Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"НГ-РЕЛИГИИ": Агентство межрелигиозной безопасности. Кремль намерен усилить контроль над этноконфессиональной сферой


Президент России Владимир Путин подписал 13 марта с.г. распоряжение главе правительства к 15 апреля «рассмотреть вопрос и представить предложения о создании федерального агентства по делам национальностей». Как следует из президентского распоряжения, в задачи новой структуры войдет «реализация государственной политики в сфере межнациональных и этноконфессиональных отношений», а также «разработка… государственных и федеральных целевых программ в сфере межнациональных и этноконфессиональных отношений».

Данную инициативу нельзя назвать неожиданной. 16 октября 2013 года председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко высказала идею о том, что «в России обязательно нужен комитет по делам национальностей и религиозных объединений, потому что та структура в лице Минрегиона, которая существует… не способна отвечать за выработку национальной политики и рекомендаций для органов власти всех уровней в вопросах межнациональной политики». Двумя днями позже пресс-секретарь президента Дмитрий Песков подтвердил: «Сейчас действительно рассматривается вопрос о введении поста, руководитель которого будет в том числе заниматься межконфессиональными отношениями». Как видим, до практической реализации инициатива добралась лишь спустя полтора года.

Дело не только в неспешной проработке вопроса. Как отметил «НГР» член экспертного совета комитета Госдумы по делам общественных организаций и религиозных объединений, в нулевые годы работавший ответственным секретарем Комиссии по вопросам религиозных объединений при правительстве РФ, Андрей Себенцов, и ранее «Совет безопасности России неоднократно предлагал создать такой орган по делам религий, и всегда эта инициатива умирала, в первую очередь из-за сопротивления Русской православной церкви». Патриарх Алексий II на встрече с духовенством в Даниловом монастыре 23 ноября 2005 года откровенно объяснил, почему выступает противником создания подобного органа: «Сегодня, если нужно, мы встречаемся с президентом, разговариваем по телефону с любыми министрами, а Совет по религии возьмет эти функции на себя и никого не будет пускать». Выступив 17 октября 2013 года с критикой озвученной Матвиенко инициативы, председатель Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви и общества РПЦ протоиерей Всеволод Чаплин также вспомнил «Совет по делам религий при Совете министров СССР, который пытался быть буфером в отношениях религиозных общин с любыми органами государственной власти, отвоевав себе право согласования всех решений». В то же время исламские деятели – председатель Международной исламской миссии Шафиг Пшихачев, являющийся также представителем Координационного центра мусульман Северного Кавказа в Москве,  и председатель Духовного управления мусульман Нижегородской области Умар Идрисов – в октябре 2013 года поддержали создание государственного органа по этноконфессиональным делам.

Необходимость в подобном ведомстве, говорит Себенцов, диктуется тем, что зачастую у российских государственных структур «очень бедно» в плане полной и объективной информации о религиозных организациях и верующих. Исключение составляет разве что Министерство юстиции, но, как отмечает Себенцов, «оно работает не с позиции изучения» религиозных организаций, а по линии регистрации и контроля их деятельности. В то же время «для принятия разумных взвешенных решений» необходимы специальные структуры, как изучающие, так и взаимодействующие на основе этой информации с Церквами, муфтиятами и т.д., аналогично функциям МИДа и институтов, посвященных различным странам (Ближний Восток, США и Канада и т.д.), в иностранных делах, считает Себенцов.

«Прежде всего в полномочиях агентства должно быть отслеживание ситуации и пресечение межэтнических и межрелигиозных конфликтов, – в свою очередь, указал «НГР» член научного совета Московского центра Карнеги Алексей Малашенко. – Поэтому важно, как будут построены (в агентстве. – «НГР») отношения между центральным органом и региональной сетью, важно, чтобы поступающая (из регионов. – «НГР») информация была правдивой, с чем у нас вообще очень проблематично». В этой связи нельзя не упомянуть решение, принятое в декабре 2013 года в управлении внутренней политики администрации президента, о развертывании сети центров мониторинга межнациональных отношений в регионах. В июле 2014 года это решение было официально оформлено в рамках Министерства регионального развития, выполнявшего тогда функции надзорного ведомства над этноконфессиональной сферой. При презентации сети центров мониторинга в 2014 году глава Минрегиона Игорь Слюняев отметил, что к их созданию привлечены в субъектах Федерации «институты гражданского общества и экспертное сообщество». Судя по всему, сейчас эти центры (если они были в итоге созданы) вольются в новое федеральное агентство. Тем более что в сентябре 2014 года Министерство регионального развития было ликвидировано.

Председатель совета Российской ассоциации религиозной свободы Александр Кудрявцев, ранее занимавший пост ответственного секретаря Совета по взаимодействию с религиозными объединениями при президенте России, обращает внимание на особенности работы государственных структур: «В субъектах Федерации действуют в этой сфере различные органы, и мы не всегда видим там единообразную религиозную политику». Агентство, по его мнению, должно взаимодействовать со всеми этими органами для реализации принятой государством федеральной стратегии.

Есть и еще один аспект. «Насколько официальные главы религиозных организаций авторитетны для радикальной части верующих? – говорит первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин. – Ведь это относится и к мусульманам, и к христианам». В то время как муфтии на круглых столах и встречах с чиновниками говорят о неприятии терроризма и экстремизма, некоторые их единоверцы из России едут воевать в Сирию или поддерживают джихадистов морально и финансово. 

В Русской православной церкви много борцов с инициативами государства в области электронного учета граждан или общин, готовых к уходу в катакомбы в прямом смысле слова. «Так что тоже возникает вопрос, контролирует ли Церковь свою паству», – продолжает эксперт. В этой связи можно упомянуть опыт партнеров России по СНГ. Среди функций созданного в 2011 году в соседнем Казахстане Агентства по делам религий были рекомендации к блокировке экстремистских интернет-ресурсов, контроль за выездом граждан за границу для обучения в зарубежных исламских вузах, ведение профилактической работы с бывшими членами запрещенных групп и т.д. Сами силовики отнюдь не всегда обладают достаточной экспертной базой для выявления подобных тенденций. Такой федеральный орган также может быть востребован в современной России.

Эксперты подчеркивают, что многое будет зависеть от авторитета и стиля работы конкретных чиновников, которые возглавят федеральное агентство, и от того, как будут выполняться их решения и не будет ли все сведено к имитации бурной деятельности. Однако поиски новых возможностей для контроля над духовной сферой могут свидетельствовать об осознании недостаточности самоорганизации религиозных и национальных объединений, особенно в случае острых противоречий между ними и необходимости в таких случаях исполнения государством роли третейского судьи.

Владислав Мальцев,

"НГ-РЕЛИГИИ", 18 марта 2015 г.

Фото: PhotoXPress.ru 

Пожалуйста, поддержите "Портал-Credo.Ru"!

Денежным переводом:

Или с помощью "Яндекс-денег":


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования