников и епископов означала одно — неподсудность Филарета, на него уже было бы некому жаловаться. При этом оговорюсь: я не знаю, какая сейчас репутация у Филарета. С середины 1990-х годов от него перестали убегать епископы. Может быть, Филарет поменялся с возрастом. А в УПЦ МП выросло поколение епископов и священников, которые на помнят Филарета как главу церкви. Для них он не страшный тиран, а политическая идеограмма, которая на фоне последних событий становится привлекательной. Сегодня я не стал бы делать ставку на то, что опять, как в 1992 году, сработает личностная аллергия на Филарета.

То, что пока конфессиональная карта Украины радикально не изменилась, одно из политических чудес 2014 года. 20 приходов, которые перешли к Филарету, погоды не делают, потому что речь идет о тысячах приходов с обеих сторон. Но это как дрейф континентов — движение на несколько сантиметров в год однажды может обернуться грандиозной катастрофой. Внешне в конфессиональной жизни на Украине сейчас все стабильно, но многое меняется психологически — отмирает корневая связь с Россией, она перестает быть обязательной чертой самосознания, скорее эта связь даже тяготит.

Патриарх Филарет в 2005 году. Фото: Martofliak / Wikipedia

Важно не обманывать себя. То, что большинство православных приходов на бумаге едины с Московской патриархией, это не знак их любви к Москве, а знак их нежелания зависнуть в каноническом вакууме, они не хотят быть изгоями в христианском православном мире. Если им будет предложена канонически приемлемая альтернатива ухода из Московской патриархии, тогда исход будет мгновенным и массовым. Хотя митрополит Киевский Онуфрий лично против этого, я думаю, что и он не сможет долго сопротивляться давлению со стороны своих епископов и священников.

Сейчас есть такое давление?

— Оно будет расти. Я думаю, что новая глава церковной истории Украины начнется весной следующего года. В марте 2016 года в Константинополе намечено проведение всеправославного собора, который планируется уже 60 лет. Для Константинополя это принципиально важно. Как говорил протопресвитер Александр Шмеман, «греки, кажется, до сих пор не в курсе, что Константинополь пал». Им очень хочется создать муляж Византийской империи, пусть даже в виде такого псевдовселенского собора. Грекам очень важно показать, что во главе всемирного православия стоит именно греческий патриарх, а не богатый и влиятельный московский патриарх, или, например, Румынская православная церковь, которая сейчас очень активна. Поэтому греки не будут идти на обострение внутрицерковных конфликтов до этой даты. А вот после проведения этого «вселенского» собора их руки будут развязаны. Тогда Константинополь может сказать Москве: «вы знаете, время аренды украинской митрополии истекло». Понятно, что Киев сразу потребует от них автокефалии, а они на это согласятся. Я не исключаю, что Константинополь будет готов пойти даже на раскол с Русской церковью.

То есть речь идет о возможном даровании автокефалии в обход Поместного собора Русской церкви?

— Тут надо сличить, какие документы конца XVII века есть в архивах у нас и у Константинополя. В 1920-егоды, когда был поставлен вопрос о судьбе того кусочка Киевской митрополии, который мы сейчас называем Польской православной церковью, аргументация Константинопольского патриархата была такой: «простите, мы решаем судьбу части нашей митрополии, которая временно была дана Москве». Эту же аргументацию они могут повторить и сейчас. Тут не должно быть иллюзий, что церковное право всецело на нашей стороне.

В этих условиях Москве надо самой поторопиться с украинской автокефалией, даже я бы сказал навязать Киеву независимость в этом году. Это очень важно, и вот почему: кто пишет дарственную грамоту, тот может прописать там свои интересы.

Когда в 1970 году Москва давала автокефалию Американской церкви, было решено, что несколько приходов останутся в Московской патриархии. Если мы сейчас решимся дать независимость Украинской церкви, то мы могли бы, например, договориться о том, что крымские епархии не будут включены в состав новой поместной церкви. Константинополь точно не сделает этого исключения. Или можно оговорить процедуру обязательного референдума по каждому монастырю и приходу, то есть застолбить возможность патриарших ставропигий (статус прямого подчинения прихода или монастыря патриарху) на Украине. Если мы будем ждать, что автокефалия на Украине появится каким-то иным путем, мы проиграем.

А она в любом случае появится?

— Я думаю, что это неизбежно. Еще 20 лет назад украинцы могли сравнивать плюсы и минусы от своего пребывания в РПЦ, но сегодня для них плюсов практически не осталось. Более того, отделение Украины для патриарха Кирилла не будет такой уж большой трагедией. Если уж это неизбежно, лучше потерять Украину сейчас, тогда патриарх сможет сказать, что это не он завалил участок вверенной ему работы, а это результат общей катастрофы. Ответственность с патриарха будет снята, по крайней мере в глазах светских властей. При этом, если обособление Украины от Московской патриархии провести грамотно и вовремя, мы можем получить еще один союзный нам голос славян против греков на всеправославных совещаниях.

Насколько патриарх Кирилл сейчас может быть самостоятелен в таком вопросе, как предоставление автокефалии Украинской церкви?

— Я думаю, что патриарх сам устанавливает границы своей самостоятельности. Я убежден, что сейчас приказать патриарху никто ничего не сможет. Это всецело его выбор.

А может ли президент Петр Порошенко вмешаться в вопрос о независимости Украинской церкви?

— На Украине происходят столкновения верующих разных юрисдикций, но все-таки нет оснований говорить, что есть государственная политика, направленная каким-то образом против интересов УПЦ МП.

Константин Михайлов,

"РУСТОРИЯ", 6 мая 2015 г.

Пожалуйста, поддержите "Портал-Credo.Ru"!


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования